***
Через двадцать минут, Лань Чжань и Вэй Ин стояли в примерочных. Второй вертелся в выбранном костюме, оглядывая посадку новых одежд. Он терпеть не мог официальный стиль. Конечно, ему не раз говорили, как тому идет и какой он в них сексуальный, однако ощущал себя заклинатель максимально нелепо. Словно ворвался на чужую свадьбу в трауре или пришел на веселе на похороны. Откровенно говоря, дышать свободно Вэй Ин сможет только когда сорвет с себя эти тряпки. Остановив свой выбор на полностью черном варианте с багровым галстуком, Усянь вышел из примерочной, несколько раз подпрыгнул, помахал руками и ногами на манер утренней зарядки и закончил на наклонах вперед с раздвинутыми чуть шире плеч ногами. Подняв голову, парень взвизгнул, заметив в зеркале напарника, который смотрел не на себя, а куда-то ниже поясницы Вэй Ина. И что Лань Чжань нес про то, что тому не идет черный. Выглядел напарник великолепно. Усянь расплылся в обольстительной улыбке и если кто со стороны заметит их, то попросит уединиться в другом месте. — Лань Чжань, у меня порвались брюки на заднице или она настолько великолепно выглядит в этих брюках, что даже уважаемый Второй Нефрит не может… — Бесстыдник. — Перебив парня и нарушая этим правила своей же семьи, упрекнул заклинатель Вэй Ина, сию секунду отводя взгляд в зеркало, выглядя при этом как потерявшийся котенок. Были ли его слова обращены Усяню, выяснить не представлялось возможным. — Оу, не переживай, Лань Чжань, мне часто говорят, что я секси в костюмах. И так уж и быть, я даю тебе своё разрешение на подглядывание за моей задницей. — Словно делая одолжение, пролепетал Вэй Ин. Не успел парень договорить до конца, как напарник скрылся за створками гардеробной кабинки. Если бы тот был как все нормальные люди, а не холодной ледышкой, то скорее всего Лань Чжань в один прыжок сбежал в безопасную комнату, но тот грациозно развернулся и в несколько спешных шагов закрылся там от остального мира. Вэй Ин успел запечатлеть в памяти волшебный момент чужого растерянного лица, и, боже, как же хотелось снова его увидеть у столь холодного напарника. Вэй Ин готов отдать свои бережно отложенные деньги на лучшее вино в его жизни, чтобы отмотать время назад и записать те секунды на видео. Потом он бы не раз пересматривал драгоценные кадры, ни с кем не делясь. Только для себя. — Кстати, Лань Чжань, костюм тебе очень идет. Мы берем его. — Достаточно тепло, без ноток усмешки сказал Вэй Ин, отчего-то не став добавлять про то, что черный идеально контрастирует со светлым тоном его кожи. Возможно, это показалось ему лишним в сложившейся ситуации. И если он смутил напарника, что было бы наивысшим счастьем, то подобная фраза уже выбила бы того из колеи. Добила, но перед предстоящим было бы совсем некстати.***
Выходя из магазина с заполненным рюкзаком и сияя улыбкой, как начищенный пятак, Вэй Ин подбежал к припаркованному неподалеку мотоциклу. Затормозив, он бросил растерянный взгляд на плетущегося за ним напарника. — Лань Чжань, а куда мы сложим пакеты? — Взглянув на два мешка с одеждой, спросил Усянь. — В наших планах не было похода по магазинам. Что правда, то правда. — Я в целом не говорил тебе свой план. А это значит, что туда может входить всё, что угодно. От обеда до посещения морга. Ванцзи фыркнул и открыл неприглядный бардачок сзади, куда вполне удачно поместились оба пакета. Подняв брови, Вэй Ин хлопнул в ладони и замешательство окончательно покинуло его лицо. — Лань Чжань, это потрясающе! Стóит тоже задуматься о покупке этой шикарной крошки. Его проигнорировали. Оглядевшись вокруг, Усянь наложил печать на свой рюкзак, уменьшая его до такого состояния, чтобы можно было уложить его в оставшееся в маленьком багажнике место. Теперь Вэй Ин игнорировал взгляд: «Ты мог сделать тоже самое и с пакетами, но вместо этого разыграл трагедию», которым наградил его другой заклинатель. — Сам придумал, нравится? Парень хмыкнул и захлопнул крышку, отряхнув ладони друг от друга. Подмигнув Лань Чжаню, Усянь подошел к нему достаточно близко, чтобы между ними не смог пролезть человек и поправил итак отлично сидящий на молодом человеке пиджак. Взгляд бегло пробежался от расстегнутой верхней пуговицы черной рубашки по синему галстуку. Достав из кармана удостоверение агента ФБР, Вэй Ин вложил его во внутренний карман пиджака напарника, а свой убрал к себе. — Что… Что это? Состроив лицо: «это же очевидно», парень хлопнул ресницами и начал таким тоном, словно разъясняет базовые вещи маленькому ребенку. — Это, Лань Чжань, очень полезная вещица, дарующая нам проход куда-угодно. Мы зайдем в несколько домов, посветим удостоверениями и расспросим семьи или остаток семьи о случившемся. — Откуда они у тебя? — Напирал Ванцзи, не одобряя действия напарника. — Связи. — Загадочно протянув, увильнул заклинатель. — Это незаконно. Мы не будем этого делать. — Какой ты упертый, Лань Чжань. Красивый, умный, милый, но упертый. — Забери. — Он потянулся рукой внутрь, чтобы достать фальшивое удостоверение, но его кисть перехватили. — Оставь. Я тебя не заставляю, как и говорил прежде, ты можешь оставить меня одного и пойти заниматься своими делами. Никто не держит тебя насильно. — Золотые глаза обжигали, но Вэй Ин смотрел в ответ, в кои-то веки, решительно. Ему определенно не хотелось, чтобы вся операция сорвалась или чтобы их засекли. Ладно Вэй Ин, а вот Ванцзи достанется от его, помешанного на правилах и традициях, клана. Отведя взгляд в сторону какого-то кафе, напарник по-прежнему не отвечал. Ни да, ни нет. И вот что с ним делать? — Так, завалишь мне всё, я нарушу все правила Облачных Глубин. Сбрею бородку Лань Циженя, заберу у тебя всю одежду, буду есть мясо, приправленное специями, и запивать его вином прямо на уроке твоего дяди, он как раз скоро вернется. Вдобавок покажу маленьким адептам лучшие сайты для взрослых, — На этих словах безразличность во взгляде исчесла, сменяясь порицаемостью, — Твоя задача - молчать, если спросят - кивать. Но лучше не надо. Неизвестно, что спросят. Ты - агент Ангус, а я - агент Янг. Запомни. Работаем вместе, приехали из Шанхая. У нас серийный случай, — Бросив недоверчивый взгляд, Усянь добавил, — На всякий случай, ты стажер. — Почему я стажер? — О, так ты хочешь вытаскивать из людей информацию? Напоминаю, что это надо делать через рот. Ванцзи умолк, вновь отвернувшись от напарника. Усмехнувшись, парень ободряюще похлопал Лань Чжаня по плечу и кивнул в сторону улицы, на которой располагались нужные дома и квартиры. Здесь проживало две семьи. В первой жила девушка, которая убила свою подругу, у неё остался муж. А потом надо опросить соседей дедушки, который убил дочь и внучку. Пройдя пешком минут десять, они подошли к небольшому участку с внутренним ухоженным садиком и одноэтажным, но вполне современно отделанным домом. Вэй Ин сверился с адресом и, кивнув Лань Чжаню, позвонил в замок калитки. Звонить пришлось несколько раз, так как пару минут никто не открывал и не было видно движения за зашторенными окнами. — Ты уверен? — Уверенней не бывает. Со стороны могло показаться, что Лань Чжань не выказывает ни единой эмоции, словно взаправду агент, который пришел по делу. В отличие от Усяня, который покачивался на пятках и вставал на носочки, пытаясь разглядеть происходящие по ту сторону забора, Ванцзи великолепно скрывал эмоции. Наконец послышался щелчок открываемой двери и тихие приближающиеся шаги. Металлический звяк и дверца приоткрылась. За ней стоял молодой человек, лет двадцати пяти, который сейчас выглядел на все тридцать. Кожа белая, как у призрака, глаза покрасневшие, как после долгого плача. Мешки под ними говорили, что у незнакомца уже долгое время проблемы со сном. А неравномерная щетина, вероятно о том, что тот не в силах провести базовые утренние и вечерние процедуры. На нем были спортивные домашние штаны и футболка с пятнами, которая уже долгое время не стиралась. Окинув заклинателей в черных костюмах погасшим взглядом, он кивнул. — Господин Мин? Агенты Ангус и Янг. ФБР. — Вэй Ин показал значок, посматривая на Лань Чжаня, который тормозил несколько секунд, но после обреченного выдоха, повторил за парнем, — Мы бы хотели поговорить с вами о случае с вашей женой. Позволите? Незнакомец помедлил, обрабатывая информацию, и захлопнул калитку. Усянь опешил, думая, где он прокололся. Не успел он расстроиться, как калитка открылась вновь и шире. — Здравствуйте. Да, проходите. — Севшим голосом, от долгого молчания, пригласил парень и отошел в сторону, давая пространство для «агентов». Стоило несчастному обойти их, чтобы открыть входную дверь, как Вэй Ин скосил взгляд на Лань Чжаня, улыбнувшись: «Видишь, ничего сложного». Напарник отвернулся и задев плечом Усяня, пошел впереди. Вздернув в недоумении от такого поведения брови, Вэй Ин потер ушибленное место и зашел в дом. Обстановка оставляла желать лучшего. Окна были зашторены, на полу стояли коробки, заполненные больше, чем наполовину. На столе раскинулись картонки из под еды на вынос, а на полу валялись осколки от, стоило догадаться, бывших совместных фотографий в рамках. Молодые люди присели на диван, любезно отказавшись от воды, так как чая у хозяина не оказалось. Однако на журнальный столик, все же поставили по стаканчику и графин с водой. Вэй Ин натянул улыбку и достал блокнот с ручкой. — Спасибо. — Отдал благодарность парень, наступая пяткой своего ботинка на новые туфли Лань Чжаня. Краем глаза он увидел как заклинатель сжал кулаки, но тоже кивнул. — Что вы хотите узнать? Я рассказал всё полиции. — О, мы знаем. Но ФБР взялись за это дело и мы бы хотели услышать ещё раз все лично. — Что ж. Моя жена умерла. Вначале убила свою подругу или, вернее сказать, любовницу, а потом покончила с собой. — Господин Мин сжал губы, уставившись в столик перед ними пустым взглядом. Слова о покойной, некогда любимой жене, которая изменяла ему, очевидно, приносили боль. — Вы знали об их отношениях? — Догадывался. — У вас были конфликты на этой почве? — Нет. Я не спрашивал. Боялся услышать правду. Я… любил её, но она… — Нам жаль, но сердцу не прикажешь. Слова вылетали достаточно непринужденно, однако последняя фраза прозвучала легкомысленно, в их ситуации вернее сказать - грубо, будто Вэй Ин черствый похуист и болтает о погоде. Аж Лань Чжань рядом едва заметно вздрогнул и сильнее напрягся. — Простите, это было сказано не к месту. У вашей жены были враги, недоброжелатели? — Предыдущие слова никак не задели вдовца. Тот не поменялся в лице, не моргнул. Вэй Ину даже трудно было представить, сколько раз этот парень уже рассказывал о своём горе и сейчас произносил всё на автомате, словно заученный стих. — Нет. Её все любили. — Может в последние месяцы или недели рядом с ней появлялись подозрительные личности? Или те, о ком она не рассказывала, но виделась с ними ни единожды? — Я бы не сказал… — парень задумался, потупив взгляд в пол и сдвинув брови к переносице, — Дважды я видел мужчину лет сорока, но на улице оба раза шел ливень и я не смог запомнить его лица. На нем была куртка с капюшоном и темные джинсы. — Вы запомнили цвет куртки или марку? — Светлая с зелеными… с зелеными кармашками. Не знаю, почему я запомнил его, тот тип мне просто не понравился. Моя жена работала с людьми в сфере рекламы и это мог быть один из клиентов. Она предпочитала разговор лицом к лицу деловым перепискам. — Почему тот мужчина напряг вас? И если на улице шел сильный дождь, как вы разглядели, что ему около сорока? Хозяин дома замолчал устремив взор сквозь заклинателей. Можно было предположить, что он смотрит на улицу, если бы не задернутая штора. Комнату освещала лишь люстра, не давая естественному дневному свету протиснуться сквозь щели. Зрачки парня не были расширены, поэтому заторможенность никак не была связана с употреблением наркотических препаратов. Горе? Шок? — Я видел его прежде. Вэй Ин не прерывал его, ожидая продолжения. — Я столкнулся с ним поздно вечером в дверях, когда навещал родителей на семейном празднике три месяца назад. Морщины на лбу выдавали его возраст. Он прошел быстро и слишком близко, я не успел разглядеть ничего больше. Тогда он также скрыл свое лицо за капюшоном. — Где живут ваши родители? Мы можем поговорить с ними? — Усянь едва ли не подпрыгнул от новости. Через семью Мин они смогут найти того человека в капюшоне и может быть узнать нечто новое, через допрос… Или допрос с пристрастием. Парень горько ухмыльнулся, выглядя при этом, достаточно пугающе. На грани истерики. — Нет, — голос дрогнул и стал на октаву выше, а глаза застелились влагой. — Уже нет. Их больше нет в живых.