Congratulations

— Можно? Кристиан приоткрывает дверь, просовывая голову в крохотное помещение, и смотрит на молодого человека, вопросительно выгибая бровь. Себастьян оборачивается на звук чужого голоса, кивая и слегка улыбаясь уголками губ. Кристиан закрывает за собой дверь, прислоняясь к ней спиной, делает судорожный вдох и закусывает губу, поднимая к потолку слезящиеся глаза. — Пап, ну это же даже не свадьба ещё. Тихо посмеивается Себастьян, подходя к отцу. Большие теплые ладони ложатся на щеки Себастьяна, Кристиан смахивает пару предательских слезинок, что соскальзывают с его пушистых ресниц, растекаясь мокрыми дорожкам. Он поглаживает щеки Себа, всматриваясь в яркие голубые глаза сына. Себ прижимает отца к Себе, зарываясь носом в чужую грудь и вдыхая такой родной и знакомый запах. Ладони перемещаются на плечи, слегка сжимая, Себ отстраняется и качает головой, смотря как отец снова закусывает губу, размахивая руками перед лицом. Он сгребает Кристиана в объятия снова, кладёт подбородок ему на плечо и прикрывает глаза. Он делал так всегда. С самого детства. Когда его тревожили монстры в шкафу, соперники на картинговой трассе или потерянная плюшевая свинка. Когда его выводили учителя, одноклассники и дурацкая физика, которая никак не хотела даваться. Когда он влюблялся. Когда его бросали. Когда было скучно. Одиноко. Или слишком хорошо. Когда ему просто хотелось в очередной раз убедиться в том, что он не один и никогда не будет. В том, что его безоговорочно любят. Всегда будут любить. — Отец не пришёл? Шепчет, ощущая как широкая ладонь гладит по спине, слегка похлопывая, а вторая приглаживает непослушные золотистые кудри. — Стоит за дверью, позвать? Кристиан отстраняет молодого человека от себя, проводя большим пальцем по чужой щеке и улыбаясь слегка устало, но так искренне. Себастьян качает головой. — Нет, не надо. Хочу побыть с тобой. Голос едва скачет, он всматривается своими огромными голубыми глазами в глаза отца, сжимая ладонь мужчины в своей. Кристиан накрывает их переплетённые пальцы второй ладонью и прижимается едва ощутимо губами к коже, оставляя поцелуй на чужом лбу. — Это нормально, если ты переживаешь. Шепчет, разворачивая сына к большому настенному зеркалу и вставая позади. Он гладит по плечам, разглаживая несуществующие складки на идеально сидящем костюме и смотрит через зеркало с неподдельной теплотой и гордостью. — Ты переживал? Кивает отцу Себ. — Еще бы. Усмехается Кристиан, выгибая бровь и скрещивая руки под грудью. — Думал, что твой отец сбежит прямо из под венца, а я останусь один на всю жизнь, потому что никто, кроме него, меня просто не вынесет. Они оба смеются с реплики Кристиана, Себ снова поворачивается к отцу, ещё раз обнимая его. Мгновение, они отстраняются друг от друга, но руки Кристиана задерживаются на чужих предплечьях, сжимая их. Он смотрит в глаза сына. — Марк любит тебя. Любит больше всего на свете. И я знаю, что ты любишь его тоже. А значит, нет никаких причин, по которым что-то должно пойти не так. Не в этот день. Не у вас. Хорошо? И Себастьяну остаётся только кивнуть, пряча счастливую улыбку. // — Будешь? Даня выныривает из-за какого-то громоздкого цветочного украшения, сжимая в руке бокал шампанского и кивая старшему. Себ отвешивает младшему подзатыльник, забирая бокал из чужих рук и смеясь над чужими тихими ругательствами. — Если ты напьешься на моей свадьбе и будешь блевать под столом, я больше не позову тебя ни на один семейный праздник. Грозит пальцем перед лицом младшего Себ, отпивая из бокала и отставляя его на стоящую рядом каталку. Даня в ответ только закатывает глаза, пихая брата в плечо и обиженно надувая губы. Прошло столько лет, а ничего не изменилось. — Как ты вообще можешь выходить за моего крестного? Это ужасно, чувак. Фыркает Даня, всё-таки хватая оставленный братом бокал и осушая его одним глотком. — Прости, не могу предложить тебе в мужья моего крестного, Коринна тебя не поймёт. Разводит руками Себ, заливаясь смехом. — Но, ты можешь попробовать с Миком, посадить вас вместе? Сгребает младшего в объятия Себ, взъерошивая чужие идеально уложенные волосы. — Господи, да отец с дядей Шумом меня убьют. Ты этого хочешь? Смеётся Даня, захватывая чужую шею. Они толкаются и дерутся несколько минут, заливисто хохоча и что-то выкрикивая друг другу, пока в коридоре не начинают слышаться голоса родителей. Даня отходит от старшего, поправляя чужой костюм, бутоньерку и затягивая бабочку. Укладывает руки на грудь Себастьяна, похлопывая, и поджимает губы, пожимая плечами и делая глубокий вдох. — Поздравляю, чувак. И будь счастлив, ладно? Больше никаких сопливых драм. Подмигивает старшему, уходя в сторону зала и оставляя Себа одного. // — Готов? Тото появляется за спиной, заставляя вздрогнуть и вынырнуть из собственных мыслей. Они стоят возле дверей торжественного зала. За ними ведутся оживленные разговоры, приглашенный оркестр играет музыку, все ждут, когда эти двери распахнуться и они двое торжественно пройдут мимо рядов восхищённых родственников и друзей. У них осталось несколько секунд наедине и Тото распахивает руки для объятий, приглашая упасть в них. И Себ падает, прижимаясь щекой к широкой мужской груди. Как в детстве. Как и с Кристианом. В любой из нужных ему моментов. Всегда. Тото поглаживает сына по спине, снисходительно улыбаясь и чувствуя, как мокнет рубашка в районе груди. Он отрывает сына от себя, обхватывая его лицо руками, стирает большими пальцами дорожки чужих слёз, всматриваясь в огромные глаза Себастьяна, и прикасается губами к волосам, целуя в вихрастую макушку. — Все будет хорошо, дорогой. Это же твоя свадьба. Все будет просто замечательно. Подбадривает сына Тото, подхватывая молодого человека под руку и разворачиваясь к массивным деревянным дверям. Музыка затихает, двери медленно начинают открываться, Себ в последний раз оборачивается на отца. — Давай сделаем это? И Себу остаётся только кивнуть в ответ. // Тото оставляет его у алтаря, сжав напоследок чужую ладонь и оборачивается к Марку, похлопывая мужчину по плечу. — Ты уж позаботься о нём, ладно? Подмигивает мужчине Тото, вкладывая руку сына в руку Марка. Он отходит на своё место, садясь на скамейку рядом с Кристианом. Себ задерживает дыхание, поворачиваясь к Марку. Его ноги предательски трясутся, а рука в чужой руке нервно потеет, голова едет как на американских горках и сердце кажется вот вот выпрыгнет. Возможно, ещё немного и он упадет в обморок, но сильные руки сжимают его предплечья, поддерживая, он поднимает глаза и весь мир разом сжимается до крохотных размеров, умещаясь в нежном влюбленном взгляде карих глаз напротив. — Ты такой красивый. Завороженно шепчет Марк, растерянно бегая глазами по чужому лицу и вжимая голову в плечи от неловкости. Себастьян выдыхает, посмеиваясь и мотая головой. Всё будет как надо. — О, спасибо, ты тоже. Уже есть.