Психбольница

***

Вова сколько бы не старался не показывать родителям что он какой-то другой, в отличие от своих сверстников, его все равно затолкали в психушку. При этом Иванов, умоляя на коленях, рыдал на взрыд, лишь бы не туда. Он обещал: быть прилежным, послушным, учиться, никогда больше не показывать свой характер, абсолютно быть идеальным ребенком. Но, только мать его слегка пожалела, а отец еще раз ударил и орал на всю квартиру что невозможно раздражается от любого действия Вовы, и он устал вечно слышать одно и тоже, видеть одно и тоже.. и поэтому, принято решение спихнуть это дело на псих.больницу. —Мам... пожалуйста..— дрожащим голосом все твердил парень, цепляясь за ее платье в машине, совсем как в детстве, когда они ехали на отдых и его переполняли лишь радостные эмоции, правда, сейчас ему настолько было плохо, что "радостные" эмоции ушли далеко, на задний план. —Вова, не трогай меня.— как-то флегматично попросила она, ей конечно есть дело до своего сына и она любила его, но почему-то ей было противно от своего же сына. —Ну мама...— плакал он, когда понимает что машина уже остановилась, и отец жестокой хваткой вцепился ему в руку, вытягивая грубо из машины.— Мама!— последнее слово и он отдаляясь от машины смотрел в материнские глаза, а дальше он видит закрытые перед лицом двери. Все происходит слишком быстро и непонятно. Сцены производятся обрывками. Сперва отец затащил его в эту больницу, провел через тучу больных людей что смотрели на Иванова словно жертва, конечно же он задрожал и сжимал руку так сильно, что было больно ею двигать в дальнейшем. После, они зашли в кабинет и поговорив там, отец ушел, кинув в него рюкзак с вещами и оставив парня одного. Вова же конечно бросился к отцу, но его остановили, преградив путь. Потом доктор махнув рукой, приказал двум парням отвести "больного" в палату. Уже оказавшись там, Володе было жутко и страшно. Было всего четыре кровати и на трех кроватях были такие же подростки как и он. Возле свободной кровати, был брюнет, с вытянутым лицом и таким же длинным телом. С другой стороны от него, находилась девушка с синими волосами и с небольшими татуировками. А прям снизу свободной кровати располагалась еще одна кровать, где весело сидел скорее всего высокий парень, с черными волосами. Пройдя чуть внутрь, Вова аккуратно сел на кровать, неприятно сморщившись от скрипа. Вова полностью сел на кровать, сжал портфель, вжался в стенку, осматривая всех людей что находились в палате. —Ты новенький что-ли..— тихо и хрипло спросил брюнет что сидел и точно смотрел на парня, что заставило того еще больше вжаться в стену, но на вопрос кивнул.— Понятно, я Антон.— сказал также тихо так называемый - Антон. —Привет.— из неоткуда вылезла девушка с синими волосами, вся такая радостная и веселая, улыбаясь во все зубы.— Я Лиза, а тебя как зовут.— девушка протянула ему руку, искренне или фальшиво улыбнулась Вове, когда тот взаимно ее пожал.— Тебя по какой причине сюда сунули?— вопрос с болью раздался по телу, он не хотел вспоминать, так как было больно.. —ПА и многое другое.— Володя решил не затрагивать эту тему, так как боялся что люди не примут его, как и его родители.— А ты почему тут..?— поинтересовался он. —Ммм... Ну, это неважно.— отмахнулась Лиза, ярко улыбаясь, показывая белоснежные и ровные зубы. Последний парень так и не удосужился познакомиться с Вовой, хотя к тому кто находился в этой комнате и за переделами ее, относился очень хорошо, и даже вел с ними разговор. А Вову игнорировал. Но зато через Лизу он узнал что его зовут Влад. Каждый день Иванов мучился бессонницей, бесконечными паническим атаками, и желанием покончить с собой как можно быстрее. Он вспоминал когда последний раз видел свою мать, ее глаза... Ее зеленые глаза и светло-русые волосы. А отца — он и знать не хотел. Каждый день ему приходилось торчать здесь, без единой помощи и найти спасение от своих же мыслей. Рассказать мед.персоналу, было равносильно тому что он не выйдет отсюда хотя бы через год. Он буквально потухал каждый день. Каждый день пил эти сранные таблетки, что казалось больше провоцировали панички. Зайдя в ванную комнату, он глянул в зеркало, осматривая свое бледное, серое лицо, с синяками на глазах, и с опухшими от слез глаз. Постояв так еще пару минут, к нему зашел Влад. —Выйди, я первый зашел.— приказал ему Вова, но тот никак не отреагировал, а лишь смотря через зеркало, глядел ему в самые глаза. —Нет.— ответил парень, становясь сзади него, обхватывая его талию. —Ты че творишь, отстань!— кричит Володя, но его во время хватают за подбородок и прикрываюсь ладонью рот. Одним движением руки его штаны с нижнем бельем падают на плитку. Иванов снова возвращается в то чувство, когда его родители отдавали его сюда. Длинные и горячие пальцы пробирались под футболку, очерчивая каждый сантиметр, лаская уже твердый сосок. Влад приспустил свои штаны, которые после сами упали, резко вошёл в Вову. Крик который смешался со слезами разлетелся по всей ванной комнате. Буквально вытрахивая из бедного парня последние силы, которые и так не хватало. Влад лишь смахивал капельки пота со своих волос. Алая струя крови что текла по ляжке Вовы, позже смешалась со спермой Калюки. Но даже после того как он кончил, он продолжал входить и выходить из ануса парня, что болезненно сейчас страдал. Сейчас Иванов чувствовал себя ужасно, хотелось чтобы это все, закончилось, как можно скорее. Его волосы хватали, почти выдергивая из кожи головы, смазливо целуя в губы. Совсем без прелюдий, сразу переходя на шею, оставляя багровые поцелуи и засосы, что превратятся после в синяк. Когда Калюка второй раз кончил, он отпустил Вову, стал одеваться, смотря как беспомощный Вова старается не упасть, но выходит ужасно плохо. Уходя под тихие всхлипы, он ухмыляется. Парень, забирается в душевую кабину, и просто включив самую мощь, с горячим душем, он пытался успокоиться и смыть эту «грязь» с себя. Он не чувствовал ни-че-го, лишь адскую боль в анусе, развал собственного сердца на несколько тысяч кусков. Стирая собственное свое тело всем, чем только можно, он старался забыть эти все прикосновения, от которых становилось противно, до такой степени что аж его тошнило. Выходя из душа, и заходя в комнату, он видит самодовольную, ужасно безобразную рожицу Влада. Который весь вечер пытался как-то рассмешить парня.. но все выходило зря, ведь Володя опасался парня, истерически плакал, когда тот приближался к нему хоть на метр. Вова, старается держаться, он - старается, молиться всем кто есть свыше, чтобы дали ему сил, чтобы не сделать на себя рукоприкладство... Но, труп Вовы все-таки нашли, где-то в уголке ванной комнаты, словно маленький котёнок, безжизненно глядя в даль. В руке был осколок плитки, что скорее всего была воткнута в сонную артерию, и на нем была кровь, а с шеи также вытекала кровь. Он не справился... Он не дожил до конца, он не смог побороть этого насилия над собой. Ему оставалось всего лишь день, и именно в этот день к нему собирались родители, забирать его домой. Но даже те, прикрыв рот рукой и глаза, рыдали на взрыд, прося прощения у своего сына, которого увозили, прикрыв его тело черной тканью. А Калюка, лишь улыбался, словно неживой, смотря на кого-то рядом с собой, а потом и вовсе обнимая воздух. —Вовка..— искренне улыбнулся Влад, прикрывая свои глаза.