По тонкому льду

Вэй Усянь вез чемодан по ковролину отеля, едва не жмурясь от накрывшей его мигрени. Да уж. И когда его еще так мучила смена часовых поясов? Ублюдочная Великобритания. Дурацкий Манчестер. Вэй Усянь, железной хваткой вцепившись и так ни разу и не отпустив ручку чемодана, стал рыться в кармане в поисках ключ-карты. Энтони запретил ему оставлять чемодан без присмотра даже в отеле. Даже на секунду. Что ж, Вэй Усянь был полностью согласен с подобными мерами. Замок приветливо запищал, и он без сил ввалился в номер. Тут уж чемодан шел куда подальше — его хозяину срочно нужна была кровать, и все, что стояло у него на пути, подвергалось выразительному пинку. Вэй Усянь стянул куртку, швырнул ее куда-то в сторону и плюхнулся лицом навстречу мягкому, пружинистому матрасу. Сколько он так проспал… Тайна сия велика.

***

Лань Ванцзи возвысился над сопевшим Вэй Усянем. Вот уж действительно. Тот пролежал недвижимым камнем по меньшей мере все утро. Терапевту с Энтони пришлось вылететь из Пекина на десять часов позже из-за не вовремя возникшего сбоя в системе авиакомпании-перевозчика. Вэй Усяня с миром посадили на самолет, и тот улетел в шестнадцатичасовой рейс. Энтони с Лань Ванцзи остались вдвоем мариноваться в аэропорту: пусть и в бизнес-классе с обедом и ужином, приятной музыкой на фоне и целой кипой журналов Forbes на журнальном столике. Распрощавшись с тренером в холле отеля, Лань Ванцзи вошел в лифт и, оказавшись на нужном этаже, осторожно открыл дверь. Вэй Усянь, по всей видимости, спал. Из видимости можно было выделить разбросанные ботинки, куртку у подножья кровати, лежавший в нокауте чемодан и ярко-красный шарф, живописным шлейфом тянувшийся по мирно поднимавшейся и опускавшейся спине. Лань Ванцзи откатил свой чемодан к двери, снял пальто и разулся. Осмотрелся в номере, помыл руки в ванной с бесконечно огромным зеркалом. Вернулся к спавшему Вэй Усяню и стал медленно его раздевать. Тот все что-то мычал, но не успевал по-настоящему рассердиться и на ощупь тянулся к знакомому теплу. Лань Ванцзи не знал, куда деть с лица улыбку, когда Вэй Усянь в дремоте прервал вот уже третью попытку стянуть с него худи, намертво прилипнув с объятиями. Лань Ванцзи провозился с ним добрых двадцать минут, пока не улегся на кровать сам и не положил спавшего себе на грудь. Он по привычке оставил поцелуй на его щеке и прикорнул, зарывшись носом в макушку, любимую каждым кусочком своего сердца. Проснувшись, он заказал утреннее меню, хотя время уже выразительно перевалило за полдень. Но Вэй Усянь любил блинчики с клубничным джемом, а Лань Ванцзи любил Вэй Усяня. Полностью признав перед собой этот факт, он стал почти неконтролируемо его баловать, купая в своей густой, сладкой любви. Впрочем, обоих такой расклад более чем устраивал. Когда же проснулся сам Вэй Усянь, в Манчестере уже село солнце, и в номере золотистым светом горел ночник. Вэй Усянь лениво разлепил глаза и был рад первым делом увидеть изящный профиль своего парня. Тот, кажется, был полностью погружен в чтение какой-то пыльной классики. — Пр-р-ривет, — потянулся он, с видимым удовольствием разводя затекшие конечности в стороны. — Привет. Голова не болит? — обернулся на него Лань Ванцзи, погладив по бедру. — А должна? — Ты говорил во сне, когда я пришел. — …О. — Я дал тебе обезболивающее. Так голова не болит? — Нет, — благодарно улыбнулся Вэй Усянь. — Спасибо. У меня была жуткая мигрень, когда я ложился. Что-то меня совсем срубило. Сколько я проспал? — Почти весь день. — А, черт! Мы же хотели сходить в музей иллюзий! — Ничего, — Лань Ванцзи ласково притянул Вэй Усяня за подбородок. — Иногда лучше не пытаться угнаться за всем подряд. Если твой организм выбрал сон, значит он был важнее. — А ты как всегда такой мудрый, — расплылся в улыбке Вэй Усянь и прильнул к нему губами. — А у тебя не было проблем с джет-лагом? — Я устал, но не так сильно, как ты. — А Тони? — Думаю, с ним все в порядке. — Хорошо, — Вэй Усянь нагнулся поближе и чмокнул Лань Ванцзи в щеку. — Я люблю тебя. Ты знал? — Подозрения были. Вэй Усянь хихикнул. За последние пару месяцев он произнес эти три слова бесчисленное количество раз. Теперь, в полной мере осознав их смысл, он произносил их как мантру каждый божий день. — А чем так пахнет? — соскользнул он с постели под шорох простыней. — Уже, наверное, остыло. Подогрей, — послышался голос Лань Ванцзи. Вэй Усянь открыл крышку и широко улыбнулся: — О, это я и холодным съем. Блинчики плотной горкой выстроились на тарелке в целую башню, щедро окунувшись в джем с крупными ягодками. Обернувшись, Вэй Усянь признательно сказал: — Спасибо. Лань Ванцзи тепло кивнул и вернулся к чтению. Не прочитав и двух строчек, он услышал отдаляющееся в сторону ванны: — Я тебя люблю! Боже. И как же он любил его в ответ.

***

— Мх-м! М! Вэй Усянь брал член Лань Ванзци так глубоко, что почти не мог дышать. — Следи за зубами, — тихо сказал Лань Ванцзи, блуждая руками по его голове. Вообще-то они собирались покинуть номер уже около пяти минут назад — планировали поглазеть на местный Чайна-таун. Но Вэй Усянь не был бы собой, если бы не хулиганил приблизительно дважды в час. Покидая душ, он плотно укутался в халат и все утро проходил туда-сюда перед Лань Ванцзи, раскачивая бедрами. Когда же настало время собираться, он небрежно сбросил халат и стал, крутясь перед зеркалом, выбирать между любимыми джинсами и новыми спортивными брюками. Лань Ванцзи, проходя мимо, не сразу заметил поджидавшей его либидо ловушки. И только миг спустя, окинув парня внимательным взглядом, терапевт понял: прогулка по городу может и подождать. Подтянутую задницу Вэй Усяня обтягивали тонкие кружевные трусики. Очень скоро, однако, терапевт стал смотреть на них сверху вниз, когда Вэй Усянь на коленях по самое основание брал его член. — М-м! — Глотай. — М-м… Вэй Усянь туго сглотнул вязкую сперму, выпустил член изо рта и пьяно открыл глаза: — Да, милый. Лань Ванцзи стер с уголка его губ слюну и огорчился, заметив небольшое покраснение на коже. Кажется, они перестарались. Он наклонился к Вэй Уясню и оставил легкий поцелуй на его губах. — Принеси воды, пожалуйста, — улыбнулся тот, потирая поясницу. — Конечно. Лань Ванцзи достал бутылку из мини-бара и вернулся, вооружившись своей гигиенической помадой. — А я думал, изо рта в рот… — У тебя и так полно моих микробов во рту. Вэй Усянь хмыкнул и подставил лицо. — Прости. Я буду осторожнее, — нахмурился Лань Ванцзи, сосредоточенно водя бальзамом. — А вот и не надо, — хихикнул Вэй Усянь, довольный собой. — Мне нравится, когда ты совсем со мной не осторожен.

***

— Да ну. У него совсем никакого вкуса. — Но у него мощные мышцы. И выносливость. Дамиан вздохнул, переворачиваясь на спину. Они с Вэй Усянем и еще несколькими любителями поплескаться под вечер в бассейне с панорамным видом лениво плавали под крышей отеля. В лобби уже под ручку прибыли Хорхе и Фабиано, но решили отоспаться и приглашение окунуться в свежую водичку решительно отвергли, закрывшись каждый в своем номере. Дамиан стал пускать пузыри, погрузившись под воду. — Да и сложно судить о балансе, если не будет Броссо, — рассуждал Вэй Усянь. — Все-таки он лидировал весь сезон. Он хорош. — Мгм, — булькнул в ответ Дамиан. Вэй Усянь откинул голову на бортик и прикрыл глаза. Вскоре он все же подал голос: — Ты думаешь, я не чувствую, как ты на меня смотришь? — Ты знаешь, что мне интересно. — И ничего я не знаю. — Ладно, — Дамиан вынырнул и оперся локтем о бортик. — В каких вы отношениях с этим твоим хореографом? — О, я его просто обожаю. — Это и так всем уже понятно. Но в каком таком плане вы друг друга обожаете? — Ну… Во всяком разном. Дамиан закатил глаза и, наклонившись поближе, понизил голос: — Усянь, у вас с ним интрижка? — Да ну тебя, — отмахнулся тот. — Я видел вас сегодня в холле. И видел, как ты на него смотрел. Как, в целом, и он на тебя. Вэй Усянь вздохнул, потягиваясь на поверхности воды: — У нас с ним любовь, ясно? — Да ладно! — Не то, чтобы это секрет, но я не хочу, чтобы об этом трепались все вокруг. — Окей, унесу ваш секретик с собой в могилу. Но тебе не кажется, что рискованно совмещать личное с публичным? — А чего там публичного? — лениво пощурился Вэй Усянь, переворачиваясь на живот. — Ну, о вас там пишут иногда всякое. — Если ничего не порочит честь моего любимого, мне как-то все равно. Я не фанат желтушных заголовков. — А Грайс знает? Что он говорит? — Мы его подбешиваем, но я убежден, что он желает нам счастья. — Обалдеть. Прикольно у вас там. Может, и мне приехать потренироваться к тебе в Китай? — О, тогда готовься проводить на льду по семь часов. — Да ты чокнулся. Вэй Усянь пожал плечами. — Если бы я столько не тренировался, мне бы не хватило смелости претендовать на золотую медаль. — Так ты серьезно собираешься выиграть? Пороху-то хватит? — Дай бог, — вздохнул Вэй Усянь. — А то я уже реально устал. Только и живу фантазиями о скорейшем отпуске. Дамиан ухмыльнулся: — Ну, я не собираюсь уступать. — Я был бы очень расстроен, если бы ты собирался, — хмыкнул Вэй Усянь. Дамиан меланхолично пожевал в губу, пока вдруг не произнес: — А знаешь, хорошо, что ты все-таки решил вернуться. С тобой тут стало весело. Вэй Усянь откинул с лица мокрые волосы: — Ты не первый, от кого я это слышу. Они поплескались еще какое-то время, пока замерзший француз не укутался в халат, оставив Вэй Усяня наедине со своими мыслями. Обдумать все, однако, не получилось — очень кстати у панорамного окна появилась высокая, холодная в лучах ночного города фигура. Фигура с широкими, благородно разведенными плечами, крепкой задницей и шикарными, мясистыми бедрами. — Эй, красотка, один здесь? — игриво склонил голову Вэй Усянь. Фигура потянула за махровый пояс, и полы халата живописно распахнулись. Вэй Усянь присвистнул. — Мой партнер оставил меня одного в номере, — вполголоса произнесла фигура, медленно погружаясь в воду. — Слишком надолго. — О, — Вэй Усянь подплыл ближе и закинул руки на скульптурную шею. — Как можно? Ставлю свой зад на то, что я гораздо лучше всяких там партнеров. — Не сомневаюсь, — Лань Ванцзи притянул его к себе и разместил руки на округлых ягодицах. Вэй Усянь оставил долгий поцелуй на его губах, потерся о щеку кончиком носа и привычно положил голову ему на плечо. — Дочитал свою книжку? — Мгм. — Расскажешь потом, о чем история? — Думаю, ты быстро под нее уснешь, — ласково заправили ему прядь волос за ухо. — Тогда расскажешь мне на ночь, — хмыкнул он, прижимаясь к терапевту грудью. Лань Ванцзи опустил взгляд и небрежно провел костяшками пальцев по его правому соску. Вэй Усянь тихо выпустил воздух, сдерживая стон. Последние несколько дней он кусал губы в предвкушении того, что ему обещал Лань Ванцзи: по возвращении домой, тот должен был на совесть укротить его ошалевшие гормоны. Будет выкручивать ему соски и кусаться, играть кусочками льда и дразнить его горячим кончиком языка. Вэй Усяню сводило колени от одной только мысли. — Здесь нет камер? — оглянулся Лань Ванцзи. — Да плевать, — требовательно взял его лицо в руки Вэй Усянь. — А если нас заметят? — А если нас заметят, нам просто выпишут штраф. А с этим, как понимаешь, у нас проблем не будет. Вэй Усянь нетерпеливо подался грудью вперед, и Лань Ванцзи накрыл губами его сосок. Очень влажно провел языком по сгустку нервов, смазывая слюной. Вэй Усянь вцепился в его плечи, закусив губу. — Вот бы уже все поскорее закончилось. Давай попробуем многочасовые сессии? — Многочасовые? Начнем просто с часовой, — качнул головой Лань Ванцзи и мягко потянул зубами за сосок. Вэй Усянь выгнулся ему навстречу. — Я согласен. — М-м! Я так тебя люблю, Лань Чжань… Мучай меня, сколько тебе вздумается. — Мне больше нравится за тобой ухаживать, — прошептал ему на ухо Лань Ванцзи. Вэй Усянь повел плечом, покрывшись щекотливыми мурашками. Они обжимались в разных уголках бассейна, пока время не перевалило за полночь. Вэй Усянь чувствовал себя совершенно пьяным. Его руки блуждали по телу врача, пока не остановились на мускулистых ягодицах. Он с видимым удовольствием их сжал. Эластичная ткань плавок натянулась. — Знаешь, Лань Чжань, я был бы очень рад однажды тебя трахнуть. Как ты на это смотришь? — взмахнул он ресницами. Лань Ванцзи опустил на него пронзительный, глубокий взгляд. — Ты правда этого хочешь? — Мгм, — Вэй Усянь просунул палец под резинку чужих плавок. — Хорошо, — Лань Ванцзи нагнулся и прижался к уху Вэй Усяня самыми губами. — Я все тебе позволю, если вернешься с золотой медалью. Вэй Усянь пропустил вдох и медленно перевел взгляд на Лань Ванцзи. Тот наградил его ужасно шаловливой улыбкой. Вэй Усянь от натуги закинул голову и крепко зажмурился. Ну что Лань Ванцзи! Он же просто невозможен!