Будни

— Ладно, хорошо, допустим… — Ферн сорвал со своего лба новую записку.

«Дилемма для травмированного: если у вас выявили повреждение ЦНС совместно с черепно-мозговой травмой, и вы осознаете тщетность каких-либо социальных коммуникаций, уместнее ли заранее до наступления болезни Альцгеймера совершить самоубийство?»

Травяной замер на месте, пребывая в полном шоке. Его рука окаменела, а сам зеленый походил на какую-то статую с каменным взором. Подошедший к нему Джейк вынул записку, направив фонарик и став читать ее вслух. Стоявший как вкопанный Ферн все так же глядел в пустоту. — Вот это уже перебор! — Джейк порвал записку на мелкие кусочки. — Тот, кто привел нас в это место, явно мотивирован не совсем благими намерениями… — Фактически нас не привели, а похитили и оставили на произвол, оставив заранее заготовленные записки с фонариками. — БиМо оглядывался, пытаясь рассуждать критически. — Тот непонятный анекдот из первой бумажки наверняка на что-то намекает… но я не совсем понимаю, что означает число «2011». — Это... похоже на год. — Финн почесал затылок, светя фонариком. Взяв бумажку, он вновь стал вчитываться. — Вот только… такой этот Штирлиц?.. Пока все остальные кумекали что да как, травяной так и стоял, словно пугало. Финн, обернувшись назад, заметил это только сейчас. Подойдя ближе, и прикоснувшись к его плечу, он ожидал хоть какой-то реакции, вот только вместо этого он получил ровным счетом ничегошеньки. Глаза Ферна смотрели за тысячу ярдов. — Так, стоп… у меня на лбу записка. — Джейк сорвал ее, начав читать. Все остальные также заметили у себя записки, приклеенные ко лбу каждого. Исключением был только БиМо. Пес стал зачитывать свое «послание» вслух:

«Загадка для Джейка: Что происходит с семьей в тот момент, когда любящий отец шляется по ночам без какого-либо предупреждения? Полюбит ли его своя жена после таких загулов, останутся ли дети в безопасности?»