Не ищи меня.

Единственное что было в голове у Кавеха-смерть. Все что угодно, любой вид смерти, главное - не признание аль-Хайтаму. Аль-Хайтам, возвращаясь с академии, осматривался по пути. Прекрасный вид с балкона, на котором Кавех любил смотреть вдаль и забывать все проблемы. Он улыбнулся. Когда Хайтам зашёл в дом, он услышал звук, доносящийся из ванной комнаты. Кавех уже дома. Проходя мимо ванной Хайтам мимолётно услышал звук. Металлический звук. Хайтам решил постучаться и спросить, все ли в норме. С другой стороны двери послышались всхлипы и ответ : "Всё хорошо. Не входи!" Хайтам решил оставить все как есть, уйдя на кухню кипятить чайник. -------------------------------- Кавех стоял с искровавленными руками. Начиная от плеча и заканчивая предплечием всё было в мелких и больших, лёгких и глубоких порезах - точнее уже шрамах. Опять ничего не получилось. Проект, над которым Кавех трудился в течение бессоной недели был провален. Беря в руки лезвие, Кавех делает новый порез поверх старых. Сделав несколько порезов у него темнеет в глазах. Кавех решил посмотреть в зеркало. В отражении он увидел не человека, чудовище. Растрепанные , неровно подстриженные золотистые волосы, синяки под глазами, лицо бледнее снега и кости. Кости выпирали. Нет ни намёка на здоровое тело. Кавеха начинает тошнить от самого себя, он роняет лезвие, и слышит стук в дверь. "О нет, неужели сосед вернулся раньше, чем обычно." Отвечая на вопрос Хайтама, Кавех слышит что он отдаляется от двери в сторону кухни. Он мигом прячет лезвие, стирает остатки крови и.. о чёрт. Кавех забыл про бинты. Выйдя из ванны Кавех быстрым шагом идёт в свою комнату и достаёт бинты. Забинтовав руки, он слышит голос, такой родной голос, что зовёт его на кухню. Опустив рукава Кавех вышел из спальни и направился в сторону кухни. Хайтам заварил им чай. Садившийся рядом Кавех понимал, что сейчас опять начнутся упреки со стороны мудреца. Раз за разом. Каждый раз. Одно и то же. На удивление Кавеха они спокойно попили чай и поговорили про сегодняшний день. Закончив диалог, Хайтам первый пошёл в свою комнату, предварительно сказав фразу: "Поспи сегодня, Кавех, на тебе лица нет. Спокойной ночи" Кавех же, пройдя в свою комнату, сел за стол и продолжил писать записку. Предсмертную записку. Сквозь слёзы, Кавех пытался издавать меньше звуков, чтоб не нагнать интерес соседа. Дописав записку, он быстро начал собирать свои вещи, которых почти даже и не было. --------‐---------‐-----‐ На утро Хайтам проснулся довольно бодро. Пройдя на кухню , он начал подозревать что что-то не так. В доме слишком тихо. Подозрительно тихо. Нет привычного шума от соседа, его звонкого голоса что донимал Хайтама бессмысленными вопросами. Подойдя ближе к комнате Кавеха, Хайтам начал стучать в дверь — никто не отвечал. Чуть подождав, думая, что сосед еще спит, Хайтам все же находит в себе силы чтоб зайти в эту неубранную комнату. Однако, зайдя в комнату было на удивление чисто, слишком чисто. Аккуратно застеленная кровать, чистые полы, пустой стол. Почти пустой стол. На столе лежала двухсторонняя записка. Первая фраза что увидел Хайтам была: аль-Хайтаму от Кавеха. Хайтам сначала не понял, к чему был весь этот цирк, но в конце концов он нашёл в себе силы перевернуть лист. Со слезами на глазах читая следующее: "Что ж, если ты видишь эту записку, значит как минимум меня уже нет поблизости твоего дома, хахаха. Хайтам, я вынужден оставить тебе только записку, извини, я не смогу сказать тебе такое прямо. Ты знал меня как человека, который в течение своей жизни был радостным , заботливым и упрямым. Увы, больше не увидишь. Хахаха, точнее, тебе только к счастью! Прости, я сдался. Во мне нет больше сил терпеть всё, что свалилось на меня. Каждый божий день слушая твои высказывания в мою сторону, я понимал, сколько же во мне недостатков. Сколько дерьма я понаделал пока жил это время. Каждое твоё слово оседало в моём сердце, все твои слова - груз для сердца. Все они оставались глубоко во мне, пока ты продолжал это делать. Самое больное, что ты это воспринимаешь как 2 пальца об асфальт, вот серьёзно! Каждый день, смотря в зеркало, я понимал какое я ничтожество. День я начинал с того, что ненавидел каждую частичку себя. Прекрасные лезвия спасали меня изо дня в день. около 43 шрамов на одной руке, не считая второй, и конечно же ног. Лезвие заменяло мне счастье. Всё, что ты говорил мне, каждое, мать твою, слово привязывалось в мою голову и кожу. Каждое твоё слово сидело во мне до последнего. Сколько же слёз я пролил глядя в подушку, сколько бесшумных криков ты не слышал, о боже. А всё из-за того, что я не мог сказать тебе одну фразу. Одну, мать его, фразу. аль-Хайтам, Хайтам, мой сосед, моя пассия, мой объект обожания, я любил тебя. И люблю до сих пор. Сколько бы гадостей ты мне не наговорил. Начиная с академии я думал о тебе, о том, какой ты красивый, умный и само послание божества, но, ты же думал обо мне в другой роде. Что ж, спасибо за прочтение моей предсмертной записки. Можешь не пытаться искать меня, не выйдет. Надеюсь ты проживёшь свою жизнь достойно в компании хорошего собеседника. И ещё, передай Тигнари и Сайно мои извинения, я обещал ничего не делать, но увы, не вышло. Твой ненавистный сосед, Кавех.♡" Хайтам встал в ступор. Кавех , что? Да после такого он даже права произносить его имя не имеет. Собрав себя в руки , Хайтам сконцентрировал взгляд на письмо, в конце всего текста была капля крови, еще свежая, значит Кавех не могу уйти куда-то далеко. Мигом надевая на себя вещи Хайтам побежал к Тигнари. Подбежав к лесу, Хайтам замечает Нари. – Хайтам? Что такое? Что случилось? - ловя почти бессознательного аль-Хайтама на руки. – Нари, умоляю, быстрее, стражу. – Хей! Не спиши, объясни, что поизошло. – Кавех.. Кавех он.. - Хайтам не смог свзязать и двух слов, проятнув Тигнари записку от Кавеха. Прочитав записку, Тигнари, сдерживая слёзы, приказал охране обчистить все места в Сумеру. Самого же Хайтама Нари поднял и понёс в палату. -------------------------- Проснувшись, Хайтам подскакивает с места, видя перед собой Тигнари и.. Сайно. Не сдерживаясь, Хайтам роняет ещё одну горькую слезу. -Ну! Нашёл время сопли распускать, соберись с силами и идёт на восток от Алькасар-сарая. Собрав все вещи, трое людей пошли к назначенному месту, к слову, ни у кого не было вопросов почему именно туда. Однако, подходя ближе к месту, были заметны кровавые следы. Хайтама опять пробрало на слёзы, твою мать. Вытерев слёзы быстрым шагом они шли по направлению, куда вела кровь. Она вывела их на аллею, вокруг уже стояли учёные и мудрецы, и конечно же... Кавех. Он лежал, со своим же мечом в груди. На шее виднелась полоска, скорее всего попытка повешаться не удалась, и он решился на отчаянный шаг. Пробираясь сквозь других людей Хайтам бежит к телу Кавеха. Беря его тело в руки, Хайтам начинает реветь. Тело Кавеха все такое же бледное, но теперь еще и бездыханное. Яркие красные глаза были закрыты от боли, сердце не билось, пульса не было. Тигнари, подбежав с подмогой пытался оттащить Хайтама от тела Кавеха. В конце концов его тело забрали. Несколько бессонных ночей провёл Хайтам, думая что же делать. Стук в дверь. Почтальон. Письмо от.. Тигнари? В письме было сказано что у Кавеха появился пульс, но он все еще не открывает глаза. Сорвавшись с места Хайтам напрвился в лечебницу, где и лежал Кавех. Уговаря врачей все же пустить его в палату к больному, Хайтам открыл дверь. Кавех лежит в капельницами, все еще бледный. Подойдя ближе и садивший на стул, Хайтам взял в руки руку Кавеха, и стал говорить всё, что накопилось у него в мыслях. Он уснул. Проснулся Аль-Хайтам от того, что кто-то гладит его по голове. Открыв глаза, Хайтам видит перед собой Кавеха, который смотрит в его глаза с полными надеждами. Всё тело Кавеха изуродавано, бесконечные шрамы. Смотря на Кавеха, он может забыть обо всём. Но.. – Зачем. – Ч-что?... – Я спрашиваю зачем ты меня спас. Я же сказал не искать меня. Я не хочу чтобы после всех этих слов ты видел меня таким.. - Кавеху не дают закончить фразу, Хайтам крепко обнимает его, затем же.. Кавех чувствует как Хайтам накрыл его губы своими, и.. поцеловал? У Кавеха не было сил сопротивляться, да и... не особо хотелось. Отстранившись Хайтам сказал ему: "Я тоже люблю тебя, Кавех."