Здесь любовь со смертью венчается

Бушует гром и гремит гроза

Буду рядом с тобой всегда

Путь озаряя во тьме средь невзгод

Твоё сердце поможет мне

      Вспоминая всё это сейчас, Дима думал, что всё было предрешено с самого начала. Наверное, так переплелись нити судьбы, и им с Валентиной не было суждено быть вместе.       Сидя на краю скалы, Дима держал в руках красную ленту для волос, которую накануне женитьбы его матушка вплела в тёмные косы Валентины. Это был знак благословения. Всё вело к прекрасной сказке, большой любви и крепкому счастью. Но злой рок оборвал все надежды Димы на долгую и счастливую жизнь подле любимой женщины.       Всё было идеально. Лучше и быть не могло. Валентину уложили в лодку, которую спустили на воду. Потянуть за канат, чтобы его наречённая оказалась в диминых руках, оказалось сущим пустяком.       Дима видел, как с каждым движением рук лодка, в которой смирно лежала Валентина, приближалась всё ближе и ближе. Счастье было всего в нескольких метрах от него.       Ах, если бы только люди не запели нараспев! Эта проклятая драконья песня!       Дабы почтить память предков, Димочка, – молвила матушка Димы, – дед то твой драконоборцем был! Память бы почтить. Да показать, что Валентина в надёжных руках!       Дьявол бы их всех побрал! – думал Дима, любовно оглаживая ленту.       То был знак любви. Той любви, которой Дима больше никогда не познает. Ну и поделом ему! Не благословил Боженька, значит!       Но так просто сдаваться Дима не желал. Жизнь свою отдаст, но дело деда закончит! Убьёт эту тварь! Дабы жители его деревни точно смогли жить спокойно.       Воспоминания уносили Диму далеко в прошлое. Звонкий смех Валентины придавал сил, помогая подняться. Её ласковый взгляд и голос, полный нежности, помогли крепче ухватиться за копьё, которое досталось ему от отца, а тому, в свою очередь, от его отца.       Смех Валентины в голове стих. Ни голоса, ни чего. Лишь её крик, полный ужаса, который разорвал сердце юноши, когда эта тварь появилась из ниоткуда и унесла возлюбленную в никуда, эхом пронёсся в глубине души, задевая все органы за живое. Даже раскат грома и вспышки молний не будоражили сознание юного потомка драконоборцев так, как предсмертный крик Валентины. Ужас сковал Диму в то мгновение. И страх. Не за себе, нет, ни в коем случае. За любимую.

Время - быстрая река, никого не обойдёт.

Ждёт невеста жениха. Ждёт, как часа своего.

      Дима, как сейчас слышит голоса жителей деревни. Сердце бьётся в груди, подобно загнанному в силки зверьку. Не видит, но сердцем чувствует страх Валентины. Дракон давным-давно лежит мёртвым грузом на дне морской пучины. Все это знают. Все слышали историю деда Димы.       Да вот оказалось всё это плутовством. Не убивал никого его дед! Да вот зачем врать то было? Славы сыскать хотел? Обманул всех лукавый! А Дима сейчас расплачивается! Валентина сейчас платит цену, названную Богом за ложь! Заслужила ли юная девица это? Нет!

В белый цвет облачена, точно в саване стоит.

На покой обречена, свадьбы колокол звенит.

      Дима ускорялся. Чуяло его сердце, чуяло! Не миновать им всем беды! Да кто ж знал то? Почтить память хотели!

      

Забирай, забирай!

Приходи, прилетай!

На века отдана дева юная.

      Сначала Дима услыхал людской шёпот. Все, как заговорённые, глядели в небо, словно выискивали что-то. Затем послышались ахи да охи. А после детский крик.       Дима лишь на секунду замешкался, подняв голову в небо. Своими глазами он увидал тварь заморскую. Крылья дракона рассекали воздух, затмевая голубое небо. Чёрный, как сама смерть. И летел он прямиком к Валентине.       Дима начал было резвее тянуть, да куда уж ему против этой твари? Валентина в лодке села, попыталась встать, да не смогла. Вода разбушевалась. Ветер дул. Сама природа встала на сторону чудища, что уже протянул когтистые лапы к невесте.       Последний рывок! Дима уже видел тонкие пальцы Валентины, которые всегда ласково очерчивали линию его бровей, дарили тепло и любовь. Сам потянулся, почти ухватился за тонкое запястье Валентины, да тварь оказалась сильнее. Дракон схватил Валентину. Выхватил прямо из лодки, вырвал из рук Димы. Тот лишь успел ухватиться за красную ленту, стянуть с волос, которые любил заплетать в косы, да услыхал её последний крик.       Дракон взлетал всё выше и выше, унося юную деву всё дальше и дальше. Игорь, верный друг Димы, подкинул ему копьё. Тот прицелился, но так и не метнул орудие. Слишком боялся зацепить любимую. Погубить её.       А может, оно было и к лучшему? Быть может, стоило Диме тогда убить эту тварь? Тогда и Валентине не пришлось бы мучиться. Умерла бы лёгкой и быстрой смертью от рук любимого.       Но кто ж знал? Кто мог сказать? Дима в ту же секунду отправился вслед за наречённой, намереваясь спасти. Игорь, будучи верным другом, отправился следом.       – Погубит нас это море! – кричал Игорь, но Дима упрямо вёл корабль к Драконьему острову. – И туман этот!       Дима лишь крепче сжимал в руках ленту Валентины. Ни бушующее море, ни плотный туман не сумели остановить юного драконоборца. Дима видел лишь свет, словно тоненький лучик солнца вёл его через эти тернии прямиком к любимой. Её любовь, любовь Валентины, вела Диму. Указывала путь.       Но природа отчаянно билась за дракона. Волны были страшными. Опасными. Так и норовили убить молодых людей. Сердцу Димы всё было нипочём. Даже крик Игоря его не остановил. Волны толкали корабль в разные стороны, всё пытались увести в другое от острова направление, пытались навести на скалы, дабы сделать то, чего не сделал дракон. Убить их всех.       Дима лишь крепче сжал в ладони красную ленту и принял единственное верное решение. Нырнул прямиком в море, отдался этой пучине, что подхватила его и швырнула в сторону скал.       – Дима! – закричал Игорь, держась за палубу, чтобы не упасть. Но Дима уже не слышал.       Море, казалось бы, получив своё, успокоилось. Волны больше не пытались утащить корабль на дно, лишь плавно покачивали судно. Игорь тщетно пытался отыскать тело друга, но так и не сумел. Как же он вернётся в деревню то? Как будет глядеть в очи диминой матушке? На эти вопросы ни у кого не было ответов.       Сам же Дима, оказавшись в ледяной воде, почувствовал сильный удар об что-то острое. Камень. Силы природы таки пытались убить юношу, но с каждой секундой их напор становился всё меньше и меньше. А вот дух в Диме крепчал. Несмотря на воду, в которой драконоборец тонул, травму головы, что давала о себе знать, Дима ясно видел перед собой лик Валентины. Она звала его, она манила его. Она указывала ему путь.       И Дима плыл. Невзирая на смертельную опасность, невзирая на продирающий до костей холод. Руки неистово болели, каждое движение давалось тяжело, но Дима упрямо продолжал плыть. Он активно грёб руками, словно отмахивался от надоедливых насекомых.       Валентина.       Она ждала его. Нуждалась в нём. Её лента горела в диминой руке, но ладонь он так и не разжал. Не имел права. Один раз Дима уже подвёл возлюбленную, больше не имеет права.       Море восхитилось Димой. Просто не могло. Отчаянное желание юноши прийти на помощь своей наречённой побудило море помочь ему. И вот Дима чувствует, как плыть становится легче. И вот волны уже не пытаются убить, а помогают. Подталкивают. Шторм утихает. Вода успокаивается. Туман рассеивается. Взору Димы предстаёт Драконий остров.       Берег скалистый, тут повсюду обломки кораблей и лодок, вещи, что перевозили с одного острова на другой, но они так и не достигли цели, оставшись здесь никому не нужные. Дима припал к земле. Отдышался. Попытался встать, да не смог. Лента всё ещё покоилась в ладони юноши. Она словно была маяком в этой темноте.       Неподалёку Дима обнаружил своё копьё, понимая, что море любезно вернуло ему его собственность. Странное море это всё-таки. Но, должно быть, это и было то испытание, о котором говорил дед Димы. Он сумел доказать матушке природе свою любовь к Валентине. И она позволила ему отыскать дорогу к любимой. А быть может, природа здесь и вовсе не причём. Всё дело в любви Валентины. Её сердце указало ему путь. Спасло его.       Крепче обхватив копьё, Дима поднялся на ноги и огляделся. Остров был каменным. Убийственным. Первый шаг дался тяжело. Второй уже легче. С третьего шага Дима перешёл на бег. Он словно уже бывал на острове. Знал путь к логову дракона.       Полный решимости драконоборец огибал скалы, невзирая на камни, что впивались в ноги, Дима продолжал бежать, подгоняемый временем. И страхом. Валентина здесь, рядом, прямо как там, в лодке, ему нужно лишь руку протянуть, дабы вытащить из лап чудища.       Дима вбегает в пещеру. Здесь темно, холодно и сыро.       – Валентина!       Крик Димы эхом отдаётся от скал, но ответом ему служит тишина. Возлюбленная не отвечает. Больше не даёт знаков, не помогает.       – Валентина, где ты?       Дима углубляется в пещеру. Идёт по зову сердца, но оно упрямо молчит. Опоздал ты! – шепчет ветер. – Опоздал!       Дима не слушает его. Продолжает упрямо идти, сам не зная куда, и вот ноги выводят его в центр пещеры, где драконоборец видит луч лунного света. Поднимает голову и видит огромную дыру наверху. Это служит дракону входом и выходом. А внизу, там, где густая и непроглядная тьма, в кусочке лунного света проглядывался алтарь.       Не видит. Чувствует. Совершает прыжок вниз, прежде чем всё обдумать. Нет времени на размышления! Валентина там! Совсем одна, одинёшенька!       Ноги пронзила резкая боль, которая отдалась во всём теле. Дима неудачно приземлился, оцарапав руки и повредив щёку. Мало того, что море одарило его травмой головы, так теперь ещё и это! Но всё это неважно! Неважно! Кончики пальцев притягивают к себе копьё, игнорируя боль, Дима поднимается и бежит к алтарю.       Пустому.       Лишь горстка пепла. Чёрного, как уголь. А где-то у подножия алтаря валяется кусочек почерневшей ленты. Такой же, какую сейчас Дима сжимает.       Падает на колени.       Судорожный вздох.       Отчаянный крик боли.       Валентина!       Не успел! Не успел! Не уберёг суженную! Не сумел защитить! Погубило её чудище! Валентину его!       Дима и сам не понял, как вышел из пещеры. Как ноги несли его всё выше и выше. Как оказался он на краю пропасти. Шагнуть бы, покончить со всем этим! Да сил нет.       Так и сидел Дима на краю, сжимая в руках ленту Валентины. Последнее, что осталось у него от любимой. Но было что-то ещё. Страстное желание отомстить. Уничтожить дракона! Под раскаты грома, осветлённый вспышками молний, Дима встал у самого края. Повязал ленту Валентины на острие копья, ухватился покрепче да пошёл обратно в пещеру. Побежал.       Ливень, ветер, молнии и оглушительный гром не стали помехой для юного драконоборца, чьё сердце видело лишь одну цель. Уничтожить дракона!       Дима вбежал в пещеру к алтарю, огляделся. Нигде ящера не было видать.       – Дракон! – закричал он на грани отчаяния. – Явись, дракон!       Но ответа не последовало. Дима потратил не один час на поиски твари. Чуть ли не весь остров обошёл, да так и не нашёл ни одного следа. Дракон словно растворился в воздухе.       Вернувшись к алтарю, Дима вновь упал на колени. Дух покинул его. Что же за потомок драконоборца он такой, раз ни невесту уберечь не смог, ни тварь убить. Ах да. Он ведь внук лукавого! Обманул их всех его дед! Так, быть может, и Дима вовсе никакой не драконоборец?       Больше выхода Дима не видел. Не будет ему покоя до самой смерти. Не сумеет простить себя.       Верное копьё удобно легло в руку. Длинное, правда, но не беда. Совсем скоро всё закончится. Острие оружия направлено прямиком в грудь, глаза закрыты.       – Валентина, я иду к тебе... – шёпот эхом отдался от стен, перебиваемый чужим криком:       – Погоди!