Тайна ушедшей сестры

Была ночь, часы показывали полвторого ночи. За окном светился месяц в окружении маленьких звёзд. Чуть поодаль от забора простирался лес, а на заднем дворе шелестела гладь воды небольшого ручья и пруда, её перебивали листья деревьев. Фонари на большом ветвистом дереве освещали пол недоделанной беседки и лестницы к ней. В двухэтажном каменном доме в одной из комнат наверху спали двое. Гарпия немного хмурилась во сне, положив одну руку на свой живот. Мантикора уткнулся своим большим носом ей в макушку, накрывая своей ладонью её руку. Но он проснулся от жажды. Протерев глаза, аккуратно, чтобы не скрипнуть ничем, встал с кровати и вышел из комнаты, спускаясь по лестнице на кухню. Наполнив стакан водой, оперся бедром на шкаф и посмотрел в окно, любуясь ночью. После очередного глотка он услышал краем уха какую-то возню на втором этаже. Наполнив стакан водой вновь, пошёл на второй этаж, думая, что Эвелин очнулась и сейчас попросит попить. Такое уже было и не раз. Зайдя в спальню, увидел, что жена лежит на кровати и не спит, прижимая руки к тазу. Она морщилась, делая дыхательную технику. Подскочив к ней, роняя стакан с водой, сжал её руку. — Началось? — Походу… Ой, мамочка… — Твою налево! Так… — Мать мою зови вместе с врачом. Выскочив из кровати и пронесясь по лестнице, прыгнул в камин, выкрикнув: «Годрикова впадина, дом Поттеров!». Выпрыгнув из другого камина, быстро побежал на второй этаж, открывая дверь. — Лилс! Лилс! Ты нужна! — Северус, ёб твою мать, чего тебе? — произнесли Поттеры-старшие. — Эви рожает, помощь нужна. — Блять! — подскочив на кровати, выматерилась Лили. — Джеймс, быстро в Мунго! Северус, веди! Вернувшись обратно в дом Снейпов, они вбежали на второй этаж, несясь в спальню. Лили, впрыгнув в кровать, взяла дочь за руку, успокаивая её напару с Северусом. Через пару минут вбежали и колдомедик с Джеймсом. — Вы почему в Мунго не отправились?! Воды уже отошли! — Мы спали! — выкрикнула Эвелин. Удивлённый колдомедик только покачал головой, приподнимая сорочку и снимая с неё трусы, пока Джеймс быстро включал свет. Из кармана мантии выскочил набор акушера, и целитель начал проверять раскрытие. — Надо в Мунго? — Поздно, при таком раскрытии нельзя перемещаться никак, кроме маггловским методом, но она родит в пути, если мы двинемся. Все четверо посмотрели на колдомедика, Поттеры и Северус с ужасом, а сама роженица начала немного фыркать от смеха. — Легли, блин, пораньше спать… — Честно говоря, даже лучше, что вы проспали всё это время, меньше боли и быстрее родиться малыш. Не жалко ничего? — спросил тот у Северуса. — Нет, если испортится — заменим, сейчас важнее наш сын. — Так, мамочка, у вас быстрые роды. Мэм, помогайте дочери с дыханием, покажите правильный пример. Мамочка, что чувствуете? — Что-то похожее на описание потуг. Будто в туалет хочу по-большому. — выдохнула Эвелин. — Это потуги, вы правы. Сэр, — обратился к Джеймсу, — помогите мне. Простерилизуйте мои инструменты. Папочка, несите чистую ткань и чистую воду. — оба тут же смылись вниз. — Тужься, помоги потугам. — Я сейчас вас либо прибью, либо рассмеюсь. — Делай, что хочешь, это твои роды. Главное — тужься. — Мама! — выкрикнула Эвелин, сжимая руку матери. *** В послеродовой палате лежала Эвелин. На её лице сияла счастливая улыбка. Она смотрела на своего сына. Рядом с ней сидел Северус, который тихо смеялся, вспоминая, как акушер-колдомедик рассказывал о родах Эвелин. В особенности его забавляли её яркие и образные выражения, которые он запомнил. А потом он вспоминал и других акушеров и акушерок, которые записывали некоторые из этих фраз. Джеймс тихо смеялся вслух. Лили любовалась внуком и иногда шутливо шлёпала по затылку то мужа, то зятя, чтобы они перестали смеяться. В палату тихо зашёл колдомедик, посмотрел на них и впустил Гарри и Джинни. Они молча сели рядом и стали смотреть на ребёнка. Вскоре к ним присоединились Ремус и Тонкс, а также Сириус, которого позвал Джеймс, и с которым теперь общались и Снейпы. — Как будут его звать? — спросил Гарри. — Себастьян Октавиус Снейп. — тихо сказала Эви. Северус кивнул, соглашаясь с выбором жены. Он сам испытывал трудности с придумыванием имён и поэтому предоставил выбор имени ей. — Да начнутся бессонные ночи.