Target

***

      Рей любил снегопад.       В Японии зимой нередко выпадал снег, неглубокий, но промозглый. Пахнущий сыростью, мхом и срезанными стеблями цветов. Он укрывал улицы пеленой и напоминал о том, что тепло нужно заслужить.       Сидя в своём гнезде на крыше, Рей чувствовал, как холодный ветер касался его лица, перебирая пряди волос. Он слегка пошевелился, упирая локти и медленно нацеливая винтовку на сцену. Кому пришло голову устроить зимой выступление балета на открытом воздухе? Видимо тому, кто ненавидел балет.       А конкретно тому, кто заказал его сегодняшнюю цель.       С места, где Рей сейчас находился, сцена просматривалась идеально. И когда его заказ вышел под свет софитов, сердце Рея дало сбой. В задании не было фотографии. Было место, время, имя и сумма. Поэтому, когда в перекрестье снайперского прицела он увидел тонкую улыбку, он замер.       Движения цели были легкими, как перо, подхваченное ветром. Казалось. что у него нет костей или они сделаны из жидкости, когда он танцевал. Рей не отрывал взгляда от вращений, когда кисти рук были такими элегантными, что напоминали птичьи крылья… Танцор выглядел как человек, нарушивший ради танца все законы физики. И даже далекий от сцены Рей мог признать талант.       И красоту.       Нежный шифон и кружево, белоснежный жемчуг и шелк. Все это подчеркивало холодность роли. Капризное движение плеч, ярость во взгляде, за которым спрятался пожар и вызов. Рей улыбнулся.       Понятно почему его заказали.       Он лежал сейчас в засаде, ровно дыша и глядя в прицел на свою цель. Приклад его винтовки крепко прижимался к плечу. Он знал, что его одежда спрячет его от камер, от лишнего внимания и от случайного взгляда. Он практически невидим. И поэтому он слегка хмыкнул, когда заметил на соседней крыше какого-то недотепу, настраивающего винтовку так явно, что странно, что его еще не заметили.       Значит, заказчик решил подстраховаться. Интересно.       Он вел прицелом, медленно осматривая остальную территорию. Второго снайпера он заметил по блеску уличных фонарей в его прицеле. Третий этаж недостроенной многоэтажки был кстати его первым выбором, но, подумав, Рей решил отказаться от него. Слишком узкий коридор отхода. Интересно. Этот номер два мог бы быть ему соперником, но не дотянул по очкам опыта.       Третьего он заметил случайно, скорее на инстинктах, чем реально увидев движение ствола винтовки. Деревянные ставни традиционного храма слегка шевельнулись, пряча за собой темноту… Но Рею было вполне достаточно и этого, чтобы он понял позицию новых целей. И выстроил в голове порядок их устранения.       На сцене танцор поднял подбородок вверх, полностью обнажая шею. Скрипичные ноты нарастали, усиливались, накатывая на выступающих. Вызывая волнение в рядах других танцоров. Но только не у него. Его арабеска идеальна. И так же идеален демонстративный уход от партнера, слишком слабого, чтобы выдержать настоящий жар…       Первый в очереди тот, что на третьем этаже. Опасный, умный и явно использующий дорогую технику. Прежде чем он сделал выстрел, он сузил перекрестье прицела, мысленно рассчитывая движение пули и скорость ветра.       Мощный глушитель сделал своё дело. Ствол винтовки задрался вверх, перекатился пару раз из стороны в сторону. И замер.       Вращение танцора отпугнуло новую попытку приблизиться. Крещендо музыки нарастало, когда он развернулся лицом к очарованной им публике. Каждый выдох, каждый момент танца был практически гипнотическим: легкое, но устойчивое напряжение мышц, мягкий блеск пота от напряжения, уверенность в шагах…       Рей чувствовал, как на сцене все повышался градус напряжения. Он выцелил недотепу на крыше. Щелчок бойка и устранение прошло идеально.       Остался последний. Самый трудный из-за ставень на окнах. Рей сделал глубокий вдох и нажал на курок. Резкая нота музыкального сопровождения послужила идеальной маскировкой треска выломанной ставни. Со своего места Рею было прекрасно видно тело и расползающееся вокруг него пятно крови.       Идеально.       Но осталось последнее.       Спуститься из гнезда — пять секунд. Пробежаться по заснеженному парку до безопасной точки — две минуты. Разобрать винтовку — тридцати секунд. Все это время перед глазами стояли картинки ключиц, украшенными капельками пота. Которые блестели ярче, чем кристаллы на корсаже, и вызывали мучительное желание попробовать их на вкус.       Рей нырнул в темноту кулис. Его форма идеально подходила для маскировки под обслуживающий персонал. Никто не обращал на него внимания в гнезде. Никто не обращал внимания на него сейчас, когда он двигался в тенях. Все ближе и ближе к своей цели.       Аплодисменты публики были не более чем дальним шумом, когда в темноту кулис со сцены вошел танцор. Зрачки его широко раскрылись, когда Рей схватил его за руку и рывком затолкал в отнорок, скрытый от всех жадных глаз.       Горячий выдох вырвался с губ, когда Рей толкнул цель к стене и впился поцелуем в его губы. Каждое прикосновение языка опьяняло, каждое столкновение зубов ставило клеймо. И Рей не мог насытиться его вкусом, поднимая руку и сжимая мягкий волос на затылке в крепкой хватке. Воспринимая сдавленные стоны, как музыку, пальцы Рея скользили по корсету, пока он оставлял следы на ключицах. Прижимаясь жадно губами и вырывая глухие всхлипы. Колено вжалось между ног, раскрывая жаркое, горячее, соблазнительное…       Объятия сжались, разделяя одно дыхание на двоих. В одной минуте от отчаянного и никогда не достаточного…       В парке раздались звуки сирен, заставив Рея замереть. Осознавая, где они и что нужно ему делать. Тело напряглось, готовое вновь выцеливать цели...       Мягкий поцелуй в его висок привлек внимание.       — Ты снова спас мне жизнь, — Танцор не делал попыток вырваться, смотрел внимательно. — Ты так хорошо справился, Рей. Ты в порядке?       Внутри разума Рея будто щелкнуло что-то. Он моргнул, когда на него накатила волна звуков и запахов. Он прижал к себе Сана за талию, расслабляя мышцы, и улыбнулся.       — Да. Со мной всегда все в порядке. Потому что ты все, что я когда либо хотел защищать, Сан.       Миссии влияли на Рея. Он мог отключиться. Или упасть в такую глубокую яму подсознания, что самостоятельно выбраться не получилось бы. Но он знал, что в конце концов, с ним все будет в порядке.       Сан всегда рядом с Реем, чтобы вытащить его. Вот почему Сан — его главная цель.