Брат

       На чердаке затхлый воздух, много пыли и неясных теней, которые бродят по стенам. Сэм не хочет признаваться, но они пугают. Да и вообще очень страшно. Он жалеет, что полез в дело, в которое даже Дину отец лезть запретил. Но брат не особо-то и послушался, а он потянулся следом, конечно, тайком. Хотел только разведать, что и как, а потом гордо сообщить Дину информацию, а оказался в плену. Сэм вздыхает и прислоняется затылком к стене. Она скрипит. Дин думал, что ищет оборотня. Сэм, хоть и не был уверен, держался того же. А оказалось, что их враг — хитрый языческий бог. И он точно не по зубам даже Дину. Отец бы справился, но его нет. От холода кожа гусиная, а от неудобной позы затекли уже и руки, и ноги. Сэм едва сдерживает злые слезы и жалеет себя. Дин ничего не знает о том, что он разнюхивал что-то по делу. Брат понятия не имеет, где его искать, да и вряд ли сразу кинется. Темнеет. Тусклого света, который проникает сквозь маленькое окошечко под самым потолком, становится все меньше. Тени выглядят еще страшнее. Сэм почти готов закричать, но уже и так сорвал голос. Дом старый и заброшенный, он стоит на отшибе. В криках нет смысла. Безумно хочется верить, что Дин придет. Они никогда не бросали друг друга. Да, брат не знает, где его искать, но вдруг случится чудо, и он как-то догадается. Сэм готов молиться об этом, но и в этом смысла нет. Он не замечает, как забывается беспокойной дремой. Тени продолжают преследовать. Даже между сном и явью подбирается кошмар. Сэм дергается, но веревки, которые опутывают все тело, держат крепко. — Сэмми, — громкий шепот сначала кажется частью сна. Но голос точно Дина, и Сэм резко открывает глаза. Он готов поверить слепо. Но брат на самом деле здесь. Если это, конечно, не оборотень. — Слава богу! Сэм, — Дин зовет настойчивее. — Эй, ты в порядке? — Нормально. Развяжи меня, пожалуйста, — быстро просит Сэм, который хочет реветь от облегчения так сильно, что чешутся глаза. Дин перерезает веревки перочинным ножом одну за другой. Сэм растирает руки, как только они оказываются свободны, а потом пытается подняться на ноги. Те держать не хотят и наполняются миллионами неприятных иголочек. Брат ворчит и сыплет вопросами, но при этом почти тащит его на себе и по лестнице, и на выход из дома. Сэм хочет спросить, а где божок, но Дин его опережает, и чуть хвастливо рассказывает, как хитро выманил того из его логова. Но он точно вернется, и им надо спешить. Сэм тащит ноги изо всех сил, усилием воли заставляет себя собраться. Дин продолжает сильно помогать и дотаскивает его до машины. Он быстро прыгает за руль и дает по газам. Хоть какое-то спокойствие Сэм начинает чувствовать только тогда, когда дом божка остается далеко-далеко позади. Он даже не спрашивает, куда они едут, наверное, в отель. Он просто безумно благодарен брату за спасение. Дин продолжает болтать, рассказывает, как нашел его заметки в блокноте и понял, что он полез в дело. Говорит еще и еще. Сэм слушает, но не особо вникает. Для него главное то, что брат вновь подтвердил свой статус героя в его глазах. — Эй, Сэмми, плохо? — обеспокоенно спрашивает Дин и щелкает перед его лицом пальцами. — Нет, нет, все нормально, — обещает Сэм. Ему действительно намного лучше, это не ложь. — Дин, я… Спасибо. Если бы не ты, я не представляю, что бы со мной там было. По-моему, этот урод хотел меня съесть. Буквально. — Забей, Сэмми, — отмахивается Дин, но улыбка у него довольная. — Мы с ним разберемся. Хочешь, наваляем ему вместе? — Хочу, — Сэм улыбается в ответ и даже не возражает, что больше всего хочет держаться от божка подальше. Потому что с Дином ему не страшно ничего.