Взрывы — это конечно круто, но без фанатизма.

— Мда… скукота, — протянул я, выключая телевизор. Как назло интернет отключили, а по телеку ничего интересного уже лет десять не было. Сраные «СаняМаня» и «Мусорской беспредел-4» у меня интереса не вызвали. Про другие каналы вообще молчу. Может, что-нибудь почитать? Я встал и направился к книжному шкафу. Но и тут меня тоже ничего не заинтересовало.Не люблю перечитывать книги, одного раза для меня хватает. А из неоткрытых оставались восемь томов большой советской энциклопедии и три тома сочинений Аркадия Гайдара. Хоть один том Гайдара у всех есть, но никто его почему-то не читал. Хотя батёк мне частенько говорил, что Гайдар в шестнадцать лет уже полком командовал, а я, в двадцать, до сих пор распиздяй. Не знаю насчёт первого факта, но под вторым я готов подписаться кровью. Закончил одиннадцать классов на отъебись, херово сдал ЕГЭ, на вышку я не поступил. Но зато поступил в ряды вооружённых сил, а конкретней, в морскую пехоту. Экспириенс интересный, но «слегка» затянутый. Пару раз попадал на «губу», а один раз чуть не загремел на дисбат, благо выкрутился. Мда… весёлое было время. И теперь я работаю на обычной работе за неплохие деньги. Но это всё немного не то, чего бы я хотел от жизни. Мне вновь захотелось курить. Подцепил я эту вредную привычку, как водится, в армии. Всегда можно было сослаться на желание перекурить, и пять минут наслаждаться бездельем. Но даже после дембеля, я не смог отделаться от этой зависимости. Да и не особо старался. Я вошёл на кухню, где обычно и курил, но сразу почувствовал странный запах. Ничего конкретного, вечно этот грёбаный насморк, вне зависимости от сезона. Взяв пачку сигарет, я осмотрел содержимое. Раз, два, три… шесть сигарет. До завтра хватит. Я взял одну и поднёс к ней зажигалку. Чирк. Взрыв!

***

— Блять! — я резко принял сидячее положение, по телу бежал холодный пот. Отдышавшись я осмотрелся, и сразу же впал в ступор. Где это я? Место напоминало какой-то восточный храм, пыльный и заброшенный. Но как я тут оказался? Последнее, что я помню… сука! Походу, у меня была утечка газа. Ну хоть живой. Я вытер рукой пот со лба и тут же уставился на свои ладони. Это, блять, что, сука, губы?! — Какого хуя?! — заорал я, когда одна из рук мне… улыбнулась? — Что за бред?! И тут мне на многострадальную черепушку как будто свалилась наковальня. У меня в голове проносились воспоминания, но не мои. Это были воспоминания некоего Дейдары — шиноби-отступника из Ивагакуре. Учёба в академии ниндзя, боевые задания на благо деревни, побег из неё, будни наёмника, и прочее, прочее. Блять, погодите, это же персонаж из аниме «Наруто», как такое возможно? Ответа не было. Но у меня в голове параллельно были воспоминания двух разных людей, я — обычный парень из России, и я — нукенин из Скрытого Камня. Голова гудела, мозг пытался скомпоновать две личности, и с трудом у него начало получаться. Так, Дейдара, пятнадцать лет, нукенин. Ранее токубетсу джонин (эксперт-подрывник) Ивагакуре, входящий в подразделение Бакуха Бутай. Родился пятого мая, в разгар Третьей Мировой Войны Шиноби, в Деревне Скрытого Камня. Про отца ничего не знает, мать смутно, но помнит. Её звали Тамао, она была капитаном АНБУ Ивы. Умерла спустя два года после рождения сына, во время войны, оставив Дейдару сиротой. От неё у Дея остался только протектор, который он почему-то до сих пор носил с собой. Мда, видимо декретного отпуска в Ивагакуре не предусмотрено. Рос мальчик в приюте, и уже тогда показывал свои зубки. Хотя его нельзя было назвать задирой, но другие дети, после нескольких случаев, конфликтовать с ним не рисковали. Скрытый Камень понёс колоссальные потери во время Третьей Мировой Войны Шиноби, поэтому даже после наступления мира Академия Шиноби Ивагакуре проводила ускоренный курс обучения генинов. Начав учёбу в четыре года, в восемь Дейдара уже получил свой протектор. Учился юный Дей усердно, даже слишком. Тогда у него и обнаружился бакутон — стихия взрыва. Это и заметил Ооноки, Третий Тсучикаге, и лично взялся за обучение юного подрывника. После получения звания генина, Дей сразу стал учеником Гари — командира корпуса подрывников. Но его тренировками также занимался и лично Ооноки, и даже даровал ему экспериментальное киндзуцу, Кибаку Нендо. Эта запретная техника и даровала ему возможность смешивать глину со своей чакрой, посредством ртов на руках и груди. Первые пару лет своего бытия шиноби Дейдаре в основном поручали задания по патрулированию, и изредка по разведке. С воздуха заметить противника гораздо проще, поэтому Дей был крайне эффективен в этом деле. Ооноки не решался отправлять юного генина на более опасные задания, не из доброты душевной, а из нежелания терять ценное оружие. Так было до того, пока не начался пограничный конфликт с Сунагакуре. Эта конфронтация сильно уступала по масштабам прошлой войне, но тем не менее требовала много ресурсов. Тогда Тсучикаге пришлось использовать и Дейдару. Юный подрывник уничтожал вражеских шиноби пачками. Бесклановые чунины, составляющие основу сил всех скрытых деревень, практически не могли противостоять разрушительным атакам с воздуха. Да и более серьёзным противникам приходилось несладко. Именно тогда у Дейдары начала ехать крыша. Чувство собственной важности улетело в космос, а Ооноки это не сильно-то и волновало. Спустя год боевые действия закончились, а Дейдара получил жилет чунина. Гари во время одной из миссий пропал без вести, официально погиб. Тем временем молодой подрывник уже вошёл во вкус. И именно тогда, он сформировал своё виденье искусства. Искусство — это красота одного момента. Чем мимолётнее проявление красоты, тем ближе оно к понятию «истинного искусства» по Дейдаре. Идеалом искусства он считал взрыв. Я, конечно, понимаю смысл «искусства» Дейдары, но это не значит, что я согласен с его виденьем, и тем более с его методами пропаганды оного в массы. Но неизменность его взглядов вызывала уважение. Он один из немногих членов Акацуки, кто не сдался и не раскаялся в своих поступках. Может быть, это и глупо, но тем не менее, мне это в нём понравилось. Ладно, отвлёкся. Затем к Дейдаре приставили двух генинов Куротсучи и Акатсучи. Куротсучи была внучкой самого Ооноки, но это не мешало ей постоянно дурачиться, не забывая при этом называть Дейдару своим старшим братиком. Чем она частенько раздражала юного подрывника. Но всё же, Дей относился к девочке довольно снисходительно. Но больше всего его бесила сама роль няньки для двух спиногрызов. Отныне Ооноки не поручал Дею опасных миссий, на которых он вовсю мог творить своё «искусство». С каждым днём раздражение Дейдары перерастало в ненависть, не помогло даже вручение ему звания токубетсу джонина и устройства для глаза, которое увеличивало дальность его зрения. Он принял решение бежать из Ивагакуре. Как ни странно, обошлось без жертв. Дейдара под покровом ночи, на глиняной птице, пересёк границы деревни. И до сегодняшнего дня Дей занимался наёмничеством и уже успел заработать неплохую репутацию и громкое имя в этой среде. И вот, в его теле теперь живу я. Ну, это если совсем вкратце. — Ну и пиздец, м… — кратко я описал сложившуюся ситуацию. Я изо всех сил боролся с нарастающей паникой. Она мне никак не поможет, а совсем даже наоборот. Мало того, что я сдох и переродился в мире аниме, это ещё пол беды. Большие проблемы были ещё впереди. Акацуки скоро будут тут, и это вопрос времени. Это означает, что я имею неиллюзорные шансы сдохнуть. А второй раз мне умирать не хотелось. Хотя, в первый раз я тоже не планировал, но надо сосредоточиться на настоящем и будущем. Сопли на кулак я всегда успею намотать, но это делу не поможет. Отказаться или свалить отсюда не вариант. Акацуки меня найдут, побьют, и заставят присоединиться к ним. К Каге идти тоже не вариант. Ооноки меня сразу вздёрнет, а остальные сдадут на опыты, чтоб изучить моё киндзюцу. Выбора у меня похоже нет, придётся вступить в это «ОПГ Рассвет». Но надо это сделать грамотно. Для виду поломаться и, желательно, добыть при этом дополнительные сведения об организации. Ну и зарплату побольше, хехе. Я смотрел все серии «Наруто», но это было давненько. «Боруто» мне не зашёл, посмотрел всего около сорока серий. И либо я повзрослел, либо это уже не то… Ладно, не отвлекаемся, думаем. Дейдара, как бы обидно это ни было, должен был умереть. «Наруто» это сёнен, а Дей в нём враг — очередная «ступенька в развитии» или же препятствие для главных героев. Это меня не устраивало, я хотел жить. Знание будущего — моё главное преимущество. Но учитывая пребывание меня в этом теле, всё может круто поменяться. Этого вряд ли удастся избежать, но я постараюсь минимизировать измение канона. Что мы имеем? Мне передались все навыки Дейдары, как будто я самолично постигал учение шиноби, просто умею и всё. Но разум и характер практически полностью мой. Это хорошо, но имеющихся навыков может и не хватить. Дейдара сильный, очень сильный, но однобокий шиноби. Да, подавляющему большинству других шиноби, чтобы сдохнуть взрывной глины хватит за глаза, но немногому меньшинству победить меня вполне по силам. Поэтому нужно развиваться, не распыляясь при этом на ненужные вещи. Ирьёниндзюцу, кендзюцу и сендзюцу придётся забыть. Гендзюцу? Только защита от него, но это непринципиально. Упор надо делать на уже имеющиеся навыки, отточить их до автоматизма и, желательно, улучшить. В приоритете стихия взрыва, в частности техника «минный удар». Дейдара её знает, но не использует, хотя в бою с Саске она бы ему пригодилась. А также нельзя забывать про техники трёх имеющихся у меня стихий: стихии огня, молнии и земли. Тут ситуация аналогична, Дейдара знает некоторые, но не использует. Видимо, из принципа. Но я хочу жить, значит, буду использовать всё, что знаю. Кибаку Нендо тоже нужно развивать, ведь эта техника будет моей основной. В голове созрел черновой план действий. Пункт первый: Плывём по течению, стараясь не нарушать канон, развиваем навыки и копим деньги — они могут очень пригодиться. Пункт второй: В нужный момент, откалываемся от «плохишей» и примыкаем к «добрячкам», рассчитывая на амнистию, как у Саске, или хотя бы на то, что Каге забьют на меня, как в случае с Орочимару. Пункт третий: Шикуем на накопленные бабки оставшуюся жизнь. Профит! Но это «на бумаге», всё ещё может сто раз пойти по одному месту, и тогда придётся действовать по обстоятельствам. Но не всё потеряно, и это главное.

***

— Ух… — я медленно выдохнул и вытер пот со лба, мозговой штурм окончен. Нужно освоиться с новым телом и своими способностями. Начнём с тела. Как я себя чувствовал? Да просто ахренительно! Я никогда в жизни не ощущал в себе такой мощи. Мозг работал быстро, я мог заметить чуть ли не каждую пылинку, сдуваемую ветром. Мышцы реагировали на команды мгновенно, и скорость их сокращения просто потрясала. Со стороны выглядело это наверно глупо. Я как дурак махал руками и прыгал туда сюда. Но мне нравилось. Вдоволь набесившись, я попробовал почувствовать чакру. И это у меня получилось быстро, ощущения были очень странные. Будто у меня в сердце находится маленький атомный реактор, который пульсировал испуская энергию по всему телу. Это и была чакра, она словно вода двигалась по чакроканалам, расположенным по всему телу. Также я заметил танкецу, проще говоря, это места через которые чакра может покинуть тело. Их было много, но все они были разного размера. Маленьких было больше всего, они были расположены на всех пересечениях чакроканалов, но для использования чакрозатратных техник подходили слабо. Более крупные танкецу находились на руках и в голове, в районе ртов. Память Дейдары подсказывала, что у других шиноби самый крупный выход чакры находится именно во рту и поменьше в конечностях. Но у Дея всё иначе, что неудивительно. Самый здоровый танкецу у Дейдары находился на груди, в гигантской пасти. Оттуда чакра могла выходить напрямую от очага, минуя чакроканалы. Это позволяло использовать для одной техники огромное количество энергии. Я ухмыльнулся, у меня уже появилась задумка разработать для большого рта другие техники, помимо самоподрыва. Пока ничего конкретного, но направление перспективное. Но и про рты на руках нельзя забывать, и их тоже можно интересно применить. Не только в интимных целях, хехе… — Пора что-нибудь опробовать, хм, — похоже это «хмыканье» передалось мне от «старого» Дейдары, не могу это контролировать, но это вообще некритично. Я расстегнул подсумок для глины на боку и просунул в него ладонь. Мой, эм… дополнительный рот, откусил немного глины. Я посмотрел на свою ладонь и начал пытаться придать глине нужную форму. Вроде получилось. У меня на ладони стояла маленькая белая птичка, по форме тела она была похожа на воробья. Она медленно расправила крылья и взлетела в воздух. — Поразительно… — моему восхищению не было предела, это волшебство! Настоящее, сука, волшебство, сотворённое мной. Я смотрел вслед птичке, что вылетела из стен храма. И мне хватало одной силы мысли чтобы ею управлять. Я испытывал невероятный восторг, у меня это в голове не укладывалось. Всю мою прошлую жизнь мне говорили, что чудес не бывает. А тут я могу творить их сам! Но пришло время «настоящего искусства»! — Кац! — прогремел взрыв, и довольно сильный. Да, в этом определённо что-то да есть. Дейдара по-своему был прав. Этого взрыва достаточно чтобы сделать небольшую комнату полностью необитаемой, если в ней нет шиноби. Опыт прошлого владельца тела подсказывал, что шиноби гораздо крепче и быстрее обычных людей, и могут получить меньше урона и пережить более серьёзные травмы.

***

Но тут моё шестое чувство забило тревогу, я обернулся. Передо мной, на некотором расстоянии, стояли члены Акацуки почти в полном составе. Я попытался сдержать нахлынувшие эмоции. Это была смесь страха, удивления и восхищения. Вот они слева-направо — любимые персонажи моего детства. Но это не мешало бы им без зазрения совести меня прикончить. Самообладания мне хватило, чтобы сохранить каменное лицо, но волновался я жутко. — Дейдара, я полагаю? — спросил меня рыжий мужчина с пирсингом и странными глазами. Определённо, Пейн. — Может быть. Смотря, кто спрашивает, — внешне я оставался максимально невозмутимым, не знаю откуда у меня это умение. Но если от Дейдары, то спасибо ему. — И этот мальчишка должен стать моим напарником? — послышался хриплый голос Хируко. Пейн посчитал вопрос Сасори риторическим и не ответил. — Я Пейн, лидер организации «Акацуки», — спокойно произнёс мой собеседник. — Ты по делу? — я старался быть немногословным, чтобы не выдать своего волнения голосом. — Я хочу, чтобы ты присоединился к нашей организации. — И чем вы занимаетесь? — Мы хотим избавить мир от войн. Я вопросительно поднял бровь. Да я-то знаю об этом, и меня это не удивляет. Но для человека из этого мира их цель была максимально утопичной, если не сказать бредовой. — Забавно, хм, — я изобразил ухмылку. — Даже если у вас есть конкретный план действий, то с чего я должен на это соглашаться? Прекращать войны не в моих интересах, я на этом зарабатываю, хм. Я всё-таки решил играть роль алчного гондона, это вызовет меньше всего вопросов. Пейн взглянул на Итачи, без слов отдавая ему приказ действовать. И в глазах Учихи появился шаринган. Блять! Нет, нет, нет! Драться я с ним не хочу. Шаринган выглядел действительно впечатляюще. Нужно «давать заднюю» и соглашаться, но не за бесплатно. — Ладно, ладно. Не нужно сверкать глазками, Учиха, — быстро проговорил я, прикрывая глаза и отворачивая голову, чтобы не попасть в его гендзюцу. — Я ещё ничего не решил. Я не против к вам вступить, но не за бесплатно, да. Какузу хмыкнул. Либо ему понравился мой деловой подход, либо ему не понравилось то, что мне придётся платить за работу. Скорее всего, оба варианта сразу. — Ты знаешь меня? — спросил меня Итачи, но шаринган всё-таки деактивировал. — Конкретно тебя нет, но додзюцу клана Учиха сложно не узнать, хм, — с небольшой ухмылкой ответил я. Маска надменного придурка мне даётся хорошо. Или это не маска? В ответ Итачи просто хмыкнул. Ух… походу выкрутился. — За каждое выполненное задание, ты будешь получать как за несколько миссий S ранга, — как ни в чём не бывало ответил Пейн, проигнорировав гневный взгляд Какузу. — Хм, неплохо. Я согласен, да, — ну вот и всё, я по уши в дерьме. Тендо подошёл ко мне протягивая синее кольцо и чёрный плащ с красными облаками. Я быстро накинул на себя балахон, и надел кольцо на указательный палец правой руки. — Перечеркни свой протектор, — приказал мне Пейн. Конечно, мне не хотелось поганить свой хитайате, но выбора, как обычно, у меня нет. Благо, у меня оставался протектор Тамао — матери Дейдары. Достав из подсумка кунай, я аккуратно перечеркнул символ Ивагакуре по центру хитайате. Теперь я разорвал связь с прошлым. По крайней мере, вроде бы такой символизм в это действие вкладывал Пейн. — Добро пожаловать в Акацуки, Дейдара. Твоим напарником будет Сасори. Ваша задача — убить Орочимару, — да уж, первый противник и сразу Орочимару. Хотя всё согласно канону. — Ясно. Все члены Акацуки исчезли в шуншине, кроме Сасори. — Поторапливайся, я ненавижу ждать, — угрожающе проговорил кукольник. Злить Сасори я хотел в последнюю очередь, поэтому молча двинулся за ним. Впереди меня ждёт куча приключений. Мда, будь я на семь-восемь лет помладше, я бы даже обрадовался, но не сейчас. Хотя толку от нытья мало, придётся работать в интересах Акацуки. Пока что.