Канун Рождества

      Юичиро зашел в квартиру, ногой закрыв за собой дверь. Сумка одним движением упала с плеча на пол, а брюнет, протерев лицо ладонью, скинув обувь прошел в квартиру. Встретившая его тишина не вызывала положительных чувств, только чувство одиночества.       Зайдя в маленькую кухню, Амане включил свет - две небольших лампочки над плитой -, и облокотившись обеими руками на конфорку, юноша вновь погрузился в свои мысли, медленно оглядывая помещение вокруг.       Находится здесь Юичиро откровенно не нравилось - ему никогда не нравилась смена обстановки, он не любил переезды, особенно, когда обживаться нужно одному. Он не считал это место домом, и все, чего ему сейчас больше всего хотелось - это попасть "домой", в Сангвинэм. В столь ненавистный город, в котором приходилось спать на полу, но с любимой семьей.       Хакуя встряхнул головой, отгоняя воспоминания о прошлом прочь - сейчас нужно думать совсем не об этом, верно?       Сегодня Юичиро прогулял работу, толком нормально не объяснив причину, а это значит, что завтра на смене он получит выговор. Амане не привыкать - его часто отчитывали в армии, даже отстраняли от службы. Но почему-то сейчас выговор казался самой настоящей пыткой. Брюнету аж захотелось остановить время, лишь бы завтрашний день никогда не наступал.       Вдруг из прихожей раздался звон телефона. Тут-то Юичиро и вспомнил, что должен был написать Микаэле о своем прибытии домой.

***

— Да, да, хорошо.. Извини. — Юичиро ходил по кухне, держа в руке телефон, из динамика которого звучал голос Микаэлы. Юноша не отдавал особого отчета, что именно он делает, пока говорит с бывшим вампиром: Он то просто ходил кругами, то водил руками по мебели, облокачивался на стены, открывал ящики, холодильник.. Сейчас, слушая родной голос, Амане чувствовал себя хорошо.       Микаэла отчитывал его, но вместо злобы в голосе, которую бы слышал абсолютно каждый, Юичиро улавливал нотки беспокойства, заботы и усталости. Брюнет слышал тепло, но никак не злость. — « Ладно, что тебя отчитывать, все равно ведь будешь делать по своему. » — Устало произнес Микаэла, голос которого вдруг стал тише и спокойнее, мягче. — « Как ты там? Доехал хорошо? » — Юичиро с насмешкой выдохнул, облокотившись спиной на столешницу. — Да, да, все хорошо. Только голова болит ужасно. Такое ощущение, что я траванулся. Буэ. — « Поздравляю, ты алкоголик, Юу-чан. »       Хакуя еще какое-то время разговаривали по душам, словно прямо сейчас они не были в разных префектурах, разделенные около 160 километрами, а находятся в одной или соседних комнатах. Словно все снова хорошо.       После признания Микаэлы в какой-то степени действительно стало легче - Юичиро наконец смог понять некоторую часть его действий, смог понять, что все это время всему виной была - проклятая недосказанность. Шиндо раскрыл свой главный секрет Амане, раскрыл свои чувства. И теперь бывший рядовой считал, что будет очень нечестно, если он не сделает то же самое. Однако.. Сейчас свои чувства Юичиро так и не смог собрать. Они были рассыпаны и запутаны, словно гора вещей в неубранной комнате, уборка которых, по ощущениям, займет целую вечность. Вещи долго время накапливались, а Амане годами откладывал уборку. Но настал момент все разобрать, спокойно жив дальше.

***

      Наконец в квартире вновь повисла тишина: Хакуя закончили разговор по телефону, пожелав друг другу спокойной ночи - время уже довольно позднее, и обоим рано вставать на работу.        Юичиро забросил телефон в карман, поставив руку пальцами на весок - голова продолжала ужасно болеть, так еще и сопровождалась еле ощутимым, но противным чувством тошноты. И никаких таблеток у Амане дома не было.       Делать было нечего, поэтому Юичиро ушел в спальню, предварительно выпив стакан холодной воды, и сразу же упал в кровать, не снимая уличной одежды. Вмиг Хакуя почувствовал всю усталость, накопившеюся за последние двое суток, недосып, коего ранее брюнет не чувствовал, дал о себе знать, и Юичиро тут-же отключился.

***

      Однако выспаться брюнету вновь не удалось. За прошедшую ночь он несколько раз просыпался, да и встать нужно было в разы раньше, из-за того, что ехать до работы было не привычные полчаса, а почти полтора.        Сегодня Юичиро не мучали кошмаров, он словно не видел снов. Но каждое пробуждение сопровождалось воспоминаниями вчерашнего признания, и мыслями о том, что же чувствует Амане.       Утро проходило безэмоционально: Окончательное пробуждение со звоном будильника, сопровожденное головной болью и помутненным восприятием происходящего, гигиена, кофе, сборы.. Юичиро надел привычную водолазку с коротким рукавом и темно-серую кофту, на низ черные штаны и разные, первые попавшиеся носки. Стоя в комнате перед столом, Амане складывал в сумку необходимые на работе вещи, по типу телефона, зарядки, кошелька и паспорта.       Последние дни Юичиро все чаще сталкивался с нежеланием куда-либо ехать или идти, хотелось просто закрыться от всех и изолироваться от всего мира. Однако сегодня такого желания не было - Хакуя просто молча собирался, словно вообще ни о чем не думая.       Наконец Юичиро был собран. Надев тканевую маску, дабы лицу было не холодно, а после натянув обувь и куртку, брюнет вышел из дома, направившись на первый этаж, предварительно заперев дверь, а дальше шел по улицам в сторону станции.       День тоже не отличился никакими событиями: Амане, как тот и ожидал, сделали выговор, после чего он молча приступил к работе.       Юичиро не был в близких отношениях с другими сотрудниками, но при этом вполне хорошо с ними общался. Амане всегда был улыбчивым на своем рабочем месте, работа бариста приносила ему удовольствие. Именно поэтому соратников брюнета смущало его сегодняшняя бэзэмоциональность. — Все окей? — Подошел один из них к Юичиро, пока тот делал кофе для посетителя. Кажется, его зовут Чифую. — Ага. Почему спрашиваешь? — Особо не задумываясь ответил брюнет, не отвлекаясь от работы. — Ну.. Ты непривычно выглядишь. Мешки под глазами, вялый, маску сегодня не снял, еще и пропустил работу вчера.. Заболел, что-ли? — А.. Просто не выспался. Все хорошо, спасибо.       День закончился быстро. Сразу же по возвращении домой Юичиро свалился на кровать, погрузившись в сон, предварительно предупредив Микаэлу, что на связь он, вероятно, до утра не выйдет. Проспал Амане прямиком до утра, проснувшись только один раз, но этот сон не принес собой никакого облегчения.       Дальнейшие шесть дней пролетали так же быстро, походя на предыдущий: Утром будильник, рутина, кофе, работа, обед, дом, сон.. Изредка происходили разговоры с Микаэлой, обычно не выходящие ни во что большее, чем короткие диалоги сообщениями. И походы в магазины. То после работы, то посреди ночи в круглосуточные. И все по кругу.       Юичиро устал. Ужасно. В жизни не происходило ничего нового, а каждый день проживался как день сурка. Было полное ощущение, что Амане эмоционально гниет изнутри. Больше не радовали ни работа, ни даже короткие диалоги с Микаэлой. Очень не хватало его нахождения рядом, не хватало его голоса. Но времени созвониться не было, а встретиться и подавно. Ранее наполненная чувствами жизнь превратилась в отвратительную рутину, заставляющую медленно эмоционально умирать.

***

      Юичиро вновь не спалось. До Рождества оставалось всего два дня, а праздничного настроения не было вообще. Неудивительно: Амане загрузил себя делами, из-за чего у него не было ни времени подумать, как провести этот праздник, ни даже по минимуму украсить квартиру. Более того, Хакуя так и не дал Микаэле своего ответа, пытаясь разобраться со всем, что он чувствует, в то же время не давая себе времени побыть одному. А ведь Шиндо ждал уже почти неделю.       Поздняя, холодная ночь. На улице шел пушистый белоснежный снег. Юичиро сидел с открытым окном, закутавшись в одеяло, погруженный куда-то в себя. Сидя на подоконнике, спустив ноги с окна, Амане наконец начал понимать, что именно вкладывал в свои слова Микаэла. Начал понимать, что все это время он чувствовал нечто похожее, но все никак не мог уяснить: Что же такое любовь? Что значит это чувство? Как это, любить кого-то? Может ли Амане любить, умеет ли он? И на ум приходил только один ответ: Любовь - это Микаэла. Если Юичиро умеет любить, то этому он научился только благодаря ему.       Брюнет тут-же подскочил с окна в комнату, подскользнувшись и упав на пол, и так же быстро вскочив обратно, подбежав к кровати, спохватившись за телефон, что лежал на ней.         Тонкие пальцы быстро набрали пароль, после бегая по экрану. Амане поднес телефон к уху, слушая долгие, тяжелые гудки. И наконец тот, кому звонил Хакуя, поднял трубку: — Юу, что-то случило.. — Мика, пожалуйста!! Токио, станция Итигая, как можно скорее! Это.. Это очень важно! — Юичиро говорил громко, эмоционально. Его голос дрожал от переизбытка чувств, что вырывались наружу. Он был обязан высказать все прямо сейчас. Не по телефону, а лично. Как можно скорее. — Юи, все хорошо? Тебе нужна помощь? — Сонный голос тут-же сменился на слегка встревоженный. — Да! Нет.. Неважно! Просто давай встретимся, пожалуйста! Это.. Очень важно и срочно!! — ..Хорошо. Я приеду.       Юичиро повесил трубку, рванув к выходу из квартиры, предварительно закрыв окно. Накинув на себя куртку, надев обувь, и закинув в карманы телефон, кошелек и ключи, Амане выбежал из квартиры, и заперев ее бросился вниз по лестнице, бежав к станции так быстро, как только мог.