Русско-английская сказка

Дни тянулись как сопли, я ходила на уроки, разочаровывалась в магической Англии, плакала, пыталась найти ритуал, который все обернет вспять, снова плакала. Джеймс оставил меня в покое и славу Богу, хоть дышать стало легче. Друзья Лили заметили изменения и пытались залезть в душу, но я их сторонилась, старалась избегать. В России у меня не было друзей, в классическом понимании, были только приятели и товарищи по работе. Хорошие люди, честные, приятные в общении, но четко знающие, что лезть в душу нельзя и в принципе если у меня плохое настроение, то подходить и допытываться не надо. А тут Римус и Сириус самые главные следопыты, все пытаются вынюхать. Бесят. В Колдовстворце у меня были близкие люди, да и враги были, ну невозможно избежать такого, когда учишься в пансионе и домой раз в год приезжаешь. Но там были столько учебы, что у учеников просто не было времени на какие-то задушевные разговоры. Здесь же времени были много. Студенты не спешили брать дополнительную работу, да и учились не все, многие просто занималась каким-то фокусами, воображая себя великими магами. Смотреть на это было мерзко. Я любила учиться, но не любила школу, а Хогвартс так вообще вызывал рвотные позывы. Тут не изучалась некромантия, магия крови, целительство, боевая магия и многое другое. Нет ни малейшей надежды на то, что из этих дебилов вырастет что-то стоящие. Пару раз видела директора, обычный маг со своими приколами. Ну любит мужик яркие мантии, ну бывает. По нему даже нельзя было сказать, что вот именно он и победил Гриндевальда. Русские в принципе не особо его жаловали, они хотели возмездия над Темным магом, но англичане его спрятали в комфортабельной тюрьме. По рассказам родителей, в тот год было много скандалов на эту тему. После этого русских в Англии не жаловали. Да и англичан в России тоже, не любим мы друг друга, бывает. Мне двадцать семь лет, я взрослая тетка, которая работала в боевом подразделении и болтала, по выходным, с покойниками на кладбище, а сейчас я заперта в теле подростка. Гормоны бушуют, слезы текут по каждому пустяку. Мозг отказывался принимать тот факт, что теперь мое имя Лили, а не Елена. «Боги, ну за что?» — эта мысль преследовала меня постоянно, но ответа на вопрос не поступала. Боги не слышат заблудшую душу. Я сидела возле озера и грустно смотрела на воду, в голове было пусто, слезы давно высохли, сил на истерики уже не было. Духи пытались меня приободрить, но получалось плохо, они просто не понимали насколько мне тяжело. Англия кардинально отличается от России, другие порядки, другая еда, даже воздух кажется другим. «Друзьям» я не доверяю, они и не мои вовсе, с парнем надо срочно что-то решать. Да и вообще непонятно, зачем мне некроманту с дипломом Колдовстворца и Академии имени Распутина, еще и диплом странного Хогвартса. Одна часть меня понимала, что это новые реалии, дома меня уже похоронили, помин исполнили, да и живут дальше, мне нет пути на родину, надо приспосабливаться к новому миру, но другая часть билась в агонии. Был один шанс, можно отправить письмо родителям, все рассказать и попросить забрать, отец у меня человек влиятельный, может ему удастся все провернуть, да и мать герцогиня поднимет свои связи. Магическая Россия сохранила порядок вещей, который был до прихода большевиков, поэтому надежда была. Оформят меня как дальнюю родственницу и все будет хорошо. «Решено, пишу письмо матери и отцу.» Я так глубоко ушла в свои мысли, что даже не заметила как возле меня появился человек. Заметив его, вздрогнула и оглянулась через плечо. Возле меня стоял Северус Снейп, бывший друг. Молодой человек выглядел плохо, волосы жирные, под глазами тени от недосыпа, сам мальчишка был худощавый, но высокий. — Здравствуй, Лили. Можно я присяду? Я кивнула головой и глубоко вздохнула, он принес с собой запах трав и зелий. Грустные глаза Северуса трогали что-то в моей душе. Он чем-то напоминал меня в подростковом возрасте, непринятый обществом. Но мне удалось из этого вырваться, да и родители всегда были рядом, а у него никого нет. Даже подруга и та бросила. — Как у тебя дела? — слова давались ему с трудом, но он пытался быть дружелюбным и даже улыбаться, получалось так себе, если честно. — Все хорошо. А у тебя? — Не видно, что у тебя все хорошо, — глубокий кашель. — Ты как-то потухла… — Все. Хорошо. «Еще один…» — У меня тоже, все «хорошо», — последнее слово он особо выделил, давая понять, что его хорошо равно моему. — Ну и замечательно, — быстро вскочила с земли, отряхнула платье и заспешила обратно в замок. Северус следовал мной словно тень. «Да, что ему от меня надо? Боги, да за что?!». Хотелось остановиться и отчитать мальчишку, но я прекрасно понимала, что он из лучших побуждений, но раздражение в моей груди уже достигло вселенских масштабов. В этой школе просто невозможно остаться одной, все вечно подходят и пытаются завести светский разговор. Раздражает. — Да, что тебе надо? Резко остановилась, Снейп чуть ли не налетел на меня, но быстро среагировал. Вид у него был виноватый, но меня это еще больше бесило. Вот, что за народ этот англичане, непонятный. — Я хотел извиниться. — Твои извинения приняты, а теперь будь добр оставь меня в покое. После моих слов он сжался и что-то неуверенно проговорил, я даже не расслышала его слова. Что-то в его виде меня зацепило, стало жалко. Этот мальчик не виноват в том, что в теле его подруги сейчас живет совсем другая личность, которая не может адаптироваться и придти в себя. Тело кажется чужим, шансы на приспособления у меня малы. — Если хочешь, можем посидеть в библиотеке и поговорить, как раньше. Что было «раньше» мне не было известно, но по логике вещей ученики должны были много времени проводить в библиотеке. Моя идея зашла парню и он быстро закивал. В библиотеке было пусто, только библиотекарь ходил туда-сюда и что-то напевал себе под нос. Сев за дальний стол, мы завели беседу. Северус говорил много, ему хотелось выговориться, он долго держал в себе свои мысли и теперь они нашли выход. Мне же его излияние только на руку, чем больше узнаю — тем лучше.