declare your love for me when we're surrounded by Pei Ming's coats

      Фэн Синь смотрит на желтый листок бумаги на своем столе. Слова «Jù Yáng» написанные аккуратным курсивом, занимают верхнюю половину листа. В нижней половине простой рисунок, изображающий член, смотрит прямо на Фэн Синя.       Кипя от злости, Фэн Синь срывает записку со своего стола и выбрасывает ее в мусорное ведро. — Му Цин, ты гребаный ублюдок! Я знаю, что это сделал ты! — Он кричит в пустую учительскую. Естественно, ответа не получает.       Ладно, Фэн Синь признает, что в какой-то момент он вымазал стол Му Цина арахисовым маслом. Но все же! Му Цин знает о возмущении Фэн Синя шутками про «большой член». Учитывая обстоятельства, это было слишком жестоко.       Фэн Синь — чересчур агрессивно — выдвигает свой стул и плюхается на него, в его голове роятся мысли о том, как отомстить Му Цину. Поселить паука в его ящике? Изменить расписание? Спрятать его машину?       Фэн Синь закрывает глаза и откидывается на спинку стула, идеи проносятся в его голове подобно приливным волнам. Его губы кривятся в усмешке, когда он представляет, как Му Цин разгуливает с бумажкой с надписью «пни меня, пожалуйста», приклеенной к его спине. Или Му Цин открывает дверь класса, и на него выливается ведро ледяной воды, а затем его одежда прилипает к этому идеально стройному телу, и Фэн Синь наконец может попробовать этот деликатес — подождите, что? — Лыбишься, как идиот, — говорит голос прямо в ухо Фэн Синю. Фэн Синь подскакивает на своем месте, быстро открывает глаза и обнаруживает, что Му Цин фыркает на него. — Ты!..       Му Цин закатывает глаза и садится на стол рядом с Фэн Синем, болтая ногами, как ребенок. Фэн Синь хмурится. — Прямо перед тобой стоит стул, — указывает он.       Му Цин просто пожимает плечами и достает из кармана леденец на палочке, отправляя его в рот. Он сосет его (Нет, Фэн Синю — конечно же — ничего не приходит в голову). — Тебе понравилась моя шутка, Цзюйян? — Спрашивает Му Цин, отодвигая языком леденец в угол рта (Фэн Синь все еще не понимает, что к чему). — Заткнись, блядь. — Фэн Синь откидывается на спинку сиденья и окидывает взглядом открывшийся перед ним вид: Му Цин, его гладкий высокий хвост, развевающийся вокруг него от мягкого дуновения кондиционера, и его серый блейзер, который изысканно подчеркивает его ледяные обсидиановые глаза. Никто не мог отрицать, что Му Цин был олицетворением красоты. Другие учителя — даже ученики — купались в чарах Му Цина. Так почему Фэн Синь не может сделать то же самое? Очевидно, что это не уменьшает его отвращения к Му Цину. Ну и что с того, что Фэн Синь иногда фантазировал о том, как целует Му Цина, пока его губы не распухнут, а щеки не порозовеют? Это ничего не значило!       Фэн Синь бессознательно расправляет плечи, когда его взгляд пересекается с идеальной осанкой Му Цина, безупречной, как и все остальное в нем. — Перестань пялиться, — говорит Му Цин, его взгляд прикован к мусорному ведру в другом конце класса (Мусорное ведро выглядит лучше, чем Фэн Синь? Почему Му Цин не смотрит на него? Или Му Цин питал слабость к мусоркам? Звучит примерно так).       Звенит звонок, избавляя Фэн Синя от необходимости отвечать Му Цину. Он поспешно встает, хватает свои папки и прочее и выбегает из класса, оставляя очень расстроенного Му Цина. …       Это был долгий день, и Фэн Синь устал. Как назло, он закончил на сегодня; у него больше нет занятий. А это значит, что все, что ему нужно сделать в течение следующего часа, — это посидеть и оценить кое-какие работы в учительской.       Увы, Му Цин тоже свободен. — Привет, неудачник, — приветствует его Му Цин, когда Фэн Синь протискивается в учительскую. Фэн Синь вместо ответа показывает средний палец, затем садится за свой стол. Который, к сожалению, находится прямо рядом со столом Му Цина.       Тем не менее, Му Цин больше ничего не говорит, вместо этого погружаясь в свою работу. Фэн Синь заставляет себя сделать то же самое; он достает свою любимую красную ручку и начинает просматривать работы.       Они оба сидят в тишине, звук царапающей ручки по бумаге наполняет комнату. Но безмятежность никогда не длится долго — в основном потому, что Фэн Синь не выносит спокойствия. Но на этот раз это из-за Пэй Мина. — СЕГОДНЯ ПЯТНИЦА! — Кричит он, как только проскальзывает внутрь. Му Цин непонимающе смотрит на него. — Да. Мы знаем.       Несмотря на отношение Му Цина, ухмылка Пэй Мина не исчезает. — Ты знаешь, что это значит? ВЕЧЕРИНКА!       Тогда Фэн Синь решает проигнорировать Пэй Мина и вернуться к своей работе. Пэй Мин делает это каждую неделю; он устраивает домашнюю вечеринку, которая, кажется, никогда не закончится без глупых и нелепых игр. Фэн Синь достаточно побывал на домашних вечеринках Пэй Мина. Похоже, у Му Цина такая же точка зрения на упомянутые вечеринки, поскольку он раздраженно качает головой. — Я занят. — Занят чем? Бьюсь об заклад, ворчанием на всех, кто проходит мимо твоей квартиры, — Фэн Синь не может не съязвить. — Заткнись, ты, провокатор… — Вау, вау. Давайте не будем ссориться, ладно? — Говорит Пэй Мин. — Вернемся к вечеринке. Ты не пожалеешь об этом! Просто выпусти немного пар. Учителя ведь испытывают стресс?       Фэн Синь видит в этом разумное зерно, но Му Цин только стонет. — Все придут! Ты будешь единственным, кто останется в стороне, Му Цин.       Му Цин закатывает глаза. — Ну ладно. Фэн Синь, заедешь за мной. — Что? Почему мне нужно за тобой заезжать?!       На этот раз Пэй Мин оставил их препираться вдвоем и неторопливо вышел. … — Залезай, неудачник, — кричит Фэн Синь из своей машины. Он не слишком громко сделал это? ДА. Приведет ли это к неприятностям между ним и Му Цином? Безусловно. Его это волнует? Нет.       Му Цин шаркающей походкой выходит из своей квартиры, его движения ловки, когда он запирает дверь и направляется к машине Фэн Синя.       Му Цин не утруждает себя нежным обращением с машиной, к большому неудовольствию Фэн Синя. Он падает на пассажирское сиденье, явно опустошенный, и свирепо смотрит на Фэн Синя. — Ты уже стараешься, чтобы меня выгнали?       Фэн Синь только пожимает плечами и садится за руль. Парочка знает, что лучше не начинать разговор, поскольку он всегда заканчивается дракой, поэтому остальная часть поездки проходит в тишине.       Дом Пэй Мина находится недалеко от дома Му Цина, но к тому времени, как они прибывают, Фэн Синь видит последнего крепко спящим.       Он подумывает запереть Му Цина в машине, но затем решает этого не делать — он прекрасно знает, что Му Цин уничтожил бы его машину, чтобы сбежать.       Он тычет Му Цина в щеку, сначала нежно. Когда тот не реагирует, Фэн Синь тычет сильнее. — Проснись.       Му Цин протестующе ворчит, прежде чем чуть-чуть приоткрыть глаза. Он хватает Фэн Синя за палец. Думая, что Му Цин может выкрутить ему палец, Фэн Синь пытается отдернуть руку.       Но затем Му Цин прижимается щекой к его указательному пальцу, и Фэн Синь краснеет. В его мозгу происходит короткое замыкание, а желудок начинает делать сальто — потому что на самом деле Му Цин таким никогда не был.       Ладно. Успокойся. Он наполовину спит. Мысленно стонет Фэн Синь. Му Цин убьет меня, когда проснется. Стараясь не разбудить Му Цина, Фэн Синь медленно убирает руку, прежде чем снова шлепнуть ею по руке Му Цина. — ПРОСНИСЬ!       Вздрогнув, Му Цин просыпается. Когда он замечает руку Фэн Синя, все еще лежащую на его руке, он закипает. — Что за черт?       Фэн Синю хочется закричать я не хотел тебя трогать, но какого хрена, ты сам начал это, Му Цин! (действительно он). Поэтому вместо этого он довольствуется тем, что выбегает из машины.       Му Цин бежит за ним, оставляя машину совершенно уязвимой (Фэн Синю нужно запереть ее. Он не забудет. Он не забудет).       В конце концов, они вдвоем заходят внутрь, бок о бок. Фэн Синь не может сказать, что открывшееся им зрелище приятное, но вечеринки Пэй Мина — это вечеринки Пэй Мина. Без комментариев.       Не обращая внимания на ослепляющий свет и эффектную красную ковровую дорожку, Фэн Синь отходит от Му Цина, чтобы выпить стакан холодной воды. Сегодня он откажется от алкоголя.       Он вытирает жидкость со рта рукавом, когда Пэй Мин кричит с другого конца комнаты: — СЕМЬ МИНУТ НА НЕБЕСАХ! СЯДЬТЕ В КРУГ!       Голова Фэн Синя раскалывается. Последнее место, где он хотел бы быть, — это в шкафу Пэй Мина с кем-то еще. Что, если это будет женщина? С таким же успехом он мог бы умереть.       Оценивая количество людей, собравшихся вокруг, чтобы поиграть в эту дурацкую игру, Фэн Синь подумывает о том, чтобы улизнуть. — Что, уже уходишь? — Спрашивает голос сзади. Очевидно, это Му Цин. Кто еще это мог быть? — Я уйду, если, черт возьми, захочу. — Трус. — Ханжа. — Вау, ты хоть знаешь, что это значит? — Му Цин говорит с хитрой улыбкой, изображая удивление. — Ой, отвали.       Му Цин поднимает свой красный стакан в воздух и уходит, хихикая. Наблюдая, как он направляется в сторону игры, Фэн Синь чувствует нечто, чему он предпочел бы не давать названия. Он ставит стакан с водой на стол и спешит присоединиться. Фэн Синь сидит, скрестив ноги, напротив Му Цина, выражение его лица угрюмое. Они с минуту пристально смотрят друг на друга, прежде чем Пэй Мин хлопает в ладоши, привлекая всеобщее внимание.       Пэй Мин поднимает правую руку, в которой держит пустую бутылку из-под вина. — Кто первый?       Рука Ши Цинсюань взлетает вверх, и она машет ею со слишком большим энтузиазмом. — Я!       Пэй Мин передает бутылку Ши Цинсюань и садится рядом с ней, жестом приглашая начинать.       Она немного размышляет, как будто в этой игре есть какой-то прием (подождите, неужели есть?). Затем кладёт бутылочку посередине и поворачивает ее.       Горлышко показывает на Ши Уду. Ши Цинсюань и Ши Уду хмурятся, а Пэй Мин разражается смехом. Остальная часть компании неловко переглядывается, желая присоединиться к смеху, но слишком боясь Ши Уду, чтобы сделать это (за исключением Хуа Чэна, который не потрудился скрыть свою ухмылку). Пэй Мин держится за живот и хватается за плечо Ши Уду. — Ха-ха, Цинсюань, как насчет того, чтобы поменяться местами? Я пойду с тобой, брат. — Нет правила, по которому что-то любовное должно происходить в шкафу. Мы можем просто пообщаться, как брат с сестрой…       Но Пэй Мин уже тащит Ши Уду прочь, и они исчезают вместе. — Или я могла бы просто раскрутить её снова, — бормочет Ши Цинсюань. Следующие семь минут тянутся убийственно медленно, из шкафа доносятся тихие стоны Ши Уду. — Определенно прошло больше семи минут, — жалуется Фэн Синь. — Почему никто не считает?! — Ши Цинсюань достает из сумочки телефон и проверяет время. — Я скажу им, что они закончили.       Она колотит в маленькую дверь до тех пор, пока Пэй Мин не кричит, что они почти закончили (явно нет). Когда они возвращаются, у обоих мужчин взъерошенные волосы и мятая одежда, которую компания демонстративно игнорирует. — Следующий ход мой, — вызвался Му Цин, оставив Фэн Синя в недоумении. Похоже, остальные тоже удивлены внезапной готовностью Му Цина принять участие, потому что все они непонимающе уставились на него. Му Цин свирепо смотрит на них, осмеливаясь выступить против него. Он тянется за бутылочкой и кладёт ее перед собой. В отличие от Ши Цинсюань, он не ждет, чтобы раскрутить её (Фэн Синь не думал, что Му Цин будет настолько готов оставаться в такой непосредственной близости с кем угодно, и что он увидит Му Цина таким решительным, что у него скрутит живот).       Горлышко указывает на Хуа Чэна, и Фэн Синь дышит пламенем. — Нет уж, — заявляет Фэн Синь. Мысль о том, что Му Цин целуется с кем-то, кроме… кроме самого Фэн Синя, очевидно, вызвала в Фэн Сине неописуемое чувство. Такого он ещё не испытывал.       Му Цин бросает на него странный взгляд. — Что? — Он опасен! Он, вероятно, убьет тебя! — Фэн Синь указывает на Хуа Чэна.       Хуа Чэн выглядит довольным этим заявлением. — Ты прав.       Но Хуа Чэн, очень похожий на Фэн Синя, не одобряет такой исход. — За исключением того, что я бы предпочел этого не делать. Оставаться на таком крошечном участке с таким раздражающим человеком, как Му Цин, более десяти секунд? Я пас. — Эй! Не похоже, что бы я тоже хотел застрять там с тобой! — Возражает Му Цин. — Позволь мне снова покрутить. — Он тянется за бутылкой. — Что? Это вообще нечестно! — Кричит кто-то из толпы.       Фэн Синь бросает на парня неодобрительный взгляд, прежде чем повернуться к Му Цину, втайне молясь, чтобы горлышко попало на него. Тем не менее, некоторые другие гости начинают ворчать, как последние придурки, которыми они и являются, утверждая, что это несправедливо, когда на самом деле, единственной «несправедливостью» во всей этой ситуации было то, что Му Цин опять попал на этого монстра (очевидно, Хуа Чэна).       Му Цин, казалось, думал о другом. Он кусает губы, прежде чем повернуться к Хуа Чэну.       Хуа Чэн бросает на него невозмутимый взгляд. Сидящий рядом с ним Се Лянь тихо смеется. — Все именно так, как сказала Ши Цинсюань. В этой игре нет необходимости в какой-либо близости, Сань Лан, и тебе не нужно делать ничего странного. Вы двое могли бы просто поговорить. — Поговорить? Мне больше нравится оскорблять Му Цина, — говорит Хуа Чэн. — Но если гэгэ не возражает, тогда…       Хуа Чэн предает Фэн Синя. Наносит ему удар в спину, просто так (он привык к этому). Как он мог согласиться на что-то подобное?! И тогда Се Лянь кивает. За один день Фэн Синь был предан дважды.       Му Цин выглядит неуверенным, но затем встает. — Хорошо. Идём.       Фэн Синю приходится смотреть, стиснув зубы, как они вдвоем заходят в шкаф, и его кровь закипает.       Он слышит, как тикают часы, пока пытается заглушить все остальные звуки, просто чтобы подслушать, что происходит в шкафу.       Шелест одежды, шепот. Он ненавидит это. О чем, чёрт возьми, они говорят? Фэн Синь должен быть на месте Хуа Чэна.       Он нетерпеливо покачивает ногой, ожидая, когда они выйдут; но, к его ужасу, семь минут проходят как семь часов.       Однако, когда они все-таки выходят, Му Цин весь взволнован и краснеет до кончиков ушей. Хуа Чэн, стоящий рядом с ним, выглядит таким самодовольным, как будто он совершил что-то грандиозное.       Фэн Синь сжимает кулаки, в его голове проносятся яркие образы того, что могло бы произойти.       Он знает, что Хуа Чэн никогда бы не занялся чем-то плотским ни с кем, кроме Се Ляня. Се Ляня было для него более чем достаточно. И все же…       Хуа Чэн, упершись рукой в стену, запер Му Цина в этой крошечной камере.       Хуа Чэн эротично дышал в ухо Му Цина, проводил языком по щеке Му Цина и дразнил его губы, заставляя последнего издавать непристойные звуки.       Хуа Чэн скользнул рукой под рубашку Му Цина, ощупывая его так, как никогда не удавалось Фэн Синю. Фэн Синь настолько занят своими мыслями, что даже не осознает, что смотрит прямо в глаза Му Цина, пока не становится слишком поздно.       Му Цин приподнимает брови, глядя на него, затем отворачивается, его кожа все еще покрыта розовой пылью.       Фэн Синь с трудом подавляет желание сорваться и бежать прочь. Прежде чем сесть рядом с Се Ляном, Хуа Чэн наклоняется и шепчет на ухо Фэн Синю. — Боишься, что я украл твоего мужчину?       Просто так.       Фэн Синь даже не успевает отреагировать, как Хуа Чэн, посмеиваясь, отступает. Его зрение темнеет от ярости, волосы на загривке встают дыбом, когда он планирует свое следующее убийство. — Кто следующий? — Спрашивает Пэй Мин.       Фэн Синь мгновенно делает шаг вперед и хватает бутылку, не потрудившись проверить, хочет ли кто-нибудь еще сделать ход.       Пожалуйста, пусть это будет Му Цин, мысленно повторяет он. Он резко раскручивает бутылочку, его сердцебиение ускоряется.       Му Цин.       Фэн Синь мысленно ликует, но сохраняет невозмутимое выражение лица. — О. Думаю, с этим ничего не поделаешь, — говорит он самым невозмутимым тоном.       Му Цин выглядит так, будто его вот-вот вырвет, его брови хмурятся, а губы подергиваются. — Серьезно? Я только что вернулся. — Не моя проблема. — Фэн Синь пожимает плечами. Он не теряет времени и бросается к шкафу, надеясь, что Му Цин стоит у него за спиной. Он убирает несколько пальто Пэй Мина и садится сам. Некоторое время спустя входит Му Цин и закрывает дверцу шкафа, прежде чем сесть напротив Фэн Синя.       Фэн Синь немного вытягивает ноги, чтобы быть поближе к Му Цину, к черту личное пространство.       Му Цин свирепо смотрит на него, скрестив руки на груди. — Ты похож на разъяренную кошку, — выпаливает Фэн Синь. — Мяу-мяу, сучка.       Фэн Синь вздрагивает. Он не ожидал такого возмездия от Му Цина. — Перестань так на меня смотреть, — упрекает Му Цин. Фэн Синь мало что видит в темноте, но он чувствует, как закатываются глаза Му Цина.       Проглотив свою гордость, Фэн Синь спрашивает: — Что ты здесь делал с Хуа Чэном? — Зачем мне тебе рассказывать. — Затем! Ну, на самом деле, у него нет причин лапать тебя, не так ли?       Фэн Синь вздыхает, кладя голову на одно из меховых пальто Пэй Мин. — Неважно. — Возможно, его тон был слишком низким, чтобы казаться искренним.       Мгновение спустя он чувствует, как чья-то рука касается его щеки, и у него перехватывает дыхание. — Фэн Синь, — тихо зовет его Му Цин.       Фэн Синь ничего не говорит, вместо этого позволяя руке Му Цина приблизить его голову к своей голове. — Фэн Синь, — снова зовет Му Цин, но очевидно, что он не ожидает ответа; скорее, он произносит это, чтобы насладиться ощущением имени Фэн Синя на своем языке. По крайней мере, так кажется. — Фэн Синь. Фэн Синь, — медленно произносит он, четко выговаривая каждый слог. — Фэн Синь, ты действительно хочешь знать, что мы с Хуа Чэном сделали? — Его рука скользит ниже, обхватывая подбородок Фэн Синя и поглаживая его губы. — Да, — отвечает Фэн Синь, не сбиваясь с ритма. Черт возьми, он должен знать.       Му Цин отстраняется, оставляя Фэн Синя холодным и озадаченным, но в то же время теплым и наэлектризованным. К этому времени глаза Фэн Синя немного привыкли к темноте, и он может разглядеть легкую ухмылку, играющую на лице Му Цина. — У нас был разговор. О тебе, — легко говорит Му Цин. — Обо мне? — О том, как ты смотришь на меня, если быть точным. — Что?! Я не… — пытается отрицать Фэн Синь, от смущения ему хочется выскочить из шкафа. — Я вообще на тебя не смотрю! — О, я бы позволил себе не согласиться. — Нет! Это… это не так!       Му Цин берёт паузу. — О.       Его голос такой тихий. — Я неправильно понял ситуацию?       Шорох, а затем: — Извини, — бормочет он. За исключением того, что на этот раз голос доносится откуда-то издалека, как будто Му Цин пытается максимально дистанцироваться от Фэн Синя.       Фэн Синь хочет все вернуть. — Му Цин, я имел в виду… — Нет, — перебивает его Му Цин, — извини. Из-за меня все получилось так неловко. — Нет, ты ни при чем, — Фэн Синь ползет вперед, его лицо в нескольких дюймах от Му Цина. — Ты прекрасно всё понял. Именно так, малыш. — Хочешь сказать… — Да, блядь, всё так и есть! — Говорит Фэн Синь, прежде чем наклониться и украсть поцелуй, совсем крошечный чмок.       Но этого было достаточно, чтобы Му Цин ахнул и потянулся, чтобы схватить Фэн Синя за рубашку. — Т-ты… — заикается Му Цин, его глаза расширяются. — Тебе это не понравилось? — Фэн Синь знает, что Му Цину это понравилось. Это было ясно по тому, как слегка дрожали его пальцы, а голова была наклонена вверх, как будто он ждал еще одного поцелуя. — Все было н-нормально, я думаю…       Хватка Му Цина ослабла, его взгляд метнулся от двери шкафа к губам Фэн Синя — Хочешь еще? — Фэн Синь уже наклоняется, целуя уголки губ Му Цина. — Просто сделай это уже, ты, болван! — Я бы предпочел «милый», но ладно, — бормочет Фэн Синь, прежде чем поймать губы Му Цина для глубокого поцелуя.       Они цепляются друг за друга, борясь за доминирование и дергая друг друга за волосы.       Никто не знает, сколько прошло времени, но это никого не волнует. Фэн Синь толкает Му Цина на пол и хватает его за талию, чтобы притянуть ближе. Так что теперь они оба лежат там в полном беспорядке, их ноги перепутаны и подогнуты так, что они действительно могут поместиться в шкафу горизонтально.       Когда они отстраняются, Фэн Синь не может сдержать идиотской улыбки, которая появляется на его лице. — Боже мой, Му Цин. — Заткнись! Не разговаривай! — Му Цин обхватывает руками шею Фэн Синя и притягивает его к своей груди. Фэн Синь издает приглушенный звук удивления, прежде чем смириться со своей судьбой.       Му Цин проводит рукой по волосам Фэн Синя, играя с ними, и Фэн Синь чувствует, как его сердце тает. — Я действительно чертовски ненавижу тебя, — наконец говорит Му Цин, — но я вроде как… люблю тебя тоже.       Фэн Синь задыхается. — Любишь меня?       Му Цин перестает накручивать волосы Фэн Синя на палец. — Что? Только не говори мне, что это всё разовая акция! — Нет, нет! — Фэн Синь поднимает голову. — Нет, я просто… — Он целует Му Цина в щеку. — Думаю, я только сегодня кое-что понял. — Понял что? — Понял, как сильно я, чёрт возьми, люблю тебя! (Он также понял, что забыл запереть машину.)