Меж двух огней.

Вот и закончились выходные, а за ними снова наступает понедельник. Для нашего героя это означает, что время отдыха закончилось, и начинается его работа. По расписанию он узнаёт о новой «жертве» — о ребёнке, который страдает от так называемой матери, и начинает следить за ней. У него есть три дня, чтобы изучить ситуацию, и четвёртый — для того, чтобы «охотиться». Ему не составляет труда перевоплотиться в местного жителя и влиться в компанию своей цели. Он начинает изучать её и втираться в доверие. Этим он занимается в вечернее время. Сейчас у него другая работа — он строит из себя строгого охранника местного олигарха. Полдня он сопровождает его по всему городу, слушает, как он жалуется своим друзьям-олигархам на проблемы, и так до конца смены. Нелегко, но иногда в ЧОПе бывают такие смены. В ФЭС кипит работа. Даже лаборанты не сидят без дела. Оксана и Анатолий запрашивают записи камер со всех близлежащих улиц в районе Кузьминки. Оперативники в очередной раз проверяют все места, где были найдены тела убитых женщин. С утра Рогозина оставила Круглова главным, а сама отправилась в министерство. Только Субботину повезло: его отправили домой до вечера, чтобы он мог сменить Власову на ночной смене. Юля и Рита тщательно осмотрели каждый уголок парка, подстригли траву на том месте, где лежали жертвы, опросили многих местных алкоголиков и даже проверили все мусорные баки в парке, хотя и не совсем понимали, зачем это делают. Но они надеялись найти хоть какие-то зацепки. После разговора с очередным постоянным покупателем алкомаркета Соколова была очень недовольна от такого круга общения с местным аборигеном. А Власова, хоть и держалась из последних сил, тоже уже была на пределе. — Уверяю вас! — очередная женщина пытается убедить полицейских. — Их всех погубила нечистая сила! Напарницы лишь устало вздыхают и переглядываются, как бы говоря: «Ну, это всё объясняет». — Кто же из нечисти, на ваш взгляд, их убил? — с иронией спросила Соколова. — Как кто? — удивляется местная жительница, словно майор спросила что-то непонятное. — Бес, конечно же! Посмотрите, какой он чёрный! — Удивительно, как мы сразу не подумали о демоне, — с иронией говорит Власова. — Спасибо за помощь, — благодарит Рита и вместе с Соколовой отходит от людей, верящих в сверхъестественное. — Ну что, будем закрывать дело? Сомневаюсь, что мы поймаем этого «преступника», это не наша специализация, — с улыбкой говорит майор. — Интересно, если мы расскажем Султанову, что убийца — демон, нас сразу отправят на лечение? — спрашивает капитан, поддерживая тон Юли. — Давай не будем проверять, — сказала Соколова, не задумываясь. Усевшись в служебный автомобиль, майор заводит его и быстро уезжает из знакомого им района. Не прошло и десяти минут, как на планшете высветился видеозвонок от Ломова и Рита сразу принимает его. — Дамы, вам нужно будет заехать в ресторан «Магадан» по пути, — только и успел сказать эксперт, как глаза обоих оперативников округлились от удивления. — Ты настолько разбогател, что уже обедаешь в таких ресторанах? — спрашивает Юля. Она, наверное, знает, о каком месте идёт речь. — Боюсь, с нашими зарплатами нам полгода копить на один только обед в таком ресторане, — говорит Ломов, пытаясь их успокоить. — Но я не жалуюсь, моя зарплата меня вполне устраивает. — Вы хотели обсудить зарплату или всё же рассказать о ресторане? — спрашивает Маргарита. — Ах да, точно! — снова начинает свой рассказ Толя. — Вас будет ждать участковый с постановлением суда об изъятии записей с камер видеонаблюдения за последний месяц. К сожалению, по-хорошему договориться с хозяином ресторана не получилось. Ломов добавляет: — «Возможно, наш убийца попал в объектив камер, ведь, скорее всего, он идёт в парк пешком, а путь через эту улицу — самый короткий от более благополучных районов». — Толечка, ну сам посуди, разве наши олигархи и бизнесмены когда-нибудь сотрудничали добровольно? — говорит Юля. — Это же элитный ресторан для богатых посетителей, которые даже на обед приходят в сопровождении охраны. — Да, пожалуй, я сказал всё, что хотел, — произнёс эксперт, задумавшись. — Вас уже ждёт участковый, а также директор ресторана с постановлением на изъятие. Соколова сразу же сворачивает в Берсеневский переулок и включает мигалку, чтобы проехать мимо всех этих утомительных светофоров и быстрее добраться до места. Им даже не пришлось вводить адрес заведения, потому что не у каждого ресторана можно увидеть около семи и более чёрных иномарок. И не у каждого ресторана можно увидеть мирно стоящего участкового. Самое сложное — это припарковать машину в такое время дня, когда все состоятельные люди решили пообедать в одном и том же ресторане. — Я так понимаю, это нас ждут? — спрашивает Соколова у напарницы, кивнув в сторону местного участкового. — Думаю, да, — отвечает она. — Здравствуйте, мы из Федеральной Экспертной Службы, — говорят капитан и майор, показывая удостоверение. — Нам необходимо постановление от вас. — Здравствуйте, лейтенант Громов, — представляется он, протягивая файл с документом. — Вот, как вы и просили. Распрощавшись с лейтенантом, сотрудники ФСБ направились ко входу в ресторан, где было очень многолюдно, не считая личной охраны присутствующих. На ресепшене ресторана девушка представилась и указала сотрудникам на кабинет директора. Они отправились туда. Однако в кабинете оказалась только милая девица, которая любезно сообщила им: «Хозяин и директор находятся в зале за третьим столиком». К своему удивлению, Власова заметила в окружении охраны за тем самым столиком своего нового знакомого из бара. Ей удалось сохранить спокойствие и сделать вид, что она не знает охранника. — Добрый день, — первой поздоровалась Соколова. Не желая тратить время на формальности, она сразу же показала своё удостоверение: — Майор Соколова, Федеральная экспертная служба. — Капитан Власова, — в тон Юле говорит Рита. — У нас есть постановление об изъятии записей с камер вашего ресторана за последний месяц. — У нас обед, приходите через час, — сказал мужчина с явным пренебрежением. Юля недовольно посмотрела на него и заметила, что её напарница тоже возмущена. — Простите за беспокойство, но мы пришли без предварительной записи, — говорит Власова с улыбкой, но её взгляд остаётся холодным. — Или мы можем рассматривать это как нарушение статьи 294 Уголовного кодекса Российской Федерации «Воспрепятствование предварительному расследованию». За такое нарушение предусмотрен штраф в размере до двухсот тысяч рублей или лишение свободы на срок до двух лет. — Господин Кривицкий, вам следует выполнить решение суда, — сказала майор, поддержав свою коллегу. — Иначе, возможно, обнаружатся и другие нарушения, а вам это нужно? — Хорошо, хорошо, пойдёмте в серверную, — сдался владелец заведения и прошёл мимо оперативников. — Так бы сразу, — бросила ему вслед Рита, и они с напарницами поспешили за ним. Они покинули ресторан только через полчаса. Сначала охранник в серверной делал вид, что не знает, как скопировать записи, затем владелец заведения снова начал задавать вопросы, почему им нужны записи за целый месяц, хотя ему уже объяснили причину. Когда они наконец добрались до конторы, Рогозина сразу же объявила о совещании в переговорной через час. За это время эксперты должны были просмотреть записи и найти что-нибудь подозрительное, а точнее, кого-нибудь. Пока в лаборатории шла работа, оперативники, к которым уже присоединился Субботин — неизвестно, зачем он приехал так рано, — уединились в буфете за чашкой кофе. Даже в свободные минуты они обсуждали общее дело. Так незаметно пролетел час, и теперь вся смена в полном составе находилась в переговорной. — Как я понимаю, опрос местных жителей снова не принёс результатов? — спрашивает начальница у оперативников. — О, не стоит так говорить, — усмехается Власова. — Одна местная жительница уверяла нас, что всех убила нечистая сила. — Проще говоря, их одолел бес, — шутит Соколова. — Оригинально, — удивляется Рогозина. — Мы так и доложим начальству? — И уже серьёзно спрашивает: — Что-нибудь существенное есть? — Галина Николаевна, мы оказались правы, — начинает Ломов. — Убийца живёт не в Кузьминках, а в другом районе, но где-то рядом с ними. — На камерах видеонаблюдения именно вечером был замечен один и тот же мужчина. Его рост примерно 1,70 метра, телосложение крепкое. Однако ни одна камера не смогла распознать его лицо, — говорит он, взглянув на свою коллегу по лаборатории. — Серийный убийца хорошо знает расположение камер в этих районах города, — заканчивает мысль Оксана. — Невозможно пройти несколько кварталов и не попасть в объектив камеры, не зная их местности и расположения. — И этот человек может быть профессионалом, — спешит подтвердить Толя. — Мы имеем дело с настоящим специалистом. Я уверен, что он не псих, не больной и не сошедший с ума. Он предполагает, что этот человек, возможно, работает в сфере, связанной с законом или охраной, поскольку он всегда работает чисто. Или, может быть, он хакер, раз знает о камерах. — Вы хотите сказать, что наш убийца может быть представителем власти? — пытается понять Рита. — Вполне возможно, — соглашается Оксана. — Час от часу не легче, — вздыхает начальница. — Но мы также выяснили вот что, — не сдаётся Толя. — След на месте последнего убийства очень похож на подошву берцев, почти все модели имеют такую подошву. — Это уже кое-что, но представляете ли вы, сколько людей в Москве носит берцы? — спрашивает Галина Николаевна. — Эти берцы сделаны из натуральной кожи, а не из кожзама, — продолжает Оксана. — Такие можно найти только в восьми магазинах в Москве. — Количество возможных вариантов уменьшилось с миллиона до пятисот тысяч, — усмехнулась Соколова. — Кстати, на ноже, который использовался в предпоследнем убийстве, есть смазанный отпечаток, но он не совпадает с отпечатками из баз данных. Неизвестно, принадлежит ли он преступнику, — говорит Ломов, пожимая плечами. Он продолжает: — Нам обещали предоставить информацию о социальных службах района Кузьминки. Мы будем проверять номера телефонов, которые могли использоваться в одном и том же здании в период совершения убийств. Это поможет нам понять, есть ли у серийного убийцы сообщник. — Отлично, тогда совещание на этом можно считать завершённым, — подводит итог Рогозина и выходит из переговорной. Вечером на улице становится особенно хорошо: тишина и спокойствие. Не во всех районах, конечно. День сменился вечером, и охранник ЧОПа решил сменить свой образ на прикид местного бродяги. Он приехал в нужный район и стал наблюдать за женщиной. Она была наркоманкой. «Куда катится мир? У неё шестилетний ребёнок, а она накуривается до потери сознания», — подумал мужчина. Если бы кто-то спросил его: «Для чего ты убиваешь?», он бы рассказал о том, что произошло с его братом и сестрой по вине такой же матери, как и его жертвы. Спастись удалось только ему. Когда ему было двенадцать лет, его мать выпивала с подругами на кухне. Вечером, когда все разошлись, она закурила в доме и уснула. Но его дома не было — он ушёл играть с другом в футбол, а брат и сестра спали дома. Мужчина также рассказал бы о количестве своих жертв, его любимое число — семь. Он встаёт и подходит к девушке, делая вид, что тоже находится под действием наркотиков. Она смотрит на него и, улыбаясь, протягивает ему косяк. Он, конечно же, его принимает, но так, чтобы она не заметила, он меняет косяк на обычную сигарету, которую приготовил заранее. — Как вас зовут, прекрасная девушка? — вот он профессионал в смене интонации. — Как же хорошо сегодня! — Она не игнорирует, просто мысли её где-то далеко. — Я Ольга! — А вот теперь она снова с ним. — Спасибо, подруга. С утра ломит, — говорит он, прикуривая «самокрутку», и, махнув рукой, прощается до завтра. Завтра он снова придёт сюда, снова в образе бродяги. Он будет притворяться наркоманом. Его жертва даже не поймёт, кто он такой и знаком ли ей этот человек. Тем временем он приезжает к себе домой, переодевается в повседневную одежду и снова выходит на улицу. Включив телефон, он отправляет единственное сообщение на номер, который было непросто найти.

«Как насчет того, чтобы третья встреча прошла по предварительной договоренности?» 20:20

Он нажимает «Отправить» и идёт по вечерней Москве, вдоль переулка. — «Расскажешь увлекательную историю о том, как у тебя появился мой номер, в пятницу в том же баре?» 20:21. Её ответ не заставляет себя ждать, и оба с нетерпением ждут скорой пятницы.