Мой нетерпеливый бельчонок

Хан в полной мере осознал, насколько большим он был идиотом раньше. Спустя полтора месяца после той самой аварии, которая перевернула его жизнь с ног на голову произошло несколько занимательных вещей. Во-первых, Джисон все-таки показал свою песню компании, в которой по-прежнему работает и теперь готовится к ее выпуску на музыкальных площадках. Во-вторых, ему удалось признаться любви всей своей жизни, как он по-скромному называет своего парня, в чувствах. Сейчас они вместе, и Хан ощущает себя невероятно счастливым человеком. В-третьих, он абсолютно разучился откладывать удовольствие. Всему виной — Ли Минхо. Минхо — единственный, ради кого терпение младшего сходит на нет каждый раз. Он дразнит, распаляет, а затем легонько чмокает в носик и отстраняется, заставляя желать его все больше. Каждый. Мучительный. Раз. Сидя на широких и таких желанных бедрах в одних лишь боксерах Хан стыдливо пытается потереться болезненным возбуждением о ширинку старшего. Он тыкается в шею, чтобы поцеловать за ушком, вдохнуть любимый аромат и утонуть в нем. Минхо лишь смеется в ответ на этот милый жест, посильнее сжимает талию и заставляет замереть. — Куда ты торопишься, бельчонок? — Мм, не зови меня так, — Хан прячется в изгибе шеи старшего, чтобы только не слышать ласкового прозвища, которое дал ему Минхо. Оно заставляет его краснеть и смущаться. Ли просовывает пальцы в волосы, чтобы оттянуть Джисона от себя и поцеловать плюшевые губы, ставшие его слабостью. В ответ Хан хнычет, желая большего, пытается раскачаться своими бедрами, чтобы получить заветное трение. Пытается распалить Минхо хоть бы на секунду также сильно, как он делает это с ним. — Джисон-ни, я могу слушать тебя весь день, — ухмыляется Ли. — Хен, не дразнись… Прошу Свой голос Хан уже не узнает. Последние слова выходят похожими на скулеж. И это подстегивает Минхо только сильнее. — Чего хочешь, бельчонок? Скажи и я все сделаю. Издевается, снова и снова использует грязные приемы. И хоть старший еще полностью одет, Хан уже готов закончится как человек прямо сейчас. — Хен, прикоснись ко мне, — шепчет Хан, дрожащими пальцами расстегивая рубашку на груди, примыкая губами к ключицам, оставляя алые следы на идеальной мраморной коже. — Как я и сказал, все, что пожелает мой любимый бельчонок, — хрипит Ли и притягивает парня поближе. Не давая возможности собраться с мыслями, он проникает под белье ладонями, разминая мягкие половинки, оттягивая в стороны. Джисон, успевает расправиться со ставшей ненавистной ему рубашкой. Он раскрывает вид на невероятное тело перед собой. И пока в голове лишь мысли о том, что он вскоре сможет насладиться и видом очаровательных бедер старшего, он чувствует, как в его дырочку свободно входит один смазанный пальчик. — Бельчонок, ты игрался с собой перед моим приходом? — Хен, — только и удается, что прошептать младшему, — я готовился, потому что хочу тебя в себе, очень-очень. — Как занимательно, — хрипит Ли вводя уже два пальчика, — ты пытаешься ускорить процесс, хотя это буквально единственная вещь, где стоит оттягивать удовольствие. — Прости, — шепчет он - хен, пожалуйста, сделай уже что-нибудь, — словно в бреду вымаливает Хан. Пальцев одновременно и много и мало, ему нужно поскорее ощутить своего парня внутри. Нужен весь Минхо. — Раз уж ты игрался без меня, я должен получить и свою порцию, да? Ли выходит, толкает младшего спиной на диван, и пока тот не успел ничего сообразить, разводит коленки в стороны, поочередно даря легкий поцелуй каждой. — Хен? — с опаской в голосе Хан поднимает взгляд, видя в глазах перед собой только желание, — что ты собираешься делать? — А тебе так сразу все скажи, нетерпеливый бельчонок. Лежи смирно, — чеканит старший, и опускается коленями на пол. Хан повинуется, откидывая голову назад. Руки, как и все тело дрожат в предвкушении. Ему так не хочется ждать, а Минхо заставляет его делать это снова и снова. Старший припадает губами сначала к внутренней стороне бедра, попутно избавляя Хана от последнего элемента одежды, оставляя своего парня лежать абсолютно голым, нуждающимся и дрожащим на холодном диване. Он небрежно скидывает с плеч рубашку и губами опускается все ниже, оставляя влажную дорожку. Будучи в нескольких сантиметрах от места назначения, Ли снова одаряет младшего хитрой кошачьей ухмылкой, и кусает за место под коленкой, вызывая громкий стон. Джисон всхлипывает, пытается поднять голову, чтобы выразить свое недовольство и нетерпение, ведь чувствительная и распаленная кожа будто горит от каждого касания. Минхо опережает его, наконец прильнув губами к покрасневшей дырочке, неспешно обводя языком вход, погружая младшего в еще большее забвение. Он играется, иногда отстраняясь и смотря на тот беспорядок, что успел устроить, а затем снова придвигается ближе, целуя каждый сантиметр. Когда сил у Хана на очередные всхлипы уже не хватает, Ли проникает языком внутрь, скользя по стенкам так отчаянно, будто это доставляет ему самому невероятное удовольствие. — Ты так сладко стонешь — говорит, продолжая мучения. — Хен, пожалуйста, я больше не могу терпеть, хочу тебя внутри, прошу хен, — почти плачет Джисон, вымаливая то, в чем так отчаянно нуждается. — Мой любимый, самый вкусный бельчонок, так бы и съел, — говорит Ли, облизываясь. С его подбородка стекает слюна и остатки смазки, что он использовал. Выглядит так греховно, что Джисону хочется умереть и воскреснуть, лишь бы видеть такого Минхо каждый день. — Повернись для меня, — воркует старший. И Хан не имеет права ослушаться. Он разворачивается, становясь коленями на мягкую поверхность, а ладошками упираясь в спинку дивана. Хан слышит, как Ли снимает брюки и как кидает их в дальний угол комнаты. Чувствует, как мокрая головка упирается в его чувствительную дырочку. Хан подрагивает, виляя бедрами в нетерпении, желая наконец получить то, что так отчаянно ждал. — Блять, бельчонок, ты … даже не верится, что ты ждал так долго, чтобы признаться в чувствах. Джисону не находится на это ответа. Ли легонько проталкивается между чувствительных стенок, вызывая еще большую дрожь и отчаяние. Тело сводит от ощущения заполненности. Младший хорошо себя растянул, но подготовиться к Минхо попросту невозможно. Старший поглаживает спину, а затем цепляется рукой за талию, сминая загорелую кожу так, как он любит. Дает время привыкнуть и когда младший немного расслабляется, начинает медленные, но точные движения. — В тебе невероятно узко, бельчонок, — стонет Ли — но ты так хорошо меня принимаешь. Джисон расплавляется от похвалы, дрожит и срывает голос на крик. Дырочка пульсирует, отдавая волну удовольствия по всему телу после каждого толчка. Ли притягивает Джисона, прижимаясь грудью к спине. От нового угла проникновения сводит скулы, каждый удар приходится по заветному комочку нервов, и Хан готов упасть от чувствительности прямо сейчас. Но сильные руки держат его, а любимые губы целуют в загривок, попутно шепча о том, как хорошо он справляется. Джисон от чувствительности иногда сжимается, вызывая недовольное шипение сзади. — Посмотри на себя, так течешь от моего члена, такой сладкий, мой нетерпеливый бельчонок уже готов кончить? — снова щебечет Ли. А Джисон только кивает в ответ, как болванчик, не в силах дать внятный ответ. Кожа горит, а разнеженное тело готово развалиться на части. Джисон изливается на диван, не успев даже притронутся к себе. — Вот так, Джисон-ни, молодец, мой хороший мальчик. Хан стонет, пока старший продолжает вбиваться в его ставшую сильно чувствительной дырочку. — Хен, кончи в меня, — скулит Джисон, хватаясь ладошками покрепче, стараясь заземлиться. И Минхо слушается. Дырочка заполняется приятным теплом, а Ли издает что-то подобное рычанию. — Мой идеальный бельчонок, — шепчет Ли, выходя, и укладывая их обоих на пол, пытаясь перевести сбитое дыхание. — Я же простил меня не назвать так, хен! — протестует Джисон, шуточное ударяя своего парня по плечу. — Но тебе ведь на самом деле нравится, я знаю, — хихикает Ли и зажимает в объятиях — пойдем, примем душ, а ты расскажешь мне еще какую-нибудь глупость по пути. ฅ Джисон все еще учится жить по-новому. И Минхо в эту новую жизнь вписывается идеально.