Черно-белые фото в коробке

2025 год, ноябрь Перебирая коробки на чердаке уже бывшей квартиры Минхо , Чан наткнулся на небольшую подарочную коробку, обернутую в несколько слоёв целлофанового пакета. С виду вещь выглядела нетронутой и сохранилась в очень презентабельном облике, только вот потертости на золотой ленте и синей бархатной крышке выдавали срок ее давности. Коробку явно берегли и старались сохранить её целостность, а тот, кому она принадлежала, очень дорожил ей, раз не позволил пострадать от внешних факторов. Но тогда почему она оказалась здесь, средь потертых вещей и ненужного барахла, Чан понять не смог. - Минхо, - громко позвал Чан, заставляя старшего спускаться со второго этажа, - тебе эта коробка еще нужна?, - спросил друг, аккуратно снимая крышку. Любопытство взяло вверх, и чувство десткого предвкушения, говорило где-то внутри, что тут могут храниться сокровища. Только Чану было 37, и в чудеса он давно не верил, но все же позволил себе заглянуть внутрь коробки. На его удивление, там были простые фотографии, сделанные когда-то Минхо, но все, что их объединяло, это молодой заставший на снимках юноша. Парень с фото где-то улыбался, где-то задумчиво сидел, грызя в зубах карандаш, а где-то смотрел прямо в объектив. Чан признал, парень был очень красивым. Спустившийся со второго этажа Минхо, сначала не обратил внимание на предмет в руках Чана, сосредотачивая взгляд на подвернутой ноге, но затем приглянулся во второй раз получше. Настроение упало окончательно. Заметив резкую перемену настроения друга, Чан поспешил спросить: - Поделишься? – осторожно взглянул он на Минхо, ожидая ответа. Эти фото были важными и личным, раз Минхо не посчитал нужным сообщить лучшему другу о том человеке, возможно, из самого счастливого периода жизни Минхо. Чан ругал себя, что вообще полез в этот ящик Пандоры и ценил личное пространство друга, и даже если бы получил отрицательный ответ, то молча бы закрыл коробку, пообещав себе забыть о ней и не упоминать ни при каком случае. Но как он и рассчитывал, отказа от Минхо не последовало. - Расскажу, как только приедем в новую квартиру, - мужчина облокотился на стену и бросил многозначительный, слегка грустный взгляд на руки Чана, держащие его давнее прошлое. В голове вскрылись старые воспоминания, которые Хо старался забыть уже много лет и никогда не вспоминать. Прошлое на то и прошлое, нечего его ворошить каждый раз. Только вот золотая лента на крышке коробки так и резала взгляд, как бы намекая на то, что никогда Минхо от него не убежит. И изменить он его не сможет. --- 2020 год, март Ему недавно исполнилось двадцать лет, студент второго курса с ярым желанием поглощать мир учебы, всеми способами и возможностями. Когда Джисон не учился или не посещал лекции, то часто проводил время в книжном кафе, погружаясь в книги по искусствоведению или просто влюбляясь в миры Джейн Остин и Ф. Скотта Фицджеральда., и уже на следующий день, подключая все свое ораторское мастерство, рассказывал об прочитанном своим друзьям. Даже те, кто действительно не были заинтересованы во всем этом "заумном" искусстве, с нескрытым восхищением слушали парня. Тот действительно умел заинтересовать, вдохновить и даже, в каком-то понимание, вести людей за собой. Неудивительно, что его друзья часто называли парня «прогулочной энциклопедией искусства». Напротив, внешность Джисона не отражала его настоящей натуры. За наружной устойчивостью и тонкими чертами лица скрывался истинный огонь страсти к исследованиям, в особенности художественное искусство. Каждую свободную минуту Парень проводил на выставках и в музеях, погружаясь в мире разных эпох и культур. Он обожал подолгу останавливаться перед каждым полотном или скульптурой, где-то внутри чувствуя, как-будто это его рука проводила кистью по холсту, вырисовывая один мазок за другим. Помимо учебы, Джисон находил радость в простых жизненных удовольствиях. Парень любил гулять по старым улочкам города, читать стихи у реки или просто проводить время с друзьями. Его стиль одежды был комфортным, слегка дерзким, но всегда подчеркивал его индивидуальность. Порой это могли быть брюки с простой футболкой или "рокерские" джинсы с потертой коричневой косухой - зависело от настроения и погоды. В любой компании Джисон был тем, кто вносил нотку тепла и умиротворения. Его друзья ценили того за открытость и готовность помочь(однажды, по пьяни, он спасал уличного кота от собаки, пытаясь снять того с дерева. Только давайте не будем говорить ему, что кот там мирно спал, а оказавшаяся собака была лишь мусорным пакетом. Просто Джисон очень сильно гордился собой в тот день). Коллеги по курсу — ценили его за глубокие знания, иногда завидуя ему в том, что они так и не нашли свое дело, которое могло бы их так зажечь. Начало третьего курса показалось парню крайне изнуряющим и выматывающим, так как к основным предметам призывались дополнительные, которые ну совсем не впечатляли Хана. Ощущая невероятную усталость от новых обязательств и непривычного ритма жизни, который внезапно навалился на него с началом учебного года, Джисон решился развеяться так, как он умел - сходить на выставку современного искусства в университете. Это было настоящим бальзамом для души – местом, где можно отвлечься от повседневных забот и насладиться красотой. Помещение, где проходила выставка, было наполнено необычными экспонатами, каждый из которых казался словно воплощением творческой мысли и внутреннего мира своего создателя. Джисон прогуливался между стенами, увлеченно изучая каждую картину, скульптуру, фотографию. Осеннее солнце, проникая сквозь окна галереи, создавало игру света и тени на произведениях, что придавало им еще большую выразительность и глубину. Каждый шаг был как шаг в новый мир, где правила определялись чувствами и восприятием, а не конвенциями и правилами общества. Один из самых ярких моментов на выставке стало знакомство с работами молодых и начинающих фотографов, чьи произведения поражали своей свежестью и оригинальностью. В одном из углов зала взгляд Хана остановился на мужчине, который активно пожимал руки проходящим мимо посетителям, слушая хвалу и благодарность. Нетрудно было догадаться, что тот мужчина был тем самым автором работ, фотографии которого оживали в руках. С самого детства Минхо был воспитан в традициях стабильности и достижения определенных целей. Его родители, оба успешные профессионалы в своих областях, внушили ему уважение к упорному труду и честности. В школьные годы он отличался дисциплинированностью и усердием, что в сочетании с природной способностью к анализу и креативному мышлению, привело его пойти на экономический, закончить бакалавриат и магистратуру, утроиться в коммерческий сектор и приложить все усилия, для еще больших побед и успех в семейным деле. Он знал, что когда-нибудь займет место отца, поэтому усиленно старался не подвести того. Минхо был планировщиком до мозга костей. Мужчина не мог терпеть, когда планы вокруг него рушились, и все выходило из-под контроля. Однако, таких ситуаций в его жизни было всего 2 (до встречи с Джисоном): не удачно сваренный рис и оценка "удовлетворительно" по высшей экономике, вместо ожидаемой "отлично" (Минхо на 100% уверен, что его просто хотели завалить). По этой же причине, его окружение считало Ли примером для подражания, ведь буквально каждое дело, которое он начинал, получилась в его руках превосходно. Мужчина всегда действовал по личной инструкции "выучи, усовершенствуй, примени". Пусть это была готовка, или фотография, он всегда знал, какое количество соли нужно насыпать в блюдо и какой именно нужен горизонт для хорошего фото. Но только фотография смогла стать его главным увлечением. В первый раз взяв в руки фотоаппарат, Ли почувствовал, что это и есть его тот самый способ самовыражения. За годы практики он научился видеть красоту в простых деталях жизни, отражать эмоции и настроения в своих снимках. Фотография для него стала не просто хобби, а способом погружения в мир визуального искусства, мир, где каждый кадр мог рассказать свою историю. Именно это почувствовал Джисон, просмотревший работы мужчины. Желая прокомментировать одну из работ старшего, он неожиданно для себя завел диалог: - Почему вы решили выбрать именно черно-белый фильтр, а не оставить изображения в исходном варианте? - Минхо тогда посмотрел на него с таким выражениям лица, что парень невольно подумал о том, как глупо звучит вопрос для того. В ответе же мужчины не слышалось никаких ноток осуждения. - С использованием правильного черно-белого фильтра можно увидеть те самые акценты, которые смогут привлечь внимание и вызвать чувства намного лучше, чем если бы фото было цветным, - остановился он, на секунду задумавшись, - Такая работа выглядит более чистой, а мозгу намного легче воспринять суть, не отвлекаясь на палитру цветов. Джисон никогда не задумывался об этом, поэтому такой ответ его более чем удовлетворил. И не найдя слов, чтобы продолжить беседу дальше, он поблагодарил мужчину и поспешил перейти в другой зал, пару раз обернувшись. После окончания своей прогулки по галерее, Джисон решил пойти в любимое книжное кафе неподалеку, чтобы перекусить и поделиться фотографиями в своем мини-блоге. Открыв дверь в кафе, первое что он заметил, был тот самый мужчина. Он сидел с прямой спиной слегка наклонив голову вперед, читая книгу, как понял Джисон, о ранних работах Пикассо. Как он это понял? Конечно же он читал ее раза 3, еще на первом курсе, когда готовился к курсовой работе. Поняв, что он засматривается на Минхо слишком долго и пара предпринять какие-то действия, он додумывается поздороваться с ним. На удивление, Ли слышит это тихое неуверенное приветствие, отвлекаясь от книги. - Здравствуй, я так понимаю, ты учишься на искусствоведения? - сразу задает он, казалось бы, совершенно взявший из неоткуда вопрос. Но Минхо, замечая удивленное лицо парня, сразу объясняет, - Я просто заметил, что ты рассматриваешь работы подозрительно долго, для простого обывателя. Но заметив значок твоего факультета на рубашке, предположил, что ты студент художественного. - А, это, - слегка замялся Джисон, - да, я уже на третьем курсе учусь. Вы сейчас про Пикассо читайте, да? Так вот, там в конце книги, в последней части, автор не проверил информацию, поэтому есть пару путаниц в дате написания. Так что рекомендую сразу перепроверить, - протараторил парень, и уже собирался отойти от стола мужчины, но кинутые вслед слова остановили его. - Да, а можешь точно сказать где? - Минхо отпил из чашки и повернул книгу в сторону стоящего студента. Джисон, понимая, что это его хороший шанс узнать о фотографе больше, решил войти в разговор. Он подошел ближе к столику, за которым сидел мужчина, и получая одобрительный жест, чтобы присесть рядом, начал активно рассказывать о всех погрешностях книги. Так, в их разговоре быстро выяснилось, что они оба разделяют не только интерес к искусству и литературе, но и имеют схожие взгляды на жизнь и ценности. Этот разговор положил начало их общению. Минхо, чьи черно-белые фотографии выражали глубину его внутреннего мира, нашел в Джисоне не только партнера для обсуждения искусства, но и человека, способного вдохновить его на новые творческие эксперименты. Джисон, в свою очередь, обнаружил в нем интересного собеседника и спутника, который мог понять его страсть к миру красоты и выразительности. --- Первые несколько встреч прошли в атмосфере неуклюжего неловкого общения, характерного для начала знакомства. Они изучали друг друга через разговоры о любимых книгах, любимых художниках и местах, которые они мечтали посетить. Минхо раскрывал перед Джисоном мир своих черно-белых фотографий, каждая из которых хранила частичку его души и взгляда на мир. Джисон, в свою очередь, рассказывал о своих увлечениях и мечтах, о ценностях и идеалах, которые он пронес сквозь все свои учебные и жизненные пути. Он был живым примером того, как молодость и энтузиазм могут изменить взгляд на окружающий мир, сделать его ярче и насыщеннее. Постепенно их общение приобретало более глубокий характер. Они начали проводить больше времени вместе, открывая друг для друга новые грани своих личностей. Минхо, хотя и был человеком тихим и неэмоциональным, с Джисоном чувствовал себя комфортно. Его глаза загорались огнем внутреннего вдохновения, когда тот рассказывало о своих исследованиях в области современного искусства и философии. Но знания не удивляли мужчину так, как способность Джисона заинтересовать и слушать. Хан же, в свою очередь, вдыхал воздух свободы, когда они вместе фотографировали пейзажи или просто гуляли по улочкам города, обсуждая свои идеи и мечты. В их отношениях была особая гармония, словно каждый из них был дополнением к образу друг друга, создавая единую красивую картину дружбы и взаимопонимания. - Ты знаешь, я думал, что мы не продолжим общение после нашей первой встречи, - признался как-то раз Ли на очередной прогулке с младшим. Сказать, что Джисон был тогда очень удивлен, это ничего не сказать. Как? Разве он поступил как-то не так по отношению к Минхо? Разве тот не сам предложил ему обменяться номерами телефонов? Видя, как парень не мог подобрать слов на этот комментарий, тот продолжил, - Мне казалось, что мы немного разные. Что может быть общего у старикашки менеджера и простого студента? - Много чего вообще-то! - чуть воскликнул Джисон, но сразу перешел на спокойную речь, - И прекрати называть себя старым, тебе только 31. - Мне уже 31, Джисон, - мягко поправил он с легкой усмешкой на губах, затем продолжил свою мысль, - Знаешь, тогда ты мне показался слишком общительным, что порой, моя голова могла гудеть часами. А когда ты начал присылать каждое утро сообщение с добрым утром, то я думал, что точно заблокирую тебя, - Минхо это сказал так обыденно, будто проворачивал такое сто раз. Джисон не ожидал услышать именно эти слова, однако, он смог предпринять все усилия, чтобы не обидеться на мужчину. Он привык, что Минхо всегда был честным. - Прости, - проронил парень, уводя взгляд куда-то в сторону, - Я просто хотел продолжить общаться с тобой, - после этих слов, Джисон и правда стал выглядеть расстроенным. Где-то глубоко в душе ему очень сильно хотелось поколотить Минхо, ведь он просто старался сблизиться! Почему тот не понял? Минхо все понимал, однако не привык, когда принципы и правила его жизни хотели поменять, пускай и не специально. Минхо - не человек переписок, а контакт Джисона вообще попросил из некой вежливости (и не будем скрывать, небольшого желания, как-нибудь позже пересечься с ним в реальности снова). Но получив следующим утром: "Доброе утро, Минхо-Хён! Что будешь делать на выходных? Не хочешь вместе сходить на одну выставку?^^", - немного был шокирован. Сообщение не оставалось прочитанным примерно часа 2, за которые мужчина пытался понять, зачем вообще писать кому-то по утрам? Разве Джисон не на учебе, или не принимает душ? После этого, ежедневные переписки с Джисоном начали превращаться в закономерность, но признаться честно, Ли никогда не писал первым. Он не имел такой привычки. Просыпаясь по утрам, первым делом он шел в ванну, затем завтракал, собирался на работу и уходил. Соцсетей он не вел, а все важные чаты были собраны в Вотсапе, поэтому было достаточно проверить уведомления телефона, для того чтобы узнать все необходимые события и новости. С появлением в жизни Минхо Джисона, к уведомлениям из Вотсапа прибавился еще один дополнительный чат из Каток, который игнорировать с каждым днем получалось все сложнее. На той стороне чата ждал солнечный Джисон, с аватаркой аниме персонажа и песней "외계인 (Alien)", некого молодого исполнителя, в статусе. Каждое утро парня начиналось с проверки соцсетей, а затем небольшой "рассылки" сообщений для друзей, с пожеланием хорошего дня. Хан делал это, потому что хотел, желая того, чтобы такое небольшое предложение помогло скрасить кому-то утро. Минхо не был исключением. Со временем, Минхо осознал, что общение в мессенджерах также важно для поддержания связи, но в первую очередь оно важно было для Джисона. Иногда ему даже самому хотелось поделиться какой-то мыслью или новостью первым, и когда он ловил себя на этом, осознание сильно ударяло куда-то в голову. Его привычная рутина начала рушиться. Но сказать, что ему это нравилось, Минхо пока не мог. Джисон же напротив был рад такому исходу событий. Он не понимал, что за чувство внутри заставляло его проверять телефон на наличие уведомлений, а также искать всякий подходящий момент, для того чтобы позвать фотографа на встречу. В самом начале общения Джисон не ощущал к фотографу ничего кроме как восхищения и большого желания расспросить того о всем, что интересовало. Их первые встречи действительно напоминали шоу "Что? Где? Когда?", где неугомонный Хан с заранее заготовленным списком вопросов, перескакивал с темы на тему, чтобы поближе узнать о фотографии и о самом мужчине. Слушая ответы мужчины, Джисон часто приоткрывал рот и выдавал удивленное тихое "Аа..", на что Минхо не мог сдержать доброй улыбки. В одну из таких встреч, Джисон подметил, что уже 15 минут прожигает фотографа взглядом, вместо того чтобы внимать его речам. Обводя взглядом красивый профиль Минхо, парень плавно перевел взгляд на его каштановые волосы, мысленно пытаясь понять, какие они на ощупь. И лишь вопросительные глаза Минхо, вывели того из транса. - Что-то не так? - задал вопрос старший. - Нет, все в порядке. Просто, - переходя на шепот, - Ты красивый, хён, - подытожил Джисон, смущенно убирая взгляд в сторону, никак не ожидая от себя того, что так честно сможет сказать об этом в лицо. Напротив, Минхо совсем не был смущен этим словам, и с улыбкой смотря в глаза Джисона, проговорил: - Ты тоже, Сони Джисон расплылся в улыбке от милого "Сони", но на секунду ему показалось, что в глазах старшего блеснула грусть. --- Минхо был 31 год, и он всегда представлял своего будущего партнера как зрелую, уверенную в себе личность, ближе к его возрасту. Эта мысль часто приходила к нему, особенно в те моменты, когда он оказывался в окружении своих близких друзей, которые уже создали семьи или находились на пути к успеху в карьере. Но, несмотря на успехи в профессиональной сфере, личная жизнь Минхо развивалась не так гладко. Он мечтал о партнере, который будет ему равным по уму и жизненному опыту. В его представлении, тот самый идеальный человек должен был быть не только красивым, но и уверенным в себе, готовым поддерживать его в устремлениях и амбициях. Он мечтал о спутнике жизни, с которым можно было бы разговаривать на различные темы, делиться впечатлениями от путешествий и творческих открытий. Когда Минхо впервые увидел Джисона на выставке современного искусства, его внимание привлекло не только его внешность, но и живой ум и интеллект. В его глазах он увидел искру любознательности и нежности, что сразу вызвало у него интерес. Однако, несмотря на хорошее настроение и открытость Джисона, Минхо начал осознавать разницу в их возрасте и жизненном опыте. Ему было 31 год, и он чувствовал себя более зрелым и устойчивым в своих убеждениях, чем молодой студент, только начавший свой путь в университете. Годами выстроенные принципы и идеалы начали мешать ему открыться полностью и довериться своим чувствам к Джисону. Он был не глупым, и видел, как на него смотрел парень, из-за чего его внутренне сопротивление только нарастало. Когда чувства Ли к Хану начали становиться серьезными, он ощущал внутреннее бурление, которое тщетно пытался скрыть за маской равнодушия. Его разум и сердце вступили в борьбу, которая началась много раньше, чем он осознал это полностью. Быть возле Джисона означало для него нарушение установленного порядка, который он старался поддерживать в своей жизни. Эти размышления и страхи подстерегали его на каждом шагу, особенно при встрече с самим парнем. Все вокруг начало давить. Общение с Джисоном постепенно становилось напряженным. Минхо старался держать дистанцию, избегая интимных бесед и личных встреч. Когда они все же происходили, общение оставалось на уровне формальных разговоров о работе, искусстве или погоде. Джисон чувствовал эту дистанцию и искренне не понимал, что случилось с некогда общительным фотографом. Он продолжал искать способы поддерживать связь, отправляя ему фото, сообщения, иногда просто текст с длинными размышлениями о своей жизни, учебе и интересах. Для Джисона каждое письмо было как попытка достичь сердца мужчины, проникнуть сквозь барьеры его сомнений и страхов. Он верил в их возможность быть вместе, несмотря на все преграды, которые вставали на их пути. Его эмоциональная открытость становилась своеобразным испытанием для Минхо, который, с одной стороны, ценил его искренность и преданность, а с другой стороны, испытывал давление своих собственных внутренних конфликтов. Джисон не помнит точно, когда именно начал испытывать к Минхо теплые чувства, однако с уверенностью мог сказать, что уже больше 2х месяцев не мог заснуть без мыслей о старшем. Сначала Джисон, честно, старался игнорировать эти внезапные чувства. Он анализировал каждую встречу, каждый разговор, пытаясь найти рациональное объяснение своему влечению к Минхо. Но чем больше он отрицал эти чувства, тем сильнее они становились. Он начал замечать, как его сердце билось быстрее при его виде, как он высчитывал часы до каждой их встречи. Время от времени он ощущал себя слабым и неуверенным перед этой новой реальностью. Чувства к Ли заставили его столкнуться с собой и признать, что парень не в силах контролировать это. Джисон осознал, что искусство любить — это искусство быть уязвимым, открытым и готовым к изменениям. Поэтому принял решение перестать бороться с ними всецело отдаваясь зову своего сердца. Резкий наступивший холод между ними, делал Хану больно, заставляя душу ныть под ребрами. Он пытался понять резкую причину таких перемен, но задать вопросы постеснялся. "Вдруг этот что-то личное? А если у него кто-то появился и попросту нет времени отвечать мне", - крутились мысли в голове Джисона. Джисон стал плохо спать. Все мысли казались наполненными присутствием Ли: его теплой улыбкой, которая означала для него больше, чем слова могли выразить, его вниманием, которое он старался принимать как знак общего интереса, Но иногда его мучила мысль: может быть, это просто дружба в его глазах? Он знал, как важно не обманывать себя, но все его попытки проникнуть в мысли фотографа оставались напрасными. Минхо был приветливым со всеми своими знакомыми, что иногда он с трудом различал, есть ли между ними что-то большее. В такие моменты сомнения охватывали его сильнее, чем он хотел бы признать. Джисон не мог избавиться от того чувства, что Минхо видел в нем только друга. Это было как удар в самое болезненное место его сердца, потому что его чувства к мужчине были настолько глубоки и искренни, что представить, как он не разделяет их, парень не мог. Он жаждал ясности. Желал узнать его мысли и чувства, но одновременно боялся как школьник, что ответ старшего мог разрушить их дружбу. Джисон боялся правды. И все же каждый раз, когда они проводили время вместе, он не мог отказать себе в надежде, что может быть Ли чувствует так же. Он стремился понять, чего на самом деле хочет и ждёт от него Минхо. И чем больше парень этим занимался, тем больше понимал, насколько сложно принять то, что его чувства могут остаться неразделенными. --- Каждая новая встреча и каждое новое сообщение Джисона вызывали в Минхо новые волны внутреннего беспокойства. Он чувствовал себя в затруднительном положении, между желанием быть с ним и страхом перед будущим, который он так тщательно строил для себя. Стабильность его карьеры в компании была для него неотъемлемой частью самоопределения, идеалом, которому он стремился следовать, чтобы достичь полной гармонии в жизни. Только вот на работе, мысли сбивались с курса, погружая парня в раздумья о молодом парне, из-за чего Минхо начал часто делать ошибки (не только на работе). Однако, чем больше времени они проводили раздельно, тем сильнее он осознавал, что Джисон становится для него неотъемлемой частью его бытия. Его присутствие, даже в отсутствие, напоминало ему о том, что жизнь не всегда подчиняется планам и ожиданиям. В его глазах он видел отражение своих собственных амбиций и мечтаний, мечтаний о семье и полноценной жизни наряду с любимым человеком. Но Минхо продолжал отталкивать его внутри своего сердца, убеждая себя в том, что между ними невозможно что-то серьезное. Он чувствовал, что это единственный способ сохранить контроль над своей жизнью. "Привет, как дела? Хорошего тебе дня!" Эти смс каждый раз звучали для него как напоминание о том, что Джисон все еще здесь, что чувства парня к нему не исчезли, несмотря на его отдаление. Минхо чувствовал себя раздираемым между желанием быть с ним и страхом перед переменами, которые это привнесет в его устоявшуюся жизнь. Но Ли также осознавал, что не может просто игнорировать его усилия и забыть о нем. Став частью его жизни, частью его восприятия мира, которую тот не мог просто так отвергнуть, мужчина решил пойти на отчаянный (Минхо бы сказал, трусливый) шаг в своей жизни — остаться с ним друзьями, закапывая свои чувства глубоко внутри себя. Ли понимал, что чтобы сохранить свою стабильность и контроль, ему нужно будет научиться управлять своими эмоциями и чувствами к Джисону. Минхо начал воспринимать их общение как возможность укрепить их связь, несмотря на его внутренние колебания. --- Попытки учиться слушать Джисона, понимать его взгляды и чувства, открывая для себя новые аспекты личности парня, превращались в сладкую пытку для фотографа. Джисон все также продолжал вдохновлять его своей страстью к искусству и жизни, становясь для того источником новых идей и перспектив. Парень становился все ближе к нему. Но с каждым шагом внутренний голос Минхо протестовал, говоря, что любые теплые чувства от парня к нему — это просто временное заблуждение, что настоящая любовь вырастет только из осознания и умной расстановки, но в какой-то момент все сложнее стало скрывать от себя факт того, что Джисон испытывает к нему нечто большее, чем просто симпатию Джисон влюбился в него. Понимание наполняло душу мужчины виной. Виной за то, что Минхо боялся открыться и отвечать таким же чувством. Виной за то, что его страхи и его планы становились преградой на пути к их возможному счастью. Минхо открыто боялся неизвестности, он боялся перемен, которые могут привнести в его жизнь новые неожиданные повороты. Минхо было стыдно, что он решил играть в дружбу, зная, как парень дорожит им. --- В один день, когда они были вдвоем в уютном кафе, Ли захотелось поделиться своими переживаниями с Джисоном. Мужчина смотрел в глаза Хана, в которых читались тепло и забота, и говорил ему о своих страхах, о чувствах, которые мешали ему раскрыться. Джисон, сидя напротив, слушал его внимательно, а его рука лежала на руке старшего, даря утешение и поддержку. - Мой главный страх — разрушить свою жизнь своим же руками, и не суметь восстановить все это — начал он, чувствуя, как каждое слово валило с него груз собственных предубеждений, - Иногда, я понимаю, что стоит переступить через свои страхи и пойти вперед, но что-то постоянно обрывает меня, - он устало потер переносицу и опустил взгляд в стол, - Я думаю, что трус, и поэтому никогда не смогу стать счастливым на все 100%. Да и кто меня такого может полюбить? - риторически сказал, - Джисон, ты молод, я уверен, что ты еще будешь обжигаться и не раз, но я искренне хочу сказать тебе, что никогда не отчаивайся и не падай духом. Люди часто делают больно друг другу, но ты справишься. Будь чуточку сильнее, чем я, пожалуйста..., - опустошенный взгляд Минхо вызвал в Джисоне желание крепко обнять мужчину и никогда не отпускать. Джисон не мог понять на все 100%, что конкретно пытался донести до него Минхо. Чувство недосказанности со стороны Ли, и некое желание извиниться перед ним, лишь подкрепляли его раздумья. Джисон покрепче взял его руку в обе свои, смотря тому в глаза с той самой искренностью, которая так поражала Минхо с первой встречи, я начал свою речь: - Минхо, Ты обязательно найдешь того, кто полюбит тебя и примет все твои недостатки, кто будет любить тебя самой настоящей и чистой любовью, — Джисон сделал паузу, чуть успокаивая свое бушующее сердце, - Страхи перед будущим есть у всех, и это нормально, когда что-то выходит из строя, хён. Но это не значит, что ты не справишься с этим. - Хан перевел взгляд с рук на лицо мужчины, - Ты сильный, и я в тебя верю. Ты не трус, Хо, закончил Джисон, голос которого звучал как утешение и прогноз, словно видевший его будущее яснее, чем он сам. Эти слова кольнули сердце Ли. Он чувствовал, как в его внутреннем мире происходит бурное смешение эмоций — признание своих страхов, понимание их истинной природы, и та неподдельная забота, которую он испытывал к Джисону. Разум проигрывал сердцу очередную партию в ожесточенной войне, которую Минхо выстроил собственными руками. Но как бы тот не слушал речи младшего, понимал, что он жалкий трус, которого Джисон точно не достоин. Именно эта мысль заставила того сделать решающий ход в уже заранее проигранной игре. Минхо взглянул на Хана, тепло улыбаясь, и произнес слова, которые по плану должны были вернуть Джисона в чувство, но почему-то только больнее делали самому Ли: - Спасибо тебе за поддержку, Сони, - предательское Сони вырвалось из губ Минхо, - Ты очень важный друг для меня. Я обязан стать лучшей версией себя, чтобы, однажды, сумевший полюбить меня человек, не разочаровался во мне снова, - он вытащил свою ладонь из сжатых слегка влажных ладоней Джисонами натянул искреннюю улыбку, попытавшись сделать вид, будто сам поверил в свои слова. Улыбка Джисона была яркой и пронзительной, словно звезда на ночном небе, но Минхо не был глупым, чтобы не услышать, как сердце студента разбивается внутри того. Джисон поблагодарил в ответ за их дружбу, сделав свою улыбку маской глубокого разочарования. Джисон сослался на мелкие дела, чтобы оправдать свой уход, и они расстались в том же кафе, где все началось. Ли остался сидеть один в тишине кафе, слушая как часы тикают с беспокойным ритмом. Решение было принято, но внутри бушевали бурные эмоции. Он знал, что этот шаг был необходим для того, чтобы быть верным самому себе и своим убеждениям. Но выигравший эту партию разум совсем не хотел аплодировать своей победе, а побежденное сердце больно скрипело в груди. Он уже все разрушил... --- Джисон прекрасно помнил, как подписал контракт со вселеной о том, что согласен со всеми последствиями "такого" общения с фотографом. Он знал, что не всегда люди любят тебя в ответ. "Друг, друг, друг", - проносилось в его голове, от чего каждый сделанный шаг в сторону дома становился еще тяжелее. Осознание приходило к нему медленно, словно тяжелый мрак, пронизывающий душу. Джисон, как ребенок верящий в Санту Клауса, строил надежды и мечты о взаимности, о том, что его чувства найдут отклик, но вместо этого остались лишь теплая дружба и пустота. В голове всплывали моменты проведенные вместе, мучили его, но он вновь перебирал их в памяти, искав взгляды, жесты, слова, которые могли бы подтвердить его надежды. Он был уверен, что между ними есть что-то особенное, что они связаны чем-то большим, чем просто дружба. Но чем больше Джисон анализировал действия и слова Минхо, тем больше становилось понятно, что его любовь осталась безответной. Это причиняло ему мучительную боль. Чувствовующий, как сердце разрывается на части, Джисон был не в силах принять факт, что его любовь оказалась односторонней. Любой проходящий мимо Джисона, мог ясно разглядеть отражение разочарования и горечи в глазах парня, а внутри – безысходность и пустоту. Ведь Хан так искренне верил, что в их отношениях есть место для большего, чем просто дружба. Студент чувствовал себя потерянным и одиноким в своем переживании, мечтая о крепких объятиях, горячем кофе и уютном пледе. Прийдя домой, только один в полутьме своей комнаты, Джисон позволил себе расслабиться и привести бушующее сердце в спокойствие. Каждый вечер слезы без приглашения приходили к нему, медленно капая по его щекам, словно дождь за окном, а боль становилась всё глубже. Каждый раз, когда он видел Минхо, пытался скрыть свои чувства за улыбкой и радостью. Джисон держал всё в себе, надеясь, что тот почувствует скрытые эмоции, что он поймёт. Но время шло, встречи друзей продолжались, хоть и стали значительно реже, а легче совершенно не становилось. Минхо теперь казался далеким, чужим и далеко не тем, каким был раньше. Джисон понимал, что не протянет долго в этой игре. И вечером, после пар, когда мысли о мужчине напоминали о себе, он достал телефон и, не раздумывая слишком долго, отправил короткое сообщение для Ли: "Прости". Его пальцы дрожали, когда он нажимал кнопки, зная, что это последний шаг, который нужно было сделать. Затем тот заблокировал его номер, чтобы не видеть имя фотографа на экране, каждый раз всплывавшего в уведомлениях, чтобы не чувствовать боль, которая всё еще разрывала душу. Он решил, что это единственное, что оставалось сделать, чтобы пережить это и остановить боль, которая теперь пронизывала каждую его клетку. Это было по-детски глупо, не объяснившись вот сразу оборвать связь, но в тот момент поступить по другому просто не смог. Устал. Боялся. Прочитав "Прости", Минхо отложил в сторону телефон, снял очки с тяжелой головы и посмотрел в окно. Те слова, которые он сказал в кафе были не из злого умысла, а из страха. Эгоистичного страха потерять то, что было для него важно — улыбку Джисона, его доверие, его присутствие в его жизни. "Остаться друзьями? Минхо, ты мудак, раз знал, что он к тебе чувствовал. Боялся принять его, а теперь потерял. Иди танцуй, идеалист хренов.", - мысли съедали сознание Минхо. Каждый раз при встрече с Ханом, мужчина видел, как искра в его глазах угасает с каждым словом, с каждой недосказанной правдой. Это сжигало его, изнутри но он не смог преодолеть страх. Вместо того чтобы признаться себе и Джисону, он выбрал ложь. Минхо ощущал глубокую вину за свои действия, понимал, что теперь уже поздно исправлять ошибку. Его страх и неуверенность в себе привели к тому, что тот поступил как трус, став для Джисона источником боли и разочарования… - - - Наше время, 2025 - Минхо, то, что ты дурак, ты и без меня знаешь, но… , - Чан хотел продолжить, как вдруг одернул себя, не позволяя словам выйти наружу. Минхо все еще было трудно вспоминать это. Минхо безмолвно встал с места, собирая разложенные на столе фотографии в коробку, иногда заостряя внимание на некоторых фото чуть дольше. Он задумался о том, как многое изменилось с тех пор — он сам, его представление о любви и жизни. Каждый раз, когда Ли возвращался к этим воспоминаниям, чувствовал себя уязвимым, но в то же время благодарным. Благодарным Джисону. С грустью и улыбкой на лице, он медленно убрал последнее изображение и, закрывая крышку с потертой на ней золотой лентой…