Прости, мам.

— Блять...       И вот, я вновь стою с еще не до конца открученой точилкой в руках, ноготь поломан, от того что я не могу разкрутить этот ебаный болтик, что зажимал лезвие. Отвертку я взять не мог, но а зачем?       В задницу все, возьму сразу нож.       Я кинул точилку на мягкий, махровый и белый ковер, а после вышел из комнаты. На моем лице было достаточно слез, что бы я почти ничего не мог разглядеть в своей собственной квартире. Ударился о что то...больно. Но все же, иногда мне действительно кажется, что самое лучшее в моей жизни что мне досталось от всех, так это боль, которую я получаю.       Нет-нет, не моральная боль, а физическая. Моральная боль уже полностью растерзала меня изнутри, а сейчас я растерзаю прямо себя, только снаружи. А зачем это всë? Я вновь и вновь буду делать ошибки, мое состояние будет ухудшаться с каждой мной малейшей совершенной ошибкой, а я все буду покрываться новыми, такими красивыми шрамами. Мать мертва, отец в командировке, остальных нету. У меня блять никого нету, от слова совсем. Даже в школе. Да, может быть мне кажется что я с кем то дружу, но это совсем не так. Я каждый день выхожу гулять, что бы снова повеселить своих «друзей» разными шуточками, снова они смеются.       Может быть, я сам навязал себе статус клоуна?       Может быть, все это не настоящее?       Каковы шансы, что это все всего лишь галлюцинации?       И все же, я вбежал на кухню. Мой взгляд быстро метнулся на ящик, в котором лежали ножи. Подбегаю к нему, и быстро открываю, кажется, что вот-вот весь кухонный стол свалится на меня. Но ничего страшного, так будет даже веселее. Намного веселее. В правой руке нож, а левая рука стоит прямо перед моим лицом. Я усаживаюст на белый палас, что был на кухне. Мои зрачки расширяются, и я прикладываю остриë ножа к своей коже, проводясь им вдоль по своей руке. Из только что оставленного пореза, выявляются маленькие сгустки крови, а после начинают вырисовываться большие капли, которые медленно, и не так торопливо стекают по моей руке. Я приподношу руку к своему лицу, и облизываю вдоль по всему порезу кровь. Железный привкус не покидает мои вкусовые сосочки на языках, и я нервно улыбаюсь. Слезы катятся на оставленный порез, а после очень острая боль, от количества соли в ране, и я улыбаюсь.       — Прости меня, мам, я не сдержал свое обещание, — я начинаю истерически смеяться, смотря в небо, и поднимаясь с ковар, становлюсь на колени, прям перед окном, — Я не смогу поступить на зубного, не смогу построить своë будущее, не смогу прожить счастливую жизнь...       Я опускаю голову вниз, слезы, вместе с каплями крови капают на палас. — Это всë уже не будет возможно, даже если я и выживу, то это ебанное клеймо останется на всю жизнь.., — я посмеялся — Прости за палас, мам, я не хотел.., Я могу чем то искупить свою вину?       Приподняв руку, я оставил второй порез, а после нож упал на пол, с небольшим треском железа об древесину кухонного ящика. Я посмотрел на кухонный ящик, и открыл его. — Если я постараюсь оттереть этот ковер, ты меня простишь, я не буду больше виноват? — я поднял глаза, а после достал из того кухонного ящика средство для мытья ковров. Тут всегда находились какие либо химические вещества, по этому я достал мне нужное, — Прости мам, я пойту за тряпкой, это буквально пять секунд! Я щас вернусь, не переживай!       Я поднялся с пола, и выбежал с кухни. Взяв в окрававленные руки первую попавшуюся свою майку, я намочил ее водой, а после вернулся. Опять упав на колени, я налил на ковер средство для отмыки разных жидкостей. Я медленно и неторопливо начал пытаться отмыть ковер. — Не отмывается..,мам... — я поднял взгляд, — Прости пожалуйста, я не хотел! Я обязательно накажу себя! Я заслужил!       Рука быстро обхватило это жилкое средство, и я залил его себе в рот. Я нахмурился от неприятного чувства мыльности во рту, а после убрал эту бутылку обратно. Меня начало подташнивать, по этому я начал шататься. — М-мам, этого достаточно? — Я замолчал, а после меня начало крутить. — Ну вот...скоро мы с тобой наконец-таки встретимся... Я могу, на последок сказать что меня тревожит? — долгое молчание. — Если честно, то я задолбался жить, мам. Я правда хотел взяться за свое будущее, но взялся за нож... Я не то что стал ненастоящим собой, так я ещë и навязал себе этот утпое прозвище - клоун класса. Да и впринципе не только класса. Помнишь Егора? Булаткина? Он сказал что я всë порчу... Но ничего, я ведь уже наказал себя, да, мам? Ну так вот...что я еще же хотел сказать?       Я тяжело вздохнул, а после поднялся, смотря в зеркало, что весело на кухне. Взяв из тумбы другой нож, я так же стянул с себя майку, а после начал вырезать грим клоуна на своем лице. Эти треугольнички над глазами, и под ними. — Красивый? Нет..? — Я немного огорчился, — А! Я понял про что ты, мама! У клоуна же должен быть красный нос!       Заулыбавшись, я внимательно поглядел на свое лицо, а после сделал небольорй разрез кончика своего носа, он буквально отпал от меня. — А теперь мам, теперь похож?! — я подлетел к окну.       Меня резко затошнило, и я вырвал прямо на подоконник. Я отпрянул от туда, и направившись в ванную с ножем в руках, так же заглянул плывущее зеркало. Ненавижу себя, просто ненавижу... Я начал вырисовывать на своем теле разные буквы, они были в разном сборище. Должно было получиться: Не реанимировать.       Дописав это, я начал писать на животе: Хотя врядли у вас уже получиться.       Я опять вернулся на кухню, и открыв окно сел на колени. Почему все так не справедливо? Мой кончик носа ужасно пекло, кровь скатывалась по губам, опуская ниже к только что написанным буквам. — Ладно мам, пришла пора прощаться. Но ты не переживай! Ещë совсем немножечко, и мы встретимся.       Я перевернул нож острием к своему телу, и резко воткнул его в себя. Меня будто прошибло током, но после я вынул нож и сделал это вновь, и вновь. Наконец то, глаза начали закрываться, а вокруг все плыть... — Прости пап...Я навестил маму без тебя.. Кха! — из моего рта начала литься, кровь, и я окончательный раз воткнул в себя нож, просто напросто чувствуя как из меня вылетает кровь. — Я был..в-во..всем виноват.. — сказал я, а после на этот раз навсегда закрыл звои глаза. Привет, мам).