Нет.

Встречаясь расфокусированным взглядом с серо-голубой плиткой под ногами, он не понимает что ощущать: ужасное отвращение или тупое возбуждение от горячих пальцев внутри него, которые с громким булькающим звуком выходили и входили в него с завидной регулярностью. Но вот, что он точно чувствует, так это то, как его рубашка прилипает к спине из-за пота, а также раздражение! Такое сильное, что он едва сдерживает любой мат и звук, который так и хочет выскользнуть из губ каждый раз, когда чужие пальцы заходят слишком глубоко. Наконец-то очередной юзер школьной уборной выходит из неё, точно не помыв руки после этого. Киллуа наверное рад, что тот не задержался тут подольше, потому что пальцы знают куда давить. И давят точно в цель в ту же секунду, как дверь захлопывается. Ноги тут же подкашиваются и Киллуа прикусывает губу с хриплым стоном. Он совершенно не хотел быть тут изначально! Это всё Гон! Гон, который во время урока по иностранному почувствовал, как у него «болит живот» и попросил учителя выйти в медпункт. И под руку сразу попался Киллуа, что только закончил писать предложения под чужую диктовку, стоя у школьной доски. Их глаза встречаются и Киллуа уже тогда чувствовал, что что-то его ждёт. Но он не догадывался, что посреди урока его заведут в крайнюю кабинку туалета, так нуждающееся сожмут плечи и прошепчут на ухо: «Ты у доски выглядел так сосредоточенно, когда слушал учителя. Я сразу вспомнил наш недавний вечер… извини, я очень возбудился.» — а затем эти глаза, точно знающие, что без должного внимания он и его член не останутся, смотрели целеустремленно. Ведь как может Киллуа сказать «нет», верно?.. Ага, конечно! -Нет, Гон. Не тут. Не в грёбанном воняющем толчке. — он взмахнул рукой и постарался выйти из открытой кабинки, что ловким движением закрыли на щеколду. Большие глаза, полные непонимания, устремились на него почти в щенячьем взгляде. -Но Киллуа! Ты мне очень нужен! — он сразу говорил громко, исключая даже малейший шанс на то, что рядом с ними кто-то мог быть. Киллуа сразу прикрыл чужой рот. -Нет Гон. Нет и точка. Ты сам можешь поработать своей рукой. Без меня.- он нахмурился и в одно мгновение его рука уже была схвачена. В другое мгновение она уже лежала на чужой ширинке, которая натянулась от пульсирующего и горячего бугорка. Киллуа это даже ввело в ступор на пару секунд, и в его глазах прошла неуверенность в собственных словах. И конечно, Гон читал его как открытую книгу в такие моменты… -Пожалуйста Киллуа.- он заметил эти щенячьи глазки — Это будет быстро. Обещаю. Его бровь дергается и он в итоге сдается. Но не без лишней раздражимости. Он толкает Гона на прикрытый толчок и садиться на колени, мигом расстёгивая чужую ширинку. Одна рука уже стягивает боксеры, а вторая подставлена к лицу. Он хотел было уже плюнуть на неё, чтобы было хоть какое-то трение, но его останавливают. -Нет, Киллуа. Не так. — Киллуа непонимающе смотрит снизу вверх и его лицо надо было видеть, когда Гон достаёт презерватив и маленький одноразовый пакетик смазки. -Нет. Блять, Гон, нет. — он снова противится и резко встает, хватаясь за щеколду. Но его тут же останавливают чужие руки, сжимающие корпус. -Ну пожалуйста Киллуа! Ты же уже согласился! — его руки ползут по рубашке вниз к ширинке. Киллуа громко вздыхает носом и выдыхает через плотно сцепленные зубы. -Гон, скажи мне.- в его голосе чистое раздражение — Ты готовился к этому? Ты никогда не носишь с собой такое! И он не знает, удивляться или нет, когда чужие щеки краснеют, но взгляд все ещё остаётся прямым. -Ну, - он даже слегка запинается — я думал об этом какое-то время. -Извращенец.- Киллуа сразу выдал и снова предпринял попытку не потакать чужим хотелкам, тем более когда это был сраный в прямом и переносном смысле мужской туалет! Это точно было не на первом месте его желаний в кинк-листе! Наверное где-то последним! Прямо на дне! -Ну Киллуа! — он вновь слышит и готов уже предпринять более жесткие попытки уйти, но чужие руки проходиться снизу вверх к груди, вызывая мурашки — Неужели ты не согласишься хотя бы на один раз? Я так долго думал об этом, позволь же! Волосы на руках встают дыбом и он судорожно вздыхает, когда жесткие пальцы трут его набухшие с вечера соски. И трут аккуратно, чтобы жесткая ткань не приносила сильный дискомфорт. И Киллуа сдерживает мычание, все ещё защищаясь от этого. Но вторая рука медленно достигает ширинки, Гон трется сзади, вжимая его лицом в дверь кабинки и Киллуа чувствует то, что всегда чувствует от прикосновений Гона. Он даже не знает, злиться от этого или нет. -Ты так легко возбуждаешься от моих прикосновений.- Гон явно это говорил, теша своё эго. Но Киллуа не мог отрицать этого факта. Точно не сейчас, когда пуговица быстро отлетела от петли, а звук молнии говорил о её разветвлении. -А сам-то…- он шипит и сжимает кулаки. И Гон теперь, чувствуя вседозволенность, снимает с него школьные штаны и нижнее белье. И вот мы тут. Гон безжалостно долго мучает его пальцами, пока Киллуа пытается не вдыхать носом и ртом этот противный запах отходов, циркулирующий в этом помещении. По ощущениям, Гон — это единственный человек которого это не волновало. Его волновало сейчас удовлетворить свои потребности. Это часто вставало у него на первый план во время их близости на разных уровнях. Киллуа тихо стонет от того, как пальцы снова надавили на простату, и другому парню явно это нравится. Он проходится рукой по влажной рубашке и Киллуа вскидывает бедра выше, начиная стыдиться собственного положения. Ему нравится секс с Гоном. Эта близость появилась в этом году. Спустя годы совместной влюбленности парни-подростки решили дать волю своим желаниям и просто трахаться и дрочить друг другу до беспамятства. И Киллуа был непомерно счастлив, что они оба были парнями, потому что, если бы кто-то из них был девушкой, то этот кто-то точно бы залетел после второго их секса, когда они болт огромный положили на презервативы. И несмотря на то, что с их первого секса прошло меньше года, это было так часто, что они знали уже каждую чувствительную точку друг друга. И они были не против этого. Наоборот, каждый секс был прекрасным и они редко заканчивали на первом раунде. Подростки, что сказать. Полны энергии и гормонов, которые заставляют стояк не спадать после первого захода. Последний раз был вчера вечером, когда они делали это в частном доме Гона, в котором он жил с тётей и прабабушкой. Слава богу, что они тогда были на работе, ведь стены у Гона очень тонкие, словно из картона… а вот Гон, почти всегда, очень шумный в нижней позиции. Скорее всего от того, что Киллуа всегда действует быстро и жестко, по личной просьбе Фрикса. Когда трахают Киллуа, это почти всегда нежность, переходящая к концу в бешеный ритм. И он был бы рад вернуться к этому, но в постели! Любой! Хотя бы в хостеле, но не в туалете! Он сжимает губы, снова прокручивая у себя в голове вопрос о своей вменяемости, когда поддавался чужим уловкам. -Я захожу? — он слышит неожиданно. Это вырывает его из потока мыслей и он слабо кивает. -Давай быстрее. С твоим ритмом урок зак-! — его прерывают резким толчком. И только от этого факта Киллуа смог понять, как долго Гон это ждал. Он сразу скользит и успевает схватиться за дверную ручку, чтобы не свалиться полностью, ведь Гон сейчас его не придерживал, лишь жестко хватался за бедра, слабо протягивая стон собственного наслаждения. А Киллуа резко вздыхает, начиная отходить от резкого толчка, в мгновение расширивший его прямую кишку. Он не хотел что-либо говорить, да и не знал. В его глазах начали плясать звезды, а сзади начинает вырисовываться ритм. Парень сильнее сжимается за ручку, а второй рукой пытается опереться на стенку. -Бля.- вырвался из него первый слышимый звук. Ноги слегка разъезжаются, но одна из чужих рук наконец-то начинает придерживать его, устраиваясь на животе под рубашкой. -Я бы хотел услышать больше твоих звуков.- шепчет Гон и соблюдает ритм, смотря на чужую шею и спину с полуприкрытыми глазами. -Пошел бы ты знаешь куда-ах! — удар по простате сразу же заставляет его выпасть из колеи. Гон сразу понимает как сорвать куш и бьется сильнее в то же самое место. И если сначала Киллуа сдерживал себя, то сейчас, он словно начал поддаваться безрассудности Гона, начиная стонать громко для такого помещения. Но он сразу замолкает, снова услышав, как открывается дверь. Звучит ширинка и Киллуа молча смотрит покрасневшими глазами, с испариной на лбу, на Гона, который так и вылупился на дверь. И, о, если бы Киллуа не знал Гона, он бы спокойно стоял и ожидал, когда помещение освободится, однако в данный момент он просто молился, чтобы сейчас у второго появились мозги! Чтобы он тоже просто так и стоял! Но, конечно, Гон поступает именно так, как от него и ожидаешь. Он толкается. И толкается медленно, чтобы не было совместного хлопка от их кожи. Но ноги подкосились и его рот открылся в беззвучном стоне. Он должен ахуеть или принять такое действие с чужой стороны? Если смотреть на то, что они знакомы много лет, он должен был принять, но от количества темноты в глазах в данный момент, он предпочел бы ахуеть. -Гон! — он шипит очень тихо, пытаясь остановить его рукой. Но выходит только попасться в чужую ловушку. Гон хватает его руку сильно и отводит назад, заставляя из собственной спины сделать напряженную дугу. И снова толкается. И снова. И снова. Он СЛЫШИТ как Гон выскальзывает и погружается. И это сводит его с ума. Ведь единственное что он слышит, это то, как кто-то сейчас, блять, мочится, и как его медленно ебут без точного согласия. Но разве сейчас Гону это было важно? Ха! Конечно нет! И Киллуа не мог не соврать, если бы сказал, что он полностью против этой его части… Наконец-то этот ноунейм выходит и теперь Гон вбивается сильно. И Киллуа стонет. Но он совсем не следил за временем, просто вскоре лишь чувствует как кончает без каких-либо прикосновений к себе, а затем слышит как Гон стонет ему чуть выше уха. Парень сверху хватается за его бедра и слегка дрожит. -Это было очень хорошо.- он шепчет, после чего Киллуа глубоко вздыхает, сжимая вместе кулаки, что скоро встретятся с чужими ребрами. -Ты придурок Гон! Полный придурок! — он уже кричит не сдерживаясь.