Музыка дороже Дани.

Питер был их домом, городом, где началась их дружба, отношения, здесь было всё, что не могли отпустить двое. Данила стоял возле окна, дым сигареты спиралью поднимался в прохладный воздух утра. Он вдыхал глубоко, пытаясь найти в этом какое-то успокоение, но успокаивало только воспоминания, как Руслан по утрам гнал его опасаясь, что соседей будет тревожить дым или что вся квартира провоняется, иногда даже получал за это. Сейчас же за это нечего и не было. Кашин смотрит на дорогу, фонари уже не горели, через окно в комнату проникал холодный свет рассвета, мягко ложась на обои с цветочным узором, что сам Руслан выбрал. Они вместе смеялись, что эти обои напоминают им об их первой встрече — в старинном кафе, уставленном безвкусными, но трогательными мелочами. После этой первой встречи Дане было даже стыдно что выбрал такое кафе Даня оглянулся, Руслан сидел на краю их общей кровати, обхватив голову руками, словно пытаясь собраться с мыслями. Его вещи уже были упакованы в черный чемодан и некоторые вещи разбросанные по комнате — напоминание о предстоящей разлуке которую ели как переживет Кашин. Руслан уезжал навсегда в другую страну из-за контракта с одной группой которая поможет ему в музыке и пообещает сделать его навыки лучше. Руслан поднял равнодушный взгляд на Кашина, и в его голубых глазах увидел боль и разочарованность. когда-то Тушенцов обещал что их отношения будут вечными и его он не предаст, слова реально казались правдивыми, до этого момента. Казалось, что Даня стоит на обломках тех светлых моментов. Когда во сне обнимались, совместные стримы, старший даже учил готовке. Кашин не мог принять то что Тушенцов уезжает, сердце медленно разбивалось по кусочкам, голубые, весёлые глаза перестали сверкать. Он винил себя за, то что встретил такого человека, последнюю неделю они ссорились. Руслан только и кричал, что тот ничего не понимает и просто оставить в покое, а младший умолял все оставить. — Помнишь тот первый вечер? — спросил Даня, его голос дрожал, как пламя свечи на ветру. — Как мы встретились у той самой площадки? Я тогда сразу знал, что это не просто встреча. Руслан усмехнулся, хотя улыбка вышла горькой. — я до конца был уверен, что это не ты. — Руслан отвел взгляд и смотрел на экран телефона, такси осталось ждать не менее 5-ти минут — вот как. — возразил Кашин, солнце начало все сильнее вставать, освещая окна людей в том числе где курил парень. И в этом молчании они оба искали утешения в воспоминаниях. Их прогулки по ночному городу, когда они убегали от шума и суеты, укрываясь в тихих переулках и находя уединение в своём маленьком мире. Их разговоры о будущем, которым они наслаждались, как дети конфетами. Ночи, проведённые в обнимку, когда утренний свет заставал их такими, какими они были, без масок и предрассудков. — Мы можем просто попытаться, снова начать сначала, — тихо предложил Рыжий, но в его голосе уже не было надежды. Уже все сделано. Иногда лучше отпустить, чем держаться за что-то, что приносит боль. —Это не значит, что я не любил тебя или что я не люблю тебя сейчас. Просто… — Тушенцов нервно вздохнул, смотря на руки. — просто я хочу развиваться в музыке, а не быть в бессмысленных отношениях. Кашин кивнул. Он понимал это, но принять это было не менее больно. Рыжий затушил сигарету, наблюдая, как солнце полностью встало и было уже очень светло Уведомление от приложения означало, что такси уже приехало и надо было уходить. Парни обменялись последним взглядом, который был наполнен всем, что они не могли сказать. Голубоглазый закрыл окно, а Руслан поднялся с кровати и ждал пока Кашин подойдёт к нему. Они эгоистично обнялись, зная, что это последнее касание. В их объятиях был гнев, грусть, и предательство. Когда старший ушёл, Кашин остался стоять в коридоре, слыша как парень спускается вниз. Взгляд остекленел, квартира перестала быть прежней как обычно, больше не будет душевных разговоров. Не будет вечной суеты.