Здравствуй

      Лучистые солнечные блики лезли в глаза через приоткрытые оконные ставни. Ранние птицы напевали свои песни, соревнуясь в искусстве сольного песнопения, создавая так называемый природный квартет, к которому фальцетом присоединился соседский петух Гриша. Гришу ненавидели все соседи, именно потому что он был единственным петухом на все близ стоящие садовые участки, а так же обожал орать как резанный по часу, а то и по два.       Но будильник из него отменный, с этим не поспоришь.       В домике душно и влажно, после прошедшей ночью летней грозы, от которой наверняка повалило несколько деревьев недалеко от садов.       Вываливаться из насквозь мокрой постели было делом непростым, потому как желание доспать сладкий сумбурный сон теплилось в разморенном мозгу. Но Гриша –скотина, и Гришу хотелось сварить в суп.       Громкий зевок и ворчание с соседней койки подсказало Диме, что видимо он не единственный, кто ненавидит этого не летающего птеродактиля. Проснувшийся, как с бодуна, Игорь, что тянется к своей потрёпанной жизнью Nokia и резюмирующий ёмкое:       — Бля… — и Дима искренне разделял это чувство с ним.       — Доброе утро, — хрипло отозвалась с кровати Юлька, помахав ладошкой из-за спины Игоря, потягиваясь и поправляя сползшую с плеча футболку с логотипом группы Depeche Mode и их коллективом. Сонно щурясь от солнца она переползала Игоря, что пытался раскачаться в шесть с четвертью утра.       По сладкому блинному запаху и звону кастрюль за соседней стенкой, стало ясно, что на кухне уже хлопотала тётя Лена. По радио звучали какие-то попсовые хиты, а Дима мог только сонно зевать и на ощупь искать свои очки.       — Доброе.       Дима до сих пор диву давался как Фёдор Иваныч сумел уговорить их всех отложить работу и на неделю уехать из духоты Питера в их с тётей Леной сад у пригорода. Самого дядь Феди в доме не было. Как показал опыт двух дней обживания, он с утреца любил проводить время на грядках и копать, сажать, пропалывать свои угодья. Тётя Лена только работы добавляла, так что всё золотое трио из Дубина, Грома и Пчёлкиной были что-то вроде бесплатной рабочей силы. Но, справедливости ради, возмущений не было. Юлька с удовольствием ягоды собирала и кусты окучивала вместе с тётей Леной, а Игорь и Димка к работе приучены. Тем более за стряпню главной женщины в этом доме можно было ещё садов семь перекопать и прополоть.       За завтраком, под мелодичный голос Леонида Агутина из радио, жевать блинчики с домашним яблочным вареньем вкусно. А наблюдать как тётя Лена скромно подпевает и пританцовывает под песню, пока жарится новая блинная партия, было чем-то отдельно уютно-домашним.       — Тёть Лен, воды натаскать ещё нужно?       — Ой, Горь, вы в прошлый раз четыре ведра притащили. Не нужно уж, вы кушайте, кушайте лучше. Я вечером ещё картошки нажарю с лисичками, — проворковала женщина, по матерински погладив Игоря по голове, как мальчишку. И Диме ласк досталось немного, на пару. Юля же методично делала фоточки для своих каналов в соц-сетях, придумывая подписи и хэштеги.              Дима честно до сих пор думает, что Юлю получилось сюда затащить при условии что здесь будет ловить связь.       Посреди завтрака как раз вошёл Фёдор Иваныч со своим уловом петрушки-зеленушки, парочкой помидорок и редиски.       — Здорова, бойцы! — прогремел радостно бодрым голосом дядя Федя, укладывая своё добро в раковину, протанцевав к тёте Лене с поцелуями и нежностями, подпевая песне.       — Строгий силуэт, тысяча газет И её черты знает целый свет Леди number one – ко-ро-ле-ва…       Тётя Лена с этого рассмеялась звонко, по-девичьи, переставляя ногами в импровизированном вальсе.       — Федь, ну ты чего, больной что ли? Тут дети, Федь.       — Пусть завидуют. Ничего, — хохочет полковник в отпуске, целуя свою жену елейно в щёку, щекоча её своими усами. Юля оперативно снимала видео, а Игорь подпевал своим хрипловатым басом песне, ну а Дима... Дима просто был счастлив, подпирая щеку кулаком, с пятном варенья на нижней губе.

***

      — Игорь! Не подходи ко мне! — визжит Юлька, убегая от насквозь промокшего Грома, которого облили из шланга с головы до ног и который сейчас напоминал лохматого бродячего пса. А началось всё с того, что Игорь проговорился о своем желании попить воды. Что ж, Юля его поняла максимально буквально.       — Иди ко мне, моя дор-р-р-рогая, — голосом гремлина пророкотал Игорь, бегая за ней по всему саду, словив у куста малины поднимая и прижимаясь мокрющим телом, — попался! Который кусаля!       Пчёлкина взвизгнула, крича чтобы её отпустили сию секунду и крича о том, что он сырой.       — А чья заслуга?       — Это что тут за нарушение порядка? — напускным грозным голосом привлёк к себе внимание Фёдор Иваныч. А Игорь, не отпуская Юлю и придерживая ее за талию, встал по стойке смирно, прикладывая руку к голове.       — Виноват! Товарищ генерал!       — Вольно! Бандит. С непокрытой головой честь не отдают, — хохочет по доброму дядя Федя, переводя свой смеющийся взгляд на Диму, что спокойно чистил яблоки для компота, — ну как работа?       — Не жалуемся, товарищ генерал, — подыграл Димка общему шаловливому настроению, продолжая чистить ведро яблок, срезая лишнее.       — Молодец, боец. Гром! За тунеядство марш-бросок до тёть Гали за молоком. Обмундирование взять на базе. Как понял? — Игорь отвлёкся от щекотания Юли и встал по стойке смирно, кивая как деревянный болванчик.       — Есть! — и посеменил в кроксах до домика к тёте Лене.       Юлька же подсела к Диме, поднимая с земли потерянную во время догонялок панаму, беря второй ножик и помогая ему чистить яблоки.       — Дим.       — М? — многозначительно кивнул Дубин, кидая чищенное яблоко в эмалированную кастрюлю.       — А у тебя что там с Хольтом? — прямо в лоб спросила подруга, пререводя глаза на Диму, который посмотрел на неё недовольно.       —Юль, вот что у меня с ним может быть? Сама подумай, — нож методично срезал кожицу с фрукта, вырезая порченные участки с мякоти. Но Пчёлкиной же неймётся. Журналистка, блин.       — Ну вдруг! Может он тебе что-то интересное или секретное рассказывал...       — Юль, вдруг можно только на ежа сесть. Ничего интересного в наших переговорах нет, секретного – тоже. А я уже жалею, что тебе о нём рассказал, — бурчит Дима, беря новое яблоко. Юлька помолчала, продолжая работу в тишине. Правда, недолго.       — А он точно ничего такого…       — Юль! Ты меня уже неделю этим Хольтом мучаешь. Нужно – сама спроси, я не посредник, — хмуро проговорил Дима, продолжая чистить яблоко, отрезав кусок и пихнув Юльке в рот, — вот, ешь лучше. Спелое.       Юля недовольно засопела, жуя кусок яблока. Проглотила и перестала Диму этим донимать, орудуя ножом, пока тётя Лена её не позвала помочь в готовке.       Да, есть свои минусы дружить с журналистами. Везде будут искать сплетни, интриги и скандальную информацию. Дима, честно, не знает, как Игорь её порой терпит. Она ж иногда как на ухо сядет, так спасайся. Нет, Дима Юльку любит и уважает, искренне. Да что уж говорить, он за ней и в огонь, и в воду на пару с Игорем, но, справедливости ради, даже любимых людей порой сложно терпеть. И дело не в том, что ты их не любишь, нет, просто в какой-то момент их положительные стороны становятся отрицательными. И это нормально, вполне. Вполне нормально притираться боками и привыкать сосуществовать вместе, учиться общаться и защищать свои личные границы даже с близкими. И никто от этого не становится плохим или хорошим, и Юля это точно знает. С возрастом это понимается намного лучше.       И кстати о возрасте. Скоро день рождения, надо бы подготовиться. К родителям и сестре выехать, конечно, не выйдет, но как минимум созвонится по видеосвязи, почему нет? Дима сразу сказал, что праздновать будут вечером после работы. Там как раз выходит на отсыпные, на следующий день и проблем не будет.       А пока...       — Димош, ты всё нарезал? — подошедшая тётя Лена вытирала руки об фартук, ласково улыбаясь. Беря кастрюлю, в которую Дима успел начистить, — дорезай оставшееся и поможешь на кухне, хорошо?       — Хорошо, тёть Лена, — женщина на это лишь ласково улыбнулась, уходя за угол дома.       Вечером была шарлотка и пироги с черникой, парное молоко, музыка на ухо из старенького радио и шуточки. Дима только перед сном засел в телефон, смотря на пришедшие сообщения, рассматривая пришедший отчёт от Августа, вместе с фотографиями Шкета.       Дима на это только искренне улыбнулся, смотря на котёнка с бантиком на шее.

***

      — Это что? — два полицейских, защитники гражданского порядка и покоя. Мужчины и герои, о которых не трубят на всю округу, но которые у всех на слуху.       Оба стояли перед рабочим столом и не вкуривали ни шиша.       — Цветы, Дим.       — Я понял, что цветы, а у меня они зачем? — Дубин трёт лоб пальцами, смотря на произведение флористического искусства.       — А я откуда знаю? На поминки, может, — Гром и его прямолинейность...       — Язык бы тебе дёгтем намазать, чесслово блин, — снова воцарилась тишина, где оба в душе не ведали, что дальше-то делать. То, что цветы, оно понятно, а вот от кого они? Поди разбери.       — Может в вазочку поставить. Красивые, жалко же, — чешет бороду Гром, склоняя голову вбок, убирая свободную руку в карман джинс.       — Ну, логично, наверное. А дальше что?       — Пусть стоят и красуются, что ещё мне сказать? Цветы и цветы. Красивые и красивые, — пожал плечами Игорь. Да уж, помощь высшего класса, нечего сказать.       — Слушай, может, это Юля мне купила? Ну, в честь дня рождения? — выдал идею Дима, переглядываясь с озадаченным Громом.       — Ага, тренды современные переглядела и решила цветов подарить. Дим, я в душе не еб–       — Кх-кхм! — оба полицейских мигом обернулись на многозначительный кашель Марии Архиповой. Стояла, скрестив руки, и буравила взглядом обоих.       — Почему не заняты работой? Насколько мне известно, сейчас самый разгар рабочего дня. Ваши объяснения? — выдала она строгим и безапелляционным тоном.       — Так тут это... — ёмко сказал Игорь, проведя рукой в сторону букета.       — Цветы, дальше что?       — Они тут из ниоткуда появились. Пытаемся понять чьи они и... — попытался объяснитья Дима, но у Архиповой крайне нетерпеливый характер, так что...       — А может вы займётесь этим в нерабочее время? Приступить к работе сейчас же, я вас предупредила, — женщина в строгом костюме и со строгой причёской развернулась на каблуках и пошагала дальше по отделу.       Оба полицейских переглянулись между собой. Игорь почесал репу, а Дима поправил очки на переносице.       —Ты же не думаешь…       — Да ну, бред…       — …       — …       — Да не-е-е.