Рука помощи

Сегодня в Петербурге была непогода. Весь день поливал дождь, но это не остановило девочек от прогулки. Прошло уже несколько дней их пребывания в городе. За это время они успели посетить Эрмитаж, Петергоф и Царское село. Внушительный список! Поэтому сегодня из-за погоды и продуктивного отдыха они выбрали спокойный день прогулки и посиделки в уютной кафешке. На счастье, у Евы уже появился аппетит и теперь она возвращалась к двухразовому питанию, что очень радовало Гелю. В принципе, жизнь налаживалась. Даже Ангелина уже почти всей душой заново полюбила город и с удовольствием рассказывала Еве свои похождения по городу, когда была ребёнком. – Ещё я помню, когда мне было десять, я впервые сама поехала к бабушке на электричке в Петербург, потом сама на метро добралась до её квартиры. Так классно тогда себя ощущала, - улыбалась Геля, вспоминая очередную историю из жизни. - А потом мы с ней пили чай с пирогом, она пекла изумительные десерты. А после пошли гулять, и тогда я впервые оказалась в Эрмитаже. До этого меня не водили, потому что считали, что я слишком мала, чтобы оценить такое огромное искусство. Я думаю, родители были правы. Ребёнку интересно больше искать Чижика, чем ходить по экскурсиям, - усмехнулась. – Ух, ты! Вот видишь, сколько всего классного у тебя связано с Петербургом! А ты ещё ехать боялась! Если так посмотреть, у тебя было очень насыщенное и интеллигентное детство, - удивилась. – Ну, можно и так сказать, - улыбнулась и пожала плечами. – В оличие от некоторых дам, - усмехнулась, имея в виду себя, и отпила немного чая. – И какое же у тебя было детство? - улыбнулась. - Ты не рассказывала особо. – Ну, детство как детство, - пожала плечами. - Больше пацанское, думаю. Много времени проводила на улице с ребятами. Часто меня отправляли к бабушке в деревню на лето, а ещё часто уходила из дома на пару дней, когда родители сильно напивались, но это было часто летом. Тогда мы с друзьями устраивали ночёвки, а их родители жалели меня и не возражали особо. А потом начались проблемы с социофобией и я стала всех сторониться, углубилась в своё развитие. И, можно сказать, достигла огромных успехов в этом. – Ох, меня так пугают эти твои уходы из дома. Такое часто случалось? - протянула руку, показывая, что хочет взять за руку. – Я же говорю, что летом, - Ева протянула свою ладонь. - Не страшно. Что было, то прошло. Мне даже было весело. Только... был один эпизод, конечно, который заставил меня почувствовать себя никому не нужной. А мне ведь тогда было всего шесть. – Что за эпизод? Расскажешь подробнее? - забеспокоилась. – Да там ничего такого. Просто это почему-то так отчётливо врезалось в память, - начала смотреть в окно, чтобы легче было рассказывать. - Как-то я осталась на ночёвке у своих друзей. Была ночь, мы до этого весь день гуляли в парке с моими и их родителями. И вот, мы ночью, часов в десять, идём по мосту, и мама моих подружек, они были сёстрами, говорит мужу: "Вот скажи, зачем мы взяли чужого ребёнка?" - Еве было очень неприятно говорить об этом, и Ангелина сильнее сжала её ладонь, показывая, что она рядом. - Понятное дело, они тоже были нетрезвыми. Но от их слов стало так гадко и одиноко. Видимо, родители спихнули меня на них, а сами ушли отдыхать, - сделала небольшую паузу и свободной рукой поднесла чашку к губам и сделала несколько неспешных глотков. Геля во время этой паузы тревожно смотрела на любимую и взглядом умоляла её продолжать. Про свой чай и десерт она напрочь забыла. – И это такое... - наконец продолжила Ева. - Неописуемое чувство, которое бывает только у сирот. Мои родители в хлам пьяные, эти тоже нетрезвые, а я одна. Одна во всём мире. И я бы рада уйти и не досаждать им, но просто некуда. Куда я денусь? - посмотрела на Гелю так жалобно, будто бы она знала ответ на этот вопрос. - Ночь, всем плевать на маленького ребёнка. Вот. Вот эта история. Теперь воцарилось молчание. Геля во все глаза смотрела на Еву, переваривая услышанное, а та смотрела в пол, не решаясь поднять глаза. – Ах, это ужасно Ева. Это действительно так ужасно. Просто бесчеловечно такое говорить ребёнку. С тобой поступили как с приставшей к людям бездомной собаке. Ну, вроде бы не хотели, но так само получилось. Понимаешь? – Угу, - кивнула и всхлипнула. – Котёночек, не нужно плакать, - пыталась успокоить, - поглаживая её руку. - Ты сама говорила, всё позади. Сейчас ты не одна. У тебя есть я, и я никогда не брошу тебя одну и в неизвестности. Мне не позволит сердце. Ведь я слишком люблю тебя, чтобы позволить себе даже ссориться с тобой. Ты даже не представляешь, какие усилия мне приходится прикладывать каждый раз, чтобы уйти на работу, когда ты так сладко спишь в кроватке, - попыталась улыбнуться. – Да, ты права, - Ева не стала плакать, но носик всё равно чуть покраснел. - Сейчас всё хорошо. У меня есть ты, и ты лучшее, что случалось со мной, правда. Я никогда и ни с кем не была так счастлива, как с тобой, - взяла за вторую руку. - Ты просто мой Ангел, который самый лучший, - улыбнулась. – Ой, уже дождь кончился, - посмотрела в окно. - Давай пройдёмся до "Чижика-пыжика"? - вдруг предложила Геля. - Тут недалеко. – Давай. Действительно, уже кончился. – Только я докушаю десерт. А-то тут с твоими историями забудешь про всё на свете, - вздохнула. – Конечно, не торопись, Ангел мой. Нагрузила тебя, бедную, даже поесть не дала. – Ой, да ладно. Ты намного важнее любых десертов. Ангелина довольно быстро справилась с едой и совсем скоро уже вела девушку под руку к статуе "Чижик-пыжика", которая так популярна в Санкт-Петербурге. Пока дождя не было, погода была более менее сносной, поэтому девушки хотели добраться до статуи под мостом как можно быстрее, чтобы не попасть под дождь. – Уже придумала, что будешь загадывать? - хитро спросила Геля. – Да, есть идеи, но не скажу. А-то не сбудется, - улыбнулась. – Тогда я тоже не скажу, - улыбнулась. – Но для начала нужно попасть в него монеткой. – Попадём мы по-любому! Все эти тонкости, чтобы монетка осталась на памятнике, для меня не важны. Главное, чтобы монетка коснулась. Тогда точно сбудется! – А так можно было? - удивилась Ева и приподняла бровь. – Конечно! Была когда-нибудь у "Чижика-пыжика"? – Нет, пока нет. Но очень хотела. – Вот и идём осуществлять твою мечту! – Спасибо, Гелечка! - вдруг поцеловала в щёчку. - Спасибо, что привезла меня в Петербург и осуществляешь мои мечты! Я безумно счастлива сейчас! Ты научила меня радоваться каждому моменту! – Я рада, Ева, что ты хорошо себя чувствуешь и мы можем гулять по Невскому. – А я ведь даже подумать не могла, что когда-нибудь буду вместе с тобой путешествовать! И вообще, что буду когда-то с тобой! – Ну, вот видишь, как всё происходит на свете, - улыбнулась и пожала плечами, на секунду прикрыв глаза. Выглядела Геля очень романтично и мило и даже сочеталась с городом. Так что Ева любовалась своей возлюбленной, пока они шли до "Чижика". – Я так люблю тебя, Гелечка, так тобой восхищаюсь! - вдруг решилась Ева на такие нежные слова. – Ах, Евочка, я тебя тоже очень люблю! - девушка немного удивилась от неожиданно приятных слов. - Твои слова, как солнечные лучики, согревают своим теплом, - мило заулыбалась. – Теперь ты меня засмущала, - улыбнулась и слегка покраснела. - Ты всегда так красиво говоришь. Всё-таки, я думаю, ты прирождённая актриса. – Ах, Ева, не преувеличивай, - посмеялась. - Я просто много практиковалась в своё время. Поэтому сейчас мои навыки хорошие, но я так же совершаю ошибки на выступлениях и репетициях. – Конечно, Ангел мой, все совершают ошибки. Но просто, мне кажется, ты очень талантливая и замечательная. – Ну, перестань смущать, - посмеялась. - Мы почти на месте, - сказала Геля и указала рукой на толпу людей, собравшихся на краю моста. – Уже? - удивилась. – Да, я же говорила, что тут недалеко, котёнок, - улыбнулась. - Сейчас, только монетки достану, и покидаем. Заодно подождём, когда станет свободнее возле него, - Геля начала рыться в сумочке в поисках кошелька. Монетки нашлись довольно быстро, и девушки кое-как смогли пробраться к "Чижику". Ева, впервые увидев этот крошечный памятник, удивилась от милоты и даже растерялась, забыв, что надо бросать монетки. "Какая прелесть! Ещё одна мечта сбылась! Я увидела "Чижика"! Но что же я стою? Время идёт, надо кидать! Но как же в тебя попасть? Надо прицелиться. А, сначала желание. Хочу.. Хочу.. Что же я хочу? Хочу, чтобы Геля смогла отпустить прошлое и ей стало легче!" - загадала и бросила монетку. На секунду девушка подумала, что, наверное, мимо, но монетка коснулась Чижика и осталась на памятнике, не отскочив, как монетки многих других туристов. "Что? - Ева во все глаза смотрела на результат. - Да ладно! Получилось! Геля отпустит прошлое! Всё сбудется! Ура!" - Ева радостная повернулась к Геле и защебетала: – Геля, ты видела? Я попала! Она осталась! – Видела, видела! Какая ты умничка! Такое чудо! Я тоже попробую, - начала кидать монетки. "Ну, вот мы и снова встретились, Чижик. Что же я хочу? Хочу, чтобы Ева поправилась и у неё стало хорошо со здоровьем, - кинула монетку, но мимо. - Ещё раз попробую, - и ещё раз полетела мимо. - Ну, блин, ещё раз, коснись хотя бы, - кинула, и монетка повторила трюк Евиной монетки, тоже оставшись на скульптуре. - Дааа! Попала!" – Я никогда не попадала так, чтобы она оставалась на скульптуре, - удивилась Геля, отходя с Евой от моста. - Нам с тобой безумно повезло, я тебе скажу! - взяла под руку, сияя от счатья. – Я сама в шоке! Но тут Ева немножко смутилась. "Ох, что-то живот заболел немного. Вечно у меня с ним пробелы. Ох-ох.. Ладно, Ева, волю в кулак и не порти Геле прогулку" - Ева слегка закусила губу и напряглась, но по поведению никак не изменилась. – Евуш, всё в порядке? - что-то заподозрила Ангелина. "Да как она это делает?" - удивилась Ева. – Живот немного болит. У тебя нет с собой таблетки? – Ой, нет, Евуш, к сожалению, - вздохнула. - Там где-то рядом аптека, купим обезбол. Сильно болит? - забеспокоилась и остановилась. – Нет, не очень. Просто неприятно. – Я так беспокоюсь за твой животик, - вздохнула. - Сможешь идти? Там всего ничего осталось до станции метро и аптеки. – Смогу, конечно. Не нужно так переживать. Как говорилось в одной песне: "Поболит и всё пройдёт". Там, правда, о невзаимной любви поётся, но тоже сойдёт, - усмехнулась. – А что за песня? – Даны Соколовой. "НЛО", называется. – Понятно. Хочешь, присядем? – Нет, всё в порядке. Давай пойдём дальше, - возобновила ходьбу. – Хорошо, но если заболит сильнее, мы обязательно присядем. Не позволю тебе мучиться, - всё ещё серьёзно говорила Геля. - Ох, как мне это всё не нравится. – Ну, не нагнетай, - улыбнулась. - Всё в порядке. – Надеюсь. Нужно скорее дойти до аптеки, - теперь Геля слегка помрачнела, думая, что желание не сбылось. "Ну, Гель, оно же не исполнится сиюминутно. Это означает, что, может, лечение будет прогрессивным или не таким дорогим. Здоровье - такая вещь, серьёзная", - размышляла Геля, рассматривая по пути к аптеке здания давно знакомого города. Она никак не могла поверить в то, что осмелилась посетить этот город и взглянуть ему в глаза, окунуться в прошлое, но не утонуть там, а разорвать все нити боли и отпустить его. Теперь она любопытно рассматривала каждое здание, будто видела первый раз, заново узнавала город. "Город как будто совсем не изменился. Но я стала другой. Я уже не та маленькая Геля, которая решила покончить с собой из-за сестры. Нет, я уже другая. И теперь у меня есть силы и смысл жить. Вот он, мой смысл, вот оно, моё счастье" - размышляла Геля, и в конце посмотрела на Еву. Но блуждания по лабиринтам своих мыслей долго не продлились. Вскоре Ева их прервала, так что Ангелине пришлось надолго забыть о своих переживаниях. – Гель, давай присядем, прошу тебя, - Ева вдруг согнулась и схватилась за живот. – Что случилось? Живот болит? - помогла ей сесть на лавочку. – Да, - простонала. – Сильно? Где болит? - запереживала Ангелина. – Справа. И тошнит ещё. – Боже, Ева, я не хочу, чтоб то, о чём я думаю, было правдой. Но я срочно вызываю скорую! - Геля судорожно начала набирать номер скорой и ждать ответа. Каждый гудок отдавался болью в груди, настолько она переживала за Еву. А та сидела на лавочке, скорчившись в три погибели и явно хотела опустошить желудок. В итоге она не выдержала и её стошнило в мусорку рядом с лавочкой, благо, она там была. Ангелина от этого испугалась ещё больше и села рядом, начала тараторить в трубку о произошедшем и пытаться найти адрес. Скорая обещала быть через пять-семь минут. – Потерпи, котёнок, - Геля обняла Еву за плечи, а та пыталась отдышаться. - Скорая приедет через пять минут. Больше не тошнит? – Тошнит ещё, но вырываться не хочется. Гель... А вдруг аппендицит? - она задрожала от осознания. – Скорее всего, так и есть, если судить по твоим симптомам. Но тебе не стоит бояться. Мы сейчас в Питере, тут отличные больницы, первоклассное обслуживание. Всё будет хорошо, я рядом, - взяла её за руку. Ева предприняла попытку подышать, но всё ещё морщилась от боли, а Геля сидела рядом и обнимала за плечи. – У тебя внезапно это началось? - вдруг спросила. - Утром было что-то? – Немного живот болел, тоже справа, но я не обратила на это внимания, - тяжело произнесла Ева. - Но не так, как сейчас. – А что же ты не сказала, Ев? - удивилась. - Почему ты всегда всё утаиваешь? Ну, так нельзя, - погладила по спине. - Хорошо, что мы в Питере. Здесь больницы во сто крат лучше, чем у нас. – Это да, - попыталась усмехнуться. - Хоть за условия не беспокоиться. Но мне так страшно всё равно. Я никогда не лежала в больнице. Я даже не знаю, как там себя вести после операции. – Я со всем тебе буду помогать, - серьёзно сказала и взяла свободной рукой за руку, а Ева сильно сжала руку Гели и тяжело задышала. - Хочешь, я расскажу тебе что-нибудь? Давай отвлечёмся. – Угу, - слабо кивнула Ева. – Говорят, что если попасть под Питерский дождь, то можно навлечь на себя большую удачу и смыть все неприятности. Слышала такую легенду? – Неа, - удивилась. - Где ты это вычитала? Сама придумала? – Нет, это мне рассказывала бабушка. Так вот. Не каждый дождь обладает такой силой, а только тот, что идёт летом, в начале июля. И кто попадёт подтот дождь и позволит себе промокнуть, станет по-настоящему счастливым. – А много твоя бабушка знала легенд? – Достаточно, - усмехнулась. - Она же коренная петербурженка. Позже я тебе обязательно расскажу ещё несколько легенд. Некоторые из них жуткие, но безумно интересные. Даже есть про Карлсона. Ведь Питер - место пересечения наших и чужих сказочных героев. Поэтому этот город особенно загадочный и мистический. – Ого, как ты много всего знаешь! С тебя интересные рассказы, пока я буду лежать в больнице. Ой-ой-ой, - снова согнулась. – Потерпи, котёночек, - начала поглаживать. - Скоро станет легче. Послышался вой сирены. Скоро подъехала машина скорой помощи, из неё вышел полный мужчина в форме врача. Геля подлетела к нему и привела к Еве, и уже потом ту сопроводили в машину. Внутри девушку осмотрели и было принято решение отвезти в больницу. Геля тоже хотела поехать. Она объяснила это тем, что они туристы и одни в городе. Поэтому удалось поехать с Евой. Девушку уложили на кушетку, и она видела перед собой только прозрачную крышу машины и хмурое небо, из которого снова закапал дождь, отдаваясь неприятным звуком в ушах. Ева чувствовала себя варёной картошкой, хотела лишь того, чтобы боль прошла, и бездумно смотрела в окошко. – Гель, ты не оставишь меня? - вдруг спросила жалобно. – Нет, конечно, не бойся, всё хорошо будет, - крепко держала за руку, а Ева сжимала её. – А вы кто ей будете? - поинтересовался доктор. – Подруга. Мы несколько дней назад в Питер приехали, погулять. И вот, приступ. – Вдвоём приехали? Ей, вам восемнадцать есть? – Да, вдвоём приехали. Ей нет, но она прошла процесс эмансипации и живёт отдельно от родителей, они с ней не общаются. Мне восемнадцать есть. Если нужно, я всё оплачу. – Это уже решим после операции. Хорошо, что вы вовремя обратились, когда воспаление только началось. Так доехали до больницы. Еву сразу отвели сдавать анализы и на узи, а Геля всё время была рядом. Всё подтвердилось, оставалось только определить её в палату и подготовить к операции. Девушки ждали доктора в кабинете, пока он распорядится, куда Еву отправят. Та лежала на кушетке, рядом сидела Ангелина и держала девушку за руку. – Геля, я очень боюсь операции. – Но после неё животик уже не будет болеть. Кстати, как он? – Болит очень. Но всё равно боюсь. – Чего ты боишься? Ну что ты, часик не поспишь? – Посплю. А вдруг неудачная операция и не проснусь? – Ева, у тебя всё в порядке. Аппендицит - это уже давно известная операция. Тем более, мы вовремя обратились, когда воспаление только началось. Всё будет хорошо. Я пока тебе все вещи необходимые принесу. Приеду к тебе сразу после операции, - продолжала крепко держать за руку. – А тебя пустят? – Конечно. А если разрешат, я даже на ночь останусь. Вряд ли, конечно. Но я уточню. Не бойся, я всегда мысленно рядом, - поцеловала в щёчку. Вошёл доктор с медсестрой. – Медсестра проводит её в палату и подготовит к операции, а вы пока отправитесь за вещами. – Могу я приехать сразу после операции? - забеспокоилась Геля. – Да, безусловно. Ей нужна будет помощь. Тогда скажите на ресепшене, к кому вам надо, вас проведут в палату. – Хорошо, спасибо, доктор, - встала. - Ева, не переживай, всё будет хорошо, я скоро приеду, - напоследок ласково посмотрела на неё и вышла из кабинета. А Еву отвели в палату и начали готовить к операции. Она старалась думать о хорошем, что Геля скоро приедет, что не пройдёт и дня, как они увидятся. "Ева, ты очнёшься и Геля будет рядом. А если нет? Ева, ну это обычная операция. Всё будет хорошо. А если Гели не будет рядом? То буду её ждать. Нет, она не оставит меня одну. Надо постараться расслабиться. Да как тут расслабиться, когда заставляют раздеваться и лечь на кушетку, и ещё маска с наркозом! Божечки! Почему Геля сейчас не рядом? Потому что её бы не пустили сюда просто так. И ей нужно ещё успеть забрать мои вещи" - думала Ева, перед тем, как её повезли на операцию, и сознание начало затуманиваться от наркоза. А Геля, тем временем, на всех порах летела в отель, чтобы сообщить о неприятной ситуации и взять вещи Евы. "Ах, как же так? Почему Ева молчала утром? Вечно она любит всё замалчивать. Как же? Как же научить её не молчать? Ох, как ч переживаю за свою Евочку! Как она там? Ей уже начали делать операцию? Не знаю.. Ой, - Геля споткнулась о бордюр и упала. - Так, вроде не ушиблась, - вздохнула. - Надо успокоиться. Так, Ангелина, сейчас ты спокойно встанешь и доберёшься до отеля, - Геля встала, коленк немного тряслись. - Давай, медленно иди и дыши. Не хватало тут ещё паники. Всё будет в порядке, это такая классная больница, рейтинг высокий, я смотрела. Всё будет хорошо" - пыталась успокоить себя Геля, пока шла на автобусную остановку. И чтобы совсем не распереживаться, Геля решила включить музыку в наушниках и хоть немного отвлечься. С ней дело действительно пошло быстрее и девушка смогла со всем справиться. *** Так что через часа полтора Геля уже была в больнице. Её провели к палату к Еве, чтобы она помогала ей прийти в себя и первое время двигаться. – Она сейчас отходит от наркоза, - сказал жа медсестра. - Доктор сейчас на операции, подойдёт позже. Операция прошла успешной, без осложнений. Так что пусть не переживает. Через месяц плясать сможет, - улыбнулась и оставила Гелю один на один с возлюбленной. Ангелина присела на краешек кушетки и беспокойно смотрела на Еву, ждала, пока та придёт в себя, что случилось не так поздно. Видимо, Ева уже достаточно лежала здесь, и через несколько минут обратила внимание на происходящее вокруг. – Геля? - еле спросила Ева, заметив рядом сидящую Гелю. – Да, Евочка, это я, - улыбнулась. - Тише, не бойся, всё в порядке. Как себя чувствуешь? - взяла за – Не знаю.. Всё как в тумане. – Это нормально. Приходи в себя, котёночек, - погладила по голове. - Не спеши, я с тобой надолго, думаю. – А как же ты назад поедешь, в отель? – Всё хорошо, я напишу тебе. Сейчас отдыхай. Ничего не говори. Тебе нельзя напрягаться. – Дай руку.. Геля взяла Еву за руку и три раза сжала. – Блин, я раздетая, получается, - заметила Ева. – Я привезла твой чемодан, что-нибудь поищем тебе, - тихо и спокойно сказала, продолжая гладить. - Сейчас лежи пока, приходи в себя. А потом помогу тебе одеться. Воцарилось молчание. Ева внимательно всматривалась в Гелину руку и не отпускала её, думая, что всё это мираж, что Геля ненастоящая и это лишь сон. Сознание немного плыло. Хотелось спать. "Или я уже в Раю? Да нет, Геля настоящая, не исчезает, когда держу за руку. Её рука такая теплая, а моя такая холодная. Надо скорее согреться о её руку". Лежали в тишине довольно долго, пока Ева не начала приходить в себя и мыслить более менее здраво. Геля всё это время немного беспокойно смотрела на Еву, пытаясь понять её состояние, и крепко держала за руку. "Евочка моя. С тобой всё хорошо, как я рада. Всё позади. Я так разнервничалась, пока ездила за вещами. Даже пришлось кофе взять. Чуть сердце не убежало. Не надо было так нервничать, Геля, всё хорошо. Операция успешная, вообще без осложнений, сказали, что скоро сможет даже плясать и вообще переживать не стоит. Но всё равно я волновалась. Очень её люблю, мою девочку", - погладила по плечу. – Это всё по-настоящему? Ты реальная? - вдруг слабо спросила Ева. – Конечно. Конечно, по-настоящему. Я здесь, с тобой, - улыбнулась и погладила по руке. - Не бойся, всё самое страшное позади, - погладила по руке. - Всё хорошо. Врач сказал, операция прошла успешно, без осложнений, капельниц ставить не будут. Через месяц вообще плясать сможешь. – Хорошо. Кто-то кроме нас есть в палате? – Нет, ты пока одна. Палата двухместная. У тебя в палате есть отдельная ванная комната. Пока не нужно туда? – Пока нет. – Скажи, когда понадобится. Ох, Ева, я так рада, что ты пришла в себя и теперь будешь поправляться. Тебе, кстати, и желудок будут лечить. Сказали, у тебя с ним большие проблемы по узи. – А сколько я здесь пробуду? – Если без осложнений будет, то неделю. Потом назначат самостоятельное принятие лекарств. Я всё узнала на ресепшене. Девушки ещё немного поговорили и помолчали, а потом Геля вдруг встала и начала искать в Евином чемодане одежду. – Нужно уже одеваться, думаю. Что тебе достать? – Не знаю... Достань футболку белую и кофту синюю. – Окей, - нашла одежду по запросу и снова села к Еве. - Давай, привстань потихоньку. Будем с тобой одеваться, а-то замёрзнешь, - тихо сказала и расправила белую футболку. Ева полулёжа, с горем пополам и с помощью Ангелины надела футболку и потом ещё свою тёмно-синюю кофту. – Вот так. Теперь остались штанишки. Какие тебе достать? – Давай пижамные, тёплые. – Хорошо, Евуш, - улыбнулась и встала, достав штаны. – Ой, шов, мамочки.. - девушка, наконец, разглядела последствия операции. – Не смотри, не смотри, Евуш, - спохватилась Геля. - На меня смотри. Ладно? – Ой, ужас, - поморщилась и отвела взгляд. – Ну ладно тебе, ужас. Всё пройдёт, - села рядом и щёлкнула по носу. - Всё заживёт. Давай, будем продолжать одеваться. Скоро врач придёт. Проверит твоё самочувствие. – Не очень оно, моё самочувствие, - вздохнула, надевая штаны с помощью Гели. – Не торопись, котёнок, не торопись. Резкие движения тебе сейчас совершать нельзя. А когда разобрались со штанами, Геля заботливо укрыла Еву одеялом, поправила его и поцеловала в носик, улыбнувшись. – Теперь мой котёнок одетый. Надо будет ещё потом причесать тебя, лохматик мой, - потрепала по голове. В комнату вошёл доктор. Провёл осмотр, расспросил о самочувствии, дал необходимые указания. И Ева, и Геля внимательно слушали наставления врача. – Могу я остаться до вечера? - почти умоляла Геля. - А-то как она здесь одна. – Да, можете. Также следите, чтобы она обязательно иногда меняла положение, немного двигалась. К ней завтра утром придут гимнастику проводить послеоперационную... - ещё много и много наставлений говорил доктор. Потом принесли лекарства и всё пошло, как по маслу. В палату никого больше не подселили, так что Ева и Геля смогли вместе провести время до вечера. – Никак не налюбуюсь на тебя, солнышко моё, - говорила Геля уже вечером, гладя Еву по голове, а другой рукой держа за руку. – Я так обрадовалась, когда увидела тебя рядом, на кушетке, - улыбнулась Ева. – Я тоже очень обрадовалась, что тебе уже сделали операцию. Видишь, всё оказалось очень быстро, ты даже глазом моргнуть не успела, а я уже была рядом, - щёлкнула по носу. – Да, теперь всё самое страшное позади. Осталось только немножко поправиться, и буду здорова. – Конечно, будешь, - улыбнулась. - В такой классной больнице, так ещё и в Питере, у тебя просто нет шансов остаться больной, - чмокнула в носик. – Мне так всегда приятно, когда ты целуешь меня. – Я рада, - улыбнулась. - Но, - вздохнула. - Наше время подходит к концу. Мне нужно уходить. А тебе сейчас нужно как можно больше отдыхать и не напрягаться. – Но ты ведь приедешь завтра? – Приеду, конечно. С утра приеду, часиков в десять. Мне сказали, можно быть долго с тобой, раз мы одни в городе. Чтобы тебе не было страшно и тревожно, наверное. А-то ты же у меня любишь тревожиться, - ещё раз поцеловала. - Не скучай, моя дорогая. Что за грустные глазки? - потрепала по щеке. - Давай без страданий. Кому нужно "Преступление и наказание" дочитывать? – Ой, точно! Достанешь мне книгу? – Конечно, - встала и полезла в чемодан. - Я даже немножко завидую тебе. – Почему? - удивилась. – Ну как же? Ты ведь читаешь эту книгу в Петербурге, вечером. Разве не атмосферно, котёнок? – Ах, да, очень, - улыбнулась. – Вот видишь. Держи скорее, - протянула книгу. - А мне действительно уже пора. – Ну, нет, не уходи. – Ну, Евочка, - снова села рядом. - Понимаешь, мне ведь всё равно нужно уходить. Тебе придётся меня отпустить. – Ладно. Отпускаю тебя, мой Ангел, - вздохнула. - Но пиши мне, пожалуйста. Хочу переписываться с тобой до отбоя. – Хорошо, хорошо, - усмехнулась. - Но только если ты потом будешь хорошо спать, - сказала как строгая мама. – Конечно, буду, - улыбнулась. – И ещё, - взяла её руки в свои. - Если что-то будет болеть, немедленно скажи об этом врачу. Ладно? Не смей отмалчиваться, - сказала абсолютно серьёзно. – Хорошо. Не волнуйся, со мной всё будет в порядке. – Но теперь мне действительно надо идти. Давай, не скучай, малышка, - встала и послала воздушный поцелуй. – Пока, мой Ангел, - улыбнулась, а Ангелина вышла из палаты. Действительно, время уже поджимало, так долго засиживаться нельзя, но Геле разрешили только потому, что Ева совсем одна в городе. Так что девушка сейчас спешила покинуть больницу, и скоро погрузилась в вечерний и уже немного холодный Петербург, надев наушники, чтобы было не так грустно.