The Wedding's song

«Таинственный бит Hasnuts Пожалуй, один из самых загадочных музыкантов современности. Кто же он на самом деле? Hasnuts — талантливый молодой артист, который уже на протяжении нескольких лет остается у всех на слуху. Его треки покорили сердца слушателей всех возрастов, стали любимы далеко за пределами кругов любителей электронной музыки, а число прослушиваний на стримах уже перевалило за 20 миллионов. В его репертуаре есть все: от лирических мотивов до жесткого рейва, и каждый находит что-то свое. В апреле 2021 музыкант стал сенсацией буквально за одну ночь, когда его трек «Break» завирусился в соцсетях, дав начало очередному видеотренду. Сразу после этого «Columbia Records» заключили с ним контракт, и с тех пор на свет вышли один успешный альбом и два EP, попавшие в десятки международных чартов. Hasnuts любит экспериментировать с прическами, но в остальном он всегда верен одному стилю — черная одежда, темные очки на пол-лица и большое количество массивных аксессуаров, в числе которых и кольца, и ремни, и цепи, и браслеты. При этом артист все еще ни разу не был замечен в скандалах, а большое количество поклонников по всему миру называет его «невероятно милым и приземленным». Хотя с первого взгляда на артиста такие высказывания кажутся спорными. Пытаясь отследить его историю, можно заметить, что первые шаги в карьере Hasnuts делал на другом конце света в Санкт-Петербурге и Москве, выступая в небольших залах, в клубах, а иногда и просто на улицах города. И делал это, судя по старым постам, довольно часто. С приходом мировой славы масштабы выступлений несколько изменились, и теперь артист выступает на многотысячных площадках в мировых турах и крупных фестивалях. Однако в одном он остался неизменным — за пределами сцены музыкант сразу пропадает со всех радаров и обнаружить его вне сцены все еще практически невозможно. Поэтому, наверное, сложно удивляться, что за пределами творческой карьеры о личности Hasnuts известно не так много, или правильнее будет сказать, почти ничего. Он редко соглашается на интервью и еще реже обсуждает на них что-то помимо музыки, да и на его страницах в соцсетях зацепиться особо не за что. Обложки новых треков, даты концертов, абстрактные кадры, работа в студии и редкие фотосессии — все перемешалось в его профилях. Все, кроме одного. Личной жизни. В соцсетях исполнителя невозможно найти фото из повседневной жизни, его друзей и знакомых, вторую половинку или семью, и есть лишь рабочие посты в едином стиле и с короткими подписями, не дающими никаких ответов. Никто не знает, где Hasnuts живет, состоит ли в отношениях, кто его друзья и, хотя бы, ест ли он хлопья на завтрак. Даже его фамилия все еще точно не подтверждена. Но как бы загадочность музыканта ни разжигала интерес поклонников — обнаружить какую-либо информацию о нем пока так и не удалось. И вопрос удастся ли когда-либо найти о его жизни хоть какие-то детали, пока остается открытым. — OK! Magazine, 6 июля, 2024»

***

— Смотри, что про тебя накатали опять, — хмыкнул Арсений, мягко ткнув Антона в бок, и протянул ему свой телефон. — Что там? — Антон, лениво залипающий в новое шоу Позова и Матвиенко, перевел взгляд с телевизора и, не забирая телефон из рук, бегло пролистал статью, после чего фыркнул и покачал головой. — Ну, пусть копаются пока. У них еще сколько… пара месяцев точно есть, чтобы попробовать что-то нарыть. — А потом ты их, можно подумать, завалишь подробностями, — беззлобно подстебал Арсений, посмеиваясь ему в плечо. И Антон даже не нашел силы закатить глаза. Слишком уж хорошее было настроение из-за внезапного совместного выходного. Арсению отменили репетицию, у него был долгожданный свободный день, и можно было никуда не торопиться и в свое удовольствие валяться вместе в кровати и ничего не делать хоть до самой ночи. И пока такое ленивое утро в постели для Антона тянуло на лучший день. А обсуждение готовящегося каминг-аута добавляло ему красок. — Не знаю, может и завалю, — выдохнул он с мечтательной улыбкой, ткнув Арсения пальцем в грудь, и быстро поставил шоу на паузу. — У меня никогда не было возможности о своей жизни в открытую писать… Кто знает, куда меня понесет. — Будешь что вижу, то пою выкладывать? Ты вроде никогда не был любителем. — Вроде не был, — согласился Антон. — Но, может, потому что пока не все могу. А так не знаю, — он задумался на мгновение и, заметив на себе внимательный взгляд Арсения, продолжил рассуждать вслух. — Хотя, наверное, все равно все подряд не буду выкладывать. Личную жизнь как-то тоже иметь хочется. — Ну, пока еще можно все отменить, оставить совсем все личным и продолжать быть загадочником, — предложил полушутя Арсений, заправляя за ухо прядку волос. За годы совместной жизни Антон успел понять, что Арсений, в отличие от него самого, гораздо осторожнее возлагал надежды на важные события и как будто даже боялся что-то загадывать. Особенно, если от него мало что зависело. А тут еще и после признания о характере их отношений родителям, отношения с которыми даже спустя три года оставались несколько натянутыми, эта тема Арсения ощутимо нервировала. Хотя Антон знал и видел, что Арсений хотел и ждал их публичного каминг-аута не меньше, чем он сам. — Да хера с два, — фыркнул Антон, приподнимаясь с подушек, перевернулся на бок и, опустив голову Арсению на голую грудь, заглянул ему в глаза. Огонек неуверенности, который периодически разгорался в Арсении снова и снова, сколько бы он не тушил его, казалось, вновь решил дать о себе знать, поэтому дальше он чмокнул Арсения в линию челюсти и продолжил гораздо мягче. — Я понимаю, что ты нервничаешь, да и сам пиздецки волнуюсь. Но у нас, наконец-то, выдался шанс аутнуться и жить так, как мы всегда мечтали! Нельзя его проебать. — Да я знаю, что ты прав, — вздохнул Арсений, неторопливо растрепывая запутавшимися в волосах пальцами пряди в разные стороны. — Просто как-то до сих пор не верится, что скоро можно будет совсем не скрываться. — Конечно, прав, — протянул Антон, борясь с желанием довольно зажмуриться. Они вели этот диалог уже раз десять и знали, что скажут друг другу почти дословно. Но ради спокойствия Арсения Антон был готов повторять все по кругу хоть каждый час. — У меня же команда все изучила, и они считают, все норм будет. И меня после трех лет вонючего пиздежа Сэмюэля пока все устраивает. Когда его трек завирусился в сети, и агентство вышло с ним на связь, сначала Антон был вне себя от счастья. Еще бы! Контракт с крупным лейблом, растущее до бесконечности число слушателей, интерес журналистов, заоблачные обещания о раскрутке и гонорарах, планы на новую свободную жизнь с Арсением, который на его нервное предложение поехать с ним ответил согласием. В тот момент было ощущение, что все его мечты сбылись разом. Ведь изначально они не собирались скрываться, и казалось, что в других странах с принятием было получше. И они уже успели размечтаться о новой радужной жизни, как жестокая реальность внесла свои коррективы, и в присланном контракте обнаружился пункт о запрете публичного упоминания его «однополых отношений». Но сколько бы возмущений не вызвал у него тогда этот пункт, выбора не было, убирать его наотрез отказались, и контракт все равно был подписан. Еще и после выхода его дебютного нелюбительского альбома потом пришлось терпеть попытки втянуть его в иллюзию вспыхнувшего романа между ним и одной певицей и на всех мероприятиях постоянно заставляли играть на камеру. Но, к счастью, рассчитываемых результатов это не дало, и в итоге Сэмюель решил окончательно убрать всю его жизнь вне карьеры в тень, что в целом, конечно, было не самым печальным вариантом, но все равно особой радости не вызывало. Хотя Арсений временами умудрялся шутить, что это было просто эдаким напоминанием о доме, чтобы чуть меньше по нему скучать. Да и мысль о том, что они в принципе смогли справиться с переездом и вместе обустроить новую жизнь, все же подбадривала. Впрочем, им еще повезло в том плане, что в его долгоиграющий успех никто, казалось, особо не верил (и Антон предпочитал считать очередной несостоятельностью его прошлой команды), из-за чего его первый контракт был всего на три года. И эти три года как раз истекли этой весной. Поэтому как только зашла речь о заключении нового контракта, Антон без сожаления попрощался со старой командой и начал сотрудничество с новым агентством, которое готово было слушать его предложения и строить стратегию продвижения с учетом его желаний. Что после трех лет требований беспрекословного подчинения его не переставало пока удивлять. — Не, после него я твоим новым ребятам тоже больше симпатизирую, однозначно, — согласился Арсений. — И Дерек твой вроде умный мужик. И стратегии у него норм. — Ну, вот. А он говорит, что ниша под такого занятого меня есть. И лейбл уже зеленый свет на все дал. А уж возможность гулять с тобой, постоянно не оглядываясь, и с концертов не тайком вместе уезжать, однозначно перевешивает минусы. — Да я же не отговариваю тебя. Пройдем вместе через огонь, воду и все гомофобные стада, — с нарочитой серьезностью пообещал Арсений, приобняв его за плечи. И, казалось, что его убеждения все же снова сработали. Потому что тон его голоса стал немного легкомысленнее. — Можешь хоть сейчас нас сфоткать вон и пост накатать. Что ждать? Антон покачал головой, поднимая снова свой взгляд. — Не, постом я точно не хочу. Это не мое. И мы вроде на совместный выход в свет договорились уже… Или, на крайняк, еще можем пока передумать и устроить перед папарацци прогулку. — Папарацци точно нет, — поморщился Арсений, не задумавшись ни на мгновение. — Мы вроде хотим, чтобы все выглядело шагом на наших условиях, а не так, будто нас случайно спалили. — Значит все-таки вместе на премию идем, да? — зачем-то опять решил уточнить Антон, как будто они не решили это еще пару недель назад. Возможно, ему тоже нужно пока было немного подбадриваний. — Дерек сказал, меня должны номинировать вроде как. — Идем-идем. Мы же вроде с твоим стилистом забились уже, что встретимся в следующем месяце, чтобы под твой образ мне что-то найти. — Серьезно? — удивился Антон. Эта информация каким-то образом прошла мимо него, хотя он во все планы подготовки лез. — А меня с собой возьмете? И не успел Арсений состроить невинное выражение лица и пожать плечами, смешинка в его взгляде выдала его готовящуюся пакость с головой. — Посмотрим, сколько в тебе загадки останется к тому времени. — Козел, — пробурчал Антон, пытаясь нахмуриться. Однако голос все равно непроизвольно смягчился, и губы расплылись в улыбке, так что, он сдался и, быстро чмокнув Арсения, с довольным вздохом устроил голову у него на груди и включил обратно шоу. Именно ради такой жизни он был готов на все. *** Так незаметно пролетели два месяца в бесконечных заботах, волнении, работе и разных хлопотах, и не успели они глазом моргнуть, как настало утро премии, а к ним домой завалилась большая команда для сбора и подготовки к долгожданному выходу. И все часы, пока им с Арсением наводили красоту, они, в который раз, выслушали все наставления и инструкции, сто раз переглянулись между собой, и, напоследок, заручившись пожеланиями удачи, сели в ожидавшую их машину и поехали. Но если дома среди постоянных голосов волнение удавалось скрывать и загонять поглубже, то оставшись наедине, они всю дорогу просидели, прижавшись друг к другу и держась за руки вспотевшими от волнения ладонями. Колено всю дорогу нервно тряслось, сердце колотилось похлеще битов в его треках, а тут еще и Арсений, который обычно сам его успокаивал, сидел молча и постоянно поправлял спадающую на лицо прядь. Хотя Арсений, наверное, волновался еще больше него. Он-то вообще никогда не бывал на таких крупных мероприятиях и смутно представлял, как себя стоило вести этим вечером, хоть и завалил Дерека в последнее время вопросами, и Антону не давал прохода, постоянно то что-то уточняя, то прося вспомнить подробности с прошлых годов. Хотя свои первые выходы Антон предпочел бы забыть, потому что в свой первый выход на дорожку он чуть ли не зеленым вышел и весь английский забыл. А тут Арсению вдобавок ко всему вниманию еще и каминг-аут делать сразу. Что все никак не укладывалось в голове. Они же столько лет мечтали об этом, еще со времен их маленькой съемной квартиры в Питере, представляя, как вместе придут на какую-нибудь премию, и совершенно не верилось, что они были буквально на пути к ее исполнению. За три года «в шкафу» здесь, и еще дольше до переезда, когда вести себя как обычной паре за пределами дома или домов друзей удавалось редко, они в принципе привыкли следить за собой и краем глаза отслеживать ситуацию вокруг них. Но обрести долгожданную свободу однозначно хотелось. Все-таки карьера — это отлично, но он не только ради нее бросил всю свою привычную жизнь. — Ты не переживай так, там все довольно протокольно, — решил нарушить тишину Антон, повторив то, что они обсудили уже сто раз, когда заметил, что они подъезжали к площадке. Но он не знал, чем еще можно успокоить, а поддержать хотелось, потому что у него самого комок в горле и лавина в животе никак не желали пропадать. — Просто держимся вместе, улыбаемся и машем. По сути вся премия — это большая постановка, на которой все движутся по отмашке. — Я помню, — кивнул Арсений в ответ, сжал его ладонь и быстро поцеловал в краешек губ, как обычно, украдкой, но раз уж сегодня все менялось, Антон задержал на его губах поцелуй, стараясь передать все понимание и поддержку, и отстранился, лишь когда автомобиль начал замедляться. И стоило им только выйти, их тут же оглушили шум улицы, выкрики толпы, собравшейся хоть одним глазком посмотреть на звезд, звуки фотоаппаратов, щелкающих без остановки. Организаторы и помощники ходили туда-сюда, камеры окружали со всех сторон, охранники пристально наблюдали за ситуацией. Рокси, ассистентка Антона каким-то чудом нашла их, не успели они с Арсением встать рядом и взяться за руки, пшикнула им еще лака на волосы, поправила пару прядей, внимательно осмотрела их внешний вид и повела их на дорожку к фотографам. Антон переглянулся с Арсением, чтобы убедиться, что он настроился, хотя перед выходом из машины видел, как Арсений сделал глубокий вдох, встряхнул себя и на людях натянул на себя маску уверенности. Все же не даром он был актером и даже тут смог добиться места в небольшом, но популярном театре и периодически сниматься в массовке. Поэтому, если бы Арсений так крепко не сжимал его руку, и не улыбнулся в ответ на его немой вопрос чуть напряженнее обычного, Антон бы точно поверил в его полное спокойствие, и потому был абсолютно уверен, что для всех вокруг он именно так и выглядел. Спокойным и уверенным. Словно был абсолютно на своем месте. Хотя как минимум для Антона это действительно было так. Арсений выглядел особенно великолепно в своем светло-зеленом цветочном костюме, который, как и многое в их жизни, был выбран вопреки всем первоначальным планам. После десятка перемеренных черных костюмов под тон Антону, которому верному своему стилю заранее подобрали черный костюм, увешанным мелкими цепями, бусинами и кольцами, Арсений вдруг заметил этот костюм и тут же загорелся им. И Антон уже было думал купить его просто так, как стилист внезапно подхватил его идею и после примерки решил вместо похожих костюмов сыграть на контрастах, подчеркнув их единство цветным платком в кармане Антона, узкими очками со светло-зелеными линзами и прицепленной тонкой цепочкой на арсеньевском лацкане. И что тогда, что сегодня перед выходом, что в этот самый момент, когда их снимали десятки камер, он просто не мог оторвать глаз от Арсения. Обычно Антон неловко чувствовал себя на дорожках и стоял столбом, пока его щелкали фотографы, а тут, то и дело пересекаясь взглядом с Арсением и держа его за руку, он был не в силах сдержать широкую улыбку. А к середине дорожки, когда Арсений немного расслабился и, войдя во вкус, решил всячески позировать, то целуя его в щеку, то обнимая его полубоком, негромко произнося при этом всяческие комментарии происходящего, Антон с трудом поспевал за ним и постоянно боролся с порывом ущипнуть себя, чтобы убедиться, что все это было не сном. И это при том, что бесконечные щелчки, вспышки, и требования фотографов были одной из наименее любимых частей его работы, но с этого выхода Антону уже не терпелось увидеть готовые фото и повесить их дома в рамочке на память. А на краю дорожки их уже вновь встречала ассистентка, которая быстро напомнила им о графике и именах журналистов, как можно скорее ожидающих их на интервью, и успокоила, что тех успели утром уведомить о списке запрещенных вопросов, который они так долго составляли, и без лишних промедлений повела сквозь очередную толпу, ловко петляя между компаниями. Без ее помощи Антон бы, наверное, ни на одной премии до зала не дошел бы, потому что такое количество людей, поворотов и закоулков по пути ко входу самих церемоний всегда его запутывало. Да и с интервью она его не раз спасала, особенно с такими ведущими, которые так фонтанировали при разговоре, что Антон не всегда понимал, о чем они говорили, и нужен ли им был вообще собеседник. И Антон очень надеялся, что сегодня брал интервью кто-то поспокойнее или хотя бы не любитель искусственных восторгов, потому что волнение вперемешку с восторгом лилось у него через край, и если кто-то начнет визжать не факт что он сможет себя остановить и не присоединиться только уже по-настоящему. А настолько ломать свой образ он все-таки пока не хотел. — Ты как, готов? — тихо спросил Антон, стоило только Рокси, махнув им в сторону отведенного для интервью уголка, вновь отошла в сторону, чтобы не светиться в кадре. — Я-то готов, — усмехнулся Арсений, легко сжав его ладонь. — Вопрос, готовы ли они. — А это уже их проблемы, — фыркнул в ответ Антон, пользуясь тем, что их разговоры между собой на русском здесь никто не понимал. Арсений, еле сдерживая улыбку, прикусил губу, и одновременно с этим один из организаторов всучил Антону в руки микрофон, а со стороны интервьюеров, имена который он уже забыл, раздались приветственные возгласы. — Вы только посмотрите, кто к нам пришел, — воскликнул парень, как только они перешагнули их огороженный уголок. — Это же сам — Hasnuts! — Боже мой, он еще и правда пришел не один, — ахнула девушка чуть более восторженным тоном своему напарнику. Но, к счастью, не настолько, чтобы появилось желание сбежать. — Привет! — Привет, — одновременно произнесли они с Арсением, наклонившись к микрофону в его руке, и, чуть не стукнувшись носами, дружно хихикнули, прежде чем Антон поднял взгляд прямо на камеру. — И вам всем тоже привет! — Мы только обсуждали, что вы кажется норовите стать главной темой вечера, — поделилась она заговорчески. — И все безумно хотят знать кто же твой очаровательный спутник. Прошу, раскройте нам эту тайну! — Это Арс, — представил его Антон, бросив руку ему на талию. Они не договаривались дословно о том, как будут отвечать на вопросы, только общий курс, чтобы это не выглядело натянуто. И он немного переживал, что не сможет подобрать в моменте подходящие слова, но стоило только ему поймать взгляд Арсения, как лучшие слова нашлись сами собой. — Мой партнер по жизни, муз и временами идейный вдохновитель. — Это и есть муза, — толкнул его в бок Арсений, не дожидаясь реакции ведущих. Антон покачал головой и поправил его с самодовольной улыбкой. — Муза — это когда рядом с тобой у меня идеи появляются, а вдохновитель — это когда ты мне прохода не даешь, пока я не запишу очередную идею, пришедшую тебе в голову. — Тогда ладно, — кивнул в ответ Арсений с широкой ухмылкой, и только после негромкого покашливания со стороны, Антон вспомнил, что они вообще-то интервью давали. — Так значит, вы сегодня пришли сюда как пара? — спросил парень явно заготовленный вопрос, потому что, судя его выражению лица, он без этого понимал ответ. — Ну, сложно отрицать, что мы пришли не по одиночке, — хмыкнул Арсений в ответ, лукаво сверкнув глазами. — Но да, Арс сегодня мой плюс один, — добавил Антон, давно привыкнув к тому, что тот ни слова в простоте в малознакомых компаниях не мог сказать, если начинал волноваться, и цеплялся за все подряд. — То есть, это твой первый выход в свет, Арс? — поинтересовалась девушка, протягивая ему свой микрофон. — Можно и так сказать. — Арс, вообще, актер, так что он часто выступает на сцене, — похвастался за него Антон, притягивая его к себе донельзя ближе, и дав себя время сделать глубокий вдох. Его самого немного потряхивало. — Поэтому мы решили, что сначала он со мной сюда сходит, а потом когда-нибудь я обязательно его на Оскар сопровожу. — Перестань, — протянул Арсений чисто для его ушей, не наклонившись к микрофону, и демонстративно закатил глаза. — Так что берите сниматься Арса, он у меня хороший, — закончил Антон, проигнорировав его выпад. Зато обратил внимание на его польщенный вид, пока ведущие переглядывались между собой. — А как давно вы знакомы, если это не секрет? — немного неуверенно спросил у них парень, подняв взгляд от бумажки с заготовками в руке, будто окончательно перестал понимать, что с ними делать. И стоило ли что-то спрашивать. — Почти восемь лет, — признался Антон, решив не углубляться в детали. Сегодня и так были самые развернутые ответы на дорожке за всю его карьеру. — Ничего себе! — протянула девушка в ответ с неприкрытым удивлением и с не менее искренним любопытством спросила. — И только сейчас решили рассказать об этом? Только решили. А раньше вообще об этом не задумывались. Тут Антон даже позавидовал ее наивности и не обремененному проблемами взгляду на мир. — Решили, что пора, — тем не менее лаконично ответил Антон с натянутой улыбкой и понимающе переглянулся с Арсением. Все же, несмотря на все сегодняшние признания, всю правду о том, сколько они боролись за эту возможность, почти наверняка никто никогда не узнает. — Значит ли это, Hasnuts, что мы можем, наконец, ждать новости о твоей личной жизни? — Посмотрим, — пожал плечами Антон, решив не давать никаких обещаний. Этот вопрос вообще все еще был открытым в их планах. В отличие от других. — Но вот новую музыку от меня точно стоит ждать уже совсем скоро. — Кстати, говоря об этом, ты же номинирован сегодня на лучшего исполнителя электронной музыки? — спросил у него парень, перехватывая инициативу в разговоре у своей соведущей. Антон кивнул, благодарный за то, что тот пошел на поводу его смены темы. — Да, так и есть. — Признаюсь по секрету, я отдал свой голос тебе, — с заговорщическим видом признался он, но не успел Антон поблагодарить его, как тот с усмешкой добавил. — Хотя, кажется, ты сегодня и так сорвал главную награду. — Наград много не бывает — заметил Арсений, будто невзначай и для себя, но на этот раз явно наклонился к микрофону. — Не можем с этим поспорить. И желаем удачи в твоей номинации, — бодро заключил парень, ничуть не смутившись замечания Арсения, на что Антон признательно кивнул. Победить сегодня и правда особенно хотелось. — Ну и не будем вас больше задерживать, — добавила девушка, ловко переняв слово. И этому Антон был тоже рад. — Спасибо вам за разговор. Наслаждайтесь вечером! — И вам спасибо, — поблагодарили они ведущих, помахали на прощание в камеру, и без сожаления сбежали из кадра, вернув микрофон организатором. Антон мысленно выдохнул. Он так переживал за их первое совместное интервью, но вроде все прошло нормально. Вопросы все были терпимые, ответы сразу нашлись, Арсения никто не игнорировал, и держались они вроде неплохо. По крайней мере он и собой, и Арсением был доволен. И Рокси их с улыбкой встретила и даже поздравила, прежде чем повела дальше. И потому следующие пара мелких интервью прошли на чистом воодушевлении. Вопросы мало чем отличались друг от друга, поэтому и ответы они давали похожие, хотя на третий раз они с Арсением, не сговариваясь, решили прикола ради приукрасить свои отношения несколькими выдуманными деталями. Потом еще пару минут они пообщались взглядами под крики толпы из зрительской зоны, пока Антон раздавал автографы и согласился на пару фото, прежде чем снова взять Арсения за руку и повести за собой вперед. Сегодня Антон был согласен идти так куда угодно. *** Впрочем, в лобби, где не было ни фотографов, ни журналистов, ни фанатов выдалась возможность немного выдохнуть. Здесь царила довольно спокойная атмосфера, играла негромкая и ничем не примечательная музыка, а потихоньку собравшиеся приглашенные гости негромко общались, разбившись по небольшим компаниям, и наслаждались блюдами с фуршетного стола, стоящего по центру зала. Однако они не спешили лезть в гущу событий и, осушив сразу на входе по бокалу шампанского, заприметили на столе более привлекательный вариант в виде пива и, обменяв пустые бокалы на стеклянные бутылочки, заняли свободный диван возле стены, решив дать себе пару минут передохнуть и прийти в себя. Тем более, что Арсений, хоть и утверждал, что был в полном спокойствии, все еще выглядел немного ошеломленным. Но Антон его понимал. Ему самому до сих пор нужно было немного времени после дорожек, чтобы отойти от всего водоворота событий, творящегося там, а на первых премиях он и вовсе в шоке держался от всех подальше, пытаясь понять, что он там забыл. Хотя и сегодня мысли в голове разбегались настолько, что они даже по привычке сначала машинально сели на разные концы дивана, прежде чем вспомнили, что скрываться больше не надо, и Арсений тут же придвинулся вплотную и устроился под его рукой, закинутой на спинку. И вроде никто не начал смотреть на них косо, ни нахмурился и не решил пробормотать какую-нибудь гадость, якобы случайно пройдя мимо них. Большинство артистов даже не обратило на них никакого внимания. Антона, конечно, не то чтобы сильно волновало их мнение по поводу его личной жизни, но после всех запугиваний первой команды зерно сомнений и страха успело засесть в его голове и выдрать его с концами пока не получалось. Поэтому, когда они с новыми силами решили влиться в народ, ноги все равно как будто стали чуть тяжелее обычного, и внутри все резко натянулось как гитарная струна. Нельзя было сказать, что он завел в звездных кругах близких друзей, но он обзавелся здесь парой близких приятелей, с которыми он мог спокойно поболтать и обменяться новостями. Да и в целом тут все равно было принято здороваться со всеми и перекидываться парой фраз при встрече, и этого никак нельзя было избежать. Как и не ожидать того, что сегодня главной темой таких диалогов станет их каминг-аут. И стоило им только подойти к кому-то, их тут же поздравляли с каминг-аутом, признавались, что имели касательно него подозрения, или просто знакомились с Арсением, который натягивал на лицо вежливую улыбку и вел себя так, будто каждый день бывал на подобных мероприятиях. Делал всем комплименты — о музыке, нарядах, прическе, благодарил за поддержку и невзначай уводил диалог на нейтральные темы. Кендрик, Тейлор, Монтеро, Сабрина, Майли, Билли, с кем бы они не пересекались, все таяли под его харизмой, пока Антона плавило каждый раз, когда Арсений, при виде очередной польщенной улыбки в ответ на комплимент, довольный собой прижимался к нему. Так, с каждым новым собеседником, дышать становилось все легче, а леденящий узел в животе начал оттаивать и медленно распутываться. И к концу обхода стола успели вернуться и ворчания Арсения между делом о количестве блюд с морепродуктами, и поддразнивания друг над другом, и подшучивания над всем вокруг. А когда они как-то незаметно для себя набрали на тарелки целый набор для дегустации — от спринг роллов до канапе и заняли свободный столик с краю зала, Арсений, быстро оглянувшись по сторонам и убедившись что никто не шел в их сторону, перешел на русский и зачем-то все равно полушепотом произнес. — Ты не говорил, что ты тут настолько нарасхват. Антон непонимающе посмотрел на него. — Я же вроде рассказывал, что тут постоянно с кем-то здороваюсь обычно. — Вот именно что просто здороваешься, — закатил глаза Арсений и как будто беспалевно стащил шпажку с креветками с его тарелки. — А по факту тут каждый второй тебе в рот смотрит… Тебе надо этим пользоваться. — И как же? — полюбопытствовал Антон с неподдельным интересом. И тут Арсения стало не остановить. Мем «его идеи будут актуальны всегда» давно стал неотъемлемой частью жизни для Антона, только в неироничном смысле. Ему просто всегда было интересно узнавать мнение Арсения и смотреть на вопросы с его точки зрения, а количество раз, когда идеи Арсения реально пригождались, и вовсе исчислялись десятками, если не сотнями. А тут еще и он как будто давно ждал этого вопроса и с ходу пустился в витиеватые рассуждения. Антон слушал и кивал в нужные моменты, коротко комментировал его предложения, стараясь при этом не сбить Арсения с хода мыслей, но чем больше он это делал, тем сильнее отвлекался сам. На его голос, голые ключицы под пиджаком, взмахи руками, попытки заправить спадающую на лицо прядь волос, и взгляды, которые Арсений бросал на него. В них столько всего плескалось: от нежности и любви до гордости и восхищения, что Антон в какой-то момент окончательно отключился и тупо залип. И внутри все сильнее разрасталось желание плюнуть на все, схватить Арсения за руку, утащить подальше от всех, зажаться в каком-нибудь безлюдном закутке, зацеловать, забравшись руками под этот его невозможный костюм, и довести до того, чтобы все слова тоже вылетели из его головы и остались только стоны. Но так была велика вероятность, что в итоге они забьют на всех и смоются еще до премии. А в зале показаться надо было. Да и Дерек просил вести себя на вечере так, чтобы ночью команде не пришлось выкупать их фото и подкупать журналистов и заминать скандалы. А с тем хаосом из эмоций в голове Антон не был уверен, что у них получилось бы сегодня остаться незамеченными. И в конце концов, не стоило осуществлять все мечты разом. Нужно было оставить что-то на потом. *** Впрочем, несмотря на все самообладание Антона, в зал они все равно вошли одними из последних. Уже когда свет был приглушен, внимание приглашенных было на сцене, а в динамиках фоновая музыка сменилась торжественной. И это им повезло, что их места были возле прохода и всего в третьем ряду, а организаторы хоть и дергано, но встретили их у входа и чуть ли не за руку сопроводили до мест. Поэтому их опоздание осталось практически незамеченным. В отличие от побега из общего зала. И из плюсов этого факта — уединиться им все-таки удалось, из минусов — совсем не по той причине, о которой мечтал Антон. Хотя тут он был сам виноват. Или все же скорее Арсений, поскольку, стоило тому заметить его отвлеченность, он зачем-то решил под столом вдруг схватить его за коленку. И в итоге Антон дернулся, толкнул стол и уронил с тарелки такос, заляпав соусом себе штаны. По непонятной даже самому Антону причине, их это дико рассмешило, причем настолько, что на них начали коситься сидящие за соседними столиками артисты. Но они все равно не могли успокоиться и, продолжая смеяться как угорелые, подорвались вместе в туалет, чтобы оттереть пятно, как раз когда всех начали запускать в зал, а потом наперегонки бежали обратно. И была вероятность, что его репутация, как и штаны после этого оказалась немного запятнана. Но раз штаны удалось спасти, то и репутацию при необходимости отмоет. Главное, что они успели в зал и заняли свои места до начала съемки, аккурат когда на экранах начался отсчет последней минуты до старта. — Вообще, тут пиздец как скучно большую часть вечера, — шепотом предупредил он Арсения, переведя дух. — Как будто снова торчишь на официальной части школьного выпускного, когда все твои кореши еще после девятого ушли. — Судя по тому, каким ты домой с них возвращаешься, не похоже, — заметил тихо Арсений, наклонившись к нему. — Это из-за афтерпати, вот на них всегда весело. И, наверное, стоило об этом догадаться заранее, но с Арсением и на самой премии оказалось гораздо веселее. Даже странно, что он раньше не подумал о том, что его компания была лучше любых корешей. Видимо, он просто слишком привык не представлять Арсения рядом, чтобы лишний раз не загоняться. Но теперь, когда необходимости в этом больше не было, Антон ощутил все плюсы его присутствия сполна. Арсений всю премию шептал ему на ухо комментарии и свои впечатления обо всем: ведущих, номерах, костюмах, номинантах и особенно речах победителей. Антон, который обычно половину церемоний пытался тайком играть в телефоне, на протяжении вечера сидел и старался не смеяться в голос. Во время выступлений Арсений поднимал его потанцевать, в перерывах он первым подскакивал с места и тащил за собой его в лобби развеяться, кивая всем вокруг направо и налево так, будто давно был со всеми знаком. В итоге Антон настолько влился в такой ритм, что далеко не сразу понял, когда ведущие, наконец, дошли до его номинации. И заметил он это, только когда оператор встал напротив него и направил камеру прямо ему в лицо. Тогда все веселье мигом улетучилось. Во рту пересохло, мышцы все напряглись, а сердце начало бешено колотиться о грудную клетку. Антон выпрямился в кресле, расправив плечи, и попытался состроить спокойный вид, но Арсений все равно почувствовал резкую смену его настроения и, нащупав его ладонь, ободряюще сжал ее. Победить хотелось невозможно. И из профессиональных интересов, и чтобы Арсений в такой день стал свидетелем его успеха и гордился им, и потому что побороть еще одно сильное и немного глупое желание у него никак не получалось, и слишком хотелось осуществить его именно сегодня. А для этого нужно было подняться на сцену и очевидно победить. Речь презентера прошла как в тумане, клипы его соперников на экране, как и его собственный, были замечены скорее машинально, и даже раздавшиеся аплодисменты сначала звучали как будто под водой. И только когда Антон проморгался и увидел свое растерянное лицо на экране над сценой, и почувствовал как руки Арсения притянули его к себе в объятия, он понял, что все получилось. И он победил. — Лучший! — прошептал Арсений ему в губы, прежде чем быстро поцеловать и, шлепнув по спине, подтолкнул его в сторону сцены. По пути Антон рассеянно приобнимал и пожимал руки каждому, кто вставал и тянулся в его сторону, параллельно пытаясь повторить в голове все, что хотелось сказать в своей речи. Но сцена была слишком близко, и, будто спустя всего мгновение, он уже оказался перед микрофоном со статуэткой в руке и лицом к огромному залу. — Спасибо всем, кто голосовал за меня. Я правда ценю это, — начал он, поднимая награду в руках, дождавшись тишины в зале. — И я рад, что вам нравится моя музыка. Однако сегодня я хотел бы посвятить эту победу одному особенному человеку… И моему самому первому фанату, — невольно добавил Антон и сам усмехнулся этому, прежде чем нашел в зале лицо Арсения, который смотрел на него со смесью растерянности и смущения, и продолжил говорить, не отрывая от его лица взгляд, стараясь забыть, сколько тысяч людей смотрели на него сейчас. — Когда-то мы встретились на случайной подработке в задрипанном клубе, а сегодня пришли сюда вместе, держась за руки. И ты поддерживаешь меня с тех самых пор, хоть тогда у моих треков было где-то по сто прослушиваний… Причем, наверное, не меньше половины из них шли от тебя. А сейчас их уже миллионы, но ты до сих пор хочешь первым слушать все мои демки, а твоя поддержка все еще помогает мне творить, — Антон забыл все, что готовил дома, миллионы мыслей и чувств скакали в голове с бешеной скоростью, и на ходу все сократить и облачить в слова и предложения было невероятно сложно. Особенно когда Арсений продолжал смотреть на него, казалось, абсолютно не моргая. — Мы через столько всего прошли вместе, что иногда я не понимаю, как мы со всем справились и оказались в этой точке. И ты знаешь, я не мастер речей, но я очень тебя люблю… — волнение окончательно взяло над ним верх, поэтому он взял короткую паузу, сделав глубокий вдох, на одном дыхании произнес самое главное. — Так что просто выходи за меня? Затаивший дыхание зал спустя мгновение взорвался овациями. Только Антона интересовала лишь реакция Арсения, который продолжал смотреть на него в полной растерянности. Антон еле заметно пожал плечами в ответ, и Арсений вдруг отмер, рассмеялся и согласно закивал. Голова немного кружилась, но он не смог сдержать широкой улыбки в ответ и махнул ему рукой, зазывая на сцену. Коротко оглянувшись по сторонам, Арсений поднялся с места и направился в его сторону, не замечая ничего вокруг, но, несмотря на быстрый шаг, Антону все равно казалось, что шел тот до сцены в два раза дольше него самого. А когда Арсений уже поднимался по ступенькам, он спохватился, что забыл еще кое-что и, судорожно похлопав по внутренним карманам и словив мелкий инфаркт, когда не сразу нащупал, все же достал кольцо, и в следующий же момент чуть не откинулся, когда оно выскользнуло из взмокших ладоней. С нервным смешком Антон быстро поднял его со сцены, чуть не стукнувшись носом о ногу Арсения, который тем временем успел встать перед ним, взял его за руку и заглянул в глаза, в которых явно читался миллион неозвученных вопросов, но рвущаяся на лицо улыбка и еле заметно покрасневшие щеки говорили Антону все, что он хотел знать и без ответов на них. Все-таки каждый раз, когда у него получалось лишить Арсения дара речи, он записывал в списки своих главных побед. И сейчас точно был один из лучших таких моментов. — Так выйдешь за меня? — негромко повторил Антон свой вопрос, подмигивая. — Очевидно, — выдохнул Арсений и вытянул ему зачем-то средний палец вместо безымянного. Испытывая такой подъем и легкость на душе от того, что Арсений чувствовал себя настолько ошарашенным, Антон не смог удержать еще один мягкий смешок и хотел было надеть, наконец, кольцо на палец, как вспомнил, что, делая предложение, было принято вставать на колено, поэтому, продолжая смущенно посмеиваться, он быстро исправился и через пару секунд на безымянном пальце Арсения, наконец, идеально сидело аккуратное кольцо из белого золота. Довольный собой, Антон не успел толком подняться, как Арсений обхватил его за плечи и крепко поцеловал, прижимаясь всем телом. На виду у всех. Как он всегда мечтал. Эмоции были неописуемые, Антон ответил ему со всем бушующим энтузиазмом, приобняв за талию, и отстранился, только когда до него сквозь пелену эмоций вновь начали доноситься аплодисменты. И он был рад, что у него получилось сделать предложение на виду у аудитории, еще и такой, однако до их реакции ему сейчас не было никакого дела, и после того как кольцо оказалось на пальце Арсения, они начали казаться Антону лишними. Поэтому он быстро поблагодарил всех, наклонившись к микрофону, забрал обратно награду, которая непонятно в какой момент снова оказалась в руках презентера, и, взяв Арсения за руку, чуть ли не бегом потянул его за собой к выходу со сцены в закулисье. Людей здесь практически не было, и буквально на первом же повороте Арсений дернул его за собой и с ошеломленным и сияющим одновременно выражением лица и огромными глазами с расширенными зрачками зажал его возле стены, забрал у него награду и опустил на пол и без предупреждения продолжил их поцелуй, только на этот раз гораздо требовательнее. Но прежде чем Антон сориентировался и смог ответить с тем же энтузиазмом, Арсений внезапно отстранился и опустил ладони с шеи на плечи, чуть сдавив их, когда Антон потянулся за ним. — И что это было? — поинтересовался Арсений сквозь сбившееся дыхание, когда Антон вовсю начал надеяться, что сегодня сбудутся все его мечты. — Мы же с тобой уже почти три года как в браке. — Ну и что? — не понял вопроса Антон, продолжая коситься на его губы, с которыми его разделяла какая-то пара сантиметров. В нем еще теплилась надежда добиться своего. Потому что зачем было тратить время на разговоры, когда можно было хотя бы целоваться. — Свадьбы-то у нас никогда и не было. — И ты решил это исправить? — Типа того? — отозвался Антон, хлопая глазами, пытаясь убедить Арсения продолжить начатое. Однако когда тот на это никак не среагировал, стало понятно, что Арсений ждал ответа поподробнее, и Антону пришлось проморгаться в попытке собрать мысли в кучу. — Мы же ничего не отмечали, и чисто бумаги тогда оформили, чтобы ты со мной смог переехать. У нас даже колец с тобой нет, — тут взгляд непроизвольно упал на руку Арсения, все еще лежавшую у него на плече и, мягко погладив большим пальцем ободок обручального конца, Антон исправился. — Ну или не было… Ты никогда об этом не задумывался, что ли? — Может, пару раз, — честно признался Арсений, продолжая гипнотизировать его лицо. — Ты упорно заставляешь меня задумываться о том, что я всегда считал для себя не свойственным. — Это мое главное достоинство, — согласился Антон, скатившись голос практически в мурлыканье. — Не главное, поверь, — протянул Арсений, и его губы растянулись в такой озорливой, намекающей улыбке, что сразу стало ясно, куда ушли его мысли. — Бля, я ему предложение сделал, а он все к члену свел… — Заметь, не я это сказал, — невозмутимо парировал Арсений, но вдруг вздрогнул и, резко нахмурившись, ткнул его пальцем в грудь. — И тебя же прибьют за такой финт! Его ведь не было в плане. — Изначально не было, — поправил его Антон, не сдержав самодовольной улыбки. Он до последнего не верил, что у него получится скрыть все от Арсения. — Но потом мне пришла в голову эта идея, и Дерек дал добро. Я просто попросил тебе ничего не говорить. — Ну ты даешь, — выдохнул Арсений с явным облегчением и, покачав головой, усмехнулся. — После такого, я даже боюсь спрашивать, какую ты свадьбу хочешь. — Да не пизди. Мне просто после стольких лет в шкафу захотелось как-то пафосно предложение сделать, — закатил Антон глаза в ответ на подкол, но решил удовлетворить плохо скрываемое любопытство Арсения. — А так я вообще просто хочу, чтобы у нас не только документ был, но и день, который вспоминать можно. И, может, еще всех наших, наконец, собрать в одном месте и посидеть с кайфом. Друзей там, родителей. Мои точно согласятся, твои вроде остыли уже, может, тоже согласятся прилететь. Если захочешь, — немного неуверенно добавил он, на что Арсений коротко кивнул, но говорить ничего не стал, и Антон посчитал это знаком продолжить. — А друганы все точно согласиться должны. Ну и фотки какие-нибудь сделать, клятвами вон теми же можно обменяться, или как там принято… Да и деньги же теперь есть, можем по идее и шикануть как-нибудь. — Ты меня так уговариваешь, будто я тебе свое «да» еще в Питере не сказал. — Сказал, но это всегда приятно слышать, — понизив голос, признался Антон и приобнял Арсения за поясницу, стирая возникший намек на расстояние между ними. — Тогда я ещё раз скажу «да». И тебе, и твоей идее со свадьбой, — вкрадчиво прошептал ему на ухо Арсений, чуть вытянувшись и оперевшись на его плечи. И сколько бы лет они не были вместе, от такой легкой хрипотцы в голосе Арсения у него все еще разбегались мурашки по коже. — А медовому месяцу? — выдохнул Антон, не удержавшись, и прикрыл глаза, когда губы Арсения мазнули по его шее. — Только если забьемся на повтор первой брачной ночи. — Идеально, — заключил Антон и больше не в силах сдерживаться сократил последние сантиметры между ними утянул его в поцелуй. Жадный, влажный с привкусом попкорна, который Арсений во время перерыва тайком пронес в зал. И оторваться от которого, чтобы поделиться засевшей в голове картинкой казалось преступлением. Поэтому пришлось выдавливать слова сквозь поцелуй, стараясь не прикусывать зубами губы. — Я хоть сейчас согласен. Весь вечер на тебя в этом пиджаке смотрю и хочу всего вылизать в нем. — Могу наедине с ним оставить, раз он так тебе нравится, — пробормотал со смешком Арсений, запустив ладонь в волосы, и чуть оттянул его от себя. — Но предложение заманчивое, так что придется мне тебе еще одно «да» сегодня сказать. Антон в ответ только тихо простонал. И по идее ему давно нужно было идти делать фото с наградой, а потом отдать ее на гравировку и, наверное, даже вернуться в зал, потому что до конца премии еще было где-то около часа. Плюс их сегодня точно все ждали на афтерпати. Но на все это Антону сейчас было совершенно наплевать. И если организаторы или артисты не поймут причины их побега, то это было не его проблемой, а у него в этот вечер были иначе расставлены приоритеты. Обращать внимание на кого-то помимо Арсения больше не было сил. *** «Hasnuts анонсировал новый трек «The Wedding’s song» Между синглом и личной жизнью Не успело пройти три месяца с момента выхода нового альбома «Enough», который к слову все еще входит в чарты 12 стран, как музыкант объявил о выходе нового трека «The Wedding’s song». Hasnuts сообщил об этом сегодня в социальных сетях, поделившись фрагментом сингла и датой релиза. И похоже, та была выбрана не случайно, а сам трек, как мы подозреваем, получился особенно личным. Ведь ровно за месяц до этого, 9.06, музыкант обменялся свадебными клятвами со своим давним возлюбленным. Хотя автор хита «naked» все еще предпочитает хранить большую часть своей личной жизни в секрете, однако после своего каминг-аута и трогательного предложения (с которого мы все еще пускаем слезу) Hasnuts все же начал периодически делиться повседневными кадрами из жизни, мелькать в постах и сторис своего партнера, а также обмениваться с ним кокетливыми комментариями в соцсетях. В прошлом месяце мы сообщали, что пара сыграла свадьбу. Сами молодожены и их представитель подробностями вечера делиться отказались, однако после пара выложила общий пост с серией кадров важного дня и с лаконичной подписью «9.06», вызвав восторг у поклонников. Церемония была закрытой и, можно даже сказать, прошла в строго секретной обстановке, поскольку в сеть так и не просочилось ни одного фото от гостей. Однако по данным нашего издания, можно смело утверждать, что вечер прошел отлично в окружении всего пары десятков гостей, среди которых были близкие друзья и семьи пары. Сейчас же музыкант начал готовиться к стартующему в августе туру по Северной Америке, билетов на который в продаже осталось совсем мало, а супруг артиста по слухам проходит кастинг в один из проектов Нетфликс. А мы пока с нетерпением ждем релиза нового трека, в надежде получить возможность заглянуть в приоткрытую щель личной жизни открытого шкафа Hasnuts. — People, 2 июля, 2025»