Связь

Матвеев ерзает на коленях Олега, пытаясь получить больше контакта. Тонкие запястья привязаны к лодыжкам, на глазах — черная непроницаемая лента. В темноте, лишенный одного из основных чувств, Матвеев чувствует каждое прикосновение острее, чем когда-либо. Грубые веревки легко натирают тонкую кожу, добавляя к ощущению уязвимости, от чего тело напряженно выгибается. Шепс нежно проводит пальцами по груди Димы, иногда легко касаясь напряженных сосков. Матвеев вздрагивает от каждого такого прикосновения, чувствуя, как возбуждение накатывает волной. Олег наклоняется ближе, его дыхание горячим потоком касается татуированной шеи Димы, от чего по спине бегут мурашки. — Тебе нравится? — шепчет Олег, касаясь горячими губами мочки уха Матвеева. Дима стонет, не в силах ответить. Голубоглазый продолжает дразнить, его руки скользят ниже, по животу, задерживаясь на грани, где начинается самое чувствительное место. Олег едва касается горячей кожи, будто боясь обжечься, создавая невыносимое напряжение, которое копится в теле Матвеева. - Хочешь больше? — Олег отодвигается, его голос полон коварной нежности. - Пожалуйста... — шепчет Дима, ощущая, как жар разливается по телу, становясь нестерпимым. Но Олег лишь улыбается кривовато, касаясь губами плеча Матвеева. Его руки тянутся к члену Димы, пальцы невесомо касаются нежной влажной головки, но вместо удовлетворения, он лишь усиливает дразнящие прикосновения, доводя до грани, но не позволяя перейти её. Матвеев сжимает белоснежные зубы, ерзает на коленях в поисках более тесного контакта, его тело дрожит от напряжения. Каждое движение Шепса тщательно рассчитано, доводя до безумия, но не позволяя достичь освобождения. Дима чувствует, как всё его существо пульсирует в такт этим мучительным прикосновениям. — Ты можешь умолять, - мурлычет Олег, проводя пальцем по влажным губам парня, — но только я решаю, когда это закончится. Дима стонет громче, его тело содрогается от сладких судорог, мышцы живота сводит. Он готов на всё, лишь бы Олег позволил ему кончить. Но в этой игре правила устанавливает Шепс, и он наслаждается каждым мгновением, наблюдая за тем, как Дима теряет контроль. Олег продолжает дразнить, его руки умело доводят Диму до очередного стона, но каждый раз отступают в самый последний момент. Каждое прикосновение словно огонь, который разгорается всё сильнее, но не сжигает дотла. Шепс, наслаждаясь полной властью над Матвеевым, плавно опускает руку ниже, скользя пальцами по внутренней стороне бедер. Кожа скользкая от предэякулята, сочащегося из головки члена, Олег водит пальцами, размазывая вязкую субстанцию. Он чувствует, как напряжение в теле Димы нарастает с каждой секундой. Матвеев задыхается, его дыхание становится все более прерывистым. Когда Олег добирается до самой интимной области, пальцы легко кружат вокруг ануса, не торопясь, дразня. Дима, чувствуя это, выгибает спину и пытается насадиться на пальцы, но жесткие узлы, связывающие его, мешают ему двигаться. — Терпи, — шепчет низко и хрипло Олег, щелкая крышечкой бутылька смазки. Он умеет дразнить так, чтобы возбуждение становилось нестерпимым. Матвеев стонет, не в силах больше сдерживать свое желание. Он пытается двигаться, но веревки прочно удерживают его на месте. Олег продолжает свои мучительно медленные ласки, его пальцы, влажные и скользкие, скользят между ягодиц, едва касаясь, исследуя каждую складочку кожи. - Пожалуйста, Олег, - хрипит Дима, его голос полон отчаяния. - Хочешь больше? — Шепс усиливает давление на плотное колечко мышцы, поглаживая, но все еще не входя внутрь. - Да... пожалуйста... — Дима едва может говорить от напряжения, в ожидании того самого чувства заполненности. Олег, улыбнувшись, медленно вводит палец, ощущая, как тело любимого отвечает на каждое его движение. Дима пытается насадиться на палец, изнывая от медленности происходящего, но Олег не дает ему этой возможности. Он продолжает медленно и осторожно двигать пальцем, дразня и изводя. Матвеев стонет громче, кусает губы, его тело пульсирует от невыносимого желания. Он чувствует, как каждое движение Шепса распаляет, сводит с ума, но до удовольствия еще далеко. Олег добавляет второй палец, и Диму выгибает, его тело дрожит от нетерпения. - Попроси меня, — шепчет Олег, продолжая свои медленные, мучительные ласки. Дима чувствует, как его разум затуманивается от удовольствия и страсти, но понимает чего хочет Шепс. Балансируя на грани сознания, Матвеев хрипло шепчет: — П-пожалуйста, Олеж.. Ещё, — губы не слушаются, язык будто отяжелел, слова даются с трудом. Олег наслаждается каждым мгновением, наблюдая за тем, как его партнер теряет контроль, превращаясь в сущий комок желания и нетерпения. Шепс, продолжая свои медленные и дразнящие ласки, замечает, как Дима инстинктивно прижимается к нему ближе, его тело содрогается от каждого прикосновения. Матвеев, в попытке найти хоть какое-то облегчение, начинает тереться сосками о грубую ткань рубашки Олега. Дима плавится от ощущений, выгибается и запрокидывает голову. — Какой хитрый, — шепчет Олег, наблюдая за тем, как Дима трется о его рубашку, издавая тихие стоны, облизывая и кусая губы. Дима может только задыхаться в ответ, его губы слегка приоткрыты, и он чувствует, как возбуждение достигает невыносимых высот. Его соски, чувствительные и напряженные, становятся буквально центром его внимания, каждый раз, когда он касается рубашки Олега, тело пронзает волной наслаждения. Олег позволяет Матвееву эту маленькую шалость, разрешает думать что Дима хоть чем-то может здесь управлять и принимать решения. Усмехаясь, усиливает свои ласки, вводя пальцы глубже, играя с напряжением и ритмом, доводя Диму до предела. Его пальцы внутри Матвеева двигаются медленно и размеренно, каждый раз словно доводя до безумия, но не давая желанного освобождения. Дима пытается насадиться на его пальцы, но узлы веревок не дают совершить лишних движений. — Ты так прекрасен в этом состоянии, — шепчет Олег, его голос полон завораживающей нежности и власти. Он наслаждается каждым моментом, наблюдая, как Матвеев извивается от удовольствия, потираясь о его грубую рубашку. Каждое движение Димы наполнено отчаянием и жаждой, трение о рубашку становится все более интенсивным, соски реагируют на каждый контакт, и Дима сходит с ума, ощущая, как его тело трепещет от возбуждения. Он готов на все, лишь бы Олег позволил ему кончить, готов умолять, просить, ныть, скулить, плакать. Шепс, видя, как Дима отчаянно стремится к освобождению, добавляет третий палец, чувствуя, как напряжение в теле любимого достигает предела. Матвеев стонет громче, хнычет, из-под атласной ленты на глазах показываются влажные дорожки. Дима полностью поглощен ощущениями, каждый нерв на пределе, слезы льются рефлекторно. — Терпи, - шепчет Олег, его голос будто бархатом ласкает ушки Димы, — я скажу, когда ты сможешь кончить. Тело Матвеева мучительно напрягается, каждый мускул в состоянии предельного возбуждения, но Олег продолжает свои медленные ласки, то вытаскивая пальцы полностью, оглаживая края ануса, то вгоняя пальцы до упора. Дима дрожит от возбуждения, его тело готово взорваться от перенапряжения. Самое время добавить к этой игре новый элемент, чтобы еще больше усилить ощущения. Наклонившись к шее Димы, Олег сначала нежно целует кожу, а затем неожиданно прикусывает её, оставляя следы своих зубов. Матвеев рвано выдыхает, его тело дергается от неожиданного болезненного удовольствия. Каждый укус добавляет новую волну чувств, смешиваясь с дразнящими ласками Шепса . - Тебе нравится? — шепчет Олег, его голос низкий и соблазнительный, он продолжает дразнить, иногда кусая кожу на плечах и шее Димы. - Да... Олег, пожалуйста, - скулит Матвеев, его голос срывается от напряжения и желания. Олег, наслаждаясь реакцией Димы, продолжает кусать разгоряченное тело. Каждый укус тщательно рассчитан, чтобы не причинить сильную боль, но добавить остроты ощущениям. Диму откровенно ведет, он с трудом удерживает себя в сознании, губы шепчут бессвязную чушь. Каждый укус Олега, каждое движение его пальцев внутри, каждый раз, когда Дима трется сосками о грубую ткань рубашки, - всё это сводит с ума. — Ты так прекрасен, когда теряешь контроль, — мурлычет Олег, слегка прикусив мочку уха Димы. Матвеев выгибается, его тело пульсирует от каждого укуса, чувства обострены до предела. Олег добавляет еще больше давления пальцами, чувствуя, как Дима трепещет и сжимается вокруг него. - Олег... я не могу... — Дима задыхается, его голос полон отчаяния. - Терпи, - властно чеканит Олег, наблюдая за дрожащим телом. Олег наслаждается властью, которую он имеет над Димой, и наблюдает за тем, как его мальчик сходит с ума, превращаясь в сущий комок желания и страсти. Матвеев действительно на грани безумия. Его тело, связанное и беспомощное, бьет крупная дрожь от напряжения и желания. Он полностью во власти Шепса, и каждое прикосновение только усиливает это невыносимое состояние. Его запястья, привязанные к лодыжкам, ограничивают движения, оставляя его в полной зависимости от партнера. Пальцы Олега глубоко проникают внутрь Димы, играя с ритмом и глубиной, каждый раз подводя Диму к грани, но не позволяя перейти её. Невозможность видеть Олега делает ощущения ещё более интенсивными. Каждый раз, когда Шепс наклоняется и прикусывает кожу на его шее или плечах, Дима чувствует, как это воздействие усиливается, смешиваясь с ощущениями внутри. Он не знает, когда Олег снова коснется его, не знает, что он сделает дальше, и это неведение только усиливает его чувства. Дима извивается на коленях у Олега, чувствуя, как член пульсирует от напряжения, как каждая клеточка тела реагирует на ласки Олега. Невозможность двигаться сводит с ума, абсолютная зависимость от партнера возбуждает до безумия. — Пожалуйста, Олег... — хнычет Дима, его голос наполнен отчаянием и мольбой.  — Мой мальчик хочет кончить? — тихо тянет Олег, не скрывая улыбки в голосе. - Да... пожалуйста... я больше не могу, — скулит Дима, извиваясь, пытаясь найти хоть какое-то облегчение. Дима чувствует, как губы Олега уверенно и нежно исследуют его тело, и от этого у него захватывает дух. Он полностью во власти Олега, и это ощущение уязвимости только разжигает его возбуждение. Он не может видеть Олега, не может контролировать свои движения, что отключает мозг и сводит с ума. Он полностью в его власти, и это невыносимо сладко. - Ты готов, мой хороший? — тихо спрашивает Олег, вгоняя пальцы в податливое тело резче и глубже. Не ожидая ответа от потерявшегося Матвеева, Олег продолжает свои медленные и мучительные ласки, его пальцы глубоко проникают внутрь, находя и массируя простату. Это касание будто пробуждает Диму, заставляя стонать и извиваться на коленях у Шепса. Его тело дрожит, он ощущает всё острее в тысячу раз из-за своего беспомощного состояния. Запястья, привязанные к лодыжкам, и завязанные глаза лишают его возможности двигаться и видеть, погружая его в мир чистых ощущений. — Олеж... пожалуйста... Я не могу больше — Дима на грани истерики, губы искусаны в кровь, брови капризно сдвинуты. Дима задыхается, его дыхание прерывистое и хриплое, его тело выгибается. Олег наконец жалеет своего любимого и начинает монотонно вбиваться кончиками пальцев в простату. Дима — все. Рассыпается на атомы, ловит звезды перед глазами, захлебывается в стонах. Никаких мыслей в пустой голове, весь он — на кончиках пальцев Олега, вся концентрация на одной единственной точке в теле. Член пульсирует, выплескивая на подтянутый живот плотные белые капли, пачкая рубашку Олега. Оргазм настолько мощный, что весь мир сужается до этого момента, а время останавливается. — Олег-Олег-Олег-Олег, — бессвязно шепчет любимое имя, тело выгибается в экстазе, — Да, п-пожалуйста, ещ-ще, Олеж, умоляю.. Олег продолжает свои движения, его пальцы не останавливаются, пока Дима ловит самый мощный оргазм в своей жизни. Каждое прикосновение к простате добавляет новые волны наслаждения, заставляя Диму стонать и извиваться ещё сильнее. Его стоны и скулеж наполняют комнату, Шепс сцеловывает эти звуки с уголков его губ. - Олег... о Боже... — хрипит Дима, пока тело дрожит от посторгазмических судорог. Олег наслаждается видом своего мальчика: растраханного, удоволетворенного, ничего не соображающего. Он знает, что довел Диму до предела, и теперь наблюдает, как тот наслаждается сладким мучением освобождения. Дима полностью измотан, его тело трепещет от остаточных волн наслаждения, и он едва может дышать. — Ты такой послушный, - шепчет Олег, обнимая Диму и гладя его по спине, — Так правильно меня принял, так хорошо терпел… Олег, наблюдая за тем, как Дима дрожит в его объятиях после мощного оргазма, невольно вспоминает их первый раз. Это был совершенно иной, нежный и бережный секс, который кардинально отличался от нынешней их горячей и извращенной сексуальной жизни. В тот вечер, когда они впервые оказались вдвоем, атмосфера была буквально пропитана романтикой и нежностью. Они были осторожны, изучали друг друга, как два неопытных исследователя, пытаясь понять, что приносит удовольствие партнеру. Олег помнит, как аккуратно он касался Димы, как внимательно слушал его дыхание и стоны, стараясь не сделать ничего, что могло бы причинить дискомфорт. - Ты такой красивый, — шептал тогда Олег, его пальцы нежно скользили по коже Димы, вызывая дрожь. Тогда же он понял, как плавит Матвеева от похвалы. Олег медленно и с любовью касался Димы, наслаждаясь каждым моментом их близости. Они искали ритм, который был бы комфортен обоим, и наслаждались каждым прикосновением, каждым поцелуем. Это был волнующий и незабываемый опыт, наполненный нежностью и теплотой. Олег помнил, как они нежно сливались в единое целое, их тела двигались в гармонии, каждая ласка была наполнена любовью и вниманием к желаниям партнера. Теперь же, удерживая дрожащее слабое тело Димы на своих коленях, Олег осознает, насколько изменились их отношения. Их желания стали более изощренными и смелыми. Они перешли от нежной романтики к горячему и извращенному сексу, где каждый знал, что может довести партнера до безумия, и наслаждался этим. — Ты был великолепен, — мурлыкает на ухо Олег, его голос сочится удовлетворением и гордостью. Осознание того, что они нашли новый уровень доверия и понимания, который позволяет им исследовать самые темные уголки своих желаний, сводит с ума. Олег знает, что Дима полностью доверяет ему, что он может позволить себе быть уязвимым и беспомощным в его руках. Это доверие — основа их связи, и Олег чувствует, как оно укрепляется с каждым разом. - Ты прекрасен, - снова и снова шепчет Олег, прижимая Диму к себе, чувствуя его тепло и дыхание. Шепс действительно без ума от Матвеева, каждый раз ловит себя на мысли что тот — просто невыносимо красив. Дима, все еще дрожа от посторгазмических волн, отчаянно прижимается к Олегу, выравнивая сбитое дыхание. Когда мощный оргазм наконец отпускает Диму, он чувствует, как тело обмякает, погружаясь в состояние почти полного бессилия. Голова кружится, и все вокруг кажется расплывчатым. Он едва может дышать, его грудь быстро поднимается и опускается. Олег, понимая, что их игра подошла к концу, медленно и аккуратно развязывает узлы, освобождая запястья и лодыжки Димы, массируя красные линии. - Всё хорошо, любимый, я здесь, - тихо шепчет Олег, его голос такой мягкий и успокаивающий, без капли власти, которая была буквально недавно. Освободив Диму от веревок, Олег осторожно прижимает его к себе, поглаживая по спине и чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело. Дима, изредка вздрагивая, обмякает в его объятиях, полностью доверяя Олегу. — Ты был прекрасен, моя любовь , - продолжает Олег хвалить Матвеева, наблюдая как того мажет от похвалы. Когда Олег поднимает Диму на руки, стараясь не причинить ему дискомфорта, и несет в ванную комнату, Дима полубессознательно прижимается к его груди. Олега плавит от такого доверия, хочется окунуть Матвеева в свою любовь и заботу с головой. Шепс аккуратно опускает подрагивающее тело в ванну, включив теплую воду. Он внимательно следит за состоянием Димы, нежно омывая его тело, чтобы смыть сперму и смазку. - Расслабься, всё хорошо, я здесь- шепчет Олег, массируя плечи Димы и помогая ему полностью расслабиться. Дима чувствует, как тепло воды и заботливые прикосновения Олега медленно возвращают его к реальности. Он постепенно приходит в себя, ощущая затапливающую нежность и безопасность в руках своего партнера. Голова всё ешё кружится, но он знает, что Олег рядом, а больше ничего не нужно. Когда Олег выносит Матвеева из ванной, завернув в пушистое полотенце, Дима кладет голову на плечо Олега. Шепс целует мокрые пряди волос, задыхаясь от нежности. — Ты в безопасности, любовь, я здесь, - шепчет Олег, присаживаясь рядом и нежно гладя его по волосам. Дима, находясь на грани сна и бодрствования, чувствует себя невероятно защищённым и любимым. Его тело измотано, но довольно, и он знает, что Олег позаботится о нём. — Спасибо, Олеж... - шепчет Дима пересохшими губами, его голос едва слышен. Тянет руки, притягивая к себе. Все, что сейчас нужно — закинуть ногу на бедро Олега и уснуть, вдыхая родной запах. — Спи, моя любовь. Ты сегодня был такой молодец, - Олег нежно целует Матвеева в лоб. Дима быстро погружается в сон, расслабленный в теплых руках Олега. А Олег, удовлетворённый тем, что смог доставить любимого до луны и обратно, просто наблюдает за тем, как Дима медленно и глубоко дышит во сне.