Рука помощи

Четверг. Вечер. Ева выходит из школы в диком волнении. Уже завтра выпускной! Завтра ей предстоит провести большую часть времени на сцене и показать всем, как классно она умеет участвовать в разных мероприятиях. Но для этого надо выглядить сногсшибательно: накрутить волосы, одеться с иголочки, привести в порядок ногти и обязательно использовать духи. Ещё надо прийти раньше для репетиции вальса. Обо всех этих делах Ева думала, пока выходила из здания. Но все тревоги мигом улетучились, когда девушка увидела свою любовь с лучезарной улыбкой на лице. – Евочка, привет! - обняла. – Привет, Гелечка, - обняла в ответ. – Ну, что, пойдём домой, будем делать маникюр? – Ага, - вздохнула. - Не знаю, получится ли у тебя что-то с этим сделать.. - посмотрела на свои ногти. – Конечно, получится! У тебя очень милые ноготочки. Пойдём скорее. И девушки пошли домой, это уже стало обычным явлением, но когда-то казалось для Евы невозможным. Она ценила каждый момент, проведённый с Ангелиной и всегда любовалась ей, её улыбкой, движениями, эмоциями, глазами, всей Гелей в принципе. Для Евы она была небесным Ангелом, в существование которого было сложно поверить. "Но вот она - идёт рядом со мной, держит за руку, улыбается, скоро поцелует, и я её поцелую. И всё прекрасно. Моё самое большое счастье сейчас рядом" - думала Ева в чувстве обожания к предмету воздыхания. – Никак не могу тобой нарадоваться! - наконец сказала Ева, когда они подошли к дому. – Ах, Ева, не смущай. – Я ещё и не начинала. Ты такая милая, добрая, классная, красивая, самая замечательная! Я не понимаю, как тебя можно не обожать и не восхищаться тобой. Мне так нравится любоваться тобой. Ты же.. всегда будешь со мной, правда? – Конечно, милая моя! Даже не сомневайся, - три раза сжала её руку. – Что это значит? - усмехнулась. – А это у нас с мамой знак был. Если три раза сожмём ладони, то это значит: "Я тебя люблю". Четыре раза: "Я тебя очень люблю". И пять раз: "Я тебя очень сильно люблю", - расплылась в улыбке. – Оо, как это мило! - сжала пять раз руку Гели. – Я тоже хочу, - сжала столько же раз. – Ну, ладно, пойдём домой. А-то мне что-то холодно уже, - Ева поёжилась. – Ах, пойдём, конечно. Не позволю тебе мёрзнуть, - открыла дверь домофона и пропустила Еву вперёд. А уже в квартире, как только закрылась входная дверь, Геля, даже не дав Еве снять джинсовку, положила свои руки на её плечи и начала расцеловывать всё её лицо. Ни один уголок лица не остался нетронутым Гелей. Было немного щекотно, но очень приятно. В этот момент образовалась особая идиллия. Ничего не мешало, не тревожило, не беспокоило. Жизнь на мгновение остановилась, пока Геля не нарушила этот момент: – Я так по тебе соскучилась, - протянула, когда закончила с поцелуями. - Целый день не видела, - крепко обняла. "Ой, как сильно Ангелиночка соскучилась, - удивилась Ева. - Неужели кто-то правда может так радоваться моему присутствию? В её объятиях так тепло. Вообще, как не прикоснёшься к ней, она всегда такая тёплая". – Я тоже по тебе скучала, - проговорила куда-то в грудь Гели. - Ты всегда такая тёплая. Как солнышко, излучаешь тепло. – Потому что ты мне его даришь! И от этого у тебя руки всегда холодные, - отпустила из объятий и взяла её руки в свои. - Опять холодные, - шуточно возмутилась. - Ну, опять холодные! Котёнок, ну, что это за безобразие? Пойдём в ванную, согревать твои ручки, - отпустила и начала раздеваться. Ева последовала её примеру, а уже в ванной двое занимались очень необычным делом: мыли руки друг другу, то есть Геля намыливала Евины ладони, а Ева - Гелины. Вообще, девушки любили выражать любовь через нежные прикосновения, это вызывало очень приятные чувства у обеих, и к тому же помогало Еве быстро избавляться от чувства стеснения рядом со своей девушкой. – А знаешь, Геля... - вдруг сказала она, нарушив умиротворённую тишину. – Да? - в это время смывала мыло с рук Евы. – Мне никогда ни с кем не было так хорошо и легко, как с тобой. Я чувствую, что могу не притворяться рядом с тобой, могу жить так, как хочу. Ты лучшее, что случалось со мной, правда. – Ах, как мило. Я тронута. Конечно, со мной ты можешь быть собой и не всегда только радостной. Все эмоции в отношениях важны и уместны. Как раз твоя необычность - самое драгоценное, что в тебе есть, - чмокнула в щёчку. – Я необычная? Да брось, - засмущалась. - Я самая обыкновенная. – А про меня твердит обратное. Не может быть такого, чтобы в отношениях один кто-то был обычным, а другой нет. Каждый особен по-своему, и тем самым двое дополняют друг друга. – Это уже второе правило? - усмехнулась. – Констатация факта, - улыбнулась и закрутила кран, вода перестала литься. "Но всё же... Мы как Ангел и тварь" - подумала Ева, а вслух ничего не сказала. – Ну, что? Пойдём преображаться? - спросила Геля. – Да, пойдём. – Признаться честно, давно никому ногти не красила. Больше в детстве было, но сейчас есть салоны, и моя помощь просто не нужна. – Но теперь ты будешь востребована, и у тебя будет постоянный клиент, который будет платить поцелуями и обнимашками, - расплылась в улыбке. – Евуш.. – Что? – Да перестанешь ты меня смущать, наконец? - шуточно возмутилась. - Сама сейчас краской покроюсь. Ты такая милая, не могу поверить, что на свете есть такая милая девчонка. – А я не могла поверить в существование такого Ангела. – Ах, Ева.. Какой же я Ангел? А, впрочем, не буду спорить. Садись, сейчас принесу весь лак, который у меня есть. Будешь цвет выбирать. Ева села за стол, а Геля ушла в ванную ненадолго, а после вернулась с несколькими флакончиками лака разных цветов и с материалом для обработки ногтей. – Вот, выбирай. Есть полупрозрачный, бледно-розовый, голубой, красный и прозрачный с блёстками, - поставила колбочки на стол и села рядышком с Евой. – Давай бледно-розовый. – Ага, хорошо. Если передумаешь, дай знать, - улыбнулась. - Давай сюда свои ручки. Ева всё это время держала их под столом, положив на колени. – Гель, я всё-таки очень стесняюсь своей формы и мозолей от гитары в принципе. – Я тебя в сотый раз уверяю, котик, что у тебя чудесные ноготочки, просто нам надо подчеркнуть их красоту. Давай-давай, хорош смущаться. Ева вздохнула и положила руки на стол. – Ну, вот, умничка, - улыбнулась. - Так-так, посмотрим, что можно сделать, - взяла ладони Евы в свои. - Ну, подпилить нужно, кутикулу подрезать, и лак нанести. Но сначала обработаем ручки антисептиком, всё как в настоящем салоне. Только после дезинфекции (маленьким флакончиком с антисептиком) Геля взяла одну руку Евы и начала придавать ногтям нужную форму с помощью пилочки, и тут заметила один нюанс: – Ой, а что они у тебя ломкие такие? – Ломкие? Разве? – Да, тут неровно и отломано, и тут немного. Я что-то беспокоюсь. А что насчёт волос? Не выпадают? – Ну.. Не то, чтоб выпадают, но на одежде частенько оседают. – Мне это что-то не нравится, - обеспокоенно сказала и перестала пилить, устремив свой тревожный взгляд на Еву. - Может, тебе врача посетить? – Ой, да что ты, не нужно. – Ну, или хотя бы анализы сдать для начала. Кровь из вены, например. – Да зачем? Всё в порядке. – Ну, я знаю одну клинику частную, там за деньги можно сдать кровь на анализ. Пожалуйста, давай в выходные сходим, сдадим! Я очень переживаю, правда. Геля действительно была сильно обеспокоена здоровьем своей любимой. – Ну, если ты так настаиваешь, то можно, конечно. Только давай сейчас не об этом. Давай возобновим маникюр, пожалуйста. – Сейчас-то, конечно, давай. Но позже я серьёзно поговорю с тобой об этом, - всё ещё огорчённая Геля продолжила придавать форму Евиным ногтям. Во время этой процедуры стояло напряжённое молчание, в основном из-за напряжённого недавнего разговора, но Ева решила первая нарушить паузу: – Ну, как твой день прошёл, Ангелочек? - улыбнулась. - Что хорошего было? – У меня-то? Ну, много чего было, - улыбнулась. - С ребятками спектакль ставим к июню, а с другой группой разучиваем песню, а с третьей уже выступаем со спектаклем. – Получается, у тебя три группы? – Ага. – И много платят? – Ну.. достаточно, чтобы обеспечивать нас двоих, - усмехнулась. – А ты.. хорошо поёшь? – Не знаю. А что? – Ну, ты же в хоровом кружке преподаёшь. Должна уметь, значит. – А, да там преподавателя не могли найти долго, а театральное с вокалом связано дыхательными упражнениями, вот мне и предложили поработать с детьми. – И как они? Любят тебя? – Вообще, да. Шоколадки дарят, обнимаются, - заулыбалась. – Ух, ты. Здорово. Ты прекрасный учитель, на самом деле. И я это знаю не понаслышке. Признаться честно, я часто ходила туда просто ради того, чтобы увидеть тебя, и ты своим присутствием помогала мне справиться с переживаниями или болями, даже когда было совсем хреново. – Ах, Ева, если б я раньше знала о твоих чувствах и проблемах с родителями и здоровьем, схватила бы тебя в охапку и унесла к себе домой, защитив от всего плохого и зацеловав каждый шрам, - Геля говорила абсолютно серьёзно. - Подошла бы, сказала, так, мол, так, у меня проблемы, спасите, помогите, - тут уже улыбнулась. – Да я хотела иногда так сделать, но.. всё боялась, что тебе просто будет плевать на это. Ведь ты могла быть такой доброй и весёлой только на вид, а если б я подошла, то ты бы могла.. не знаю, послать меня куда подальше. – Я понимаю, ты имела право так думать. Но знай, если б ты обратилась за помощью, то я бы всеми силами постаралась помочь тебе, ведь ты порой выглядела такой зажатой, грустной и напуганной. Даже представить не могу, чего ты там натерпелась. Ну, а вот и форма готова. Как тебе? - улыбнулась на последнем предложении. – Очень красиво! Не думала, что удастся что-то с этим сделать. Ты кудесница, - усмехнулась. – Ой, да брось. С цветом не передумала? – Неа. – Хорошо. Тогда, погнали, - взяла ножницы для кутикулы и начала обрезать её. - Не больно? – Нет. Всё в порядке. – Окей. Евочка.. – Да? – Не, я просто так говорю. Красиво и мило звучит, просто. – Аа.. Ну, знаешь, Гелечка звучит не хуже. – Кстати.. Евуш, когда цветы будем сажать? Мы ж с тобой хотели. – Аа, точно. Цветы. Давай завтра вечером? – Давай. – Ах! Вспомнила! Что там за ремонт в нашей школе? – Да вашу школу на ремонт закроют на год, и весь следующий год вы будете учиться в другой школе. – А в какой, не знаешь? – Нет. – Ну, блин... Почему? Всё же там норм. – Как раз-таки нет. Помнишь, у вас там трубы прорывало, было душно слишком или, наоборот, холодно? Плюс она уже и выглядит не очень изнутри, стены прогнили местами. Ремонт нужен. Но сам фасад здания не будут трогать, запретили, это ведь историческое наследие. – Аа.. Ясно. – Ты не расстраивайся, котёночек. Перемены всегда к лучшему. – Это да, - вздохнула. – А я всё. Осталось только лаком покрыть, - улыбнулась. - Ручки расслабь, пожалуйста, и не шевели ими, не дёргайся, - открыла баночку с лаком и начала поочерёдно наносить на каждый ноготочек. Делала это Геля очень аккуратно, иногда подтирала салфеткой, если лак выходил за края ногтя. Казалось, всё нутро Ангелины сосредоточилось на Евином маникюре. Даже разговор прервался, а Ева даже иногда боялась дышать. Напряжение зашкаливало, но недолго, пока Геля не заметила состояние своей малышки: – Ах, Ева, чего ты так напряглась, солнышко моё? – Ты так сосредоточена. – Я же сказала тебе расслабиться. Я много раз уже красила себе и кому-то ногти. Вообще не парься. Лучше расскажи что-нибудь. Что тебя волнует? Как день прошёл? – Ой, ну.. Я очень волнуюсь из-за завтрашнего дня. Выпускной, всё-таки.. Так боюсь. Вдруг слова забуду, движения, а к тому же тебя не увижу? Там наверняка будет большая толпа народу.. Мне безумно страшно. Не знаю, смогу ли уснуть. – Сможешь, конечно. В моих объятиях ты ещё на сон не жаловалась, - улыбнулась. - А насчёт выпускного не волнуйся. Я уверена, ты идеально всё отработала и покажешь наилучший результат. – А если не смогу поймать взглядом тебя? – Я всё равно буду мысленно с тобой, буду видеть тебя, и ты почувствуешь моё присутствие рядом. А ещё я буду снимать тебя! И потом всем хвастаться, что это ты так прекрасно выступила. – Да я же даже ещё ничего не сделала, даже маникюр не готов, - засмущалась и покраснела. – Скоро всё будет. Уф. первый слой готов. Второй надо? – Давай. – Тогда сейчас подождём, пока первый подсушиться, и нанесу второй. – А сколько ждать? – Ну, минут пятнадцать. – Эх, долго. И что, даже в телефоне не посидеть? – Неа, - усмехнулась. - Но зачем тебе сейчас телефон, когда есть я? Буду с тобой болтать. – Тогда я согласна ждать хоть целую вечность, - уставилась на Гелю восхищённо-влюблённым взглядом. – Вот и замечательно! – Только... Когда платье гладить? Сегодня или завтра? И во сколько лучше встать? – А во сколько у тебя всё начинается? В десять? – Ага.. За полчаса я должна быть в школе. – Хорошо, а я тогда к десяти подойду. Но всегда буду мысленно с тобой. – Ах, спасибо. – А платье можешь с утра погладить. Ещё. Помой сегодня голову, завтра будем укладку делать. – Ага, хорошо. – Но.. Ева... Давай ты сдашь кровь на следующей неделе. Во вторник, например. Пожалуйста, очень тебя прошу. Ради моего спокойствия. – Хорошо, хорошо. Раз ты так хочешь. – Очень-очень хочу. Я собираюсь серьёзно заняться твоим здоровьем. Мне не нравятся твои обмороки, головокружения, кровоточения, ледяные руки, чрезмерная худоба. Я когда тебя обнимаю, могу прощупать твой скелет, и у тебя всё-таки очень торчат рёбра. Я очень-очень волнуюсь! "Гелечка так беспокоится обо мне, так любит.." - думала Ева. – Гелечка, милая моя, а ведь никто никогда так сильно меня не любил, как ты.. Это одновременно и грустно, и приятно, что ты так волнуешься за меня и всё готова отдать ради моего здоровья. – Вот именно, всё, Ева. Я готова отдать всё за тебя и твоё счастье. – Ты говоришь ровно то, что я хотела сказать тебе тысячу раз, но никак не решалась. – Ну, вот видишь, как мы умеем читать мысли друг друга, - подула на руки Евы, чтобы лак быстрее подсох. - Осталось только родителям как-то о нас сказать. – Ты что? - не то, что удивилась, а опешила Ева. - Разве можно? Разве они не прибьют тебя за это? Это же..запрещено у нас, вроде как. – Тише, тише, котик, не волнуйся. Я понимаю, ты росла в такой среде, где тебя могли прибить за каждое слово, но мои родители не такие. Они всегда лояльно ко всему относятся, и, к тому же, они очень хорошо о тебе отзываются, особенно мама, и, я думаю, были бы не против наших отношений. Не стоит паниковать. Но, если ты пока не хочешь или не готова, можем подождать. – Да, я пока хочу сначала привыкнуть к этому статусу и в принципе понять, что к чему. Этот месяц выдался таким насыщенным, что голова до сих пор кругом идёт, -вздохнула. – Уверена, что хочешь куда-то поехать на выходных? Ты действительно выглядишь уставшей. – Теперь уже не знаю. Давай перенесём на следующие? А в эти посадим цветы, я сдам кровь по твоему хотению, сходим в кино, ещё куда-нибудь, отдохнём. – А давай тогда сходим на массаж, в спа? Отдохнём как раз. Или можем вообще в сауну сходить, в бассейн съездить, поплавать. "Бассейн?! Не, не.. Как бы её увести от этой идеи? Я ж воды боюсь до ужаса.." – Да, массаж - прекрасная идея. Мне нравится, - поспешно сказала Ева. – Ага. А я бы ещё поплавала. Точно не хочешь? – Неа.. – Ну, тогда, запишу нас куда-нибудь. – Угу, - облегчённо согласилась Ева. Спустя какое-то время второй слой уже лежал на ногтях, и девушки не могли нарадоваться работой. Но предстояло подождать примерно полчаса, чтобы лак полностью высох. – Гель, а сколько сейчас? – Почти девять. И.. Ева. Признайся честно. Кушала что-то сегодня кроме того, что я оставляла тебе утром? – Ну..кхм. – Понятно, - тяжело вздохнула. - Как хочешь, но я тебя сегодня накормлю. Приготовлю салатик быстренько и чаёк заварю. – Спорить бесполезно? - усмехнулась. – Именно. Дальше девушки начали болтать обо всём на свете, обсуждая предстоящие выходные, а Геля параллельно готовила салат. И когда с этим было покончено, она поставила перед Евой тарелку и чашку. – Приятного тебе аппетита, - чмокнула в щёчку. – Только.. Как я буду есть? У меня же ещё ногти не высохли. – А, ой. Точно. Ну, подожди чуть-чуть, ещё минут десять, и будешь кушать. Но мне всё-таки очень нравится результат! Не могу налюбоваться, - села рядом и посмотрела на Евин маникюр. – А, кстати, я списывалась с Соней, и она тоже придёт на мой последний звонок. – Отлично! А давно вы с ней общаетесь? – Ну, с ноября, наверное. Я ей все уши про тебя прожужжала, - усмехнулась. – Аа, - улыбнулась. - И что она? – Ну, что? Вытерпела. – Не могу. Сейчас я тебя зацелую, - начала целовать в щёчки и губки, взяв руками за лицо. - Люблю тебя, - ещё раз чмокнула. - Ну, а теперь, думаю, ты можешь поесть. А я пока в душ схожу. Посуду не мой, я приду, всё сделаю. И пока Ева ужинала, Геля во всю обдумывала, как ей провернуть сюрприз. Тёплый душ помог настроить мысли в нужное русло, поэтому у девушки созревал вполне себе логичный план: "Провожу Евочку, потом дождусь доставки велосипеда, поставлю коробку, перевяжу её лентой, записку милую напишу и пойду в школу. Да, это будет идеально. Ах, как волнуюсь! А Ева наверняка ещё больше. Ничего, попытаюсь её успокоить". После душа Геля вышла к Еве и спросила: – Ну, как ты? – Всё в порядке. Спасибо за маникюр, я очень довольна, - встала, подошла к любимой и поцеловала в щёчку. - Только, - обняла её за талию. - Как я буду на гитаре играть? Пальцам будет очень непривычно с покрытием. – Да оно долго не продержится, уже через пару дней сотрём, и будут у тебя снова свободные ноготочки, - сказала и сомкнула их губы, превратив касание в глубокий и длинный поцелуй. Пока не французский, но всё же очень чувственный и нежный. Еву даже пробили мурашки от него, настолько она прониклась им. – Люблю тебя, - прошептала Ева. - Пойду в душ. – Давай, - как-то загадочно ответила Геля. У неё появилась одна идея, но она не знала, как к ней отнесётся Ева, не испугается ли. Поэтому девушка решила немного повременить с её озвучиванием, и продолжила свой обычный вечер, который постепенно переходил к ночи. И вот, когда девушки улеглись, они возобновили разговор. Ева положила голову Геле на грудь, чувствуя её сердцебиение, а Ангелина гладила её по голове. – Я очень волнуюсь, Гель. Завтра уже последний звонок, а я неуверена, что всё хорошо. – Действительно. Всё не хорошо, а прекрасно. Я уверена, что ты замечательно со всем справишься. – Ты правда так думаешь? – Конечно, солнышко моё, - продолжала гладить. - Так что засыпай и ни о чём не думай. Завтра обо всём подумаем, всё решим. – Угу, хорошо, - сонно прошептала Ева, поглаживания начали действовать. -Люблю тебя, Ангелочек.. – Котёночек мой, - начала шептать Геля. - Я тоже тебя люблю, зайка моя..Евочка, - последнее, что она сказала, перед тем как начать засыпать. Ночь выдалась, на удивление, спокойной. Девушки мирно спали, прижимаясь друг к другу, никому не снились кошмары или даже их подобие. И если Геле ничего не снилось, от слова совсем, то Еве под конец ночи начало сниться, что Ангелина снова её целует в щёчки, в губы, в лобик, в носик. Этот сон был таким ясным и приятным, что совсем не хотелось просыпаться, хотя девушка и понимала, что это сон. В какой-то момент Ева начала говорить: "Ещё, ещё". А потом услышала голос Гели в полусне: – Ну, давай просыпайся уже. Ещё ей подавай, - усмехнулась. – Мм? -протянула ещё с закрытыми глазами. - Так это не сон? Ты меня правда целовала? – Да. Решила попробовать разбудить таким способом. – Очень приятный способ, - улыбнулась и открыла глаза, увидев перед собой Ангелину с укладкой. Теперь её волосы были волнистыми. - Буди меня так всегда. – Ну, щас, - усмехнулась. - Я подумаю. – Эх, - вздохнула с сожалением, но мигом вспомнила кое-что. - Сколько времени? Я успеваю? - подскочила. – Успеваешь, успеваешь. Давай, вставай. Ева встала, и стоило только ей опустить ногу на пол, начался суматошный день. Сначала девушка привела себя в порядок в ванной: сполоснула лицо холодной водой и нанесла крем. Потом вошла Геля с плойкой и сказала: – Ну, приступим? – Ага. Думаешь, будет красиво? – Очень красиво! Давай, поворачивайся. Если будет горячо, скажи, - сказала Геля и включила плойку, а пока она нагревалась, спросила: – Евуш, я тебе там отпариватель приготовила. Займёшься? – Ага. – Тогда я спокойна, - улыбнулась. - Я так рада, так рада. Наверное, больше тебя. Совсем скоро ты станешь старшеклассницой, это волшебное и очень ответственное время. – Ах, а я больше боюсь, чем радуюсь. – Так. Пила глицин? Сколько таблеток осталось? – Конечно, я пью регулярно. Надо бы ещё пачку купить. Заканчивается. – Мне кажется, только три дела ты можешь делать регулярно. – И что же? – Играть на гитаре, пить глицин и..целовать меня. – Как ты угадала? - сразу расплылась в улыбке. – Миндальная связь. Так, уже нагрелась, - взяла одну из Евиных прядей и начала делать укладку. На укладку ушло минут двадцать. Девушки во время этого без умолку болтали обо всём на свете, больше всего затрагивая тему последнего звонка. Ангелина рассказывала, как у неё проходил последний звонок в девятом классе: – Я тогда в девятом классе стала учиться в вашей школе, и ребята меня очень хорошо приняли, я сразу со всеми поладила. Поэтому выпускной для меня прошёл очень хорошо, и на протяжении десятого и одиннадцатого класса тоже было прекрасно. Эта школа стала для меня родной. И я до сих пор помню, как весело было готовиться к последнему звонку, - восхищённо говорила Геля, а Ева слушала её с уповением. – Круто! А я не в таких дружеских отношениях со своими одноклассниками. Я как будто белая ворона в классе, и мне от того так грустно, - вздохнула. - Я хочу с ними подружиться, но никак не получается. – Значит, это не твои люди. А они к тебе как относятся? – Да хорошо, в принципе. – Это самое главное. Значит, вам просто не по пути. И ты ни в коем случае не белая ворона. Тебе просто надо найти единомышленников. – Ага. Но мне так всегда хочется быть душой компании, как ты. – Ты же и есть такая, просто стесняешься. Но ты мне нравишься любой: и тихой, и весёлой. В любом твоём состоянии есть особая изюминка. – А знаешь.. Как только мы сблизились и я переехала к тебе, мне как-то стало немного всё равно на одноклассников. Наверное, когда есть любимый человек, то все проблемы воспринимаются проще. – Наверное. Но я очень рада твоим изменениям. Всё, готово. Ах, Ева! Ты только посмотри на себя. Такая красивая! – Действительно, есть такое, - улыбнулась, смотря на своё отражение в зеркало. Девушка выглядела просто потрясающе. Волнистая укладка очень ей шла и делала и без того милое личико ещё более прекрасным. – Оо, Ева, я даже не ожидала, что будет так здорово! Не могу представить, как ты будешь выглядеть в платье. – Но сначала нужно его отпарить. Сначала девушка накрасилась, а потом тут же приступила к выполнению этого важного дела - отпариванию одежды. Получилось довольно быстро и хорошо, хоть Ева изначально думала, что ничего не получится, ведь очень редко пользовалась отпаривателем. – Даже как-то страшно надевать, - сказала Ева, переодеваясь в платье, сарафан и бежевые капроновые колготки. – Это оно должно тебя бояться, - пошутила Геля, пока доставала из шкафа Еве туфли в коробке. – Ой, ой.. Глицин тут не поможет. Желудок сводит от волнения и предвкушения! - Еву правда разрывало от эмоций. Она очень переживала за это мероприятие, но при этом ей хотелось, чтобы всё прошло идеально. – Котёнок, ну, что ты? Всё не так страшно, ты просто волнуешься и полна эмоций. – Да, знаю, - вздохнула. - Ой, Гель.. Бантик завяжешь? – Да, давай, - поставила коробку на пол и подошла к Еве. – Я не опаздываю? Время есть? – Всё хорошо, Евочка. Ты успеваешь, - Геля завязывала красивый бант на сарафане сзади. - Вот. Готово. Ой, ты такая красивая, солнышко! Покрутись, - восхитилась. Ева немного покрутилась, платье слегка развевалось, но выглядело очень мило и красиво. Всё сидело идеально. – Ах, ты просто куколка! - Геля улыбнулась во все тридцать два. - Ты такая красивая, Евочка, - подошла к ней, взяла за плечи и нежно поцеловала в носик, стараясь сделать это аккуратно. Было страшно дотронуться до такого сокровища, не то что поцеловать. – Спасибо, спасибо, - улыбнулась. - Сколько времени? - тревожно спросила Ева. – Ну, скоро тебе выходить. – А, ой, да, - посмотрела в телефон, а после начала надевать туфли. – Как? Удобно? - обеспокоенно спросила Геля. – Да, вроде, - девушка прошлась по комнате. – И всё-таки у тебя модельная походка! Ты самая замечательная, я уверена! – Спасибо, Гелечка, но ты меня смущаешь, - слегка покраснела. – Нет, ну, вы посмотрите на неё, - усмехнулась. - Она ещё и краснеет. – Ну, я пойду. Сейчас, только сумочку соберу. – Давай. Ева быстро справилась с эти делом и скоро уже стояла в коридоре и обнималась с Гелей. – Не волнуйся, Евочка. Я всегда буду мысленно с тобой. Всё пройдёт отлично! Буду смотреть на тебя, обещаю, - говорила Геля напутствующие слова, держа Еву за руки и смотря в её серые, полные предвкушающей тревоги глаза. – Всё-таки мне кажется, что я что-то забыла, - переживала Ева. – Маникюр? – Есть. – Платье, сарафан? – Тоже есть. – Причёска, туфли, макияж, сумочка? – Да. – Слова повторила? – Сто раз. Танец сегодня ещё отрепетируем. – Отлично! Значит, ты готова. – Ну, тогда, до встречи, - чмокнула Гелечку в губы. – Давай, до встречи, удачки. И как только дверь за Евой закрылась, Геля тоже начала собираться. Надела белое платье до колен с чёрным утягивающим корсетом, собрала сумочку, внимательно осмотрела себя в большое зеркало в прихожей, в общем, осуществила все приготовления. Тем временем позвонил курьер и помог девушке втащить коробку с велосипедом в квартиру. А после его ухода Геля всё красиво оформила, перевязала лентой и принялась за записку. В итоге получилось так: "Дорогая моя Ева! Я решила сделать тебе подарок на последний звонок, чтобы этот день ещё больше тебе запомнился. Это та вещь, о которой ты давно мечтала! Теперь сможем вместе покорять город и наслаждаться наступающим летом! Велопрогулки помогут тебе как следует отдохнуть перед экзаменами и придадут энергии! Очень люблю тебя, Ева! Теперь ты будущая десятиклассница, с выпускным тебя! Твоя Геля)" А после пришло время выходить. Ангелина убедилась в том, что всё сделала, и только потом вышла на улицу. Там было тепло, солнечно и в принципе всё предвещало скорое начало торжества. Ангелина быстро дошла до школы, где уже собиралась взволнованная толпа. Предстояло важное мероприятие.