По следам Сары Хедеи

Перед самой страшной опасностью тикали наручные часы с невероятной скоростью и громкостью. - Нет, нельзя же так умереть после всего. – слёзы наворачивались, а стена стала плохой опорой. Так тяжело вынести то, что другое. Повторяющееся незаметно пока, а помнить ни сил, ни времени. Кэтти слишком важна, нужна и как друг, и как верная помощница. Что-то вроде калфы у подола платья султанши. Ей доверяют, уважают и любят. Не хватает только счастья в любви другого рода, что менее широка и распространяема. Когда-то появившаяся и пропавшая с началом войны. Не их войны, которая забрала всё тёплое и хорошее из жизни. После появилась добрая и уже богатая Аланур Тулун в жизни девушки. - Спокойнее Кэтти. Ты знала, понимала, ожидала. – старалась успокоить как могла, пусть и понимала, что скорее всего это не поможет. Голубые глаза, что слегка мутны, осмотрели гостиную. Грусть легко накрыла её плечи шалью весенней прохлады, от которой вспоминался тот самый молодой человек. Похож на Карасу совсем немного был, лишь глаза очень напоминали его. Стали тенью из, не доносящихся до сознания, кошмаров. - Да, Вы правы. – коротко ответила, вспоминая все жесты её из историй прошлого. Никогда ещё не чувствовала себя настолько одинокой. Ни разу за все годы, что провела в богатом доме в стиле минимализма. Только даже те небольшие предметы для декора были слишком дорогими, напоминали об утраченном. И нет, не жених был богат, а империя, которой она вредила в прошлой жизни, не желая её распада больше всего. Словно помнила как вредила тогда, в 19 веке, совсем недавно будто, но так… отдалённо, пусть и эта судьба была очень похожа в главном: надежда была потеряна со смертью дорогого душе человеку. Лишь окружение полностью изменилось, теперь не получит осуждения, так как все, кто лишь узнает её историю, будут жалеть. Отошла на несколько шагов назад и посмотрела на сад через большое окно, в котором лишь звёзды были особенными. Они превращались обоим в необыкновенные цветы в большом букете, что упакован небом. Так красиво ничего в мире не могло быть, только то, что ближе всего к Всевышнему. Тишина стала словно пощёчиной для неё. И вправду, на всё же пошла, пребывая в себе, из-за этого и не смеет винить судьбу или жалеться на отсутствие милосердия того самого величайшего Аллаха. - Я и не думаю умирать, пока не проведу того самого дня. – в голове уже появился даже план, позволила рассказать всё Зие не словесно, лишь жестом. Иначе бы Кэтти не решилась, как бы не хотелось того сделать во имя спасения любви, которую могла почувствовать и на достаточно большом расстоянии. Из-за прожитого, скорее всего. Помнила каждый трепет в сердце госпожи, у которой столько всего случилось. И всё из-за любви, что никак не могла закончиться. Кэтти пропала в прошлом, где не осталось ничего от невинности всего из-за одной новости, которую даже в глаза не смогли сказать. Не смогли проговорить, когда она прожила. - Дня с любимым, будто у него и нет семьи, что посчитает предателем? – сама не знала почему переспросила, может и от лёгкой зависти. Аланур утвердительно кивнула и взяла её руки в свои. С душевного разговора всё растянулось на постоянную грусть, которая и так не отступала полностью ни от одной. День оказался тяжёлым, сейчас не могла и лёгкая улыбка проявиться, пусть она и была несколько минут назад. Слишком тяжёлым, с осознанием жестокости мира, от которого и не стояло ждать добра после истории их падшей империи. Обоим было стыдно за эту большую и фатальную часть прошлого, но никто и подумать не мог, что вина может настолько утомительно и неспешно есть изнутри. На облегчение госпожи, её телефон засветился и она заметила это. Звук отключила, так как не хотела отвечать на звонки, желала пропустить их этим вечером. Поправила короткие волосы и посмотрела на яркий экран. Сообщение от прислуги его дома, волновались за неё, словно где-то прознали. Поспешила отогнать от себя подозрения и быстро ответила, что ничего в роде дружбы между ними не будет, а доброе отношение требует вера. Стало немного легче после того как сделала что-то в своём стиле. Выдохнула и глянула на дорогую подругу подбадривающе. Блондинке не пришлось даже играть улыбку, та сама появилась от того насколько улучшилось состояние госпожи. Чай с лимоном всегда любила, а сегодня так необычно попросила, что Кэтти и не сразу поняла. Жестом, которой использовала настолько нечасто, показалось даже что впервые. После вытерла слезинку, которую и сама еле заметила. И только спустя несколько минут пересмотрела небольшой фотоальбом, что составила для неё бывшая соперница. Хвала Всевышнему, хоть небольшой. Форматом он казался громадным, но спасало количество и величина страниц. Хоть и каждое фото напоминало об упущенной возможности всего лишь из-за прославленной гордости турецких девушек. И пусть она появилась не сразу, проблема в том, что она была главной. Не просто важной или частью той Аланур, а чуть ли не всей девушкой. Хотя и особой проблемы в том не было, если посмотреть на то как сложилась семейная жизнь всегда любимого человека. - Отдохни, Кэтти. Я сама отнесу ноутбук наверх и посмотрю на всё, что дарит хорошие воспоминания. – кинула, вставая с дивана, который пропах теми самыми духами. - Этот аромат тут недавно, заметила. Особенная приятность? - Считай, что схватка сарказма. Ничего больше. – вспомнив тот разговор, ответила, и быстро нашла занятие своим рукам. Правда сама не поняла откуда вдруг взяла чётки. Достаточно быстро оставила их и прикрыла глаза, рассказала то, что приносило вновь и вновь тяжёлые отношения доброй и верной блондинке с большим сердцем. Прошлое никак не оставляло. Обеих. И это самое странное во всей истории, при том, что их лишь немного соединяли истории любви. Эта дружба не была выборочной и слишком прочной специально, всё вышло только из-за одного чувства так. Иначе бы и не встретились, такова была воля Аллаха, им стояло прожить заново любовь почти в тех же красках, но держась за руки. Каблуки стучали, когда Кэтти поднималась по лестнице за своей госпожой. Аланур ни разу не могла оставить её внизу, как и не заметить. И не лишь из-за этого приятного стука, но и благодаря пониманию, что обнимало лучше самых нежных рук. И к тому же такая любовь вовсе не приносила боли. Пока что так точно. Без Кэтти она бы точно не стояла так стойко перед семьёй Карлы в каждой из «добрых» бесед. Как и та без Аланур не жила бы сейчас отдельными ночами в своём не столь шикарном доме. Без такой поддержки никто бы не пошёл своей дорогой, о которой столько говорили везде, закрывая жизненный успех развитием психологии. Вспомнилось лицо Сехер и сразу же оказалась ниже на две ступени нежели была. Вновь ступила выше и чуть не потеряла сознание от мысли, что вдруг угрожающей молнией нависла над жизнью. Она будет лишь любовницей, если решится бороться за давно утраченное и мелькнувшее только сейчас. Как же много вдруг появилось «может быть». Показалось, что другие миры открылись их взору, улыбка приятная украсила лицо госпожи на минуту. Минута, которая на отпускала Кэтти к прошлой версии себя, как бы она не желала чувствовать себя только такой. Предательницей быть совсем непросто, хоть и для Англии она и была тогда так ценна и уважали ещё две страны. Но было слишком рано верить в себя настолько, как и совершенно ненужными оказались все те стремление и привязанности. После появились другие и всё повторилось так же. В итоге все те старания насмарку. Империя была столь же сильна как Аланур Тулун, но в итоге упала, пусть и намного позже всех стараний евреев и других врагов: явных и неявных. - Я знаю кто ты, к своему же сожалению. – чуть ли не прошептала, так как говорить о таком было слишком противоречиво сегодняшнему статусу и влиянию. Потому блондинка и промолчала, скорее всего. Хотя её причины мог знать наверняка один лишь Аллах, благодаря которому и случилось всё, что каждый бы отнёс к невероятному совпадению. Тулун была невероятно похожа на Кесем Султан, а Кэтти чувствовала себя Сарой. Несколько слов значили для обеих больше чем полжизни, а казалось когда-то что это невозможно и подобные слова встречаются лишь в книгах. Оказалось всё совершенно наоборот. Поправила кольцо, что всего лишь было обновкой и направилась в спальню. Лишь там могла выдохнуть и подумать о дочерях, что тоже безумно напоминали двоих султанш и что за совпадение дочерей Кесем Султан. Улыбнулась, подмигнула своему отражению и поспешила наверх. Ещё быстрее, но не сбивая с ног ещё свою госпожу. Иначе и не могло быть. Ей стояло сдерживать свои порывы, насколько бы правильными те не казались в те самые минуты. Минуты тянулись, казались дольшими часов, проведённых уже без любви. Она скучала несмотря на то, что любви Аланур порой хватало и было, ещё реже, даже больше чем достаточно. Дыхания сплелись до самого взрыва. Такой в последний раз был лет двадцать назад. И причина того даже не стояла. - Неплохо так вернулись к памяти о падшей империи. Что было? – спросила Кэтти, которая тоже пока ничего не поняла, ещё и чуть не упала почти с самого верха лестницы. - Проверять как-то не хочется. И это ещё далеко. – ответила девушка, вцепившись в поручень. Шок прошёл спустя минут десять, после голубые глаза с серым отливом поднялись и глянули в небо. Они были на втором этаже, потому могла и не сильно напрягаясь утолить любопытство. Да и знать стояло, в каком бы она не была состоянии. И не лишь из-за будущего требования некого отчёта от Аланур Тулун. Упустила и так немало из-за своей тоски по тому кем являлась в прошлом, насколько себя чувствовала ею. Немного стыдно, всё ещё, лишь шок немного затмевает то сильное чувство. Тогда не дожила до подобного, с истории знала мало деталей. Особенно о плохих событиях. Всю жизнь пыталась избегать и знаний о них. Достаточно было и даже больше чем понимания при каких обстоятельствах умер любимый человек. Где-то неподалёку сильно зашумела вода, словно открылся водопад по велению сил небесных. Женщины переглянулись между собой и вместе побежали вниз по лестнице. Несколько кошек сразу подбежали и обвили их ноги длинными хвостами. Приятно, только всего внимания забрать на себя не смогли. На шум почти сразу же прибежали и журналисты. Аланур могли обвинить в умышленном изменении порядка размещения природных чуд, так как выглядел новообразовавшийся водопад пока что как искусственный. И лишь слегка недоумевающий вид Тулун указывал на её непричастность. Шум от голосов интересующихся настолько давил на голову, что запульсировал в висках Кэтти и она была вынуждена убежать, скрываясь для начала в небольшом саду, а после в доме госпожи. - Если бы Вы вправду знали кто я, то меня бы не было уже давно. Столица и так недостаточно доброжелательна ко мне. – пробормотала, садясь на первую ступеньку лестницы, что сделала их день. - Выпей своего освежающего напитка и наберись благоразумия с наших историй. Сегодняшних. – уточнила, вернувшись и присаживаясь рядом. - Время поговорить? – спросила почти шёпотом, голос сорвался от волнения, от которого и закрывались глаза будто с усталости. Аланур Тулун только кивнула, складывая руки в замок. Самой не хотелось поднимать тему, которая могла не просто задеть, но и отправить в другой мир навсегда. Но стояло, прошло немало времени как дивная скромность не пропадала с лица девушки, в которой были лишь лучшие побуждения. И Аланур знала то как никто другой. Лишь даже не думала насколько сложно сейчас Кэтти проходить по следам Сары Хедеи, вспоминая и осознавая всё, что успела и планировала тогда причинить безобидной империи, которая приняла её и уважала. Лёгкие объятия, душевная атмосфера и запах ароматической свечи. Всё как когда-то, один лишь запах немного выбивается, не позволяя остаться там. Шум на улице стихает, скорее всего отдаляется, телефон вновь напоминает о себе близостью, и зелёно-голубые глаза тяжело опускаются. Обоих беспокоит одно и то же, лишь разные века больше болят, пусть и одна проблема есть и всегда будет для них актуальнее всех менее важных и растянутых по времени. А ещё заиграла музыка звонка, кого-то принесло в самый неподходящий момент, но их ситуация не может быть прервана ничем из вне. Неважно. Рука касается более нежной, госпожа Аланур проводит свою помощницу в маленькую комнатку, что не имеет окон. Так их присутствие в доме не должны заметить. Их истории обрываются с невероятно громким громом, который оповещает будто о приходе судного дня. Лишь Аланур считает, что он уже был, хоть и во время уже Сары. Одной еврейки, что не смогла сдержать своих стремлений и умерла в поле на руках любимого Карасу.