Метка Дьявола. Хёнликсы.

Сынмин сидел в подвале. Его пальцы привычно скользили по струнам гитары, как будто тело помнило каждую мелодию, каждую ноту, хотя сознание казалось отстранённым. Он играл на автомате, закрыв глаза, полностью погружённый в звуки музыки. Музыка закончилась, и Сынмин медленно опустил руки, оставив гитару на коленях. В воздухе остались отголоски мелодии, но внутри него была пустота. Он осторожно отложил инструмент в сторону и потянулся за блокнотом, лежащим рядом. Его пальцы нервно перебирали страницы, пока он не остановился на той, где был записан незаконченный текст. Это была песня. Песня, которую он не мог дописать. Он не знал почему — всякий раз, когда он пытался вернуться к ней, что-то останавливало его, как будто какая-то невидимая сила блокировала его мысли. Взгляд Сынмина пробежал по строкам текста, которые он сочинил много месяцев назад. — Почему я её не закончил? — подумал он вслух, с раздражением проводя рукой по странице. Текст песни был о любви — о глубоких чувствах, о потерянных моментах, которые казались ему смутно знакомыми. Он сам не понимал, откуда взялись эти слова, но они лежали в его голове, как что-то ускользающее. Йеджи однажды говорила, что у него никогда не было девушки, что он, возможно, просто сочиняет эту историю, как и все другие свои песни. Но было ли это правдой? Может быть, эти слова действительно были просто выдумкой, не более чем фантазией, созданной его сознанием? Он долго сидел с блокнотом в руках, глядя на недописанную строчку. Пальцы снова потянулись к гитаре, но он остановился. Нужно зайти к Йеджи. Сынмин пришёл к дому Йеджи с лёгкой тревогой, чувствуя, что что-то не так, хотя не мог этого объяснить. Войдя внутрь, он быстро осмотрел гостиную. Никого не было — ни её родителей, ни Хёнджина. Дом казался пустым и тихим, что ещё больше усилило его беспокойство. Йеджи должна быть дома. — Йеджи! — позвал он. Проходя мимо дивана, Сынмин заметил её. Йеджи лежала на полу у лестницы, без движения. Его сердце мгновенно замерло от шока, и ноги сами понесли его к ней. Он упал на колени рядом с ней, его дыхание стало частым и тяжёлым. — Йеджи! — в панике вскрикнул он, тряс её за плечи, надеясь, что она очнётся, хотя её тело оставалось неподвижным. Он быстро проверил её пульс. К счастью, он почувствовал слабое биение, но она не приходила в сознание. Время будто замедлилось, когда Сынмин осознал всю серьёзность ситуации. Паника сжимала его сердце, но он знал, что терять время нельзя. Дрожащими пальцами он вытащил телефон из кармана и набрал номер клиники. Хёнджин и Белла шли по парку, держась за руки. Осень разлилась по деревьям золотыми красками, и лёгкий ветерок приятно играл с их волосами. Однако, несмотря на всю красоту вокруг, Хёнджин был задумчивым и отстранённым. Белла решила не ждать и сделать первый шаг. Она остановилась, взглянула в его лицо, и, не говоря ни слова, нежно поцеловала его в губы, надеясь вернуть его внимание. Однако Хёнджин в тот же момент замер. В голове вспыхнуло воспоминание о том, как он целовался с Феликсом. Он быстро отступил, вырвав руку из её ладони, словно его обожгло. — Извини... — прошептал Хёнджин, опустив взгляд. В его голосе слышалась боль и растерянность. Он только сейчас понял, зачем оттолкнул её. Белла посмотрела на него, растерянная и обиженная, но она не хотела давить на него. — Нет, это ты меня извини... Просто... я... — её голос дрожал, но она замолчала, осознавая, что Хёнджин был где-то далеко, не рядом с ней. В этот момент телефон Хёнджина завибрировал в кармане. Он быстро достал его, чувствуя, как мир вокруг него начинает сужаться до одного звонка. — Да, мам?— затем его глаза расширились. Не сказав больше ни слова Белле, Хёнджин развернулся и начал торопливо шагать прочь, набирая скорость с каждым шагом. — Сестра в клинике... Прости, я обязательно приду на испытания, — бросил он через плечо, не успев даже как следует попрощаться с Беллой. Он побежал, не оглядываясь. Хёнджин ворвался в клинику, едва успев отдышаться. Он прошёл через коридоры, наполненные стерильным запахом лекарств и больничной тишиной, до палаты, где лежала Йеджи. Ему казалось, что каждый шаг даётся с трудом, как будто воздух стал густым и давящим. У двери уже ждали Джинджер и Сю, обе с тревожными лицами. Хёнджин замедлил шаг, осторожно подошёл к ним, будто боясь услышать плохие новости. — Что случилось? Джинджер, стоявшая ближе всех, тихо всхлипывала, её глаза были полны слёз. Она обернулась к Хёнджину, с трудом сдерживая свои эмоции. — Сынмин нашёл её такой... у лестницы— ответила она, голос дрожал, а по щеке стекала слеза. Видно было, что Джинджер тяжело переживает ситуацию. Хёнджин на мгновение закрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Хёнджин сидел на скамейке у палаты, уставший и опустошённый. Время тянулось медленно, как будто каждая секунда длилась вечность. Он смотрел на белые стены клиники, пытаясь успокоить своё беспокойство, но мысли о Йеджи не давали покоя. Из палаты вышел Сю. Сел рядом, сначала молча, будто собирался с мыслями. Наконец, Сю нарушил тишину: — Слушай, то, что я скажу, будет звучать странно для тебя... Хёнджин медленно повернул голову, настороженный и всё ещё напряжённый. — Есть лекарство, которое может вылечить её, — продолжил Сю, его взгляд оставался направленным вперёд, как будто он не мог встретиться глазами с сыном. — Какое? — спросил Хёнджин с отчаянием и надеждой, готовый ухватиться за любую возможность. Сю сделал паузу, словно подбирая слова. Он глубоко вздохнул и, наконец, произнёс: — Кровь русалки. Хёнджин ошеломлённо замер. Он моргнул несколько раз, думая, что ослышался. — Чего? — его голос был полон недоумения. — Это шутка? Сю наконец посмотрел на него, его лицо оставалось серьёзным, и это было самым пугающим. Он не шутил. — Да, я знаю, как это звучит. Смешно, нелепо. Но они существуют, — его голос был твёрдым, без тени иронии. Хёнджин хотел рассмеяться, но не мог. Он смотрел на отца, ожидая, что тот вот-вот скажет, что это всего лишь бред. Но этого не последовало. — Русалки? Папа, ты понимаешь, что говоришь? Это мифы, сказки... — Хёнджин попытался найти объяснение, но слова отца повергли его в ещё больший шок. — Нет, сын, — Сю вздохнул и, наконец, повернулся к нему. — Я не говорил тебе раньше, но есть вещи, о которых мало кто знает. Это старые легенды, древние знания, которые передавались в тайне. Русалки существуют. И их кровь способна лечить смертельные болезни. Хёнджин замер, пытаясь осознать услышанное. Это казалось невозможным. Но его отец говорил с такой уверенностью, что он начал сомневаться в своей реальности. Всё, что происходило в последние дни, уже не вписывалось в рамки обычной жизни. — И ты хочешь сказать, что это лекарство — кровь русалки? И оно может спасти Йеджи? — Хёнджин посмотрел в глаза отцу, и в его голосе зазвучала слабая надежда. — Да, это единственный способ. — Где мне найти её? — Сам не знаю, но возможно они обитают среди нас, — тихо ответил Сю, словно боясь, что кто-то может услышать его слова. Хёнджин опустил взгляд, глубоко задумавшись. Слова отца звучали странно, даже фантастически, но после всего, что произошло, он больше не мог исключать ничего. Он вспомнил Феликса, который оказался не обычным человеком, а демоном, живущим среди людей. Значит, если демоны могут существовать среди них, то кто ещё? Ангелы, вампиры, оборотни, феи... и русалки? Мир, казалось, расширялся, становясь всё более загадочным и опасным. "Кто знает, может и эльфы существуют," — мелькнула у него в голове мысль. Он потер лоб, пытаясь справиться с нарастающим хаосом в голове. — Хёнджин, — снова позвал его Сю, вывозя его из размышлений. — Вот я прошу тебя узнать среди друзей... может, кто-то из них знает больше. Возможно, кто-то, кого ты знаешь, окажется русалкой. Это не так уж и невероятно, как кажется. Хёнджин резко поднял взгляд, поражённый. Слова отца проникли в самую суть его мыслей. Среди друзей? Неужели кто-то из них может оказаться русалкой или, по крайней мере, знать о них? — А теперь иди домой, я останусь здесь, — спокойно, но твёрдо сказал Сю, внимательно глядя на Хёнджина. Хёнджин почувствовал, как внутри него борются две силы: одна часть хотела остаться здесь, рядом с Йеджи и отцом, другая — понимала, что нужно отдохнуть и обдумать услышанное. Он неохотно встал, оглядываясь на дверь палаты. Сю смотрел на него серьёзно, давая понять, что настаивает. — Ладно, — прошептал Хёнджин, и, опустив голову, медленно направился к выходу. Как только он вышел из клиники, глубоко вздохнул, пытаясь собрать мысли и машинально пошёл вперёд, не зная точно, куда. В его голове крутились слова отца, и он никак не мог избавиться от этой мысли о русалках. Неожиданно его телефон завибрировал в кармане. Хёнджин автоматически достал его и увидел сообщение от Чана. "Есть время поговорить?" — гласило короткое сообщение. Черён с тихим вздохом зашла в дом Гаста, будущего ей отчима, волоча за собой чемодан. Эмили, улыбаясь, подошла к ней, обняла и поцеловала на щеку. — Добро пожаловать в новый домой, — произнесла мама. В коридоре Хан и Лино, как всегда, шумно бегали и толкались. Но как только они увидели Черён, их игра моментально прекратилась. Хан замер, его глаза широко распахнулись от удивления. Он тут же подбежал к сестре и обнял её, сияя радостью. — Черён! — воскликнул он, его голос был полон восторга. Лино, чуть более сдержанный, просто кивнул ей в знак приветствия, оставаясь на расстоянии. — Почему ты приехала? — с любопытством спросил Хан. Черён замялась, избегая прямого ответа. Она нервно пожала плечами, словно не знала, что сказать. Её взгляд скользнул по комнате, как будто она искала спасение от этого вопроса. — Ну... — начала она, но тут же замолчала, её ответ не прозвучал уверенно. Хан насторожился, повернулся к маме, пытаясь узнать что-то от неё, но и мама выглядела уклончиво. Она слегка улыбнулась, но не сказала ничего конкретного, чем ещё больше разожгла его подозрения. — Ну, всё понятно... Завтра ты выходишь за Гаста? — с обидой в голосе спросил Хан, его лицо омрачилось разочарованием. Эмили ничего не ответила, её взгляд снова упал в пол, а напряжение в воздухе стало почти осязаемым. В этот момент к ним подошёл Гаст, аккуратно поправляя галстук, как будто это был самый обычный день. — Лино, освободи комнату для Черён, — произнёс Гаст с лёгкой улыбкой, словно ничего особенного не произошло. — А где я буду спать, пап? В гостиной? — спросил Лино, немного раздражённый ситуацией. — У Хана в комнате, — не задумываясь, ответил Гаст, продолжая поправлять галстук. — Что?! — удивлённо воскликнул Хан, его лицо мгновенно исказилось от возмущения. — Я не хочу делить свою комнату с Лино! Лино, тихо вздыхая, начал собирать вещи из своей комнаты. Он не был в восторге от того, что ему пришлось покидать привычное место, но, как всегда, старался не показывать своих эмоций. Черён наблюдала за ним из дверного проёма. — Прости, что заставляю тебя освободить комнату, — мягко сказала она, облокотившись о дверной косяк. — Всё в порядке, — коротко ответил Лино, не отрываясь от сборов. Тем временем Хан сидел в своей комнате, напряжённо глядя в стену. Мысль о том, что ему придётся терпеть Лино несколько дней в своей комнате. — Ну вот, отлично, теперь мы оба в одной комнате... — пробормотал Хан себе под нос, когда дверь в его комнату приоткрылась. Лино вошёл с сумкой через плечо. Он коротко кивнул Хану, но тот не ответил на приветствие, лишь продолжая мрачно смотреть в пол. Между ними повисло молчание. — Это всего на несколько дней, — спокойно сказал Лино, как бы успокаивая Хана, хотя, по сути, успокаивал самого себя. — Ты идёшь к заброшенному дому Чанбина? — внезапно спросил Хан, не отрывая взгляда от экрана телефона. Лино, который только что поставил свою сумку у двери, удивлённо посмотрел на него. Он не ожидал этого вопроса, но, заметив, что у Хана что-то на уме, коротко кивнул. — Да, я получил сообщение, — спокойно ответил Лино, нащупывая телефон в кармане. — А ты? — Да, но предупреждаю: то, что там увидишь, может тебя шокировать. Не падай в обморок, — саркастично проговорил Хан, его взгляд был полон скрытой тревоги, хотя он пытался это скрыть за шуткой. Лино нахмурился, но не стал задавать лишних вопросов. Он чувствовал, что Хан не настроен говорить об этом прямо сейчас. В это время Черён, стоявшая в углу и тихо наблюдавшая за разговором, вдруг подала голос: — Можно я с вами? — её голос прозвучал неожиданно, она явно не хотела пропустить что-то важное. Оба парня резко повернулись к ней, застигнутые врасплох её просьбой. Хёнджин, напряжённый и настороженный, подошёл к дому Феликса. Постучал, и спустя мгновение дверь приоткрылась. На пороге стоял Ремингтон, отец Феликса, и его лицо расплылось в лёгкой улыбке. — О, какие люди! Хёнджин, — поприветствовал он его с лёгкой ноткой удивления. Оглянувшись через плечо, он позвал сына: — Феликс! Феликс появился в дверном проёме, его лицо отражало удивление и лёгкое замешательство. Ремингтон, видя, что они хотят поговорить, кивнул и, ничего не сказав, ушёл вглубь дома, оставляя их вдвоём. — Привет, — тихо сказал Феликс, всё ещё не до конца понимая причину визита. — Привет, — ответил Хёнджин, слегка взволнованно. — Это, честно говоря, неожиданно, но я пришёл поговорить. Ты пригласишь меня войти? Феликс отвёл взгляд и, вздохнув, прикрыл за собой дверь, выйдя на крыльцо и закрыв её за спиной. Он покачал головой: — Прости, но я не могу впустить тебя внутрь. Хёнджин нахмурился, ощутив раздражение и непонимание. Он сжал кулаки, его глаза загорелись решимостью. — Я знаю, кто ты, Феликс! — О чём ты говоришь? Но Хёнджин не стал ждать ответа. Он рванулся вперёд, толкнув Феликса, и они вместе ввалились в дом. Но как только они переступили порог, пространство вокруг них словно растворилось, и внезапно они оказались в совершенно другом месте. Хёнджин, выпрямившись, огляделся. Они стояли в пещере с троном. — Ты демон! — воскликнул Хёнджин, отступая на несколько шагов от Феликса. — Как... — начал было Феликс, но его слова оборвались. — Ты не стёр мне память, — прервал его Хёнджин, глядя на него с обвиняющим взглядом, от которого веяло непониманием и гневом. — Но я стёр... — пробормотал Феликс, уже неуверенно, чувствуя, что ситуация вышла из-под контроля. — Нет! — Хёнджин покачал головой, сжав кулаки. Он осознавал всё: все события, что казались ему неясными, теперь сложились в единую картину. Феликс отступил, его лицо выражало замешательство. Он был явно потрясён тем, что его силы дали сбой. Склонив голову, он подошёл к своему трону — массивному, мрачному, словно символизирующему его тёмную сущность. Сев на него, он выглядел уставшим. — Значит, это происходит... — тихо произнёс Феликс, словно говоря больше себе, чем Хёнджину. — Что происходит?! Феликс поднял на него глаза, в его взгляде была странная смесь тревоги и принятия. — Я становлюсь человеком. — Что? — Хёнджин был ещё больше ошеломлён. Демон, ставший человеком? Это не укладывалось в его голове. И громко засмеялся, его смех эхом разнёсся по пещере. Это было не столько веселье, сколько попытка справиться с абсурдностью услышанного. — Демон становится человеком? — с сарказмом в голосе переспросил он, усмехнувшись, но в его взгляде всё ещё оставалась тень недоумения. Феликс, сидя на своём троне, продолжал наблюдать за ним, сдержанно и спокойно, словно ожидая, когда Хёнджин успокоится. — Когда тебе исполнится двадцать, я стану человеком, — проговорил Феликс, словно это было чем-то неизбежным. Хёнджин, который ещё недавно смеялся, вдруг замолк. Он моргнул несколько раз, пытаясь переварить услышанное, но всё ещё не верил в происходящее. — Это связано со мной? — наконец спросил он, его голос стал более серьёзным. Феликс кивнул, не отрывая взгляда от него. — Чушь! — возмутился Хёнджин, качая головой. Феликс вздохнул и заговорил снова, чуть мягче, но настойчиво: — Ты ведь рассказывал мне о своих снах, помнишь? — его голос был тихим, но звучал как напоминание о том, что было слишком реальным, чтобы игнорировать. — Это не просто сны. Это — воспоминания из твоей прошлой жизни. Хёнджин остановился, взглянув на Феликса. В его глазах мелькнуло что-то похожее на страх и сомнение. — И? — спросил он, всё ещё не понимая до конца, что это означает. — Ты постепенно начинаешь вспоминать. Части того, кем ты был в прошлой жизни, возвращаются к тебе через эти сны. Это связано с тем, что происходит сейчас. Хёнджин стоял неподвижно, переваривая эти слова. Сны, которые так долго мучили его, всегда казались чем-то случайным, беспорядочным. Но теперь, когда Феликс сказал это, всё начинало обретать странную, пугающую логику. — Но почему я? — прошептал он, глядя на Феликса, пытаясь найти ответы. — Я потерял тебя, — тихо сказал Феликс, его голос дрожал, и в нём чувствовалась глубокая боль. Он отвернулся на мгновение, словно собравшись с мыслями, прежде чем снова взглянуть на Хёнджина. — Потом встретил демона и заключил сделку, чтобы вернуть тебя. Хёнджин, ошеломлённый, едва понимал, что слышит. Он замер, пытаясь переварить услышанное. — Ты... ты был человеком раньше? Феликс медленно встал с трона и начал медленно приближаться к Хёнджину. — Да, — ответил он спокойно, его глаза встретились с глазами Хёнджина. — Я был обычным парнем, живущим в деревне. Я был фермером. Ты был моим лучшим другом с детства. Мы были неразлучны, пока... — Пока что? — У нас было большее, чем дружба, — сказал он тихо, но твёрдо. Его слова были пропитаны искренностью, и от них веяло грустью. — Мы были больше, чем просто друзья, Хёнджин. Ты был тем, кого я любил. Хёнджин был потрясён. — Зачем ты меня вернул? — прошептал Хёнджин, его голос дрожал от эмоций. Он начал лихорадочно вспоминать что-то, ускользающее на краю сознания. — Погоди… Я ведь в детстве…  — Ты переродился. И все эти годы я ждал тебя. Хёнджин покачал головой, чувствуя, как по нему накатывает паника. Всё, что он слышал, было слишком. Слишком неправдоподобно, слишком пугающе. — Я не хочу это слышать, — резко отозвался он, обхватив голову руками. — Вернёмся наружу. Пожалуйста, просто выберемся отсюда. Феликс стоял неподвижно, словно не испытывал никаких сомнений и тревог.  — Алло? — в отчаянии сказал Хёнджин, размахивая руками. — Вытащи нас отсюда! Как-нибудь! Пожалуйста. Феликс сдержанно посмотрел на него и, чуть наклонив голову, протянул руку. Его ладонь была открыта, спокойна, как будто это был самый естественный жест. — Не-не-не! — резко отступил Хёнджин, испуганно махая руками, словно отказываясь даже прикоснуться. — Ни за что! Феликс лишь вздохнул, развернулся и медленно направился обратно к трону. — Тогда иди пешком, — бросил он через плечо, словно это был незначительный выбор. Хёнджин несколько секунд стоял в замешательстве. Он оглядел пещеру, тёмные стены и трон в центре, понимая, что у него не было другого выхода. — Ладно, ладно, — обречённо вздохнул он, сжав губы и с неохотой протянув руку. Феликс медленно повернулся, его взгляд стал мягче, когда он увидел, что Хёнджин уступает. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и в этот момент пространство вокруг них задрожало. Всё вокруг стало размываться и исчезать, как будто сама реальность рассыпалась на кусочки. Мир вокруг пещеры начал растворяться, и перед глазами Хёнджина появилась вспышка яркого света — настолько яркого, что он закрыл глаза. А когда открыл их снова, они стояли на том же месте, откуда всё началось — перед домом, как будто ничего и не произошло. — Вот и всё, — тихо сказал Феликс, отпуская его руку. Хёнджин, едва удержав равновесие после телепортации, ухватился за воротник Феликса. Его ноги подкашивались, и он чувствовал лёгкую слабость от внезапного перемещения. Он смотрел на него с тревогой, пытаясь понять, что делать дальше. — Ты меня не съешь? — спросил он, его голос был немного дрожащим, но в нём прозвучала доля юмора, как попытка справиться с напряжением. Феликс посмотрел на него с мягкой усмешкой, словно ситуация не была для него серьёзной. — Зачем мне это? — ответил он с лёгким смехом. — Если я ради тебя стал демоном? — А ну да... — пробормотал Хёнджин, пытаясь собраться с мыслями, но тут ему в голову пришла странная мысль, и он вдруг спросил: — А я... я был женщиной в прошлой жизни? Феликс рассмеялся громче, словно вопрос был неожиданно смешным. — Нет, — ответил он, не переставая улыбаться. — Ты был пацаном. Таким же упрямым, каким и сейчас. Хёнджин смущённо отпустил воротник Феликса, отступив на шаг. Его лицо исказилось, отразив удивление и небольшую досаду от услышанного. Что-то в его прошлом теперь становилось более понятным, но всё ещё слишком странным. — Теперь ты расскажешь остальным, кто я такой? — Нет. — Я вообще-то пришёл за ключом… — Хёнджин вдруг вспомнил, зачем он на самом деле оказался здесь, и резко сменил тему, словно стараясь уйти от более сложных вопросов. — Погоди, ты что-то сделал с Чанбином? Феликс нахмурился, слегка удивлён таким поворотом. — Я? Нет… — ответил он спокойно, но в его голосе чувствовалась осторожность, будто он не ожидал такого обвинения. Хёнджин прищурился, присматриваясь к нему. — Ходили слухи, что он упал в дыру… в твою пещеру! Феликс покачал головой, его выражение лица оставалось спокойным и невозмутимым. — Я правда его не трогал, — сказал он, пытаясь разрядить ситуацию, но Хёнджин продолжал смотреть на него с недоверием. — Ты что-то говорил про ключ… — напомнил Феликс, пытаясь вернуть его к главной теме разговора. — Да, — Хёнджин опомнился, вспоминая, с чего всё началось. — Нужен ключ от дома Чанбина. Можешь выкрасть у Ремингтона? Феликс приподнял бровь, удивлённый неожиданной просьбой. Феликс и Хёнджин подошли к месту встречи. Остальные уже ждали Хёнджина, но появление Феликса вызвало немало удивления. — А это что с ним? — спросил Хёнджин, указывая на Лино, который сидел в полном шоке, уставившись в одну точку, словно был не в состоянии осмыслить происходящее. — Ну, вот посмотри сам, — сказал Хан, кивая в сторону Кристофера. — Привет, Чан, — Хёнджин решил поздороваться, пытаясь понять, что происходит. — Я Кристофер, — фыркнул тот с явным раздражением. Хёнджин посмотрел в другую сторону, где стоял... ещё один человек. Этот махнул ему рукой: — Я здесь, — сказал Чан с улыбкой. Хёнджин моргнул несколько раз, затем огляделся. Перед ним стояли двое одинаковых людей, как две капли воды. Его мозг лихорадочно пытался найти объяснение этому. — Что? Это твой близнец? — спросил Хёнджин, растерянно оглядывая их обоих. — Он вылез с портрета, — ответила Юна, стоявшая рядом с Ханом, её голос был удивительно спокойным для такой ситуации. Хёнджин ошарашенно уставился на обоих. Всё, что происходило в последнее время, уже казалось ему странным, но это было на грани безумия. Его голова закружилась от невероятности ситуации, и, не выдержав, он потерял сознание. Его тело начало падать, но прежде чем он ударился о землю, Феликс ловко подхватил его на руки. Черён, любопытная по своей природе и не раз увлекавшаяся детективными историями, стояла перед пустым домом, когда-то принадлежавшим Чанбину. Тем временем, Феликс аккуратно усадил Хёнджина рядом с Лино. Хёнджин начал медленно приходить в себя, его дыхание стало ровнее, а взгляд — более осмысленным. — Ты принёс ключ? — спокойно, но с лёгкой долей беспокойства спросил Чан, подойдя к Феликсу. Феликс слегка нахмурился и покачал головой. — Нет, не мог. Прости. В этот момент Черён, которая всё это время исследовала дом, подошла к двери. Её рука легла на старую дверную ручку, и к её удивлению, дверь медленно приоткрылась. Она отступила на шаг, глядя на дверной проём, будто не веря, что всё так просто. — Ребята, кажется, ключ не нужен, — с удивлением, но с ноткой гордости в голосе произнесла Черён, повернувшись к остальным. Все замерли на несколько секунд, переглядываясь. — Ну что, заходим? — с лёгкой усмешкой предложил Хан. Кристофер, с широко раскрытыми глазами и дрожью в голосе, схватил Юну за руку, его пальцы сжались крепко, словно он боялся, что она исчезнет. Его взгляд был полон страха и непонимания. — Ты меня здесь оставишь? — спросил он испуганно, в голосе звучала паника. — Ты здесь будешь жить пока что... — проговорила Юна, пытаясь придать словам спокойствие. — Нет! — закричал Кристофер, его голос дрожал от отчаяния. Он начал метаться, отказываясь принять происходящее. В это время Черён, как обычно, руководимая своим любопытством, осматривала комнату. Её взгляд цеплялся за каждую деталь, каждую вещь. Она осторожно касалась предметов, явно наслаждаясь своим маленьким расследованием. Её пальцы пробегали по разным вещам, как будто она искала зацепку, что-то важное. — Ничего не трогай! — резко оборвал её Хан, наблюдая за её действиями. Черён посмотрела на него, но её взгляд говорил, что она не собирается так легко сдаваться. Она лишь на секунду остановилась, затем снова перевела взгляд на вещи, словно делая выбор — подчиниться или продолжить свои исследования. Чан подошёл к Юне, его взгляд был серьёзным, будто он тщательно обдумывал свои слова до этого момента. Он остановился перед ней, стараясь держать уверенный вид, но в глазах всё равно отражалось лёгкое волнение. — Мы можем поговорить? — начал он, глядя на неё с лёгкой настороженностью. Юна, заметив его настрой, кивнула, внимательно слушая. — Да, конечно. Чан немного помедлил, словно собираясь с мыслями, прежде чем перейти к главному. — Я бы хотел, чтобы Крис участвовал на испытаниях, вместо меня — произнёс он, чуть наклонив голову, пристально наблюдая за её реакцией. Юна округлила глаза от удивления, её лицо отразило смесь недоумения и даже лёгкой тревоги. — Что? А ты? — Я хочу на прослушивание. В это время в другой части комнаты Черён заметила что-то необычное на стене — небольшую щель, которую до этого никто не видел. Она прищурилась и, не удержавшись, вслух задала вопрос: — Это что, дверь? Хан, услышав её, встревоженно отреагировал, не отрываясь от наблюдения: — Ничего не трогай, я же прошу, — его голос звучал серьёзно, он явно не хотел, чтобы Черён вмешивалась в это дело. Но она была слишком любопытна, чтобы просто отступить. Игнорируя предупреждение, она медленно отодвинула тяжёлую тумбу, которая закрывала доступ к таинственной щели, и осторожно открыла скрытую дверь. Тем временем, Хёнджин и Феликс, которые до этого момента увлечённо рассматривали старые пластинки в дальнем углу комнаты, обратили внимание на действия Черён. Они замерли, их взгляды теперь были устремлены на открывающийся перед ней проход. Лино стоял у противоположной стены, его внимание было полностью сосредоточено на старых семейных фотографиях, которые он рассматривал с глубоким интересом, тоже обратился. Однако Чан и Юна, всё ещё увлечённые спором, не обратили внимания на происходящее в комнате. Их голоса становились всё более настойчивыми, каждый пытался доказать свою правоту. А Кристофер, прижавшись к Юне, казался совершенно равнодушным к разгоревшейся дискуссии и к действиям других. Он выглядел погружённым в свои собственные мысли, его внимание было сосредоточено только на Юне. Хан, увидев тайную комнату, замер с открытым ртом. Он не мог поверить своим глазам, и всё, что происходило, казалось ему нереальным. Перед ним открылась комната, наполненная странными и мрачными предметами, словно она принадлежала охотнику за привидениями или ведьме. На стенах висели старые карты, амулеты и бутылочки с неизвестными жидкостями. Всё вокруг выглядело жутко и загадочно. — Что за странные вещи? — спросил Лино, осторожно подходя ближе, оглядывая всё вокруг с недоумением. Феликс, который следил за происходящим, посмотрел на Лино с чуть прищуренными глазами. — Он ведьмак. — произнёс Феликс, кивая на странную обстановку. — Ты знаешь такие вещи? — с удивлением спросил Хёнджин. — Да... таких я видел... — начал Феликс, но осёкся, и, чтобы не раскрывать лишнего, быстро добавил, — в фильмах. Лино, осторожно передвигаясь по комнате, вдруг заметил среди старинных предметов нечто интересное — прозрачный сиреневый камень, мерцающий таинственным светом. Он потянулся за ним, не в силах удержать любопытство, и взял камень в руку. Внутри камня что-то плавало, словно заключённая в нём душа, медленно переливаясь и меняя форму. — Это камень душ, — сказал Феликс, будто между делом, но в его голосе слышалось скрытое знание. — Откуда ты это знаешь? — быстро спросила Черён, взглянув на него с подозрением. Феликс, осознав свою оговорку, запнулся, но Хёнджин быстро прикрыл его: — Фильмы не смотрите? — усмехнулся он, ловко переводя разговор в шутку. Лино, ощутив неясный холодок, исходящий от камня, решил положить его обратно на место. Но, будучи слегка неловким в моменте, случайно выронил его. Камень разбился на полу с глухим треском, и из него вырвалось нечто белое, эфемерное, быстро распространившись по комнате. Это существо или дух пронеслось вокруг, не оставляя времени на раздумья. Все испуганно сблизились, образуя плотный круг, каждый чувствовал нарастающее напряжение. Их взгляды беспокойно скользили по комнате, словно ожидая новых сюрпризов. — Воу, что это было? — вздрогнул Чан, краем глаза уловив, как нечто стремительное промелькнуло у стены, исчезнув за поворотом. Неожиданно свет в комнате погас, и они оказались в темноте, лишь лунный свет слабо проникал сквозь окна. Внезапно душа и вовсе вышла из дома. Собрав всю смелость, они решили посмотреть, что произойдет дальше, и, следуя за внезапным порывом, направились к выходу. Рюджин, вся в поту и недовольстве, тащила тележку, полную дров, ворча себе под нос. Её раздражение росло с каждой секундой — она одна собирала всё необходимое, в то время как остальные явно бездействовали. Когда она подошла к дому, то заметила, что друзья стояли у двери, словно окаменевшие, их взгляды были прикованы к чему-то вдалеке. — Эй, я тащила всё это сама! Теперь вы сами дальше… — громко возмутилась она, бросив взгляд на Хана. Хан, не говоря ни слова, поднял руку и указал пальцем прямо перед собой, в сторону двора. Его лицо было напряжено, и в глазах читался страх. — Что? — не сразу поняла Рюджин, нахмурившись. Однако, обернувшись в направлении, куда указывал Хан, она моментально застыла на месте, её лицо мгновенно побледнело. Прямо перед ней, вокруг, словно вившаяся в воздухе, летала душа — тот самый белый дух, который вырвался из разбившегося камня. Он парил вокруг Рюджин, как будто изучая её, медленно и осторожно приближаясь, прежде чем резко отлететь в сторону и устремиться к земле. Все замерли, не в силах пошевелиться, наблюдая за происходящим. Дух проник в землю, и на месте его исчезновения воздух странно заколебался. В мгновение ока из ниоткуда стала вырисовываться фигура. Она постепенно обрела форму, и вскоре перед ними возник человек — мужчина, грязный, с растрёпанными волосами, мокрый и измученный, стоящий к ним спиной. — Ах… — выдохнули все одновременно, поражённые этой странной картиной. Мужчина медленно повернулся к ним, и лица ребят побледнели ещё сильнее. — Чанбин… — шепотом узнала его Черён, её голос был наполнен шоком.