Психологический портрет

— Может, хватит?! — бумага хрустнула в кулаке Брэдли, скомкавшись и местами порвавшись. — Ч-что? — Вот это твоё глупое поведение, — он неясно жестикулировал, показывая на всего Макса. — Да что не так? — Макс отстранился, нахмурившись. — Тебе же всё это не нужно! Макс уже не знал, что ответить. Он смотрел на Брэдли, ожидая более конкретного пояснения. — Да какая-то странная у тебя инициатива. Здесь написано, что у меня беспорядок в голове, а ты во всём видишь то подвох, то позитив. Как будто… Оправдываешь меня. Как будто мы планируем продолжать общение. Я тебе ещё раз говорю, это не значит, что мы будем друзьями! Макс наклонил голову в сторону, и Брэдли с облегчением наблюдал за его замешательством. Ни сожаления, ни азарта. Только растерянность, неуверенность. Сомнения. Макс думал. Воцарилась тишина. Брэдли видел и ждал, что Макс признает его правоту, психанёт, встанет и уйдёт, ляпнув что-то вроде: «Да! Ты доказал, что не заслуживаешь того, чтобы с тобой поддерживали общение». И не дай бог, он включит своё глупое обаяние и снова начнёт говорить: «Всё можно исправить, в душе ты не такой. Тесты не обязательно достоверные». Потому что Брэдли знал: тест недостоверный, разве что за счёт преуменьшения его негативных качеств. Негативных больше по отношению к окружению, чем к себе. Ещё никто не смог оставаться рядом с Брэдли при его ритме жизни. Агрессивное достижение цели, одержимое отношение к партнёру, собственничество. При этом в приоритете всегда карьерный рост. Пазл, в который не вписаться простому смертному. Брэдли устал ждать. Самую малость. А как подначить Макса на ответ? Правильно, пнуть! Макс вздрогнул: — А? — Т… Ты… Ты слушал вообще?! — процедил Брэдли. Ручка в его руке треснула под натиском большого пальца. — Слушал, — его взгляд выражал безмятежность. — И? — И пришёл к выводу, что ты параноик, — Макс поднёс карандаш к губам и прикусил ластик. Брэдли скрипнул зубами. Вот так всегда. Они же вообще не понимают друг друга. В разных мирах! От того и соревнуются из-за каждой мелочи. Он и не ждал, что Макс поймёт. И сам не понимал, чего от него хочет. — Брэдли, я ещё ничего тебе не предложил, а ты уже предостерегаешь о том, с чем мне предстоит столкнуться. — От чего я тебя предостерёг? — От дружбы с таким, как ты. Я вижу, что ты косвенно пытаешься показать мне себя настоящего. Брэдли изобразил удивление. Макс слишком легко его раскусил. Он просто выжидал момент? — Косвенно? Нет, я сделал это прямо. Ради собственной выгоды. Ты снова себе напридумывал. «Знай своего врага в лицо» — слышал такое выражение? — Ты не сможешь заставить меня думать, что я понял тебя неправильно. Ты всем своим видом показываешь своё настоящее отношение ко мне, а когда я отвечаю взаимностью — с недоверием переводишь тему. — Да потому что для тебя это всё шутки, — Брэдли сказал это прежде, чем понял, о чём идёт речь. — О какой взаимности ты говоришь? — он всё же решил уточнить. Сердце громко забилось в груди. И ныло в предвкушении разрушенных ожиданий. От Макса можно было ожидать чего угодно. — Вот ты и ответил на свой вопрос. — Я тебя не понимаю, — Брэдли стал закипать и путаться. — Мне надоело смотреть, как ты ходишь вокруг да около. Не в твоём стиле все эти намёки и увиливания. Я не собираюсь брать ответственность за принятые или не принятые тобой решения. — Ты можешь говорить прямо? — А ты? Брэдли осознал Макса в опасной близости к своему лицу. Вот так прижали. Нет, если бы он хотел уйти от ответов, ему бы далось это запросто. Однако, что если Макс в чём-то прав? Сложно в это поверить, но такая вероятность была. Так считал Брэдли: Макс часто валял дурака, но если дело касалось его семьи или личности, то шутки отходили на второй план. Брэдли сглотнул. Они вообще говорили об одном и том же? Впервые ком в горле не позволил прыснуть ядом. Мысли застопорились. Брэдли чувствовал, что Макс ждал действий. Или признания. Пожар погас, стоило Максу едва улыбнуться. И Брэдли ощутил лёгкость. Он увидел: Макс не давил. Первокурсник наклонил голову в любопытном жесте. Его глаза застыли на губах Брэдли в безобидном ожидании. Плечи опущены, одна рука на коленке, вторая на парте. Он полностью повернулся к нему. Они едва не касались кроссовок друг друга. — Чего ты хочешь? — Брэдли наклонил голову вниз и вбок, бросив взгляд на чужие губы. — Чтобы ты перестал убегать от себя, строить иллюзии и бояться моей реакции. — Почему ты не против? — Хочу, чтобы ты понял, что твоё дело — решиться, а моё — как я буду разбираться с твоими бесами. Не наоборот. Брэдли понял. Столько всего понял, что приоткрыл рот. Макс бы усмехнулся этому действию, но не хотел прерывать кульминационный момент в его жизни. Брэдли понял, что они на одной волне — это раз. Два — Макс узнал всё раньше, чем он сам. Как Брэдли это понял? С первого дня Макс хотел быть с ним. В смысле, в одном братстве. Но Брэдли поставил его в положение выбора и с тех пор они шли путём соперничества. Тоже своего рода способ быть рядом. Он буквально читал Брэдли, его настроение. Три — взгляды Макса были не ехидными. И долгие не потому, что он пытался выведать его слабости. А потому что ждал. Ждал, как ждёт сейчас, что с глаз Брэдли сойдёт пелена собственных предубеждений. Руки задрожали от нахлынувшего чувства свободы. Он усмехнулся. Макс сомнительно улыбнулся. Брэдли закрыл лицо ладонью и засмеялся. — То есть… Всё это время идиотом был я? Макс убедился, что Брэдли всё понял. Он слегка отстранился, но тут же был схвачен за плечи и втянут в объятия. Больше всего на свете Брэдли хотел наконец-таки обнять Макса. Крепко-крепко. Он спрятал лицо в его шее. Макс чувствовал, как чужое тело дрожало, но не из-за слёз. Брэдли глубоко дышал, не зная, почему стало так легко, почему с Максом всегда так просто. — А ты тоже умеешь быть непредсказуемым, — Макс не знал, как сказать, что ожидал страсти. — Нет-нет-нет, не в этот раз. Ты слишком… Я не хотел… — Спугнуть меня? Ещё не понял, что от меня не так просто избавиться? — Макс... — Что? — Меня на большее не хватит. — В смысле? Брэдли отстранился и от его взгляда по телу прошёл холод. — Ты мне нравишься. — А почему ты говоришь это с таким жутким видом? — Макс. Макс напрягся. Брэдли произносил его имя непривычно низким голосом, словно прощупывал. — Ты хоть представляешь, на что подписался? В ответ ему молча кивнули, сделав вид, что уверенность в своём решении не была потеряна. — Скажи это вслух. Макс ощутил сомнения, потупил взгляд, но Брэдли нежно взял его за подбородок, заставив смотреть в глаза. — Ты тоже мне нравишься… Я… Понимаю, на что подписался. Уголки губ Брэдли растягиваются в улыбке, он кивает и приближается. Их губы соприкасаются. Жарко и холодно от стали. Мягко. Сердце отбивает чечётку. Брэдли из-под прикрытых глаз наблюдает за реакцией Макса, тоже прикрывшего глаза. Отвести взгляд ему мешал отчасти страх. Столько адреналина Макс в жизни не получал. Кровь вскипела, щёки воспылали, а руки дрожат. Брэдли встаёт со стула, тянет за собой Макса и усаживает на парту, не разрывая зрительный контакт. Встаёт между ног, закрывает глаза, углубляет поцелуй. Макс чувствует одеколон Брэдли, жар, исходящий от него. Напряжение, словно они на волоске от неизбежного. Макс закидывает руки на чужие плечи, впутывает пальцы в волосы. Брэдли обнимает его за талию и мнёт второй рукой бедро. Губы слегка опухают — в них искрится чувствительность. Макс столько раз смотрел на губы Брэдли, когда он говорил, улыбался. Едва сдерживался, чтобы не заткнуть его поцелуем, когда перегибал с сарказмом и шуточками. Макс всегда сжимал или даже кусал губы, если держаться уже не было сил. А Брэдли, сам того не подозревая, дразнил его, приближаясь в порыве эмоций. Особенно когда злился. Макс вспомнил, как Брэдли злился и прижал его крепче, даже приобняв ногами за бёдра. Кожа на талии саднила. Брэдли был преисполнен чувствами. Когда-то он ещё отрицал, что его привлекает Макс. Его неопрятность. Его запах. Деревенские замашки. Глупый смех. Щербинка. Страсть к опасности. Зависимость от эмоций. Брэдли хотел владеть этим всем. Хотел реализовать все свои потаённые фантазии. Осуществить сны. Коснуться каждого сантиметра его тела. Ощутив запах Макса при объятии, все эти чувства воспылали с новой силой. Он получил заветное разрешение и больше не примет отказа. По крайней мере, пока не насытится им сполна. Поцелуй смазано спустился на щеку Макса, затем на шею. От неожиданности парень прогнулся в спине, откинув голову. Грубость Брэдли заставила его вскрикнуть. — Макс, — шепнул Брэдли и Макса передёрнуло от щекотки под ухом. — Останови меня. Он не хотел возвращаться в реальность, но она настигла его одной фразой. Зазвучало пение птиц за открытым окном. В глаза ударил солнечный свет. Воздух посвежел. Ощущение окружающего пространства стабилизировало физическое состояние. Тело расслабилось. Вернулась ясность сознания. Макс глубоко вздохнул, осмотрелся по сторонам и мягко оттолкнул Брэдли за плечи. — Ты прав, Брэдли, — Макс взял его за щёки и заставил посмотреть в глаза. — Всё в порядке, но этого достаточно для первого раза. Туманный взгляд напротив сверкнул, оповестив о возвращении владельца сознания. Брэдли улыбнулся, покачав головой. — Как у тебя всегда это получается? — Я знаю, что ты прислушаешься, если для тебя это важно. — А если не получится? — А кто сказал, что я всегда буду останавливать тебя по-хорошему? Брэдли засмеялся чисто и открыто, задрав голову вверх. Макс, глядя на редкую, но полюбившуюся картину, тоже не сдержал смешка. Они простояли в обнимку ещё очень долго, не желая упускать момент уединения, забив на тест, на пары и на то, что кому-то трижды понадобилась аудитория. Но ключик-то занят.