Здравствуйте, я - Ведьма!

      Я нервно расхаживал туда сюда, нарезая уже который километр по замкнутому пространству четырёх стен моей комнаты. За моей спиной недовольно кряхтел Карлион, раздраженный тем, что моя бессонница отражается и на его здоровье, мешая спать. То и дело, в его бубнёже, различались фразы, типа: «в твоём возрасте спать надо, без задних лапок, а не кроссы бегать по пыльным паласам», «самая сильная усталость бывает от интеллектуального труда, так что, лучше не заниматься изнуряющим и бессмысленным бегом, а почитать труды каких-нибудь великих мыслителей, мигом сморит» и многое иное…       - Дуриан, ты не спишь? – дверь в мою комнату приоткрылась и в неё заглянула бабушка, в неизменной белоснежной сорочке в пол, таком же пеньюаре, с широкими рукавами, отороченными кружевами, и подсвечником в руке. Хотя, смысл последнего я не понимал, ведь у нас в особняке было искусственное освещение.       - Да, бабушка, мне не спится. – не поворачиваясь к ней, ответил я.       - От чего же?       - Мысли его мучают, возраст такой, сама знаешь… - ответил за меня ворон.       - Я тебя не спрашиваю. Пш, - шикнула бабушка, - быстро отвернулся к окну и заснул.       Карлион что-то возмущёно пробурчал, но повиновался и отвернулся, пряча клюв в перья.       - Так что же тебя тревожит? – бабушка подошла, садясь в кресло у окна.       Я тяжело вздохнул:       - Знаешь, завтра выходят замуж моя подруга, а я даже не могу быть с ней рядом в этот день…       - Так заведено, дорогой.       - Но почему? Разве это справедливо?       - Это – правильно. Такой порядок вещей уберегает молодых и неопытных от разочарований жизни.       - А вдруг, допустим, - я повернулся к бабушке, - кто-то не хочет быть убереженным, вдруг, он хочет сам решать? Ошибаться и учиться на своих ошибках?       - Ты говоришь про себя? – не дрогнув не единым мускулом лица, спросила бабушка.       - Нет. Я знаю, что должен делать, и я сделаю это, чтобы не опозорить вас.       - Только ради этого?       - А мне нужны более весомые причины?       - Как знаешь.       Я помолчал немного, вглядываясь в темноту улицы.       - Бабушка, а мы, вообще, имеем право на любовь?       - Конечно, почему ты спрашиваешь, разве тебе кто-то запрещает любить?       - Мне кажется, что-то, к чему нас готовят с рождения, вовсе не любовь. К тому же, как можно полюбить, когда ты знаешь, что у тебя просто нет выбора?       - Ты не прав, дорогой.       - То есть, ты хочешь сказать, что любила когда-то?       - Да. И сейчас люблю.       - Но кто он? – я был ошарашен услышанным.       - Твой дедушка.       - Ты серьёзно?       - Более чем.       - Ты пришла к нему и просто поняла, что он тот, кого ты всегда искала?       - Почти… Знаешь ли, во времена моего детства и молодости всё было несколько иначе. Моя мать, твоя прабабушка, была весьма уважаемым человеком в светских кругах, тогда люди ещё так любили всё это: балы, званные приёмы… На один из таких приёмов моя мама взяла и меня. Помню, мне было семь лет, я бегала, среди величавых гостей в дорогих платьях и костюмах, играла… В общем, развлекалась так, как только может развлекаться ребёнок в подобном месте. И, в один момент, который навсегда отпечатался в моей памяти, я пряталась за одной из наших дальних родственниц, точно помню, она была одета в тёмно-тёмно синее бархатное платье, с открытыми плечами. Вот. Я выглянула из-за прикрытия, которым служила длинная юбка и увидела его. Понятное дело, ребёнок не был в силах всё понять, но я запомнила его, улыбнулась, а он улыбнулся мне. после того вечера, мы не видели друг друга одиннадцать лет, но я помнила его всегда, что называется, по умолчанию. И в день моего совершеннолетия, когда я пришла на встречу со своим будущим мужем, я просто не могла представить, что увижу кого-то другого, и я не увидела. Моим мужем должен был стать тот самый мальчик, которого я полюбила в далёком неразумном детстве.       - А как ты пережила разлуку? Ведь, когда рождается ребёнок, до его совершеннолетия, муж с женой не могут видеться.       - А какая разница? Я знала, что мы оба любим. В подобных случаях, время и года ничего не значат. Я знала, что вернусь, и он меня дождётся.       - Так красиво… Но жаль, что дедушка ушёл так рано…       - Да… - бабушка слегка улыбнулась. – Но ничего не бывает напрасно, раз так вышло, значит, так суждено было.       - Спасибо, ба, мне, на самом деле, полегчало от нашего разговора.       - Ты хочешь лечь спать?       - Да, я бы не отказался.       - Хорошо, Дуриан, я пошла. – бабушка встала и удалилась из комнаты.       Пройдя ещё пару шагов по комнате, я остановился. Может быть, мне стоит навестить подругу, раз я за неё так волнуюсь, да и ей будет приятно? А что, я ничем не помешаю подготовке, ведь сейчас ночь, слетаю быстренько, хоть путь и долог, но я смогу найти дорогу. Поговорим и всем станет спокойней. Так и сделаю.       Быстрым и осторожным шагом я направился к лестнице, а после, к двери, ведущей во двор. Когда я уже подошёл к сараю, где хранились мётлы, меня окликнул Метью:       - Дуриан, ты куда, на ночь глядя?       - Не беспокойся, Мэтью, я сейчас слетаю по делам и быстро вернусь.       - Я не могу тебе этого позволить. Ты же знаешь, ночами чрезвычайно опасно.       - Я же на метле, что со мной случится? Дракон нападёт?       - Не дракон но… Я вынужден буду позвать ваших бабушку и маму.       - Не надо, я же сказал, всё в порядке. – я взял в руки метлу, отходя на пару шагов от управляющего.       - Дуриан, будь благоразумен, поставь метлу на место.       - Мне нужно к подруге. Со мной всё будет в порядке. Обещаю.       - Госпожа Нарина! – закричал Мэтью. – Госпожа Малина!       - Нет, нет, не надо. – я пытался вразумить мужчину, но он кричал, не слушая меня.       Конечно, я мог вскочить на метлу и унестись во тьму ночи, но как я мог так поступить? Убежать от собственной семьи? Нет уж.       - Что происходит? – во двор вышла бабушка.       - Мистер Дуриан хочет куда-то полететь.       - Куда же? – бабушка перевела взгляд на меня.       - Я хочу слетать к Инди, мне нужно повидать её, прежде, чем она выйдет замуж. – стараясь делать это незаметно, я аккуратно оседлал метлу. – Мне нужно. – повторил я.       Никогда бы я не отважился на это в иных обстоятельствах, но сейчас, стоя во дворе, под пристальным взглядом бабушки, я был уверен, что она сможет меня понять. В конце концов, я не делаю ничего незаконного.       Резко, вцепившись в средство передвижения руками и оттолкнувшись от земли, я взлетел. Всего метр от земли, метла быстро набирает скорость, остаётся только перелететь забор и всё…       - Замри! – взорвал тишину спящего дома крик моей бабушку, после чего, метла замерла подо мной, а я перелетел через неё кувырком, падая на траву.       - Бабушка, ты чего? – растеряно смотря на родственницу, спросил я.       - Молодой человек, - непривычно серьёзным тоном, заговорила бабушка, - если ты хочешь нарушать установленный порядок, то делай это по всем правилам. Ты можешь сейчас уйти, но не на метле, её я конфискую, а своим ходом, я тебя не стану останавливать. Конечно, мне будет очень не хватать тебя, и я буду бесконечно грустить, ведь, сам понимаешь, уйдя в ночь, ты уже никогда не вернёшься, тебя растерзает одна из тех тварей, которыми кишат наши земли. Выбор за тобой, внук мой. – бабушка развернулась, уходя в дом, но остановилась и добавила. – Если ты выберешь остаться, я буду рада видеть тебя утром. Если ты выберешь уйти, я пойму тебя и объясню твой выбор матери. Доброй ночи, Дуриан. – взмахнув полой халата, бабушка исчезла в темноте коридора.       - Что ты выбрал? – подал голос Мэтью.       Я взглянул на двери дома, на окна, ни в одном из которых не горел свет, на фигурку Карлиона, виднеющуюся в моём окне. После, я перевёл взгляд вдаль, туда, где вот-вот должна была решиться судьба моей лучшей подруги. Туда, где ещё так не скоро родиться новый рассвет.       - Если ты подождёшь десять минут, я соберу тебе в дорогу еды и необходимые вещи.       - Не нужно, я решил остаться. Пожалуйста, убери мою метлу.       - Хорошо, Дуриан, доброй тебе ночи и… извини за то, что мне пришлось позвать твою бабушку. Я не мог поступить иначе.       - Я знаю, не извиняйся, это – твой долг и ты помог мне этим, ведь я, чуть было, не забыл про свой, задурманенный сладким воздухом этой беззвёздной ночи. Пожалуйста, разбуди меня завтра в десять.       - Хорошо, Дуриан.