картина

С самого детства Чхве Ёнджун любил рисовать. Все всегда говорили, что у парня настоящий талант, и что он будто создан лишь для того, чтобы творить прекрасное на холсте легкими движениями кисти. Сам он вовсе и не отрицал это — раз за разом появлялись все новые картины, одна лучше другой. Сегодняшний вечер вовсе не исключение. Посреди комнаты с приглушенным светом, рядом со столиком, стоял большой, еще пока пустой холст. Обычно картины Ёнджуна были отображением его чувств: глядя на них, сразу можно было понять, что именно чувствовал художник, когда рисовал. Бывало, что парню вовсе не составляло труда быстренько нарисовать что-нибудь, но бывали и случаи, совсем наоборот — тот мог лишь с трудом выразить что-либо. Постояв перед все еще пустым холстом, решив, что ему хочется чего-то необычного и "не такого" — Ёнджун мигом взял кисть. С самого начала он решил нарисовать море; какой-нибудь летний пейзаж, который вызывал бы лишь приятные, теплые ощущения. Он начинал с обыкновенных, простых и тонких мазков, и уже будто вырисовывалось что-то. Вот теплый песок, к которому приливает море, невероятный закат, смешанный из разных, не очень ярких цветов, сбоку должна, точно должна, показаться гора. И непонятный силуэт, стоящий рядом. Ёнджун полностью погряз в своих мыслях и мечтах. Даже не думая о том, что творит, он продолжал рисовать. Возможно, он думает о том, как прошел его день, или же о том, что будет делать завтра, а возможно он думал о ком-то. Никто не знает, что было на тот момент в его голове, кроме самого Ёнджуна. Час ночи. Погрузившийся в свои грезы, словно ребенок, мечтавший о чем-то, Ёнджун даже не заметил, как наконец закончил свою работу. Придя в себя, тот почувствовал очень смешанные чувства. На картине он четко видел кареглазого парня, в черной рубашке и джинсах; прическа у него была простая: черные, короткие волосы. На переднем плане картины было море, волны, закат, и небольшой камень сбоку, на котором стоял незнакомец. Позади него виднелась темная, едва заметная гора, и только благодаря нежным, фиолетовым оттенкам, наполнявшим картину, создавалось некое чувство спокойствия (хоть это и довольно спорно). Изображенное на холсте вызывало у Ёнджуна недопонимание. Парень стоял с пустым взглядом и глуповатой улыбкой, залюбовавшись на пейзаж, опустив руки вниз. На его шее был фотоаппарат — видимо, он пришел туда, чтобы сфотографировать закат. Главное, что пугало Джуна, это то, что он не знает его. Он не знал и знать не мог того, кого нарисовал. Черты лица парня казались такими необыкновенными, непривычными и странными, что тот еще несколько минут стоял, разглядывая холст. Безусловно, он был красив, его нарисованная улыбка была так выразительна, словно сияла, да и сам он, как будто светился. А на языке лишь крутилось имя.. *** Спустя пару дней, идя по набережной в довольно жаркий весенний вечер, Ёнджун все еще думал о своей картине. Он все еще думал об этом мальчишке, о его глазах, растрёпанной прическе, да и в общем о его образе. Он представлял, как общается с ним и касается его теплых рук, думал, как проводит с ним выходные, ходит с ним на прогулки. Он воображал его как живого, вполне настоящего человека, будто тот действительно существует, а Ëнджун в свою очередь действительно испытывает к нему какие-то чувства. Однако, в глубине души Джун понимал, что это невозможно — невозможно ни влюбиться в нарисованного парня, ни действительно отыскать такого. Что-то внезапно отвлекло его от фантазий. Скорее всего, он осознал, что все, о чем он думает — полнейший бред. Ёнджуна даже немного пугало то, что он в действительности размышляет о таком. Он вернулся в реальность. Звуки машин, свет фонарей и гул ветра навевали ему теплую, уютную атмосферу; такая погода вызывала только улыбку на лице. Переместив свой взгляд вперед, тот встал на месте и словно застыл в ужасе: прямо сейчас, там у дерева, держа в руках фотоаппарат, стоял тот парень. Именно тот парень с картины, которую совсем недавно, собственными руками, нарисовал Ёнджун. Парень, которого тот взял с головы, просто выдумал.. Его сердце забилось громче, а дыхание становилось все чаще и чаще, по его лицу пробежал пот. "Такого ведь просто не может быть" — думал Ëнджун. Того охватил жар, а затем страх и тревога окутали до дрожи в коленках. Глаза парня, они выглядят точь-в-точь как на холсте, точно такие же, как у того незнакомца, что смотрел на закат, стоя возле моря. Такие же безумно красивые карие глаза. Это точно он, без сомнений, там стоит именно он, парень, с картины Чхве Ëнджуна. И на языке все крутится имя.. А затем звучит уже знакомый будильник и тот открывает глаза.