Взрывы — это конечно круто, но без фанатизма.

— Ох, ледяная! — я рывком вынырнул из вод холодной горной реки. С момента моих злоключений в стране Тишины минуло два дня. Всё это время я буквально летел в Окето, чтобы успеть поймать эту Сэцуко, без привалов и даже без перерывов на обед. Главное было не опоздать. И вот, раннее утро, а я уже на месте. Но я был измотан, причём сильно. Двое суток без сна поддерживать птицу в воздухе — настоящее испытание на прочность. Четверть резерва и усталость, не только физическая, но и моральная, вынуждали действовать осторожнее. Боя стоило избегать любой ценой — я сейчас не в лучшей форме. Вернёмся к делам насущным. Окето — это небольшая деревня на севере страны Огня, выполняющая роль пограничной заставы со страной Мороза. Если бы я и смог перехватить наследницу клана Орора, то только здесь. Поселение находилось на единственной оживлённой дороге. Я сильно сомневаюсь, что наша самурайка будет держать путь через неудобные и запутанные горные и лесные тропы — единственные альтернативы главному маршруту. Сама же страна Мороза очень походила на страну Железа, тут тоже всем рулят самураи. Хотя сейчас, наверное, нет. Насколько я слышал, в стране уже пять лет бушует серьёзный кризис власти. Но в подробности я не вникал. А, зря. Сейчас бы пригодились. — Где же свиток, который дал мне Сасори? — пробормотал я. — Так это глина… Это клинки Киба… А, вот! Приземлился я неподалёку от самой деревушки, решив не привлекать внимания. Ну и уделить немного времени личной гигиене, освежившись в ближайшем водоёме. Довольно холодном, прошу заметить. «Теперь чижика ищи…» Ещё одним решением стало сменить одежду. Кожанка — это, конечно, круто, но погода для неё не самая подходящая. Естественно, для шиноби долгое пребывание в условиях низкой температуры вообще не критично. Но зачем себя мучать? Мороз был не единственным поводом. Всё же я решил скрыть свою личность полностью. Ну, почти полностью, на перекраску волос и пластику лица времени и желания у меня нет. Но просто нацепить на себя шмотьё другой скрытой деревни и придумать себе «временное имя», было бы неплохо. Выбор пал на униформу шиноби Амегакуре. На то было много причин. Начнём издалека. Многие фанаты «Наруто» задавались вопросом: «Почему нельзя было набрать в Акацуки больше шиноби? Пусть они бы и уступали костяку организации по силе, но они могли выполнять менее сложные задания и приносить неплохие деньги, чисто за счёт количества». Ответ был, и он был донельзя простым: такие шиноби у Пейна есть, и это — рядовые ниндзя деревни скрытого Дождя. Да, именно они и выполняли менее сложные миссии во имя «Мира во всём мире!». По количеству и отчасти по качеству работы шиноби Амегакуре отставали от шиноби из великой Пятерки. Но зачастую шиноби Дождя были куда более фанатичными и преданными, готовыми работать без длительного отдыха и за не особенно большую зарплату. «Да уж, психи на службе у совсем ебанутых…», — цинично размышлял я, натягивая на себя водолазку. К чему это я? Шиноби Аме носились по простору всей местной ойкумены и выполняли довольно тяжёлые — для их уровня сил — задания. Это, как правило, приводило к большому, но быстро восполняемому числу потерь. Вместе с тем, ниндзя Амегакуре учились, становясь только сильнее. Именно так шиноби и куноичи деревни Скрытой в Дожде несли своё нелегкое бремя. Это привело к довольно необычной ситуации. Шиноби других деревень уже не сильно удивлялись, завидев ниндзя Дождя.Наверняка их это раздражало, но пребывание на территории чужой страны формально не запрещено местным «международным правом». Вот вроде бы и всё. «И плащ у них прикольный», — подумал я, нацепляя на себя вышеупомянутый предмет одежды. — «В целом, очень даже удобно.» Последним штрихом была причёска, я решил её временно подкорректировать. Никаких кардинальных решений, просто собрал всё кроме чёлки в большой хвост на затылке, чтобы на плечи ничего не свисало. Благо волосы у меня от природы лёгкие, и поэтому на баланс головы это сильно не сказалось. По крайней мере, мне новая причёска не мешала. — Ну вот, готово, — я немного попрыгал, чтобы снаряжение лучше легло на тело. Стандартная униформа джонина Амегакуре состояла из чёрных сандалий, тёмно-серых штанов и аналогичного цвета водолазки. Ну и как вишенка на торте — жилет сиреневого цвета и синий плащ. Последний доходил чуть ниже колен, имел капюшон и был очень плотным, отлично защищая от дождя и холода. На лбу вместо моего перечёркнутого протектора Ивы был слегка поношенный хитай-ате Аме. Из образа выбивались только оптика на левом глазу и подсумки с глиной, но и последние были скрыты плащом. Без них, увы, никуда. — Пора идти, хм, — собравшись, я направился в Окето. — Надеюсь успел…

***

Поселение меня немного удивило. Местная архитектура на первый взгляд не блистала. Несколько улиц с небольшими деревянными домиками, чьи крыши припорошил лёгкий снежок. Вроде ничего особенного, но был у этой захудалой деревеньки свой шарм. Местных аборигенов я несильно заинтересовал, это хорошо. Ещё одной неплохой новостью стало отсутствие в поле зрения шиноби Листа, хотя на пограничной заставе они должны присутствовать. И, наверное, они тут всё же есть, но, скорее всего, это ниндзя по уровню, близкие к двум дружкам-пирожкам, что вечно «охраняли» ворота в Коноху. Да и сомневаюсь, что их тут очень уж много и они вообще занимаются охранной границы, а не считают ворон. Этому была объективная причина. «Спасибо, Орочимару», — ухмыльнулся я. Да, именно его относительно недавнее нападение на Коноху вынудило Цунаде задействовать все силы деревни для участия в миссиях. Это было рискованно, но единственным предполагаемым противником на этом направлении являлось Скрытое Облако, отделённое от страны Огня страной Мороза. Видимо, Пятая рассчитывала на мирный договор, заключённый несколько лет назад Хирузеном, для чего жертвой послужил младший брат главы клана Хьюга. Но эта тема меня сейчас мало интересовала, на «повестке дня» была Сэцуко Орора. Перед вылетом из страны Тишины, я «позаимствовал» у Даджиму добытые его подчинёнными сведения, которые они указали в своём докладе. Самого же лидера шайки я, естественно, не спрашивал. Информация была довольно подробной. Сэцуко Орора — наследница и последняя представительница клана Орора, уничтоженного пять лет назад наёмниками. Ну, не просто наёмниками, а опытными ронинами и нукенинами. По слухам, за этим стоял Буридзадо, но эта информация не подтверждена. Тем не менее, предположение вполне логично, учитывая, что клан Орора являлся правящим в стране Мороза, и именно их глава приказал уничтожить клан Буридзадо. М-да… «Последний представитель своего клана» — в рамках этой вселенной уже звучит как избитое клише. Если бы не одно «но». Пожив немного в этом мире, и порассуждав на эту тему, я понял, что повсеместное уничтожение кланов это скорее не заезженный сценарный ход, а — часть процесса развития местного общества. Взять, например, кланы в Скрытых деревнях. Постепенно происходит процесс перехода от качества к количеству. Места лучше обученных клановых шиноби занимают бесклановые ниндзя, прошедшие обучение в академиях. Хоть выходцы из кланов и сильней, их никогда не будет больше, чем достаточно одарённых ниндзя из числа простых людей. С появлением какурезато, характер военных действий изменился. Вместо стычек клан на клан, войны приняли другой, поистине ужасающий масштаб. Тысячи шиноби перманентно сражались на огромной территории и несли страшные потери. Если во время Первой Мировой войны шиноби численности кланов, входящих в скрытые деревни, хватало, чтобы отправлять в бой только шиноби достигших шестнадцати лет, то в мясорубку Второй и Третьей Мировых уже бросали десятилетних детей, а то и младше. Сказались высокие потери. В таких условиях выживаемость у всех была одинаково низкой, вне зависимости от происхождения. А дальше уже чистая математика — бесклановых в десятки раз больше. «М-да… «Мне» ещё повезло родиться в относительно мирное время», — размышлял я. — «Была возможность набраться сил и опыта.» Коноха здесь, кстати, была всё же исключением. Хокаге старались опираться именно на именитые рода шиноби. В других деревнях всё обстояло иначе — почти все кланы в них были истреблены. Хуже всего дела обстояли у Облака: там кланов с уникальными способностями не осталось вовсе, что вынуждало их идти на довольно рискованные меры. Только похищение Хинаты чего стоит. Если кланы уничтожали не войны, их губила политика. Многие из них, хоть и ослабев, продолжали давить на Каге. И когда они начинали нести реальную угрозу власти, от них избавлялись. Кагуя, Юки, Чиноике, Учиха, Узумаки — только самые известные примеры. Хотя тут и лже-Мадара постарался. Но действия Обито, по моему мнению, послужили лишь катализатором. Учихи и так шли к восстанию — просто «Человек в маске» их к этому подтолкнул. В первую очередь винить тут стоит внутреннюю политику Хокаге. Кагуя и Чиноике сгинули и без его помощи. А Узумаки — это вообще отдельная история… «Чёт, я не о том думаю. Вечно меня уносит в непонятные дебри рассуждений, не имеющих практического смысла», — почесал я голову. — «Хотя познавать этот — новый для меня — мир очень интересно. Даже несмотря на то, что во многих вещах я могу пока ошибаться, хм.»

***

Погружённый в свои размышления, я добрался до ближайшего гостевого дома. Обычно такие места совмещали в себе роль ночлежки, столовой, и питейного заведения. Всё, что поможет путнику отдохнуть после долгой дороги. Но за отдельную плату, оно могло легко превратиться в «справочное бюро». Работники таких домов часто могут услышать нечто интересное. И они не брезговали делиться этой информацией. По крайней мере, так утверждал Сасори, а он, как подсказывает мой опыт, редко ошибается в подобных вопросах. При входе мне открылась довольно любопытная картина: обломки мебели, следы ударов чем-то острым на стенах и балках. Ну и вишенкой на торте были свежие пятна крови. «Походу гулянка здесь была весёлой…», — саркастично подметил я. Ну, а в целом, заведение выглядело довольно заурядно — тусклые стены, простая деревянная мебель, лестница на второй этаж и барная стойка. За последней, в гордом одиночестве стоял пожилой бармен с седой бородой. Он смотрел печальным взглядом на пустое помещение. «Ага, понятно. Либо сам владелец, либо наёмный рабочий, которому премии теперь точно не видать», — я поправил протектор. — «Мне же лучше. Лишние деньги ему явно не помешают.» — Приветствую! — ухмыльнулся я. — Вижу вчерашний вечер прошёл довольно весело, хм. — Ох… вам всё шутки, шиноби-сан, а мне теперь весь этот бардак разгребать и ремонт делать, — устало проговорил старик. — Когда ты уже немолод, это не так легко. Да и денег это стоит… Эх, а мебель эту ещё мой дед делал, в наследство мне вместе с самим делом досталась. Несмотря на то, что я порядком очерствел за время моей новой жизни, мне было жаль старика. Я не был хорош в том, чтобы тонко распознавать чужие эмоции, но владелец явно не прибеднялся и не давил на жалость. Ему действительно было печально смотреть на окружающую разруху. «Эх, ладно. Хотел разболтать его и выбить сведения бесплатно, но всё же заплачу старику», — подумал я. — «Может, даже чуть больше, чем нужно.» — Ладно, старый, помогу тебе, — я достал из кармана довольно приличную сумму, глаза бармена засветились. — Я сегодня в хорошем настроении. — О! — дед с завидной прытью потянулся за деньгами. — Я вам безмерно благодарен, шиноби-сан! — Эй! — я одёрнул руку. — Сначала налей мне стопку саке и поделись кое-какой информацией, да. — Конечно-конечно, сию минуту! — засуетился старик, доставая из-под барной стойки бутылку с крепким напитком и пару чарок. — Я себе тоже налью, вы не против? Ну чтоб рот промочить. — Валяй. Дед отточенным до идеала движением разлил саке по двум стопкам. Затем мы взяли их в руки. — За встречу, шиноби-сан! — владелец заведения быстро влил в себя содержимое чарки. — Ага, за встречу, — мне не помешало бы взбодриться. Способ не лучший, но альтернативы пока не наблюдается. — Ох, крепкая зараза, — поморщился старик. Я же остался невозмутимым. — Так что же вас интересует? — Я ищу одну девушку, — подался я чуть вперёд, опираясь на барную стойку. — Зовут Сэцуко Орора, лет — шестнадцать, родом из самурайского клана. Насколько я слышал, неплохо владеет катаной, хм. — Так вы эту фурию ищите? — резко помрачнел старик. — Вчера заявилась здесь под вечер, одна юная бестия… Она, конечно, не представилась, но по описанию явно схожа. Таких не часто встретишь. — Интересно. Можно чуть поподробнее? — Да расспрашивала она у меня про какого-то Бурязада, — поморщился старик. — Может про Буридзадо? — уточнил я. — Может, и про него, — пожал плечами бармен. — Только я про обоих ничего не знаю. Я как будто должен всё про всех знать. — А с какой целью она им интересовалась? Не сказала? — Нет. Но тут и биджу понятно, что грохнуть она его хочет, — уверенно проговорил хозяин гостевого дома. — Она очень разозлилась, когда я не смог ей ответить. Да и проклятиями его осыпала, да так, что даже я удивился. А я тут всю жизнь работаю, и разных людей встречал, вот. — Интересно, хм, — потёр я подбородок, перебирая в голове варианты, как этим можно воспользоваться. — А дальше? Ещё что-нибудь говорила? — Нет, — ответил дед, — дальше пришли ребята, что охраняли караван из столицы. И тут такое началось! — Что именно? — это уже интересно. — Мордобой, шиноби-сан, самый настоящий мордобой! — экспрессивно начал старик. — Один из молодчиков начал к ней приставать, ну и она разозлилась. Ударила его, тот ей ответил, она взялась за меч, а тут уже и товарищи паренька подтянулись… — Ага, я так понимаю среди её противников ниндзя не было, да? — решил уточнить я. — Та нет. Но ребята были крепкими, сразу видно, — ответил владелец заведения. — А эта девчушка раскидала их на раз-два. Да и всё помещение к биджу разнесла, бестия проклятая. Нет бы на улицу выйти и там свои дела решить, так надо мне жизнь портить. Вот так постоянно: вечно кто-то нажрётся в сопли, а потом устраи… — Ладно-ладно, угомонись, — остановил я тираду старика. — Что с ней потом стало? — Да ничего! Устроила погром, чудом никого не покалечив, и свалила! Хотя бы денег оставила на ремонт — но нет. Взяла и ушла, бессовестная! — разгорячился старик. — А куда ушла? — спросил я. — Ты не знаешь? — Ну… Точно не знаю, но скорее всего пошла к Хоки. Чтоб его биджу драли… — Что ещё за Хоки? — я уже начинал раздражаться. — «До чего же болтливый старый хрыч, из десяти слов — два по делу.» — Конкурент мой главный, — поморщился дед. — Вечно мне палки в колёса вставляет. То цены на саке специально занизит, чтоб всех пьяниц к себе переманить. То подошлёт кого-то на мою улицу, к себе зазывать. Низкий и беспринципный человек, вот. А ещё он… Я вскипел. — Да заткнись уже, плесень старая! — начал я давить своей «жаждой убийства». — Где он?! Уложись в двадцать слов или того меньше, хм! — Х-хо-хорошо… — промямлил старик. Видимо, моё «убеждение» подействовало. — Его гостевой дом на другой стороне деревни — вверх по улице, третий поворот направо. Дальше сами увидите, там вывеска есть, вот. — Вот так бы сразу, — потёр я переносицу. — Держи, заслужил. Я протянул бармену деньги. Тот их мгновенно схватил. — Чуть не забыл, а как выглядела девушка? — старик уже раскрыл рот, готовясь начать очередной «увлекательный» рассказ. — Только быстрей, да. — Ну, не особо большого роста, белые волосы, ярко-голубые глаза. Да и на лицо довольно мила, вот, — быстро проговорил владелец заведения. — Понятно… — протянул я, направляясь к выходу. — Спасибо за помощь. — Да это вам спасибо, вот, — ответил старик. — А вы надеюсь с ней «разберётесь»? «Какой добродушный дедушка», — саркастично подметил я. — Не знаю, посмотрим, хм.

***

Найти нужное здание оказалась не сложно. Заглянув в открытую дверь, я сразу же обнаружил интересующую меня особу. Девушка сидела спиной ко входу и уныло поглощала завтрак. Она сильно выделялась на фоне других немногочисленных посетителей. Белые растрепанные волосы, едва доходящие до мочек ушей. Очень бледная кожа. И конечно же, полный самурайский доспех — кираса, поножи и наручи, сделанные из стальных пластин, скрепленных сверху белыми и синими нитями. Ну и хорошо сделанная катана, висевшая на поясе, не осталась без внимания. «Отлично, успел», — ухмыльнулся я. — «Ха, сидеть спиной ко входу — не самая хорошая идея. Это вам любой ковбой скажет, хм.»

***

Сэцуко опоздала. Хотя она спешила, очень спешила. Три месяца назад она узнала, что Буридзадо намеревается не просто вернуться в страну Мороза, но и захватить власть, став новым даймё. А пять лет назад он убил всю её семью, причём чужими руками. «Ублюдок!» — Сэцуко до боли сжала палочки для еды. — «У этого труса даже не хватило смелости сделать это самостоятельно. Нанял каких-то беспринципных уродов.» Так или иначе она смогла выжить. Смогла выжить, чтобы отомстить и вернуть в страну Мороза мир и порядок, разрушенный Буридзадо. С уничтожением клана Орора земли её родной страны погрузились в хаос. Крестьяне умирали от голода, холода и налётов разношерстного отребья. Последнее буквально бесчинствовало, грабя и убивая, и без того, несчастное население. И виной всему один чело… Нет! Он не достоин даже называться человеком. Буридзадо — выродок, что ради своей выгоды готов разрушить сотни и тысячи жизней — не человек, а зверь. Зверь без морали, совести и чести! С одиннадцати лет Сэцуко в одиночестве скитается по всему миру, защищая слабых и угнетенных. Не за деньги, а потому что так правильно. «Долг самурая — защищать невинных людей», — вспомнила она слова отца. Честь. Для многих, это слово не значит ничего, но для Сэцуко, как и для её погибшей семьи, оно означало очень многое. Честь — это принципы, отличающие настоящих воинов от аморальных животных. Истинный самурай никогда не нападает на заведомо слабого человека, встретит неприятеля лицом к лицу, никогда не солжёт и не предаст. А бесчестное отребье, наоборот, не чурается убийства беззащитных женщин и детей, может ударить в спину вчерашнему другу и обманывает всех, с кем имеет дело. Наиболее омерзительными для Сэцуко были шиноби, а особенно нукенины. Все ниндзя до единого предпочитают атаковать исподтишка, вечно пытаясь одурачить и использовать других. «Стратегия», по их словам. Орора ещё могла понять их — они поступали бесчестно, но хотя бы на благо своей Скрытой деревни. А вот ниндзя-отступники для Сэцуко были хуже грязи. Ещё более жестокие, хитрые и алчные ублюдки, действующие исключительно ради собственной выгоды, не брезгуя никакими методами. «Мрази… Хуже только Буридзадо», — про себя констатировала девушка. Мысли вновь вернулись к настоящему моменту. Хоть Сэцуко и спешила вернуться на родину до Буридзадо, но всё-таки не успела. По дороге она столкнулась с крупной группировкой бандитов, что терроризировала поселения крестьян. Последние и попросили девушку им помочь, и она не смогла им отказать. Совместными усилиями у них получилось победить разбойников, но это заняло слишком много времени. Вчера вечером, после неприятного инцидента в другом гостевом доме, она смогла расспросить одного из беженцев о ситуации в её стране. Вести были печальными: ублюдок уже как два месяца занимал столицу страны Мороза и пытался наводить там свои порядки. Благо, практически безуспешно. Ведь у него не было очень важной вещи — амулета клана Орора. Именно обладатель этой реликвии имел исключительное право на власть в стране Мороза. По древнему приданию, он принадлежал жене одного из потомков Рикудо. А позднее именно амулет стал обозначать истинного владыку всего государства. Сильнейшие воины бросали друг другу вызов ради права на владение амулетом. Пока однажды он не попал в руки к одному из предков Сэцуко. Изначально амулет имел другое название, но с течением времени оно было забыто. Ведь сама реликвия находилась в руках клана Орора не одно поколение и плотно переплелась с их историей. Сейчас местоположение артефакта неизвестно, но это не гарантировало, что никто рано или поздно его не найдёт и он не попадёт в руки к узурпатору. «Буридзадо не получит этот амулет!» — насупилась девушка. — Иначе я не…» — Сэцуко Орора? — девушка среагировала мгновенно. Вакидзаси покоящееся на правой стороне пояса мгновенно вылетело из ножен и было приставлено к шее незнакомца. Последний на удивление остался невозмутимым. — Кхм. Видимо, да. Сэцуко взглядом окинула вторженца. Среднего роста блондин, волосы которого скрывали странное металлическое устройство на левой стороне лица. Тело было укрыто плащом. На вид — скорее всего, её ровесник. Интересно… Её внимание привлёк протектор на голове. «Ниндзя!» — насторожилась девушка. — «Четыре вертикальные параллельные линии. Если не ошибаюсь, это символ деревни Амегакуре.» — Ты пришёл меня убить?! — прошипела Орора. — Хотел убить — ударил бы в спину, — парень слабо ухмыльнулся, — без разговоров, хм. — Допустим, — неохотно согласилась Сэцуко, — Тогда кто ты? И что тебе от меня нужно? — Ну… Меня зовут Масаши, я — ниндзя-наёмник из Амегакуре, — неуверенно начал парень. — У меня задание в стране Мороза, но оно секре… — Мне плевать на твои секреты! — вспылила девушка. — Говори или умрёшь! — Моё задание — устранить некого Буридзадо, — неохотно проговорил ниндзя. «Хм… Хочет сказать, что мы союзники? Слабо верится — все шиноби начинают юлить, когда приставишь к их горлу клинок», — мелькнуло в голове у последней Орора. — «Хотя нужно ещё кое-что спросить…» — А зачем тебе я? — недоверчиво спросила девушка. — И откуда вообще знаешь моё имя? — Ну, про тебя мне рассказали члены одной бандитской шайки, что работала на Буридзадо. С ними я уже разобрался, — быстро ответил наёмник. — Насколько я понял, ты местная. К тому же, он тоже твой враг. Знаешь, мы бы могли объединить усилия, да. — Я не горю желанием работать с такими как ты, — грозно проговорила Сэцуко, но вакидзаси уже не так сильно давило на шею Масаши. — У вас, шиноби, нет чести. — Ну, не стоит быть настолько категоричной, — примирительно проговорил ниндзя. — В первую очередь, наш противник — Буридзадо. А он опасен, даже очень, хм. Вдвоём у нас гораздо больше шансов с ним справиться, ага. «Его слова не лишены смысла. Но насколько они правдивы?» — призадумалась девушка. — «По крайней мере он ей не враг, раз не нанёс удар, когда была возможность. Может и стоит дать ему шанс? Даже такой союзник будет ей не лишним.» — Ладно, я согласна, — неохотно заявила Сэцуко. — Но… — Вот и славно! — перебил её Масаши. — Раз ты согласилась, то остальные моменты лучше обсудить с оригиналом, хм. — Что?! — глаза Орора расширились. Парень в мгновение ока исчез в облаке белого дыма. — Какого… Другие посетители гостевого дома тоже были ошарашены. До этого они молча наблюдали за их диалогом, не желая вмешиваться и наживать себе проблем. — И снова здравствуй, Сэцуко! — на пороге появилась фигура блондина с довольным оскалом на лице.

***

Мой план сработал, хотя и был частично импровизированным. Я предполагал возможность втереться к девчонке в доверие и таким образом получить амулет. Первый шаг был сделан, дальше следует подробнее расспросить её по поводу этой бижутерии, и дело в шляпе. — И снова здравствуй, Сэцуко! — я вальяжно встал в дверном проёме гостевого дома. «Ха, это надо видеть!» — растерянная и раздосадованная моська самурайки неплохо меня развеселила. — «Хм, а она довольно мило выглядит. Особенно когда находится в недоумении, а не приставляет заточенную железку прямо к моей ярёмной вене, да.» — Что ты… — замялась девушка, но быстро сменила непонимание на гнев. — Что ещё за фокусы?! Объяснись! — Да не кричи ты. Это просто теневой клон, — я развёл руки в примирительном жесте. — Решил перестраховаться, без обид. Девушка немного остыла. — Надеюсь наш временный союз ещё в силе, не смотря на этот инцидент? — слабо улыбнулся я. — Мы же договорились? — Ещё раз выкинешь нечто подобное и, клянусь, я тебя убью! — выпалила Сэцуко, но затем спокойно добавила. — Тебе повезло, что я уже согласилась с тобой работать, шиноби. Я держу своё слово. — Да-да, конечно, — закатил я глаза. — Нужно уходить, мы и так изрядно нашумели в этой деревеньке — особенно ты. Я в курсе о твоих вчерашних «приключениях», хм. Я развернулся, вышел из здания. Девушка нахмурилась, но всё же последовала за мной.

***

Сэцуко Орора меня сильно поразила. Не, я, конечно, привык, что удивляться в этом мире приходится часто. И пора бы уже привыкнуть, что вселенная «Наруто» раз за разом преподносит мне что-то новое, но нет. У меня по-прежнему происходит «разрыв шаблона». В случае с Сэцуко это был её род деятельности. Женщина-самурай? Любой историк из прошлой жизни покрутил бы пальцем у виска и обозвал меня неучем. А тут, в мире чакры такое оказалось вполне возможным. Да и сами самураи тут странные. Я слышал, что в моём мире у самураев была «занимательная» традиция — тестировать новый клинок на первом встречном крестьянине. Да и в целом, сомневаюсь, что они в общей массе были «добрыми защитниками». «Кодекс Бусидо» хоть и существовал, но у меня возникают сомнения, что на практике его строго придерживались. Но это лишь мои догадки. Мне, как человеку из XXI века, сложно понять, как можно вести такую опасную жизнь и не относиться к этому максимально прагматично. А здесь самураи довольно идеалистичные, что ли? Как будто из игры «Призрак Цусимы» или фильмов Акиры Куросавы, хотя у последнего герои всё же довольно разносторонние и сложные. Это немного сбивало с толку. Но у меня такое мнение сложилось только из слухов и крупиц информации, полученных от других людей в ходе миссий. Может, всё не так или даже так, но этому есть объективные причины? Не знаю, но Сэцуко уже показалась мне чересчур повёрнутой на чести. Хоть и «чрезмерность» характеров людей, в целом, свойственна этому миру. Вернёмся к моей новообретённой спутнице, а именно к её «профессии». Даже здесь это явление было чем-то неординарным. Конечно, чакра практически нивелировала разницу в физической силе между мужчинами и женщинами, но тем не менее. Написанный Масаши Кишимото мир во многом отсылал к феодальной Японии с её культурными традициями. Я знал, что сильных женщин в «Наруто» предостаточно, однако, мне казалось, что это касается только куноичи. А за всё время новой жизни я вообще не слышал о девушках-самураях. «Ну, мне, в принципе, всё равно», — почесал я подбородок. — «Пусть чем хотят, тем и занимаются. Мне это не сильно мешает. Хотя… может, всё же стоит спросить напрямую? Почему бы и нет?» — Кстати, можешь мне ответить на один вопрос? — обратился я к Орора. Мы уже достаточно отошли от Окето, чтобы обсудить некоторые детали без лишних ушей. — О! Наконец-то вспомнил обо мне? — саркастично подметила Сэцуко. — Скажу сразу, шиноби, я — не в твоём подчинении и твои приказы выполнять не собираюсь. Не буду лгать, я презираю таких, как ты. «Мда, такому количества яда позавидовал бы даже Сасори», — ухмыльнулся я. — «Хотя нет, мой напарник даст фору любому. И почему нельзя просто спокойно ответить?» — Да? — наигранно спросил я. — С чего вдруг? — Вы бесчестные ублюдки, — ответила девушка. — Ниндзя вечно юлят и избегают открытого боя. Вот поэтому. — Угу. То есть я должен жертвовать своей эффективностью и неоправданно рисковать жизнью ради бесполезных загонов о воинской чести? — парировал я. — Простите, но мне моя шкура дороже, да. — Оно и видно, — спокойно ответила Сэцуко. — Отнимаешь чужие жизни ради собственной выгоды, как животное. Сколько ты уже убил людей за последний месяц? А, наёмник? — Заткнись! — вспылил я. — Не твоё дело, хм! «Задела меня, сучка!» — гневно думал я. Не люблю осознавать, что ради собственного выживания я готов отнимать жизни — зачастую неплохих людей. Всё же в прошлой жизни я не был хорошим человеком, но убийства считал чем-то неприемлемым. Теперь же, оказавшись в обстоятельствах, вынуждающих меня идти на откровенные преступления, я пытаюсь смириться. Я постоянно стараюсь абстрагироваться от мук совести, но меня порой пробирает. И вот, эта девчонка напомнила мне об этом. По началу я пытался убедить себя, что всё в порядке, таков этот жестокий мир, но… я устал. Если почти год без остановки только убивать — это из любого вытянет все моральные силы, если не рассудок. Но я не расклеился. В нужный момент рука у меня не дрогнет, желание жить никуда не делось. — Что, правда глаза колит? — ухмыльнулась Сэцуко. — В отличии от тебя, я готов признать, что делаю это ради себя любимого, — я попытался улыбнуться, но больше походило на оскал. — А ваша дурацкая честь — это просто бред, никак не соотносящийся с суровой реальностью, хм. — Бред?! — её тоже легко разозлить. — Честь — это главная сила самураев! Это принципы и правила, которых придерживаются настоящие воины. Вот что отличает нас от таких, как ты, шиноби. — У нас нет времени на споры о чести и бесчестии, — грубо ответил я. Мне надоела эта бессмысленная дискуссия. — Меня интересует амулет твоего клана. Решил спросить в лоб. Это рискованно, но отговорка у меня имеется. — Что ты о нём знаешь?! — Сэцуко схватилась за рукоять катаны. — Говори! — Успокойся, хм, — я демонстративно сложил руки на груди. Вроде и показывая миролюбивые намерения, но в тайне готовя глиняные бомбы — мало ли. — Ничего я нём не знаю. — Не ври мне, шиноби! — нахмурилась Орора. — Об этом амулете судачат все преступные шайки страны Тишины, и не только, — спокойно проговорил я. — Буридзадо вложил огромные деньги на его поиск. Не может быть простая побрякушка настолько важной, хм. — «Побрякушка»?! — вспылила девушка, но всё же убрала ладонь с рукоятки своего клинка. — Это — бесценная реликвия, наёмник. — О! Теперь всё сразу стало понятнее, — наигранно удивился я, но затем вернул серьёзное выражение лица. — Так что в этом амулете такого особенного? Не мог же Буридзадо просто так спустить столько денег на него, ага. — Это — не простое украшение, — глядя мне в глаза, а точнее в глаз, проговорила Сэцуко, — а нечто большее. — Ага, двух сердец одно решение… Давай поконкретней, — нетерпеливо, с нотками гнева, ответил я. Самурайка явно избегала прямого ответа. — Ты во всех красках описала, какой я хуесос, но про сраный амулет не сказала ничего толкового, да. — Заткнись! — рявкнула девушка. — Не смей говорить со мной в таком тоне! «Блять, а думал, что это я вспыльчивый, да», — я потёр переносицу. — «Я, конечно, не капитан очевидность, но смею заметить, что отношения у нас не складываются.» — Хорошо, — терпеливо произнёс я. — Просто ответь: зачем Буридзадо нужен амулет? — Ладно, — успокоилась Орора. — Он хочет захватить власть, но только владелец амулета имеет право считаться легитимным правителем страны Мороза. — Ага, интересно, — я потёр подбородок. — Символ власти, хм. — Именно, — кивнула Сэцуко. «Блин. Я уж думал, что эта бижутерия дарует владельцу какую-то супер-способность», — уныло размышлял я. — «Ну, там телекинез или левитация. На крайний случай — лазеры из глаз, а тут… Эх.» — Ну, с этим разобрались, — подытожил я. — Каковы наши дальнейшие действия? У тебя есть план? — Конечно, — ухмыльнулась Сэцуко, — входим в столицу и сносим Буридзадо голову. Вот весь план. Я похлопал глазами. «Жаль, блять, Сасори здесь нет», — устало подумал я. — «Он бы так разгромил этот «план», что ты бы ещё неделю заикалась, хм.» — Ты уж прости меня, Сэцуко… — девушка внимательно посмотрела на меня, — …но это — пиздец. — Это ещё почему?! — возмутилась Орора. — Я не буду спокойно спать пока эта мразь дышит! Его нужно прикончить как можно быстрей! — М-да… Тяжёлый случай… — закатил я глаза. — Это — самоубийство. Я уверен, что у него на службе приличное количество нукенинов и других наёмников. Нам вдвоём с этим не справиться, да. — Да, плевать! — стояла на своём девушка. — Я убью его или сдохну, зная, что хотя бы попыталась его остановить! — Ставлю миллион рё на последнее, — ухмыльнулся я. — Ты умрёшь и Буридзадо окончательно захватит власть в стране. Но, ты же пыталась, верно? — У тебя есть идеи получше? — немного остыла Сэцуко. — Или только можешь, что язвить, наёмник? «Хм, действительно…», — призадумался я. — «Мне нужно получить амулет и доставить его Буридзадо. Без самурайки это будет куда сложнее, она — местная и знает, где искать. Нужно натолкнуть её на мысль, что сперва нам нужна реликвия её клана.» — Есть у меня одна идейка, хм… — почесал я подбородок. — Ну так не тяни, — нетерпеливо проговорила Орора. — Для начала нам нужен амулет твоего клана, — девушка уже открыла рот, намереваясь что-то сказать, но я остановил её жестом. — С ним население страны Мороза признает тебя истинным правителем. И тогда, с народной поддержкой у нас будет гораздо больше шансов свергнуть Буридзадо, да. — Хм… — Сэцуко погрузилась в размышления, но вскоре ответила. — Ладно, это имеет смысл. Может, твой план и сработает. — Ну, вот и отлично, — улыбнулся я. — Только я не знаю, где начать поиски. — У меня есть некоторые догадки, — сказала Сэцуко. — Если Буридзадо за пять лет не нашёл амулет, то он в руках у тех, кто по-прежнему верен моей семье. Может, кто-то из наших бывших слуг его сохранил. — Ты думаешь мы их найдём? — неуверенно спросил я. — Пять лет — срок немалый. — Тут неподалёку была деревня — в ней был старостой отставной советник моего отца. Папа ему доверял, значит, и я могу. — Лучше, чем ничего, — ответил я. — Веди, хм. Сэцуко коротко кивнула. «Эх, блять, получилось…», — устало подумал я. — «Что же я за человек?» Чувствовал я себя — как полное говно. Сэцуко, не смотря на свой скверный характер, была хорошим человеком. Всё же видно, что её искренне заботит будущее страны и её народа. И она не боится умереть за это. А я её использую, причём настолько жестоко, что Сасори, Обито и Мадара мне бы поаплодировали. «Стоит ли успех этой сраной миссии жизни Сэцуко и судьбы всей страны Мороза? Естественно, нет. Но в мире шиноби — либо ты, либо тебя…» Погруженный в грустные мысли, я направился вслед за девушкой.

***

Мы уже час шли по грунтовой дороге. Лицо обдувал ледяной ветер, приходилось подставлять левую часть лица, чтобы не так сильно страдать от холодных порывов. От этого всего только сильнее чувствовалась усталость. Начинало клонить в сон, а чакра практически не восстанавливалась. Сейчас у меня всё так же — четверть от общего резерва. Чертовски мало. Учитывая, что опускать уровень чакры до минимальных значений чревато — и того меньше. Но времени на отдых не было. Страна Мороза, как и почти все другие государства этого мира, названа не просто так. Хоть снега тут и не так много, температура была очень низкой, а пронизывающий до костей ветер только подтверждал это. — Эх, долго ещё? — нетерпеливо спросил я. — Ты же говорила, что деревенька неподалёку, хм. — Что замёрз, наёмник? — усмехнулась Сэцуко. — Неужто уже зубы стучат от холода? — Ага, — фыркнул я, но затем, ухмыльнувшись, добавил: — На руках, кстати, тоже. — Чего? — девушка недоумевающе посмотрела на меня. — А нет, — я резко вытянул в её сторону открытую ладонь, — смотри, как улыбается! — А-а-а!!! — Орора быстрым движением отпрыгнула назад, хватаясь за клинок. — Что это за идиотские фокусы, шиноби?! — Это никакие не фокусы, да, — преподавательским тоном начал я. — Это — кибаку-нендо — запретная техника. — То есть у тебя реально рты на ладонях? — это надо было видеть. Личико Сэцуко было перекошено от непонимания. — Как… какого биджу?! — Ну, мне внедрили экспериментальное киндзюцу, — развёл я руками, — вот и всё. — Но зачем? — хоть самурайка и вернула себе часть самообладания, до сих пор прибывала в лёгком шоке. — Это был приказ тсу… главы деревни, — я чуть не проговорился, но мгновенно среагировал. — Хотя я и не особо против. Это сделало меня гораздо сильнее. — На что вы, шиноби, только не пойдёте ради нечестного преимущества, — фыркнула Сэцуко. — Это довольно мерзко — во всех смыслах. — Ну, не знаю… — ухмыльнулся я. — Другим девушкам обычно нравится. Может, и тебе понравится? При более близком знакомстве, хм. Пиздёж, конечно. К огромному сожалению, у меня вечно не хватает времени и возможности это проверить. Но это была одна из ответок, что всегда была наготове именно для такого случая. «Ха, только дошло», — Орора не сразу поняла шутку, но, когда поняла… Её лицо приняло густой бордовый оттенок. На мордашке Сэцуко застыла смесь смущения и гнева. Всё же местное общество не так привычно ко всему пошлому, поэтому такие темы вызывают у них довольно бурную реакцию. — Извращенец!!! — взревела девушка. — Я убью тебя, наёмник! «Блять!» — в последний момент я успел уклониться от мощного удара прямо промеж ног. — «Правильно говорил старикан — та ещё фурия.»

***

Мы с Сэцуко всё так же держали путь сквозь порывы холодного ветра. Благо, девчонка немного успокоилась и уже не пыталась меня кастрировать. Хотя и настоятельно «просила» так больше не шутить. Но желание было довольно сильным — раздосадованная мордашка грозной воительницы выглядело одновременно и смешно, и довольно мило. Незаметно, как я надеялся, я решил рассмотреть ее. Хоть девушка и обладала довольно сложным характером, красотой природа её не обделила. Большие и яркие голубые глаза, по сравнению с которыми мои собственные смотрелись довольно блекло. Аккуратный нос и губы. Даже вечно хмурое выражение лица не портило общего впечатления. А белоснежные волосы и бледная кожа придавали ей образ этакой снежной королевы. Эх, не хватает мне в новой жизни романтики. Только вечные скитания от одного сражения к другому, а в компаньонах — лишь «злой кусок полена». А оказаться в компании девушки, даже такой вредной, было приятно. «Ха. Что-то я немного увлёкся», — подметил я про себя. — «Либо романы Джирайи на меня так повлияли, либо я сам по себе — «ценитель прекрасного», хм.» — Мы почти пришли, — констатировала Орора. — Осталось меньше километра. — Угу, — кивнул я. — Что-то не вери… Я остановился, глядя в небо. — Что такое, наёмник? — недоумевала Орора. — Чего застыл? — Погоди, — повысив кратность оптики, я заметил впереди чадящий чёрный дым. Это явно было не к добру. — Впереди дым, да! Примерно семьсот метров впереди. — Вперёд! — скомандовала девушка. — Нужно спешить. Я был согласен, поэтому кивнул и рванул вслед за Сэцуко.

***

«Вот почему мне так везёт?» — сидя с Орора на небольшой возвышенности я наблюдал за деревушкой. — «У этих недоумков было пять лет, но они напали именно сегодня. Нельзя было ещё денёк подождать?» Поселение грабили бандиты — частое явление для страны Мороза в это нелёгкое время. — Нужно их остановить! — Сэцуко уже намеревалась ринуться в бой. — Стой! — я схватил её за плечо. — Ты же не собираешься просто взять и атаковать их в лоб? Среди них есть несколько нукенинов и ронинов. Нужно выждать момент и атаковать, когда они этого не ожидают. По хорошему, я бы туда вообще не лез. Наши силы не равны, хм. «В моём состоянии драться будет нелегко», — прикинул я расклад сил. — «Может, самурайка что-то и умеет, но надеяться на кого-то другого — не в моих правилах.» — Так и скажи, что боишься, наёмник, — прошипела девушка. — Я не буду стоять и ждать пока они убивают невинных людей! Вырвавшись из моего захвата, Сэцуко рванула в деревню. «Ей походу реально жить надоело», — закатил я глаза. — «Ладно, пусть свяжет шайку боем, а я прикрою.» Я двинулся вслед за девушкой. Держался несколько левее, чтобы зайти разбойникам во фланг.

***

«Да и пошёл этот трус!» — зло размышляла Сэцуко пока спешила на помощь жителям деревни. — «Испугался какого-то отребья. А я уже начала думать, что он может немного отличаться от своих коллег. Но похоже, что нет…» Поток мыслей воительницы прервала картина разрушенной деревни. Один из домов горел, на улице лежали тела убитых крестьян. Некоторые мужчины сжимали в окоченевших руках рабочий инвентарь: топоры, вилы, серпы или длинные ножи. «Они погибли достойно», — промелькнула мысль в голове Орора. Она нахмурилась. — «Эти люди пытались защитить свои семьи, а не побежали в страхе. Я отомщу за них!» — Командир! — послышался крик с крыши одного из домов. — У нас тут гость! Это был молодой парень, на вид — лет двадцать. Одет он был в простую серую одежду, а в руках держал охотничий лук. Видимо, он был в шайке не особо давно, раз не грабил деревню вместе со всеми, а стоял на стрёме. — Выходите ублюдки! — рявкнула девушка, обнажая катану. — Я убью вас, бесчестные твари! Перед ней мгновенно появилось несколько фигур. Двое были одеты в серые плащи, а на лбу у них красовались побитые жизнью протекторы Конохи. Третий же был в сильно изношенном синем жилете и символом Кири на лбу. «Нукенины!» — оскалилась Орора, занимая боевую стойку. — «Они наиболее мобильные, и быстрее других отреагировали на моё появление в деревне.» Следом примчались ронины — их было четверо. Последними прибыли полторы дюжины обычных головорезов. Кучка грязных бандитов, но которые даже в таком, не особо большом количестве, могли создать Орора проблем. «Твари!» — Сэцуко крепко сжала катану. — «После смерти отца они не стали защищать народ, а превратились в обычных грабителей!» Один из ронинов вышел вперёд — он был довольно высокого роста, на вид около пятидесяти лет. Его ладонь лежала на рукоятке клинка. Хоть на нём и было чёрное потёртое кимоно, а на лице виднелась недельная щетина, он до сих пор сохранял признаки некого благородства. Гордая осанка, пронзительный взгляд карих глаз, и, в целом, манера держаться — всё это было плодами строгого воспитания самурая. — Хм, — ронин окинул девушку оценивающим взглядом. — А ты сильно подросла, «госпожа» Орора. Этот человек показался девушке довольно знакомым. «Неужели…» — Сугуро?! — удивилась Орора. — Почему?! В прошлом он был одним из близких приближенных её отца. Погибший даймё и бывший самурай прошли не одну военную кампанию. И маленькой Сэцуко он казался одним из примеров верности и чести. Но теперь перед ней была лишь пародия на того человека, которого она некогда уважала. Вместо настоящего воина перед девушкой предстала лишь его бледная тень — обычный разбойник, что грабит тех, кого поклялся защищать. — Времена изменились, девочка, — холодным тоном произнёс ронин. — Честь стала для нас лишь преградой. Твой отец погиб, потому что он был заложником своих никчёмных принципов. Теперь мы служим Буридзадо-саме и он не ограничивает нас ни в методах, ни в возможностях. Сейчас мы можем сражаться в полную силу. — Мразь! — выпалила Сэцуко. — Как ты мог так опуститься?! Ты же был самураем! Девушка ещё яростней сжала рукоятку клинка. Всё её естество горело от негодования. — Сейчас я больше чем самурай, — Сугуро позволил себе лёгкую ухмылку. — Я — безжалостный воин и сам решаю, как мне стоит поступать. Я здесь, чтобы отыскать амулет твоего клана. Орора не нашла, что ему ответить. Она была опустошена предательством Сугуро. — Ха-ха-ха! «Безжалостный воин»? Больше походишь на небритого бомжа, хм, — с крыши донеслась насмешка. Это был Масаши, он взял молодого лучника, бывшего часовым, на удушающий захват. — Да и в целом, вы — кучка никчёмных оборванцев, да. «Масаши!» — обрадовалась девушка. — «Он всё-таки пришёл на помощь.» — А ты ещё кто такой? — Сугуро уставился на наёмника. — Да, какая разница? — ухмыльнулся Масаши. — Давайте перейдём к делу. Хруст. Тело бандита со свёрнутой шеей покатилось по крыше, стаскивая за собой черепицу. В конце концов туша молодого разбойника рухнула на промерзшую землю. — Убить их! — скомандовал главный ронин. — Девчонку взять живой. — Потанцуем! — оскалился наёмник, складывая печать концентрации. — Кац! На бандитов со всех сторон налетели мелкие белые существа. Прогремела серия взрывов, быстро слившихся в один огромный. Яркая вспышка поглотила строй грабителей, с домов посыпалась облицовка, уши заложило. Девушку обдало жаркой ударной волной, впечатав нагрудник в тело и растрепав волосы. «Ками…» — восхитилась Сэцуко. — «Вот это мощь!» Если нукенины ещё смогли уклониться и отделались лёгкими ожогами, то ронинам повезло меньше — они потеряли двоих. Сугуро и ещё один ронин, в некогда дорогом сером кимоно и соломенной шляпе, смогли выжить, двое других — нет. Обычные головорезы погибли почти в полном составе. Выжило всего трое. Двоим из них очень повезло, туши их «друзей» приняли весь удар на себя. Но даже так, они были ошарашены и не решили дальше испытывать удачу, обратившись в паническое бегство. Последний, третий, наверняка жалел, что вообще выжил. Контуженный, с невидящим взглядом, он стоял на коленях и рылся в ошмётках своих товарищей, пытаясь найти оторванную руку. «Убить столько людей, одной техникой!» — Орора была потрясена. — «Вот насколько силён Масаши? Нужно, чтобы он действовал осторожнее, иначе…» — Масаши! — окликнула его девушка, немного отойдя от последствий взрыва. Из-за поднявшегося дыма и пыли его не было видно. — Будь аккуратней, в домах ещё могут прятаться крестьяне! — Постора… — не успел договорить наёмник, — Ах ты мразь коноховская, хм! Со стороны Масаши послышался лязг металла. Начался бой. — «Госпожа» Орора, — в шести метрах от неё стоял Сугуро и второй ронин, — пора проверить, чему вы научились за пять лет. Сэцуко оскалилась и молча двинулась в бой.

***

«Чёт, мне не очень везёт сегодня», — размышлял я, глядя на двух нукенинов, что выжидали момент для атаки. Мы стояли на соседних крышах. — «Потратил на бомбы практически всю чакру, а почти ничего не сделал. Да, я конечно раскидал всех «крипов» из числа простых разбойников и даже двух ронинов, да и вроде как одного нукенина. Но костяк сил противника по-прежнему жив и готов меня прирезать, а я, мягко говоря, не в лучшей форме. В следующий раз не стоит рассчитывать лишь на один мощный удар и эффект неожиданности, ага.» — Масаши! — послышался далёкий голос самурайки. С ней всё в порядке, это хорошо. — Будь аккуратней, в домах ещё могут прятаться крестьяне! «А вот это — плохо», — уныло подумал я. — «И без того малый остаток чакры я не могу использовать максимально эффективно. Не то, чтобы Сэцуко для меня авторитет, но и я бы хотел избежать ненужных жертв.» — Постора… — меня отвлекло движение слева. Третий нукенин! Он всё-таки жив. Ублюдок атаковал меня слева снизу, в слепую зону. Едва успеваю отпрыгнуть в сторону, его танто оставляет довольно глубокий порез на плече. Но враг не остановился и немедленно нанёс второй удар. — Ах ты мразь коноховская, хм! — вспылил я. «Чёрт!» — в последнюю секунду успеваю уйти от верной смерти. Танто оставило на моей груди длинный и достаточно глубокий разрез. — «Сам виноват, плохо оценил обстановку.» «Пока сам его труп не увижу, не поверю, что он сдох», — в голове прозвучали слова Сасори. Они касались Орочимару, но этот принцип применим к любому противнику. Зря я им пренебрёг. Но мой противник уже почуял кровь, намереваясь добить меня ударом в сердце. Быстрым движением я достал из набедренного подсумка кунай и отвёл клинок противника. Но град ударов не прекращался. «Зараза! С тремя сразу могу и не справиться. Нужно разобраться с этим крысёнышем прямо сейчас.» И вот — момент для атаки. Кунаем отвожу очередной выпад ублюдка вниз. Шаг вперёд, моя свободная рука летит врагу в грудь. — Высвобождение взрыва: Минный удар! — техника разорвала тело коноховца на две части. Обе половинки отлетели назад, разбрасывая внутренние органы и окропляя крыши и стены зданий кровью. «Остались эти двое, хм.» — нахмурился я, смотря, как противники постепенно обходят меня с двух сторон. — «Один нукенин из Кири, с катаной, и второй коноховец. Нужно сфокусироваться на ком-то одном. Кто из них опаснее?» Но решить мне не дали. Туманник рванул в мою сторону по дуге с клинком на перевес. Я повернулся в его сторону. Со спины послышались шаги. «Блять, они зажимают меня!» — нервно подумал я, держа руки в подсумках с глиной. — «Нужно что-то придумать, да. Бакутон-рывок? Чакры мало. Теневое клонирование? Тем более. Замена? Нет подходящего предмета. Глиняные бомбы? Меня точно заденет, хотя… Придумал!» Резко обернувшись, я рванул прямо на отступника из Конохи. И бросил глиняных пауков за спину, не глядя. Судя по всему — я попал. — Кац! — я сложил печать концентрации, когда до коноховца оставалась пара метров. Яркая вспышка, грохот взрыва и смерть товарища, дезориентировали бывшего шиноби Листа. Я же, привычный к последствиям близкой детонации моих бомб, смог сохранить спокойствие. «Давай-ка полетаем, гадёныш!» Сблизившись вплотную с коноховцем, одной рукой перехватываю его ладонь с кунаем, другой подцепляю ногу. Толчок всем корпусом и мы оба падаем с крыши. Во время полёта, нукенин из Листа сумел свободной рукой всадить мне другой кунай прямо в правый бок. Благо, попал он прямо в ребро. В купе с толстым жилетом джонина Амегакуре, это спасло мне жизнь. Но было довольно больно. Падение с без малого четырёхметровой высоты никому из нас не понравилось. Повезло, что я всё же оказался сверху и туша отступника смягчила моё падение. Но предпринять я ничего не успел. — Ублюдок! — извернувшись, коноховец нанёс мне удар ногой в челюсть, отбрасывая на несколько метров прямо к соседнему дому. Удар был сильным, в глазах заплясали огоньки. Еле поднявшись на ноги, я взглянул на врага. Тот уже стоял и складывал печати: — Стихия огня: Огненный шар! — в меня полетела огромная сфера пламени. «Блять!» — из последних сил отпрыгиваю в сторону, падая боком на землю. Техника противника слегка задевает небольшой дом, что был за моей спиной. — «Ну ладно, пора заканчивать, хм.» — Кац! — с ухмылкой произнёс я. — Сюрприз, выродок! Нукенин из Листа лишь в последний момент заметил маленького белого паучка, что заполз ему на плечо. Я использовал не все бомбы на отступнике из Тумана, одну я приберёг и незаметно подкинул коноховцу во время «полёта». Прогремел небольшой взрыв, но его мощи с лихвой хватило, чтобы голова и правое плечо моего противника были разорваны в клочья. «Ух, это было сложно…» — я с большим трудом встал на ноги, всё тело немного трясло. Внезапно на улицу буквально вылетела Сэцуко. Похоже её отбросили мощным ударом. Девушка упала и проехалась спиной по дороге. Но используя инерцию, сделала кувырок назад и встала на ноги. Выглядела она завораживающе. Ссадины на лице и поврежденный доспех, показывали, что бой с двумя ронинами дался ей нелегко. Но несмотря на это, на её аккуратном лице виднелась только яростная решимость, а в глазах не было ни капли страха. Пропитанный чакрой клинок испускал холодное сияние. От него буквально веяло морозной дымкой. Всё это заставило меня застыть в изумлении. — Ого… — внезапно прошептал я, смотря на Сэцуко. Но любование девушкой прервало появление ронинов. Они выглядели менее побитыми и уставшими, по сравнению с Сэцуко. В отличии от её катаны, клинки ронинов испускали довольно обычное синее свечение. — Ты многому научилась, — в спокойном голосе главаря всё же читались надменные нотки. — Но этого недостаточно. — Заткнись, предатель! — вспылила Орора. — Я убью тебя! — Посмотрим, — ухмыльнулся Сугуро, принимая боевую стойку. Ронины начали обступать девушку с двух сторон. Во-первых, чтобы не мешать друг другу. А во-вторых, Сэцуко защищаться с двух сторон будет гораздо сложнее. «Против двух противников у девчонки — нет шансов», — нервно подумал я. — «Но моих сил не хватает даже на то, чтобы стоять ровно. Ещё одна бомба или другая техника и сильное чакроистощение мне обеспечено. Ранения тоже никуда не делись. Я сейчас вообще не боец, да.» Чувство самосохранения и мой личный опыт буквально вопили о необходимости побега. Пока враги отвлечены на самурайку, у меня есть шанс уйти. Мёртвый шиноби не выполнит задание, а амулет, возможно, ещё получится отыскать и без помощи Сэцуко. Так бы поступил любой другой ниндзя, но что-то меня останавливало. «Нужно отвлечь хотя бы одного!» Я посмотрел на стоящий рядом со мной дом, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. В нём постепенно начал разгораться пожар — последствие попадания в него техники катона. Мой взгляд упал на небольшой табурет, что стоял у входной двери. Решение пришло мгновенно. Быстрым движением подхватив предмет мебели, я что есть мочи швырнул его в ронина в шляпе. Но тому не составило труда среагировать и разрубить табурет на лету. Атака хоть и не достигла цели, всё же отвлекла противников Сэцуко. — Хм, так ты жив, — констатировал Сугуро. Ронины замерли, не решаясь пока атаковать Орора. — На тебя даже не стоит тратить время. Ты выглядишь жалко, как побитый пёс. — Да неужели? — да, я действительно выглядел довольно паршиво. Я немного сгорбился и шатался, но попытался натянуть на лицо ухмылку. — Только более жалко выглядит командир, потерявший весь свой отряд, хм. Это был хороший подкол. От группы бандитов остался только сам лидер и всего один его подчиненный. Позор, самый настоящий позор, и Сугуро это понимал. — Убить его! — пытаясь скрыть гнев, скомандовал бывший самурай. В ответ ронин в шляпе коротко кивнул и направился в мою сторону. «Так, а дальше то что?» — нервно подумал я. — «Отвлечь-то я отвлёк, а что теперь с этим делать? Сейчас я ему так, чисто катану об себя немного затупить. Долго я не протяну, да.» Здание рядом со мной всё сильнее разгоралось, потому ситуация становилась жаркой во всех смыслах. Между Орора и Сугуро завязался бой, теперь они были почти на равне, но девушке всё равно приходилось действовать от обороны, её противник был гораздо опытней. А ронин в шляпе всё приближался. — Ты еле стоишь на ногах, шиноби, — из-под широких полей головного убора показалась ухмылка. — И с кем ты собирался сражаться в таком состоянии? Я попытался выпрямиться, принимая боевую стойку. В правой руке я сжимал кунай. Три таких я всегда носил с собой — на тот случай, если вооружённый враг прорвётся в ближний бой или если окажусь в ситуации вроде сегодняшней. — С твоей мамой, гребень, — съязвил я. Стоило попытаться спровоцировать врага на необдуманный шаг — прямое оскорбление было неплохим вариантом. — Ты не умрёшь быстро! — ронин рванул вперёд, занося катану для удара. Всё что мне оставалось — это заблокировать удар кунаем. С трудом у меня получилось остановить клинок, но разбойник продолжал давить. — Я отрежу твой гнилой язык, ниндзя! — Да неужели? — усмехнулся я. — Какой именно? Я раскрыл свободную ладонь, показывая улыбающийся рот. Этот трюк довольно часто работает и мой противник на секунду смутился. Резко крутанувшись на месте, я нанёс ронину удар ногой в корпус. Я вложил в этот выпад совсем немного чакры, чисто для скорости. Но этого хватило, чтобы немного разорвать дистанцию и сбросить эту придурошную шляпу с головы противника. В ответ мой соперник только оскалился. Мы снова начали томительно выжидать действия друг друга, пока… «Блять!» Пожар уже полностью объял стоящий рядом дом, пламя постепенно перекинулась с одной из стен на всё здание. Внезапно из окна выскочил паренёк лет десяти. Простая крестьянская одежда была сильно подпалена, на лице и руках была сажа. Видимо, решил рискнуть и попытаться сбежать, ведь оставаться в горящем доме означало только верную смерть. Но путь к спасению было проложен прямо передо мной. Видимо страх затмил ребёнку глаза. Он как будто не замечал нас. «Сука…» — этим обстоятельством и решил воспользоваться мой противник. Он рванул вперёд, занося катану в восходящий удар — снизу-вверх. Напитанный чакрой клинок с лёгкостью может разрубить тушку мальчика пополам, а затем настигнуть и меня. А мальчишка мешал мне поставить нормальный блок. Все эти размышления пронеслись у меня в голове за долю секунды. Один из плюсов бытия шиноби — мозг анализирует обстановку быстрее, чем тело успевает среагировать. К сожалению, в этой ситуации не было однозначного решения. В голове было лишь три варианта действий. Можно отпрыгнуть назад. Так у меня будут шансы отбить удар ронина. Вариант спорный, я хоть и получу шанс на выживание, но паренёк наверняка погибнет. Самым прагматичным вариантом было толкнуть мальчишку вперёд, прямо под клинок разбойника. Это дезориентирует моего противника и даст мне возможность его прикончить, но пацан умрёт — причём частично и от моих рук. Третий вариант — самый безумный: попытаться оттолкнуть мальчишку в сторону и самому подставиться под удар. Парень выживет, но я — вряд ли. Но шанс есть… может, стоит рискнуть? «Ладно, дуракам везёт!» — я схватил измазанного мальчика за шкирку и швырнул его прямо на обочину дороги. Ссадины и ушибы ему были обеспечены, возможно даже переломы, но жить будет. Я же приложил все усилия, чтобы уйти от атаки ронина. Вслед за мальчишкой я поддался вперёд, но… — Сука!!! — спину пронзила адская боль. Клинок оставил длинный разрез поперёк всей спины, чудом не задев позвоночник. Я рухнул на землю, в глазах немного потемнело. В сознании я оставался только благодаря крайне высокому болевому порогу. По спине бежала горячая жидкость, я быстро терял кровь. Стиснув зубы, я приподнялся на одной руке и повернулся лицом к моему противнику. Ронин стоял прямо надо мной, занося клинок для атаки. Он намеревался добраться до сердца, пробив мне грудь. «Хуй тебе! Я так просто не сдамся!» — я скопил все свои жалкие остатки чакры и резко ударил правой ногой прямо по «шарам» разбойника. Выпад, на удивление, вышел крайне мощным, послышался очень неприятный хрустящий звук. Бандит упал в двух метрах от меня, держась за место удара. — «Это мой шанс, хм!» Буквально на силе воли я подполз к ронину и достал из подсумка кунай. Враг уже был готов забыть о боли в промежности, но было поздно. Я атаковал. В этот момент я, наверняка, больше походил на наркомана, обезумевшего от ломки, чем на шиноби. С яростным оскалом я осыпал тело ронина беспорядочными ударами. Ниндзя хватает пары точных попаданий кунаем, чтобы мгновенно убить противника, я же наносил их десятками. — Ух… Мразота! — успокоившись, я приподнялся над изуродованным телом. Мои руки были по локти измазаны чужой кровью, а по спине и груди обильно стекала уже моя собственная. Но мой взгляд был направлен вперёд — на Сэцуко и её противника. — Извиняй, но дальше ты как-то сама, самурайка… В глазах потемнело, голова резко закружилась. Прилив адреналина закончился и я рухнул рядом с только что убитым ронином. Сил больше не осталось. Но, прикладывая последние волевые усилия, я оставался в сознании, ведь бой ещё не закончился…

***

Сэцуко парировала очередной выпад предателя, отводя его удар вниз. Сугуро был опасным противником, хоть и уступал ей в экипировке. Не смотря на превосходство ронина в силе, девушка держалась. Её противник, постоянно атакуя быстрее выматывался, а Орора находясь в глубокой обороне, наоборот, экономила силы. Это была единственная выигрышная тактика, но Сэцуко она не нравилась… — «Ксо, нужно помочь Масаши, он не сможет справиться со своим противником в таком состоянии», — размышляла девушка, блокируя очередной удар Сугуро. Она была поглощена своим боем, поэтому не могла даже краем глаза взглянуть в сторону своего союзника. — «Он и так уничтожил почти весь отряд разбойников в одиночку…» Отбив очередную атаку Сугуро, Орора смогла контратаковать. К сожалению, её противник смог отпрыгнуть назад, и уклонился от её выпада. Теперь они томительно выжидали действий друг друга, переводя дух. Сэцуко не отрывала взгляд от ронина, ожидая атаки в любой момент. Вдруг он скосил глаза в сторону и не смог скрыть удивления. Девушка последовала примеру предателя и увиденная картина её поразила. «Ками!» — противник Масаши был изрезан до неузнаваемости. Грудь, живот, лицо, шея, всё было в многочисленных колотых ранах. Одежда была насквозь пропитана кровью, как и земля под телом ронина. Девушка перевела взгляд на своего временного союзника. — «Масаши?!» Наёмник выглядел немногим лучше, чем поверженный враг. Глубокие порезы на груди и плече, огромный отёк на лице, колотая рана в правом боку и приличное количество крови под ним. Но в отличии от бандита, грудь шиноби Аме всё же медленно вздымалась вверх — он ещё дышал. «Ему нужно помочь! Срочно!» — сердце девушки сжалось. — «Он теряет кровь и может совсем скоро умереть!» К своему стыду Сэцуко была уверена, что Масаши сбежит при первой серьёзной опасности. Ведь хитрый взгляд, надменное смазливое личико и «острый язык» рисовали образ не самого надёжного союзника. Но нет. Даже когда Масаши еле стоял на ногах и почти не мог сражаться, он её не бросил. Он отвлёк одного из предателей, спасая жизнь Сэцуко. И каким-то чудом уставший и израненный наёмник сумел одолеть своего противника. Это поражало. — Стоит признать… — размышления Орора прервал голос предателя, — …ты умеешь выбирать себе союзников. Этот шиноби стоит десятка опытных ронинов. — К чему ты это? — подняла одну бровь девушка. — К тому, что тебе очень повезло с ним, а ему не очень повезло с тобой, — слабо ухмыльнулся Сугуро. — Ты слаба, девчонка. И из-за твоей беспомощности он умрёт. «Ублюдок!!!» — воительница уже готова была наброситься на врага, но вовремя сдержалась. — «Он использует мой стыд, чтобы спровоцировать меня на безрассудную атаку. Но нет, я убью его быстро, с холодной головой.» — В таком случае стоит закончить наш бой прямо сейчас, — Сэцуко приняла боевую стойку. — Конечно, если в тебе ещё что-то осталось от настоящего воина. Это был открытый призыв к последнему сражению. Противники сойдутся и выживет лишь один. — Не переживай, девчонка, — Сугуро так же приготовился к схватке, крепче сжимая клинок. — Осталось. Соперники рванули на встречу к друг другу. Их клинки столкнулись, выбивая искры. Катана, излучающая холодное сияние, ударяла по синему клинку ронина. Сэцуко уже не оборонялась, а атаковала. Её противник был более измотан, но от того не менее опасен. В этом бою победит тот, кто первым использует ошибку противника. И вот Сугуро оступился — его нога проскользила по грунту и он на долю секунды потерял равновесие, уводя катану слишком далеко в сторону. Сэцуко не преминула этим воспользоваться — она нанесла колющий удар в живот предателя. «Получил, выродок?!» — лицо ронина скривилось от боли. — «Но это ещё не всё.» Провернув катану в ране, Орора дёрнула её в сторону, распарывая живот Сугуро. Её враг выронил клинок и рухнул на землю, держась за огромную рану. Это был смертельный приговор, после этого ему не выжить. — Кха… — кашлянул ронин. Затем он взглянул на девушку, что возвышалась над ним. — Похоже, что ты победила, «госпожа». — Почему, Сугуро? — с грустью в голосе спросила Орора. — Почему ты отрёкся от наших принципов? — Наше время прошло, Сэцуко… — бывший самурай криво усмехнулся. — Раньше честь нам помогала, объединяя нас и придавая душевных сил на борьбу с врагами. Но теперь… Теперь, мы слабы как никогда. Эпоха воющих кланов давно прошла и мы стали лишь пережитком прошлого. Мы проиграли конкуренцию шиноби, они ничем не ограничены и поэтому они сильнее нас. — Что ты несёшь?! — не понимала Сэцуко. — Ха, тебе, наверное, бесполезно объяснять, но… — ронин вновь закашлялся, ему оставалось немного. — Если кому-то нужны хорошие войны, все сперва идут на поклон к Каге, затем к малым скрытым деревням, а лишь потом к нам. Пока они могут выбирать, где и как сражаться, мы вынуждены «доедать объедки». Шиноби не «воротят нос» от грязной работы. И всё почему? А потому что для ниндзя важно только благополучие своей деревни, а не старые и ненужные принципы. Девушка не отрываясь слушала поверженного предателя. К своему ужасу она не могла не признать зерно истины в его словах. — Если бы мы от них отказались, то у нас бы появился шанс на выживание, — продолжил Сугуро. — Я просто хотел, чтобы мы, самураи, не исчезли полностью, а приспособились к этому изменившемуся миру. — То есть в твоём понимании «приспособиться» — это убивать невинных людей, жителей страны Мороза?! — гневно спросила Орора. — Так ты хочешь спасти самураев? — Кхе-кхе, — закашлялся ронин. Он уже отходил, но нашёл в себе силы на ответ. — У меня не было выбора, Сэцуко… — Это ты так думаешь, — хмуро проговорила девушка, готовясь нанести удар в сердце. — Прощай, Сугуро. Хоть ты и предатель, я запомню тебя, как верного товарища моего отца. Клинок Орора пробил грудь ронина и оборвал его жизнь. Теперь нужно как можно скорее помочь наёмнику. — Масаши, ты в порядке?! — Сэцуко подбежала к ниндзя к Аме и склонилась над ним. На неё смотрел один уставший глаз. Парень был ещё жив, но выглядел очень плохо. Бледный как мел шиноби был едва жив. Орора смогла разглядеть страшную рану на спине и кровь, сочившуюся из неё. Девушка была потрясена состоянием Масаши. И его поступком… «Он рискнул жизнью ради меня…» — иногда в такие моменты с неё почти спадала маска суровой воительницы. Всё же ей было стыдно за своё прежнее отношение к наёмнику. — «Прости, я была не права насчёт тебя. Ты — надёжный союзник, а не бесчестный трус.» — Да, нормально, — хрипло усмехнулся наёмник, прервав мысли Сэцуко. Она не ожидала, что он ещё в силах говорить. — По ощущениям я потерял где-то два литра крови. А значит, у меня осталось ещё столько же. Могла бы еще чай попить с этим гандоном, зачем торопиться, хм? Это был очевидный и грубый сарказм. Орора бы даже обиделась, но только не сейчас. — Если у тебя есть силы язвить, то всё не так плохо, — слегка улыбнулась девушка. Хотя внутри у неё всё сжималось. Она не могла понять, как он до сих пор был в сознании. — Потерпи, я тебе сейчас помогу. — У меня всегда есть… Кх! — Масаши скривился от боли, когда Сэцуко попыталась приподнять его, — …силы, чтобы язвить, да. Взяв наёмника под плечо, Орора осмотрела деревеньку. Два дома полностью сожжены, на главной дороге виднелось несколько больших воронок — места попадания бомб Масаши. Множество трупов крестьян, убитых ещё до прихода девушки, и бандитов, разорванных взрывами. Ужасающая картина. — Кстати, хотел кое-что спросить… — внезапно начал наёмник. — Этот твой Сугуро, случаем, не тот «надёжный человек», который должен был помочь нам найти амулет? — Нет, это — не он, — ответила девушка. — Того, кого мы ищем, зовут Натори. — Понятно. Про остатки крови… — раздражённо прохрипел ниндзя, морщась от боли, — …я пошутил, там, конечно, не два литра вытекло. Иначе мы бы с тобой уже не разговаривали. Но долго я так не протяну, нужно торопиться, хм. — Конечно, потерпи ещё немного, Масаши, — тревожно проговорила Орора. — Нужно предупредить жителей, что им ничего не угрожает. — Хорошая идея, — вяло проговорил наёмник. — Не хватало ещё внезапно получить тяпкой промеж глаз от перепуганной домохозяйки, что спутает нас с этим отребьем. Парень кивнул в сторону одного из мёртвых разбойников. — Эй! Бандиты мертвы, вы в безопасности! — голос девушки был довольно громким, от чего Масаши поморщился. — Выходите! Спустя полминуты жители деревушки стали боязливо выходить на улицу. Они были сильно шокированы последствиями боя. Многие из них узнавали в убитых разбойниками мужчинах своих мужей и сыновей. Картина всеобщего горя нагоняла сильную тоску на Сэцуко. В то же время её союзник был настолько морально и физически измотан, что никак внешне не реагировал на происходящее. — Не бойтесь, вас никто не тронет, — заявила девушка собравшимся жителям. — Меня зовут Сэцуко Орора, я — дочь погибшего даймё. Жители деревеньки чуть-чуть встрепенулись, услышав это. У некоторых в глазах даже появились проблески надежды на возвращение спокойных времён. Уставшие от постоянного голода и террора бандитов крестьяне были рады услышать, что ребёнок их прошлого правителя жив — а значит, есть шанс, что этим страданиям может прийти конец. Хотя многие уже просто ушли в апатию, потеряв родных и близких. — Спасибо, Орора-сама, — после небольшой паузы из толпы вышел худощавый старик, сильно хромая и опираясь на трость. Сэцуко узнала в нём бывшего приближённого отца — Натори. За десяток лет, что она его не видела, он сильно постарел. — Мы благодарны вам. — Натори-сан! — девушка чуть не рванула к стрику, чтобы обнять. Забыв даже о наёмнике, что был у неё на плече, но вовремя опомнилась. Настолько она была рада впервые за пять лет скитаний увидеть знакомое лицо. — Вы живы! — Успокойтесь, Сэцуко-сама, — добродушно ответил старик. — Вижу, что вашему соратнику нужна помощь. Его нужно скорее отнести в мой дом, а то он смотрится крайне плохо. — Да не, я всегда так выгляжу, хм, — с сарказмом прохрипел Масаши. — Заткнись уже, придурок! — сама не понимая почему вспылила девушка. Но быстро успокоилась. Она не могла злиться на наёмника после того, что он для неё сделал. — Ладно-ладно, — усмехнулся ниндзя. — Пошли скорее. «Дурак ты, Масаши», — устало подумала девушка. — «Но всё-таки — хороший товарищ…»

***

— Тебе не больно? — с волнением спросила Сэцуко, зашивая рану на моей спине. После недолгого разговора с Натори мы разместились в его доме, где самурайка принялась обрабатывать мои раны. Старик поведал о амулете немногое. Он не знал, где точно находится артефакт, но дал две наводки на выживших слуг клана Орора, которые могли что-то знать. Информация могла быть устаревшей — старик, конечно, пытался собирать сведения об амулете, но возможности у него были крайне ограничены. К сожалению, моё состояние не позволило мне поучаствовать в разговоре, но всё, что нужно — я запомнил. Первой в нашем списке была Фуйо. До уничтожения семьи Сэцуко она была служанкой. И на данный момент она находилась в Кусиро — втором по населению городе страны Мороза, после столицы, естественно. Поселение располагалось на восточном побережье и имело довольно дурную славу. Проститутки, карманные воришки и вечно пьяные моряки — контингент не самый приятный, но барахтаться в этом дерьме мне было уже не впервой. Справлюсь. А второй человек был бывшим воином, служившим под началом отца Сэцуко. Жил он у биджу на рогах — около далёкой горной деревеньки на севере. Судя по всему, отшельничал и топил горе о падшем сюзерене в саке. Добираться туда долго, поэтому решили начать с Фуйо. Всё это время, что Натори рассказывал нам об амулете, Орора обрабатывала мои раны. Чувствовал я себя максимально плохо, но куча пилюль из моей походной аптечки немного привели меня в порядок. Спасибо местной медицине — чакра всё же делала её довольно эффективной, несмотря на отсутствие многих технологий. Эффект от стимуляторов очень кратковременный — максимум минут сорок — и вскоре меня «срубит» окончательно. Всё это нужно было, чтобы продержаться в сознании пока девушка будет меня латать. — Больно физически или душевно, хм? — ухмыльнулся я. Появились силы даже говорить. И что-то после боя меня тянуло на всякое «петросянство», сам не знаю почему. Хотя, наверное, мне нравилось злить Сэцуко. К удивлению, сейчас на мои идиотские приколы она реагировала менее бурно. Мне было лень думать почему, наверное, жалела раненого придурка. — Да хватит! — подзатыльник я всё же получил. — Отвечай серьёзно. Просто… я тебе буквально иголкой кожу протыкаю, а тебе вообще всё равно. Это странно. — Мне не привыкать, — серьёзно ответил я. Всё же прошлый владелец тела мог выдержать и не такое. Я хорошо помню, что в аниме Дейдара довольно спокойно перенёс потерю обеих рук, и даже мог продолжать сражаться. Это внушительно, даже по меркам шиноби. И мне эта способность тоже досталась. — Продолжай, я вытерплю. — Угу… — невнятно буркнула девушка. — Только если будет совсем больно, ты скажи. Хорошо? — Понял. Меня немного поражало такое изменение в поведении девушки. Полчаса назад она выпустила кишки здоровому мужику, а до этого поносила меня на чём свет стоит только потому что я — шиноби. А теперь… теперь она обо мне искренне беспокоится. Неужели она настолько благодарна мне за помощь в бою? Может быть, просто это непривычно. От Сасори, кроме крайне критического анализа моих действий, ничего не дождёшься — даже если всё прошло «как по маслу». А тут… — Спасибо, Сэцуко. Хм… — внезапно, даже для самого себя, проговорил я. Девушка на секунду замерла, но затем тихо ответила: — Тебе тоже, Масаши. Ты спас мне жизнь, рискнув своей. Я этого не забуду. «Хм, «Масаши»… Может стоит сказать ей правду?» — уныло подумал я. — «Нет, не сейчас. Неизвестно, как она отреагирует. Да и смысла в этом нет…» — Не парься так, — немного смутился я. — Мы же — союзники. В ответ Орора лишь кивнула. Спустя несколько минут Сэцуко закончила обрабатывать мои раны, перевязав бинтами почти всё туловище. Видно, что опыт в этом у неё не особо большой, но вроде получилось нормально. Я уселся напротив неё. Дико клонило в сон, но моё внимание было обращено на руки девушки. Она принялась зашивать мою распоротую форму, когда последняя немного высохла после стирки. Сэцуко орудовала швейной иглой так же умело, как и своим клинком — это немного сбивало с толку. Всё-таки кое-как штопать раны умею и я, но для одежды используется совсем другая техника. — Ты хорошо шьёшь, — похвалил я. — Не знал, что ты это умеешь. — Спасибо, — немного улыбнулась Орора. — В детстве меня воспитывали как химэ клана. Умения обращаться с иглой было обязательно. Традиция. — Хм, а обращению с катаной химэ тоже обучают? — немного недоумевал я. — Как-то странно. — Нет, девочек этому не учат. Просто я в детстве мечтала быть как отец и старший брат, — с тоской проговорила девушка. — Если нии-сан с охотой меня тренировал, а отец смотрел на это «сквозь пальцы», то матушка меня частенько ругала и не разрешала мне отрабатывать ката. Но я всё равно тайком пыталась. А потом пять лет назад… М-да… — То есть ты не должна была стать воином? — задал риторический вопрос я. — Интересно, хм. — Да, я должна была стать женой другого даймё или главы сильного клана внутри страны — для укрепления политических связей, — грустно ухмыльнулась Сэцуко. — Оправилась бы в какую-то страну Волка или куда ещё. А я даже не знаю, где это. — Страна Волка — это западнее страны Земли… — зачем-то решил поумничать я, но быстро передумал. — Дыра-дырой, короче. — Да-да, именно. А я этого, ой как не хотела, — проговорила Орора. — Хотя сейчас я понимаю, что уж лучше бы нянчилась с детьми на краю света. Главное, чтобы моя семья была жива. Но теперь… Я не могу просто уйти в бега и спрятаться где-то в далёкой стране. Ведь сражаться — это мой долг. Я обязана отомстить Буридзадо — это дело чести. — Понятно… — задумчиво ответил я. — А ты, Масаши, почему решил стать шиноби? — неожиданно задала вопрос девушка. — Хм, у меня не было выбора, — с грустной ухмылкой ответил я. «Даже не соврал», — подумал я. — «Что мне, попаданцу, что бывшему хозяину тела — выбирать эту профессию не приходилось. Хотя отвечать всё-таки стоит как Дейдара. Тем более, все воспоминания давно уже перемешались, и иногда мне самому сложно понять, чьи они. Сначала я отрабатываю новую технику под руководством Ооноки, а потом уже стою в наряде, дежурным по роте, и получаю нагоняй от старшины за то, что мои дневальные плохо убрались. Вначале путался, а теперь уже и всё равно как-то.» — Почему? — недоумевала Сэцуко. — Насколько я знаю, некоторые дети после академии шиноби выбирают гражданские профессии. Разве не так? — Ну, так, но только если у тебя нет улучшенного генома, да. Ты видела, как я уничтожил почти всех бандитов? — девушка ответила мне кивком, давая понять, что видела. — Так вот, это — бакутон, стихия взрыва. Как и любой кекей-генкай — редкое врожденное явление, появляющееся у одного из нескольких тысяч. Обладание практически любым улучшенным геномом делает ниндзя крайне ценным для своей деревни. Вот поэтому мне бы никто и не дал стать условным скульптором или гончаром, хотя в этих профессиях у меня тоже есть талант, хм. — Ага… а ты разве не хочешь быть шиноби? — спросила меня Орора. — Просто из твоего тона мне показалось, что нет. — Ну, не то, чтобы совсем не хочу, — замялся я. — Просто есть желание пожить подольше, а когда ты — ниндзя-наёмник, это довольно сложно. — Так, а почему ты тогда ушёл в наёмники? — задала вопрос Сэцуко. — Мог просто оставаться в Амегакуре, а не скитаться по всему свету. Да, это не так прибыльно, но всё же. Стоит обозначить, кто такие ниндзя-наёмники. Это шиноби, которые по-прежнему верны своему поселению, но работают самостоятельно, отчисляя определённый процент с награды администрации Скрытой деревни. Да, отследить йохей-ниндзя сложно, и бывает, что они не выплачивают всю долю — но это редкость. И да, в случае полномасштабной войны или по любому другому требованию они обязаны прибыть на родину и сражаться за неё. Почему же каге и лидеры малых скрытых деревень их отпускают? Есть несколько причин: чаще всего это происходит потому что наёмники приносят довольно большое количество денег своему поселению. И не только с процентов — зачастую к каге на поклон приходит делегация от даймё условной страны Кефира и протягивает ему увесистый саквояж с деньгами, прося, всего лишь отпустить к ним на несколько лет десяток другой ниндзя-наёмников. Естественно, каге соглашаются, ну а приказ главы деревни — закон. Да даже, если ниндзя хочет уйти в наёмники сам, его обычно не держат, ведь всё-равно — это всем выгодно. Ну или шиноби становится йохей-ниндзя в «добровольно-принудительном порядке». В случае конфликта между главой поселения и подчиненным, последнему могут предложить уйти в наёмники на несколько лет, иначе «внезапно» выяснится, что он шпион врага, с закономерным итогом. Зачастую такие наёмники, разочаровавшись, становятся нукенинами. Частенько отступников тоже называют ниндзя-наёмниками, если они работают на конкретного нанимателя, однако, я стараюсь разделять понятия нукенина и йохей-ниндзя. Так проще. Я оценил действия «старого Дейдары» так: — Дураком был, — хрипло ответил я, мне уже было тяжеловато говорить. — Но вернуться пока не могу, у меня есть некоторые обязательства, хм. — Ясно… — протянула девушка. Повисла тишина, но ненадолго. В нашу комнату вошёл Натори, принося с собой еду. Две миски риса с овощами — так себе обед. Но и такая скудная трапеза меня очень обрадовала. Поэтому я быстро принялся за свою порцию. — Бери и мою, — вдруг проговорила Сэцуко, указывая на второю миску. — Тебе сейчас нужнее. — Уверена? — приподнял я одну бровь. — Угу, — кивнула девушка, слегка улыбнувшись. Я едва смог расслышать урчание её живота, но она быстро перебила его. — Бери-бери. Я хорошо позавтракала, а тебе нужно восстановить силы. — Ну как скажешь, — неохотно ответил я. — Спасибо, да. В ответ Орора лишь кивнула. Хорошо поев, я стал чувствовать сонливость. Я не стал противиться этому желанию и улёгся на футон, что подготовил старик. Нужно восстановить силы.

***

— Масаши… Масаши… — я проснулся от тихого голоса Сэцуко, что наклонилась ко мне и начала трясти за плечо. — Проснись. — А? Чего надо, хм? — угрюмо спросил я, еле разлепив глаза. — Дай угадаю: на нас напали и хотят убить? «С моим везением, это очень даже вероятно», — закончил я фразу про себя. — Всё спокойно, просто у нас нет припасов, — ответила девушка. — Нужно набрать в путь еды. Если конечно у тебя с собой нет? — Неа, я собой обычно ношу только специальные пилюли… — сонно проговорил я, принимая сидячее положение. — Но они не особо питательны и только временно притупляют чувство голода. Да и на вкус — как обсосанные сандалии, хм. — Понятно… — задумчиво ответила девушка. — Значит, нужно идти обратно в Окето за провизией. — Постой, — остановил я Сэцуко. — А у местных ничего нельзя взять? Зачем переться аж в Окето? — У них и так почти ничего нет, — с долей грусти, ответила девушка. — А отбирать у них последнее я не хочу. Ближайшее поселение, где точно есть провизия — это Окето. Вот поэтому. — Ладно, — махнул я рукой. — Кстати, сколько я спал? — Часов четырнадцать-пятнадцать. Много, одним словом, — ответила мне Орора. — На дорогу туда и обратно у меня уйдёт ещё где-то часов пять. Можешь пока вздремнуть. — Хорошо, — ответил я, снова ложась на футон. Сэцуко вышла и закрыла сдвижную дверь за собой. Я остался в комнате в гордом одиночестве. Но спать пока не хотелось. Меня затянуло в печальные размышления. «Блять! Вот за что мне всё это?» — уныло подумал я, хватаясь за голову. — «Почему всё так сложно? Как я должен предать одного из немногих людей, которому на меня не насрать?» Я вновь задумался о цели своего задания. Моя цель — доставить амулет Буридзадо. Кровному врагу Сэцуко и, судя по всему, мерзкому ублюдку — рабовладельцу, контрабандисту и просто твари, что разрушает невинные жизни ради денег. Если в начале я считал, что план использовать самурайку был довольно хорош, то теперь понимаю, какой же это был бред. Нет, у меня и вправду получилось завоевать её доверие, но вот использовать его… мне будет тяжело. Если раньше я убивал абсолютно незнакомых людей, частенько полностью заслуживших это, то сейчас я должен предать и, скорее всего, обречь на смерть хорошего человека. Даже не так — я должен использовать девушку, что зашивала и обрабатывала мои раны, отдала мне свою еду, хотя и сама была голодна. Девушку, которую действительно волнует судьба других людей. И я вновь готов сказать: я без понятия, как мне поступить. Следовать интересам организации, чьи идеалы я презираю и работаю на них лишь под страхом смерти? Или впервые за моё пребывание в этом мире поступить по совести, но ставя себя под удар? Сегодня в горячке боя я уже решил рискнуть своей жизнью ради кого-то другого, стоит попробовать ещё раз — всё же Итачи не убили за одну проваленную миссию. Но риск есть всегда. Явное предательство мне Пейн не простит, а убежать я не смогу — меня найдут, ведь я слишком много знаю. Нужно подстроить всё так, чтобы это вышло случайно, как и у Учихи. Только как? Пока не знаю, придумаю на ходу. Надеюсь. «Ладно…» — решение было принято. — «Даже если всё пойдёт не так — умру относительно хорошим человеком, хм. Но о смерти лучше не думать. Будем пока оптимистами, ага.» На душе стало чуть полегче. После этого истощенный организм вновь потребовал сна и я не стал ему отказывать…

***

Я резко открыл глаза, вокруг никого не было. Всё та же пустая комната, которую выделил нам Натори. Но было стойкое ощущение, что я проспал. Сэцуко ушла примерно в три утра. Значит, она вернулась бы в семь-восемь, но по ощущениям уже было девять или десять, а её нет. Очень странно. Я аккуратно встал. Чакра неплохо восстановилась, но самочувствие было крайне паршивым. Особенно остро ощущалась потеря крови, да и ранения давали о себе знать. Нужно быть осторожней, чтобы раны не раскрылись. По хорошему — нужно ещё немного отдохнуть. Но меня волнует отсутствие Сэцуко, нужно узнать, что с ней. Придётся потерпеть. «Ну, кое-как, я даже сражаться смогу, но…» — оптимистично подумал я, — «…главное не косячить, как обычно.» Шатаясь, я подошёл к аккуратно сложенной одежде. «М-да, форме — жопа», — констатировал я, взглянув на жилет Амегакуре. Хоть порез и был зашит довольно аккуратно, кровь отстиралась плохо. Это же касалось и плаща. Менять пока не на что, второго комплекта формы Скрытого Дождя у меня нет. — «Нужно будет выклянчит у Сасори новый. Хотя придётся выслушать о себе много неприятного, хм.» Одевшись, я направился искать старосту поселения, чтобы спросить его о Сэцуко. Старика я в доме не застал и у крыльца тоже. А на улице все суетились, хоть и с печальными лицами. Жители пытались кое-как отремонтировать поврежденные дома и готовились проводить похоронные обряды для погибших родственников. «М-да… Хорошо, что я — шиноби…» — самокритично подумал я. — «Прилетел, разбомбил всё к биджевой бабушке и улетел. А потом люди своих близких по частям собирают и из руин пожитки вытаскивают…» Хоть в этот раз в разрушениях виноват и не только я, грустные мысли всё же возникли. Мне с напарником пару раз приходилось вести сражения в населенных пунктах, но на лицезрение долгосрочных последствий своих действий не было времени. «Эх…» — уныло подумал я. — «Тяжело живется простым людям.» Чем дольше живу в этом мире, тем сложнее мне понять, хочу ли я быть ниндзя или нет. В начале — когда меня буквально выкинуло из приятной квартирки в чудовищные реалии жизни суперпреступника — я почти мечтал стать нищим крестьянином, живущим на отшибе мира, которого не втягивают в грандиозные планы и мировые заговоры. А теперь… даже не знаю. Жить в мире с теми, кто может одной техникой уничтожить целое здание и с раннего детства учатся убивать, и не иметь возможности себя защитить… это страшно. «Ты же Сэцуко искал, придурок», — мысленно остановил я себя. — «А о блядских проблемах мироздания и потом поразмышлять можно, хм.» Оглянувшись, я заметил Натори. Он тут главный, значит, должен знать, что с самурайкой. — Эй, старик! — грубо окликнул я его. Сказалось раздражение, вызванное исчезновением Орора. — Ты не видел Сэцуко? — Эх, вечно вы, молодежь, не уважаете старших, — вздохнул Натори. — К сожалению, нет. Я и сам начинаю беспокоиться о юной госпоже. Её нет уже семь часов, хотя она давно должна была вернуться. Я, конечно, пытался отговорить её идти в Окето, мы бы попытались собрать со всех домов немного припасов. Но Сэцуко-сама наотрез отказалась у нас что-либо брать, а переубедить её практически невозможно. «М-да… Как мне это надоело…» — устало подумал я. Но мысленно одёрнул себя. — «Что-то я часто начал жаловаться на жизнь. Нужно взять себя в руки, да!» — Ясно, — кивнул я. — Отправлюсь её искать, хм. — Удачи вам, шиноби-сан, — добродушно улыбнулся старик. — Очень надеюсь, что она найдётся. И спасибо вам, что помогаете ей. И ещё раз благодарю вас за то, что пришли нашему поселению на помощь. Мы этого никогда не забудем. — А, ну… не за что… — я немного смутился, непривычно такое слышать. — Ну, я пошёл, да. Натори в ответ только кивнул, а я отправился на выход из поселения. Но спокойно уйти мне так и не дали. — Шиноби-сан! — меня окликнула женщина. Рядом с ней стоял смутно знакомый мальчик. — Спасибо, что спасли моего сына! «Ах, вот оно что…» — наконец я вспомнил, что это за паренёк. А тем временем женщина с сыном склонилась в глубоком поклоне. — «Какой сегодня странный день, хм.» — Примите это, пожалуйста, — мать спасённого мной ребёнка протянула мне перстень. — Это всё что у нас есть, простите. Я покутил в руке украшение. Серебро, причём сильно потемневшее. Грубая обработка и без того простого по форме изделия. И никаких драгоценных камней, только кривая гравировка. Это кольцо стоит крайне мало. Мне оно ни к чему, лучше оставлю им. Немного еды с продажи этого кольца они позволить смогут. — Нет, не надо, — ответил я, протягивая украшение обратно. — Вам нужнее, да. — Вы уверены? — со слезами на глазах проговорила женщина. — Да, — отрезал я, буквально всовывая кольцо обратно в руки женщины. — Мне пора, я спешу, хм. Не дав матери ребёнка ответить, я исчез в шуншине. Последнее далось мне с большим трудом, но желание убраться оттуда поскорее было куда сильнее. Мне было очень неловко получать все эти благодарности. Я уже отвык от такого обращения к себе. Хоть я прожил в новом мире меньше года, но по ощущениям — это была вся жизнь. И я впервые сталкиваюсь с таким отношением. До этого были только фанатично-восхищенные взгляды в Амегакуре и редкая похвала Сасори, что больше походила на издёвку. Но тут всё было иначе, я впервые сделал что-то хорошее и впервые получил за это благодарность. Вроде всё логично, но полностью сбивало с толку. Хотя я знаю почему… «Сасори, мы что, злодеи?» — криво усмехнулся я, этот факт совершенно вылетел у меня из головы. — «Конечно, когда в твои обязанности входит только убийство тех, на кого укажет Пейн, тебя никто благодарить не будет, да.» Но я вновь поймал себя на не самых приятных рассуждениях и решил всё же сосредоточиться на Сэцуко. Я покинул деревеньку и направился в Окето.

***

На полпути я заметил следы боя на дороге. Хотя раньше, когда мы только шли с Сэцуко в поселение, их там точно не было. Первое, что я приметил было большое количество крови — четыре огромные лужи. Судя по всему, тут лежали трупы, но их забрали. «Интересно…» — я пригляделся к пятнам повнимательней. — «Кровь ещё свежая и, судя по цвету, — в основном, артериальная. Значит, раны нанесены довольно точно, это дело рук хорошего мечника, хм. Или мечницы…» Ещё было много пятен поменьше, но они были расположены хаотично и чёткой картины не давали. Я внимательней пригляделся к земле: на ней были следы использования техник дотона и довольно большие вмятины, следы от попаданий ударно-дробящего оружия или даже кулаков. Последнему, я бы не удивился. Не густо, но уже можно кое-что предположить. — Так… — я оглядел участок дороги, пытаясь представить, что тут могло произойти. — Скорее всего, наша самурайка попала в засаду. Атаковали её, судя по всему, шиноби. Это плохо. Девчонка смогла завалить четверых, но проиграла. А дальше… Чёрт! Не знаю, хм. Вдруг моё внимание привлек странный объект на обочине дороги. Тот был скрыт небольшим валуном и я его не сразу заметил. Подойдя поближе я смог увидеть, что это отрубленная чуть ниже локтя, рука. Но она явно не пренадлежала Сэцуко. «Конечно, тут только кулак размером с голову», — подумал я, подняв с земли отрезанную конечность. Я преувеличил, но она и вправду была большой. — «Принадлежала она кому-то очень здоровому и вряд ли он — один из четвёрки погибших, что напали на Сэцуко. Тогда лужа крови была бы гораздо больше, хм.» Я внимательно осмотрел найденную конечность. Она была необычной не только из-за своих размеров, но и из-за внешнего вида. Кожа имела странный землистый оттенок и непонятные чёрные символы на ней. Это не татуировка, а что-то другое. Впервые с таким сталкиваюсь. — Понятно… — вслух проанализировал я ситуацию, глядя вперёд. От места находки руки до ближайшего леса можно было разглядеть кровавый след. — Похоже, что бугай выжил и смог уйти, оставляя за собой шлейф из собственной крови. По количеству следов на редком снегу отступить смогло минимум трое. Это частично облегчает дело, но нужно спешить, да. Не знаю, что это за ребята, но намерения у них явно недобрые. Со всей возможной для моего раненого тела скоростью я помчался по следу нападавших…