Тепло твоего тела

      Обычно жители блогер хауса просыпались ближе к полудню, но сегодня всех разбудил неожиданный возглас Глена, и голос кого-то новенького…       Глен, растрепанный после ночного стрима, ещё не спавши, первым выглянул в коридор. На пороге, неожиданно, оказался незнакомец — парень в черном худи и наушниках, с небольшим рюкзаком за плечами.       — Кто там? — раздался голос Клео. Девушка, причесываясь на ходу, вышла к главному входу.       Вскоре к ним присоединились заспанные Тим и Брай. Ричард с Ло тоже выбрались из своей спальни.       — Чего шумим? — пробурчал Ричард, протирая глаза, не понимая, к чему весь этот утренний сбор. Но стоило ему посмотреть на незнакомца, тут же раздался громкий возглас:       — ДИЛАН!!!        — ЧТО-О?! ДИЛАН?!       Мироходец тут же бросился обниматься к парню. Дилан обреченно вздыхая, все же обнял Ло в ответ, похлопывая по спине.       — Да, привет. Я новенький тут у вас, стример, кстати, — сухо произнес он, ловко отлепив от себя мироходца.       Глен нахмурился, сразу же ощутив прилив ревности к потенциальному конкуренту на стримерском поприще.       А Тим, внимательно разглядывая нового жильца, уже строил свои теории:       — Хмм, нутром чую, автоматон…       — Да ладно тебе, Тим, — отмахнулась Брай. — Ты и Ло когда-то автоматоном обозвал.       Все жильцы, кроме Ричарда и Ло, с недоумением переглядывались, смотря то на новенького жильца, то на парней, которые, как оказалось, знакомы… Они не говорили, что будет ещё один сосед.       — Эм, а вы двое случайно не забыли представить нам своего друга? — спросила Брай, подозрительно разглядывая Дилана.       Мироходец достаточно быстро сориентировался:       — Ах да, простите! Это наш друг Дилан из… из другого города, он тоже решил стримить и переехал к нам.       Ребята сразу же расслабились и некоторые даже приветливо закивали новенькому.       — Ого, здорово! — Клео заправила выбившуюся прядь волос за ухо. — Может, все-таки позавтракаем вместе?       — Нет, я лучше пока разберусь с вещами, — ответил Дилан, сразу направляясь к лестнице.       — Ладно, мы тогда чуть позже подтянемся, поможем другу обустроиться, — кивнул Ричард.       Ребята ушли на кухню, а Ло с Ричардом проводили Дилана в гостевую спальню. Как только дверь за ними закрылась, Ричард повернулся к Дилану с расспросами:       — Серьезно, откуда у тебя это тело? Ло, ты знал обо всем?! Почему не рассказал мне?       Ло начал объяснять, как так вообще получилось, что нашлось тело, да еще и подходящее. Ричард выслушал друга, кивая, но во взгляде читалось легкое разочарование, что именно он оказался не в курсе последних событий.       После того, как Дилан распаковал свои нехитрые пожитки, он все же решил спуститься к остальным на общую кухню. Завтрак был в самом разгаре — ребята о чем-то оживленно спорили.       — А, Дилан! Присоединяйся, — махнула рукой Клео, отодвигая для Дилана свободный стул.       Тим настороженно уставился на парня, сразу начиная его в чем-то подозревать. Однако Дилан лишь спокойно кивнул и сел рядом. За столом, впрочем как и во всем доме, никогда не бывает тихо…       — Я вам говорю, говорю, а вы все никак не поймёте! Вот посмотрю я на вас, когда правда вскроется! — горячился Тим. — Правительство специально-       — Ну-ну, — протянул ласково Дилан, усмехаясь и прихлебывая кофе. — Автоматоны созданы лишь для того, чтобы облегчить твою жизнь. Если их код прописан правильно, то они не представляют угрозы.       С каждой новой фразой Дилана глаза Тима лезли на лоб. Некоторые аргументы явно ставили его в тупик. В итоге, не выдержав, он возмущенно вскочил и ушел в свою комнату.       — Ло, можешь вернуть мне мой ноутбук? — после паузы спросил Дилан, допивая кофе.       Остальные постепенно тоже разбрелись по своим делам. Дилан же, оставшись в гостиной один, невозмутимо открыл ноутбук и погрузился в работу. Он вел себя так, словно никогда и не терял свое тело — настолько обыденно и буднично смотрелись его движения и привычки. Трудно было поверить, что еще совсем недавно он существовал лишь в цифровом пространстве.       Вечер медленно опускался на блогерский дом. Ричард, как обычно, нежился в кровати, поглаживая своего кота. У соседней кровати мирно посапывал Персик. Но сам Ло никак не мог усидеть на месте. Мысли о том, что всего в нескольких шагах от него сейчас находится Дилан — живой, настоящий, а не просто голограмма на экране — не давали ему покоя…       Дилан был так близко, буквально за соседней стенкой! Эта мысль билась в голове мироходца, пока, наконец, он не вскочил с кровати и не направился в комнату друга. Не постучавшись, он распахнул дверь и замер на пороге, разглядывая фигуру Дилана, стоящего к нему спиной.       Сделав пару шагов вперед, Ло положил ладони ему на плечи и развернул к себе лицом. Не говоря ни слова, он крепко обнял автоматона, вдыхая его запах и ощущая тепло его тела. Слишком крепко, почти до хруста костей. Но Ло никак не мог выразить словами ту бурю эмоций, что захлестнула его в этот момент. Он был безумно рад снова ощущать Дилана рядом, смотреть в его новые, но такие живые зеленые глаза.       В этой оглушающей тишине Дилан тоже обнял мироходца в ответ, ворча что-то про то, что тот сейчас его задушит. Но его объятия были крепкими, почти отчаянными. Будто Дилан наконец-то мог почувствовать тепло другого существа, реальные прикосновения, а не лишь смоделированные в виртуальности. Ло уткнулся лицом ему в ворот, ощущая биение пульса, дыхание. Они оба замерли, не в силах пошевелиться, дрожа от захлестнувших их чувств. Как будто все время их разлуки сгустилось в этот единственный миг объятий — живой, настоящий, полный ощущений.       Дилан мягко похлопывал Ло по спине, успокаивающе поглаживая. Ощущение горячего дыхания на своей коже вызывало у него мурашки. Дилан наклонился ближе, почти касаясь губами уха мироходца, и едва слышно произнес:       — Я тоже… безумно по тебе соскучился.       Его голос, реальный и осязаемый, впервые за долгое время прозвучал вживую для Ло. Парень сильнее вжался лицом в изгиб шеи Дилана, вдыхая его запах. Слова будто вылетели из головы, Ло не мог подобрать нужных, чтобы описать переполнявшие его эмоции.       Что же сейчас чувствует Дилан? Как сильно он рад находиться рядом? Что он уже успел ощутить в этом новом для себя мире и теле? Насколько остро ему не хватало всех этих прикосновений и ощущений?       Сквозь плотный комок эмоций в горле Ло прошептал, щекоча кончиком носа кожу на шее Дилана:       — Это первый раз, когда ты обнимаешь меня… вот так.       Звук их дыхания и биения сердец наполнял тихую комнату. Ло казалось, что весь мир сузился до этого крошечного пространства — лишь они вдвоем, наконец воссоединившиеся после долгой разлуки…       Дилан погладил Ло по спине, прижимая его еще ближе. Чувствуя, как сердце гулко бьется где-то в горле. Он был так счастлив ощущать это тепло и присутствие друга во плоти — не смоделированные данные, а настоящие живые прикосновения и запахи.       Он сжал мироходца крепче в объятиях, будто желая впитать каждое мгновение этой близости. Раньше, в своем прежнем теле, он был совсем не тактильным, но сейчас ему отчаянно не хватало прикосновений. Прожив длительное время в одиночестве, он начал сходить с ума от нехватки живых ощущений.       Рука его случайно задрала край кофты Ло, и его пальцы коснулись горячей, напряженной кожи на спине. Ло был шире в плечах, и мускулы на его спине четко обрисовывались рельефом. Дилан принялся исследовать эти изгибы, поглаживая и изучая каждый дюйм кожи. Он чувствовал рваное, сбившееся дыхание, как тот вздрогнул от прохлады случайного прикосновения, но не отстранился.       Ло был единственным, кто был рядом с Диланом в самые тяжелые моменты, направлял и не давал окончательно сойти с ума в своем заточении. И сейчас даже простых объятий казалось недостаточно, чтобы наверстать упущенное время реальной жизни.       — Я думал, что свихнусь в том одиночестве, — едва слышно, хрипло произнес Дилан, уткнувшись лбом в плечо мироходца. — Но оказалось, рядом с тобой, чувствуя тебя вот так… я, кажется, схожу с ума по-настоящему.       Его голос сорвался, а руки жадно изучали каждый изгиб чужого тела, пытаясь запомнить эти ощущения. Прикосновения, живое тепло, запахи — все то, чего он был лишен так долго.       — Никогда не думал, что буду настолько… голодать по этому.       Ло слегка отстранился, подняв голову, чтобы заглянуть в глаза Дилану. На его лице расцвела мягкая улыбка, а ладони мягко легли на талию друга, притягивая ближе. Они были так близко друг к другу, что Ло мог различить каждую крапинку в новой радужке Дилана.       — Тебе очень идут зеленые глаза, — произнес он едва слышно, любуясь открывшимся видом.       Дилан чуть смущенно опустил взгляд.       — Да… Ты выбрал мне симпатичное тело.       — Симпатичное… — повторил Ло, прослеживая пальцем линию скулы Дилана.       Он поднял ладонь, нежно обхватывая его шею и поглаживая большим пальцем гладкую кожу. Все чувства и эмоции, сдерживаемые столько времени, вдруг нахлынули на Дилана разом. Он весь задрожал от этого живого, осязаемого прикосновения.       Автоматон прикрыл глаза, будто желая запомнить каждую секунду. Он сам потянулся навстречу ладони, ощущая исходящее от нее тепло. Столько времени провести в вакууме, в бесконечной пустоте, чувствовать лишь холодные потоки данных… И вот теперь это нежное прикосновение, от которого его переполняли незнакомые доселе ощущения.       Дилану казалось, что его искусственное сердце сейчас разорвется, сгорит буквально, а дыхание с каждой секундой становится все более рваным и прерывистым. Он всем своим существом жаждал продлить эту близость, насладиться каждым мгновением.       Ло снова уткнулся носом в изгиб шеи Дилана, вдыхая его запах. Мягкие пряди волос щекотали кожу, вызывая томительную дрожь. Дилан чувствовал частое дыхание Ло, обжигающее ключицы.       Вдруг он ощутил невесомое прикосновение губ к коже — сначала робкое, затем более уверенное. Мироходец целовал, поначалу медленно и нежно, прокладывая путь к изгибу шеи. Но с каждым новым поцелуем его ласки становились все более отчаянными, ускоряясь в каком-то опьяняющем ритме.       Дилан против воли начал учащенно выдыхать сквозь приоткрытые губы. Словно его легкие вдруг перестали пропускать достаточно кислорода. Пальцы судорожно вцепились в ткань кофты на спине мироходца, сминая ее в кулаках.       Но вместо того, чтобы остановить Ло, Дилан наоборот запрокинул голову, открывая жадным ласкам все новые участки кожи. Он жаждал большего, чем эти крохи ощущений. Столько времени провел без осязаемости, что сейчас был готов раствориться в огне этих прикосновений.       Стон сорвался с губ Дилана, перемежаясь с рваными выдохами. Глаза непроизвольно закатились, он будто терял контроль над собственным телом. Желание, жажда ощущать все резче — вот что двигало им в эти минуты.       Ло продолжил свой путь поцелуями вверх — по линии скулы, к самому уголку губ Дилана. Затем он замер, отстранившись ровно настолько, чтобы заглянуть в потемневшие от желания зеленые глаза. Взгляд Дилана был затуманен, веки опущены, а щеки залиты румянцем возбуждения. Его грудь тяжело вздымалась в рваном дыхании.       — Если я тебя сейчас поцелую… ты ударишь меня? — едва слышно выдохнул мироходец, его губы буквально касались приоткрытых губ Дилана.       Тот непроизвольно облизнул искусанные ярко-алые губы и, не дожидаясь продолжения, сам потянулся навстречу Ло. Их рты отчаянно встретились, жадно сминая губы друг друга. Дилан будто желал вобрать в себя все ощущения разом.       Ло обхватил ладонями его пылающее лицо, не давая возможности вырваться или отстраниться. Хотя Дилан, кажется, и не помышлял об этом. Они целовались долго, отчаянно, до звездочек перед глазами, до ноющей боли в легких от нехватки воздуха. Но остановиться было выше их сил в тот момент.       Дилан впивался пальцами в плечи Ло, вжимая его ближе, ближе, вминая в себя. Его тело содрогалось от переизбытка чувств, захлестывающих с головой. Каждая клеточка, казалось, жаждала этих прикосновений, этого жара чужого тела.       Вскоре, они наконец оторвались друг от друга, чтобы сделать судорожный вдох. Дилан покачнулся, едва удерживаясь на подгибающихся ногах — его тело перегрелось от переизбытка ощущений. Ло мягко подтолкнул его к кровати, садясь на край и утягивая за собой Дилана, который так правильно оседлал его бедра.       Не дав автоматону ни секунды передышки, мироходец снова потянулся к нему. Их губы вновь жадно встретились. На этот раз Дилан повел, его руки скользнули по спине Ло, забираясь под ткань кофты. Он жадно изучал ладонью крепкие мышцы живота, путался пальцами в растрепанных прядях волос на затылке.       Дилан отстранился, чтобы впиться поцелуями в линию скулы, спуститься к шее Ло. Словно изголодавшийся зверь, он припадал к ней губами, вбирал в себя солоноватый вкус чужой кожи, цеплял ее зубами, вызывая сдавленный стон из глубины груди мироходца.       Тот выгибался навстречу ласкам, открывая новые участки своего тела для изучения ненасытным ртом Дилана. Его пальцы путались в каштановых волосах, сминая их в кулаках. В комнате стоял влажный запах возбуждения, слышалось лишь тяжелое дыхание да ритмичный скрип кровати.       Ло подался вперед, вминая Дилана в скрипучий матрас, нависая сверху. Между их телами не осталось и миллиметра свободного пространства. Вжимаясь бедрами в бедра, мироходец застонал сквозь зубы от накатившей волны острого наслаждения.       От соприкосновения их разгоряченных тел по комнате разлилась волна дурманящего жара. Ло чувствовал, как низ живота сводит сладкой истомой, заставляя выгибаться навстречу Дилану.       Он уложил голову другу на плечо, открывая вид на бьющуюся жилку на шее. Рваное дыхание вырывалось сквозь стиснутые зубы.       — Дилан… Ты уверен? — выдохнул Ло ему на ухо, щекоча кожу дыханием.       Дилан промычал сладко, откидывая голову на подушку. Его руки жадно изучали каждый изгиб тела мироходца, спускаясь все ниже, забираясь под ткань брюк.       — А ты… хочешь сейчас уйти? — выдохнул он, чуть прикусив мочку уха Ло.       Тот замотал головой, прижимаясь всем телом к Дилану в ответ.       — Нет…       — Тогда просто замолчи, — хрипло приказал тот, резко притягивая Ло к себе для новой порции жадных поцелуев.       В комнате вновь повисла тишина, нарушаемая лишь звуками их сливающихся воедино дыханий и скрипом ударявшейся в стену кровати. Ло подался бедрами навстречу Дилану, ловя ртом его приглушенный стон. Желание одолевало их с новой силой, заглушая любые другие ощущения.       Они терзали друг друга поцелуями с каким-то отчаянным голодом, будто встречались в последний раз. Ладони Ло жадно изучали изгибы тела Дилана, забираясь все выше, путаясь в ткани мешающейся одежды. Словно та была ненавистным барьером, отделяющим его от цели.       Дилан дернул за ворот кофты Ло, ловко стягивая ее через голову и отбрасывая в сторону. Его пальцы тут же впились в обнаженную кожу, лаская, изучая, царапая, оставляя ссадины. Ло подставлялся под эти ласки, выгибаясь навстречу. То, как Дилан касался его, с такой упоительной смесью нежности и грубости, сводило с ума.       Ло чувствовал его жар, прикипев к Дилану всем своим существом. Они катались по кровати, сминая простыни, вминая матрас. Ло стянул через голову худи Дилана, всматриваясь в его горящие зеленые глаза ненасытным взглядом.       — Тише… — хрипло выдохнул он, прежде чем запечатлеть на губах Дилана новый поцелуй.       Их стоны и хриплое дыхание, казалось, оглушали комнату. Даже сквозь тонкие стены за шумом ночного стрима Глена в соседних комнатах вполне могли расслышать их.       Дилан вжался бедрами в Ло, извиваясь всем телом в каком-то только ему известном ритме. Его язык скользнул по солоноватой коже, оставляя цепочку алых меток от ключиц к рельефной груди. Ло запрокинул голову, сипло застонав, вцепляясь пальцами в простыни. Каждое прикосновение Дилана отзывалось судорогой наслаждения во всем теле.       Движения становились все более отчаянными и резкими. Ло чувствовал, как его окутывает собственническое желание вжать Дилана сильнее в кровать, заявить права, ни на секунду не выпуская из рук, из своей жизни. Боясь, что тот вновь исчезнет, останется лишь цифровым миражом.       Руки автоматона продолжали жадно изучать каждый изгиб тела мироходца, забираясь все ниже, лаская бедра, ложбинку между ягодиц. Каждый раз, когда он прикасался к новому участку обнаженной кожи, Ло вздрагивал и выгибался навстречу. Его губы находили губы Дилана в очередном коротком, рваном поцелуе.       — Хочу… тебя… — выдыхал Ло ему в рот, вжимая бедрами в низ живота Дилана.       Ладонь автоматона скользнула по влажной от пота спине Ло, сжимая ягодицу, притягивая его ближе. Тот застонал сквозь зубы, толкаясь бедрами вперед, создавая упоительное трение.       Дилан резко перекатился, вжимая Ло в смятые простыни своим весом сверху. Теперь он навис, удерживая запястья Ло по обе стороны от головы. Их дыхания смешалось, губы припухли от бесчисленных укусов и поцелуев.       — Как и я, — хрипло выдохнул Дилан, толкаясь бедрами в ложбинку между ног Ло. Тот изогнулся, ловя ртом его стон, подаваясь навстречу.       Движения становились все более резкими, отчаянными. Ло обхватил ногами талию Дилана, вжимаясь теснее, вминая его в себя. Скрипучая кровать ходила ходуном, но в этот момент их не заботило ничего, кроме жаркого трения их тел.       Дилан прихватил зубами кожу на шее Ло, слизывая выступившие капельки пота. Его руки требовательно сжимали ягодицы Ло через ткань брюк, будто желая своей лаской впитать это ощущение навечно.       — Давай, — выдохнул Ло в ответ, царапая ногтями спину Дилана.       Дилан придавил мироходца к кровати, вжимая бедрами и забираясь руками под его спину, сжимая тугие мышцы. Их рты вновь встретились в жарком поцелуе, от которого по спине Ло пробежала дрожь восторга. Дилан обхватил его ноги, притягивая еще ближе к себе, вжимаясь пахом в пах и заставляя их стоны смешаться.       — Скучал… по тебе… — выдыхал Дилан, касаясь губами изгиба шеи мироходца, посылая волну мурашек по его коже. — Безумно скучал…       Он прикусил кожу, ласково рассасывая засос и толкаясь бедрами навстречу Ло, вжимаясь в его разведенные ноги. Оба двигались в упоительном единстве, не пропуская ни единого движения друг друга.       Дилан опустился и припал губами к животу Ло, спускаясь все ниже и ниже горячей цепочкой поцелуев. Его язык очертил выступающие тазовые косточки. Он медленно расстегнул ширинку, снимая ненавистные брюки вместе с бельем, а затем, скользнул еще ниже, лаская нежную кожу между бедер.       Ло застонал сквозь зубы, выгибаясь дугой и вцепляясь пальцами в простыни. Подушки сбились в бардак, на разметанных волосах Ло блестели капельки пота.       Дилан обхватил ртом его возбужденную плоть, принимаясь ласкать умелыми движениями языка и губ. Ло видел, как ходят ходуном скулы Дилана при каждом толчке бедрами вверх, но прикрыл глаза от нахлынувшего удовольствия.       По комнате разносились их рваные вздохи, сдавленные стоны и скрип старой кровати. Казалось, даже мельчайшие звуки были слышны в оглушающей тишине — шелест простыней, пошлые звуки разгоряченной кожи.       — Дилан… Пожалуйста… — сорвалось с губ Ло жалобное и хриплое. Он ласкал растрепанные русые волосы Дилана, притягивая его ближе.       Тот со стоном выпустил его изо рта. Судорожно, трясущимися руками стянул свои брюки, и вновь скользнул вверх, целуя, кусая, мягко посасывая ключицы. А затем снова припал к его губам в бесконечном жарком поцелуе. Их бедра соприкасались, терлись друг о друга в нарастающем ритме, кожа к коже.       — Смажь его, — сказал Дилан отстранившись. Он сел на колени, откинувшись назад. Ло поднялся, подползая ближе, затуманено смотря в зелёные глаза напротив, такие же, темные от возбуждения.       Мироходец обхватил твердый ствол рукой, и облизал влажную головку, ощущая вкус Дилана у себя во рту. Автоматон вцепился в каштановые волосы и надавил на голову Ло, входя в горячий рот почти на всю длину. Ещё пару движений, пару резких толчков в глотку, и Дилан убирает его голову со своего члена.       Как только мироходец лег обратно на кровать, Дилан подхватил его под колени, разводя их в стороны и устраиваясь между ног. Первое скользящее движение вперед вызвало у обоих судорожный стон наслаждения…       Автоматон плавно вошёл в горячее нутро, вызвав у обоих сдавленные стоны наслаждения. Его руки бережно обхватили бедра мироходца, притягивая ближе. Дилан замер на мгновение, позволяя привыкнуть к ощущениям, а затем начал медленно двигаться.       Ло запрокинул голову, выгибаясь на смятых простынях. Капельки пота на его груди при ночном свете поблескивали, словно бриллианты. Дилан припал поцелуями к его шее, ловя губами солоноватый вкус разгоряченной кожи.       Их движения становились все более отчаянными, жадными. Ло с силой сжимал Дилана, вжимая его в себя глубже на каждом толчке. В комнате стояли лишь сдавленные стоны и тихие возгласы удовольствия, заглушаемые поцелуями да ритмичный скрип кровати.       — Ло… — выдохнул вдруг Дилан, замирая на мгновение. — Больно?..       Ло приоткрыл затуманенные глаза, с трудом фокусируясь на лице автоматона. В его взгляде читалось беспокойство.       — Что?.. — выдохнул он, облизывая пересохшие губы.       Дилан наклонился совсем близко, виляя бедрами и заставляя Ло выгибаться в исступлении.       — Больно? — повторил Дилан.       — А, нет… — выдохнул мироходец.       — Хорошо, а то я вдруг вспомнил, что у тебя есть пистолет, — хрипло произнес Дилан, немного усмехаясь. — Потому что… меня сейчас просто сносит…       Ло беззвучно расхохотался, запрокидывая голову и посылая дрожь вниз. Он обхватил чужие бедра ногами, сильнее вжимая в себя.       — Заткнись и просто двигайся… — беззлобно усмехнулся Ло, вновь припадая к губам автоматона.       Их движения вновь ускорились, обретая новый ритм. Сдерживать стоны становилось все сложнее — все возможные звуки, вероятно, разносились по всему дому…       Ло вжимал пятки в поясницу Дилана, насаживаясь на его член с каждым толчком. Капельки пота сбегали по вискам. Вены вздулись на шее Дилана от напряжения, пока он задавал им безумный ритм.       Ло едва мог сдерживать стоны — его голова запрокидывалась назад, обнажая беззащитную шею, которую Дилан тут же припадал вылизывать и покусывать. Раздавались лишь влажные, пошлые звуки их соединенных тел и сдавленное дыхание.       Дверь их комнаты плотно прикрыта, но все же оставались шансы, что их могут услышать. Стены в блогерском доме были возмутительно тонкими. Ло закусил край подушки, глуша очередной громкий стон, срывающийся с губ от особенно метких движений Дилана.       Тот застонал сквозь зубы, прижимаясь лбом к его влажной от пота груди и толкаясь в мироходца все жестче, доводя до белых всполохов удовольствия под веками. Ощущение плоти, скользящей внутри, было почти нереальным, и то, как тугие стенки сдавливают твердый член.       Руки Ло скользнули по спине Дилана, сжимая ягодицы, вминая их тела друг в друга до ноющей боли. Он терся локтями о продавленный матрас, согнувшись навстречу Дилану в идеальном изгибе. Оргазм накрыл мироходца слишком неожиданно, он прикусил кулак, заглушая протяжный стон, чтобы не разбудить весь дом. Последними движениями, насаживаясь до упора на член, он подтолкнул Дилана к пику удовольствия. Тот хрипло промычал сквозь зубы, вбиваясь на последнем рывке в тело мироходца. Волосы Ло рассыпались по подушке влажными прядями. Он запрокинул голову, открывая рот в безмолвном крике. Шея натянулась в изгибе, вены вздулись от напряжения.       Дилан впился поцелуем в это открытое беззащитное горло, посасывая, вбирая соленый вкус его пота. Одна рука подхватила Ло под ягодицы, придерживая на месте, а вторая зарылась в растрепанные пряди на затылке, сжимая их в кулаке.       Ло извивался от ударной волны последних толчков Дилана, умоляюще постанывая. Такой открытый, раскрепощенный, он совсем не был похож на себя обычного. Дилан знал его теперь таким — только наедине, только с ним одним.       Немного отдышавшись, он вновь припал к губам Ло жадным поцелуем, перекатываясь так, что тот оказался сверху. Теперь мироходец оседлал автоматона, упираясь ладонями в матрас по обе стороны от его головы. Их языки сплелись в упоительной дуэли, руки терзали разгоряченные тела.       Дилан обхватил ладонями ягодицы Ло, сжимая их, вжимая его в себя вновь. Его собственный член уже снова отвердевал, упираясь во влажную кожу мироходца. В комнате воцарилась почти звенящая тишина, нарушаемая лишь шелестом простыней и рваным дыханием.       Растрепанные пряди мироходца свесились вперед, обрамляя порозовевшее от жара и удовольствия лицо. Губы припухли и алели следами укусов.       Дилан с жадностью оглядывал это зрелище — разметанное, потрепанное и такое открытое. Ло казался каким-то ранимым и уязвимым в этот момент. Дилан провел ладонями по его напряженным бокам, ощущая как дрожат мышцы под кожей.       — Посмотри на себя, — выдохнул он, притягивая Ло для нового жадного поцелуя.       Ло застонал ему в рот, прогибаясь в пояснице и потираясь пахом о его уже снова возбужденную плоть. Руки Дилана сжали его ягодицы, прижимая его к себе, заставляя тереться кожу об кожу.       Ло прихватил зубами кожу на шее Дилана, лаская ее языком. Он чувствовал, как его возбуждение вновь нарастает. Ладони Ло скользнули по груди Дилана, задевая соски и посылая по его телу дрожь возбужденных мурашек.       — Еще хочешь? — промурлыкал Ло, выгибая бровь и облизывая припухшие губы.       Дилан кивнул, роняя короткий стон, когда Ло навалился на него всем весом, терзая поцелуями. Руки автоматона легли на упругие ягодицы мироходца, пока тот немного отстранившись, насадил себя вновь на твердый член Дилана. Он впился поцелуем в чужой рот, терзая языком, кусая припухшие губы. Ло выгнулся навстречу, обхватывая Дилана ногами и вжимая его в себя.       Их тела двигались в рваном, отчаянном ритме. Дилан толкался бедрами вперед, погружаясь сразу на всю длину, вырывая из глотки Ло протяжные хриплые стоны. Мышцы на его животе дрожали от напряжения, прослеживались четкими линиями.       Ло запустил ногти в плечи Дилана, оставляя красные вмятины. Он извивался на теле автоматона, прогибаясь дугой. Тело мироходца блестело при свете луны от выступившего пота. Дыхание перемежалось сдавленными всхлипами, стоны срывались с каждым толчком.       Дилан припал к шее мироходца, посасывая и так истерзанную кожу и прикусывая ее зубами. Он чувствовал языком биение пульса, бешеное, отчаянное. Ло обнимал его, не давая возможности выскользнуть, вжимая еще ближе, ближе.       Они двигались в едином ритме. Прикосновения кожи к коже обжигало, обволакивало жаром. Звуки разгоряченных тел, соприкасающихся вновь и вновь, — все смешивалось в один слитный гул.       Дилан припал к губам Ло очередным поцелуем, протяжным, глубоким, вбирая его стоны в себя. Их тела извивались и прогибались, ища новых углов для проникновения. В этот миг ничего не существовало, кроме жажды ощущать друг друга всеми фибрами души.       Ло чувствовал каждый изгиб, каждую выпуклую венку на члене Дилана, скользящем внутри него. Плоть терлась о плоть в сладостной пытке, заставляя судорожно сжиматься вокруг твердого ствола.       Тяжесть тела мироходца придавливала Дилана к скомканным простыням. Ягодицы впивались в матрас, оставляя покраснения от каждого рывка внутрь. Бедра дрожали от нечеловеческого напряжения, колени разъезжались в стороны.       Кожа к коже — все чувства обострились до предела. Ло ощущал каждую выступающую венку на руках Дилана, сжимающих его талию, каждый влажный вдох у самых губ. Терзающие поцелуи царапали нежную кожу, забирали остатки воздуха.       Дилан чувствовал, как мышцы на животе Ло дрожат, прослеживаясь рельефными линиями при каждом движении бедер. Он ощущал жар разгоряченной кожи под ладонями, влагу и пушок волос на затылке, когда запускал пальцы в растрепанные пряди.       Проникая все глубже с каждым толчком, Дилан улавливал сладкий мускусный запах пота и возбуждения. Вены вздулись на шее мироходца, заставляя пульсировать жилку под самым ртом. Сбитое дыхание обжигало.       Сплетение рук, губ и тел… Срывающиеся сдавленные стоны вперемешку с хрипами и шлепками разгоряченной кожи. Движения становились все более резкими, отчаянными. Дилан вколачивался в Ло рваными, хаотичными толчками, вырывая из него протяжные хриплые стоны.       Пальцы Ло впивались в плечи Дилана, цепляясь, ища опору. Он выгибался дугой, прогибаясь навстречу, насаживаясь глубже на его член так отчаянно. Капли пота падали с волос на смятые простыни, расплываясь темными пятнышками.       В тихой комнате слышались лишь сдавленные всхлипы, сливающиеся с шлепками разгоряченной кожи, и ритмичный скрип кровати, который с каждой секундой ускорялся.       Дилан чувствовал солоноватый привкус на губах — то ли от капель пота мироходца, то ли собственный. Он вбирал эти капли жадным языком, пробуя его на вкус. Запах возбуждения и разгоряченных тел опьянял, ударял в голову не хуже алкоголя.       Руки автоматона сжимали бедра Ло, вминая его в себя сильнее, до побелевших костяшек и красных пятен, которые точно превратятся в синяки. Он ловил взгляд затуманенных глаз, видел, как подрагивают ресницы в ударных волнах наслаждения.       Ло впивался ногтями Дилану в спину, вжимая его в себя глубже с каждым толчком. Их тела двигались в разнобой, сбиваясь с ритма.       Финальные рывки становились все более бешеными. Дилан чувствовал, как из самых низов поднимается жгучая сладкая судорога… Он припал к приоткрытым губам в последнем отчаянном поцелуе, глуша их сорванные хриплые стоны.       Мироходец, выгнувшись до хруста в спине излился, пачкая чужой живот, тут же обмякая и падая на грудь автоматона. Дилан крепче вцепился в его бедра, совершая последние, особо жёсткие толчки, изливаясь глубоко в горячее нутро, еще раз.       Скрип, и пошлые шлепки тут же прекратились. Осталось лишь шумное, сбившейся к чертям дыхание двоих.       Ло пытался прийти в себя, судорожно хватая ртом воздух, прикрыв веки и уткнулся в изгиб шеи автоматона. Вдруг тишину нарушил негромкий, хриплый голос:       — Ло… ты меня слышишь?       Мироходец приоткрыл глаза и недоуменно уставился на Дилана.       — Хочу твой тартар, — улыбнулся Дилан уголками губ.       — Серьезно? Сейчас? — ошарашенно вымолвил Ло. Дилан кивнул:       — Я ужасно соскучился по твоему тартару.       Ло продолжал несколько секунд всматриваться в его лицо, пытаясь собраться с мыслями. Затем тяжело выдохнул:       — Ладно, идем. Но после, нам нужно будет срочно в душ.       Кое-как нацепив и оправив на себе одежду, они тихонько выбрались из комнаты и спустились вниз. Ло осторожно ступил на кухню, за ним следом вошел Дилан. Бросив взгляд на автоматона, Ло тихо бросил:       — Молись, чтобы говядина была в холодильнике.       Дилан усмехнулся в ответ:       — Не волнуйся, я специально закупился всем необходимым перед приездом сюда.       — Ааа, понятно! Так и скажи, что соскучился больше по тартару, чем по мне, — хмыкнул Ло, но тут же осекся, заметив темную фигуру у кухонного стола.       Глен стоял, держа в руке стакан с соком, и просто смотрел на прибывших. Ло оцепенел, разглядывая стримера и его расслабленную позу. Дилан безмятежно встретил взгляд Глена.       — Ты… стрим вел? — выдавил наконец из себя мироходец.       Глен кивнул и сделал глоток сока.       — Да, сделал перерыв. Знаете, парни, в наушниках так хорошо — буквально ничего не слышно!       Ло почувствовал, как к его щекам начинает приливать румянец. Дилан же продолжал невозмутимо стоять рядом. Глен скользнул взглядом по их взъерошенным прическам и покрасневшим лицам, а самое главное, на их шеи…       — А мы вот, поесть решили, — пробормотал Ло, стараясь скрыть смущение. — Дилан тартар захотел.       — Ммм, — протянул Глен, окинув их внимательным взглядом. Через пару секунд молчания он снова заговорил: — Ло, а Ричард не против твоей… дружбы с Диланом?       Глен явно выделил слово, отчего щеки Ло вспыхнули ярче. Дилан шагнул вперед:       — А ты не слишком ли любопытный, Глен?       Стример усмехнулся и, направляясь к выходу с кухни, бросил:       — Просто дружите потише. Спокойной ночи.       Ло проводил Глена растерянным взглядом, а Дилан подошел и обнял его со спины, прижавшись губами к виску:       — По тебе, вообще-то, тоже очень соскучился. А теперь давай, дуй готовить мне тартар, — сказал Дилан, шутливо шлепнув Ло по заднице.       Мироходец вздрогнул от неожиданности, но тут же расплылся в улыбке.       — Ладно, ладно, сейчас все приготовлю, — рассмеялся он, направляясь к холодильнику.