7 ангелов: прибытие

— Ты реально собираешься простить его??? — удивлялась Лиза. — Да, — отвечала Ира, смотря в свои руки, сложенные на коленях, — Мне просто нужно найти в себе силы сделать это, — закрыла она глаза. — Ну и… как ты собираешься это сделать? — Пока не знаю. — Я бы не простила этого мерзавца на твоём месте. Пускай горит в аду, — хмыкнула в конце Лиза, скрестив руки. «Вот только вместе с ним горю и я, — думала Ира, — Где же мне найти силы на подобный подвиг?» Этот же вопрос она задала и своему ангелу, на что получила вот такой ответ: — Я быᴧᴀ бы ᴩᴀдᴀ ᴩᴀᴄᴄᴋᴀзᴀᴛь ᴛᴇбᴇ ϶ᴛо, ʍиᴧᴀя, дᴀ ʙоᴛ ᴛоᴧьᴋо ʍнᴇ нᴇᴧьзя ϶ᴛого дᴇᴧᴀᴛь. Ты доᴧжнᴀ ᴄᴀʍᴀ доᴦᴀдᴀᴛьᴄя, но ᴨоʍни, ʙᴄᴇʍу ᴄʙоë ʙᴩᴇʍя Ира уловила намëк и стала ждать. А пока она ждала, произошло невиданное: у Давида появилась вторая пара крыльев! Ребята узнали об этом от самого Давида. По его словам, он уже давно учил Ангелину правильно называть время, но у той никак не получалось понять и верно определить его. И вот буквально несколько дней назад девочка вдруг впервые назвала время правильно, и в ту же секунду Давид почувствовал, будто внутри спала невидимая преграда, и сил внезапно стало больше. Ангелина, будучи впервые увидев у брата крылья, очень удивилась и даже испугалась, а потом начала пытаться их ощупать. Ей нравилось то, как сквозь них проходит свет. Ребята не меньше исследователей были удивлены подобному раскладу событий, но немного погодя Илья вспомнил, как чумной доктор говорил что-то про нулевой, первый и второй уровень сил. Он предположил, что сейчас Давид перешëл на второй уровень. Лиза с Игорем удивились и задались вопросом об этих уровнях, так что мужчина объяснил им, что на данный момент бóльшая часть из них находится на первом уровне сил. Давид перешëл на второй, а сама Лиза пока на нулевом — О, хе, это похоже на игру, — улыбнулась та, — А что там на этом втором уровне сил будет? — Полагаю мы станем сильнее, — ответил Илья, — Но, быть может, Давид ответит конкретней. — Я не знаю что сказать по этому поводу, — пожал тот плечами, — Я просто чувствую себя немного сильнее. Ну и ещё крылья вторые появились. Сегодня как раз хотел полетать на них. И скорость оказалась раза в два раза быстрее, чем у остальных. Давид только и успевал, что тормозить перед преградами, а про манëвры вообще лучше промолчать. В такие моменты он врезался во всë и всех и, как результат, получил сотрясение мозга, а Игорь сильный ушиб ноги из-за такого же сильного удара и внепланового приземления на эту самую ногу. — Кажется нам нужна арена побольше… — задумчиво произнëс Юрий, исследователь Сергея. — Да куда уж больше, — фыркнул Леонид, исследователь Иры, — Из наибольшего здесь только улица. — Может попробуем туда пойти? — предложил Артур, исследователь Игоря, и все посмотрели на него, — Что? Это должно было когда-нибудь прозвучать. Но Ирина ожидаемо отказала. У них банально нет возможности точно быть уверенными в том, что ребята не убегут. Девушка, конечно, доверяла им, но всему должна быть мера. — Думаете улетят? — спрашивал Артур у Ирины. — Всякое может случиться. Сейчас в целом не это главное. Один из них снова ведëт себя странно, как будто у него скоро произойдëт скачок сил. Да, речь шла о Лизе. С недавних пор она стала вести себя особенно громко и настороженно. Если первое можно было списать на еë характер, то над вторым исследователи задумались. В их целях остановить данное развитие. Хотя в глубине души Ирина и понимала, что этого не произойдëт. Что бы они ни делали человеческая сила слишком слаба и ничтожна перед ангельской. Она этого не показывала, но очень боялась что однажды эти самые ангелы жестоко покарают всех тех людей, которые сейчас работают в фонде и являются их исследователями. А ведь те просто выполняют свою работу. И вот тут-то Ирина подумала, а что если попробовать подружиться с этими самыми ангелами? Быть может, если удастся стать с ними чуточку ближе, они проявят милосердие к людям? Эх, наивные мысли слабого существа. Но она была верна им, не желая верить в обратное. Возвращаясь к Лизе, хоть и было понятно, что она волнуется, сама девушка утверждала, что чувствует себя хорошо и никакого волнения не испытывает. И это действительно так. Ощутимого волнения не было, но было внутреннее, засевшее глубоко внутри. Однако не это сейчас интересовало девушку. Уже довольно продолжительное время еë исследователи, в особенности один из них, испытывает не здоровый интерес к еë же личной жизни. Как мы помним, в далëком прошлом Роза незримо для окружающих подчинила себе Яна и периодически встречалась с ним, с каждым разом всë больше узнавая о Лизе. Это всë было нужно первой для своего плана мести. По правде говоря она его готовила не только для второй, но и для ещё некоторых, но пока не об этом. Роза принуждала мужчину к частому контакту с другими исследователями, ища полезную для себя информацию. Ища способ нанести серьëзный удар по многим ребятам. Параллельно с этим она не переставала унижать Иру и физически и словесно. Куда бы девушка ни пошла, Роза всегда следовала за ней. Что бы первая ни делала, вторая всегда смеялась над ней и критиковала. А когда узнала о мысли о прощении насильника, так вообще никак не могла перестать смеяться и всем об этом рассказала. Не то чтобы это было секретом, но когда окружающим говорят «она собирается слезливо просить прощения у насильника», становится не очень приятно и даже стыдно от подобных мыслей. Казалось бы всем всë равно. Всем да не всем. Давид единственный, кто замечал бóльшую часть издëвок, и единственный, кому это доставляло наибольший дискомфорт. В основном потому, что он видел, как Роза пытается возвысить и приукрасить себя на фоне окружающих, вместе с этим требуя от него внимания к своей личности. Это раздражало с каждым разом всë сильнее. Какое Розе дело до него? Разве Давид не достаточно дал ей понять, что она его не интересует? Видимо нет. Тогда он вновь и вновь стал отторгать девушку, стараясь особо не грубить. Он всë ещё боялся стать копией своего ангела, так что всегда сдерживался. — Ну же, Давидик, удели мне внимание! — просила Роза, обидчиво выпячивая губки. — Мы с тобой не пара, чтобы я тебе его уделял, — отвечал тот. — Так почему бы нам ей не стать? — с восторгом воскликнула она, широко улыбаясь, — Мы оба слишком идеальны для кого-либо ещё! — Роза вскинула свои волосы рукой в сторону, на что Давид вздохнул. — Роза, мне сейчас не нужны отношения. Не до этого. — Ой, да ладно тебе! Ну подумаешь ангелы, магия, фонд и так далее. Что мешает тебе любить? Что мешает тебе быть собой? Ничего. «У тебя это звучит слишком просто. Ты банально не знаешь что я пережил и переживаю»: думал Давид. Это был не первый и не последний такой разговор. С каждым новым разом Роза старалась быть всë ближе и ближе, вместе с этим вспоминая про Ангелину и залезая в душу. Парень всë ещё помнил, что она научила девочку не самым вежливым словам, так что решил напомнить и ей. Та в свою очередь похлопала глазками и заявила, что не помнит этого. — Ну-у, если это всë-таки и было, она уже забыла их. Уверена. Детки они же такие, забывают всë. — У моей сестры всë в порядке с головой, — нахмурился Давид, на что Роза сразу же задакала, силясь придумать новую тему для разговора, ощущая себя неловко и даже немного стыдливо. — О, а как тебе идея сходить в кино? Там выходит отличный боевик. — Я не фанат боевиков. Больше реальную жизнь люблю. — Ну… тогда есть сериалы про реальную жизнь. У меня есть ноутбук. Можем сходить ко мне посмотреть. — Ты не поняла. Я в целом телевизор и фильмы не смотрю, потому что предпочитаю находиться в реальности. Мне не нравится вся эта выдумка. Да и голова болит. Мне тяжело сейчас воспринимать любую информацию. Роза ощущала себя отвергнутой и грустной. Она изо дня в день так старалась обратить на себя внимание Давида и добиться его расположения, а тот просто игнорировал еë или отвергал. Разве это честно? Конечно нет! И девушка понимала это. Полученные грусть, отвергнутость, чувство несправделивости и зависть к другим парочкам преображались в гнев и раздражение, которые Роза изо дня в день выливала на Иру. Почему именно на неë? Да потому что она еë ненавидит. Ненавидит за то, что она такая тихая. Ненавидит за то, что все еë любят. Ненавидит за то, что она так контрастирует характером и поведением на еë фоне. Розе хочется придушить Иру просто за то, что она не такая, как она сама. Первая часто дëргала вторую за волосы, пинала, толкала, наносила удары по больным местам (у Иры это низ живота из-за пережитого ранее и руки), а параллельно со всем этим оскорбляла припоминая абсолютно всë, что могла припомнить. Ира же, что удивительно, не только ничего никому не рассказывала, но и не обижалась на Розу, сама толком не понимая почему: «Почему же я такая… такая жалкая, — шла она к себе, тихонько всхлипывая, держась за ушибленную руку, — Даже обидеться на обидчика не могу… Почему всë это вообще происходит? Почему я просто не могу дать ей отпор? Или рассказать Ире. Почему мне так жалко Розу… Я не понимаю…»