Во спасение

«Спаси других и спасен будешь». Слоган невольно бросился в глаза, заставив Дазая остановиться и более внимательно присмотреться к упавшей под ноги листовке. Потрепанный, изрядно замызганный, некогда белый клочок бумаги медленно оседал на дно небольшой лужи, впитывая в себя грязную воду. Уже плохо различимый текст с библейскими мотивами не представлял для молодого человека никакого интереса, в то время как заголовок притягивал усталый взгляд и неприятно отдавался эхом в сознании, затрагивая самые потаенные его уголки. - Люди живут для того, чтобы спастись, хах. Он и сам не заметил, как словно не своим голосом пробормотал давно врезавшуюся в память фразу, и горькая усмешка скользнула по тонким губам. Жить, спасая других во имя спасения собственного, так ведь выходит? - Знаешь, это эгоистично. Ответа ожидаемо не последовало. Дазай мотнул головой и сдул с лица выбившуюся из челки прядь непослушных каштановых волос. Оставив свою находку, он сделал несколько шагов к невысокому мраморному монументу и присел, прислонившись к нагретому полуденным солнцем камню с выгравированной надписью «ODA S». Каждый раз, возвращаясь сюда, он словно отрывался от всего остального мира, погружаясь в тишину и спокойствие; терял счет времени, наконец расслабляясь и позволяя себе скинуть с лица фальшивую насквозь улыбку, но невольно ловил себя на мысли, что все это смахивает на нелепую шутку, слетевшую с уст заправского комика ночного пятничного телешоу. В этой земле сейчас должен покоиться он сам. Человек, чьи руки давно уже даже не по локоть в крови. Человек, чья жизнь не представляется ему самому ценностью. Человек, бесцельно шатающийся сквозь череду однообразных дней и обреченный следовать последней воле того, кто действительно мог подарить кому-то спасение, возможно даже и самому Дазаю, но покинул его, словно в насмешку опередив на финишной прямой. Детектив прикрыл глаза и медленно выпустил воздух из легких. Бесчисленные неудачи в попытках свести счеты с жизнью утомляли не меньше однообразной офисной рутины, занимающей большую часть рабочего времени в агентстве. Только если последней и можно было периодически избежать, развлекаясь дониманием коллег до тех пор, пока те не выставят пинком за дверь с указанием прямого места назначения, то вырваться из оков этого мира не удавалось ни при каких обстоятельствах. Смог ли найти Одасаку собственное спасение в заботливых объятиях костлявой? Знал ли он... Тихий мелодичный смех смешался с шелестом листьев. Дазай поднялся на ноги, потянулся, отряхнул от земли да мелких травинок подол светлого плаща и развернулся лицом к могиле старого товарища, одарив безжизненный камень теплым взглядом карих глаз. Достав из кармана помятую полупустую пачку Лаки Страйк, он прикурил и склонился к надгробию, уложив у его основания тлеющую сигарету. Он знал - Дазай был в этом уверен. Возможно, догадка и посетила его светлый ум лишь в самом конце пути, но, так или иначе, этот человек смог все осознать. Дазай вновь рассмеялся и смахнул ладонью пыль с монумента поглаживающим движением. - До встречи, Одасаку. Развернувшись на каблуках, он ступил на узкую тропинку, закинув на плечо плащ и удаляясь прочь от могилы друга. Под тяжестью оставленного на ней следа размокшая совсем листовка расползлась надвое, окончательно смешавшись с грязью. Дазай усмехнулся, устремляя взгляд вперед. Однажды и он сможет разомкнуть этот порочный круг, зовущийся жизнью, но сейчас у него были куда более важные дела.