Сын маминой подруги

11 глава.

Сын маминой подруги.

«В кругу тепла.»

«—Приятного чтиво!»

Минуты шли за минутами, секунды за секундами, а за этим проходили и уроки. Керпичи школьных стен хранили в себе подсказки и шептали даже после уроков. Цветы в кабинетах, стоящие на окнах, и уже, наверное, три недели как не политые, сейчас теряют свои последние засохшие листья. В кабинетах уже пропали лундные лекции учителей, болтовня детей и прочие. После уроков школа будто с крышей окунается в тишине и мраке. Чонвон стоит рядом с учительским столом. Его тонкие пальцы катают по столу маленький резиновый шарик. Всё внимание Яна нацеленно на этот попрыгунчик. Сону так же заинтересованро наблюдает за катящимся предметом. Ники же просто сидит за столом и ждëт, пока старшие уже сообщат о том, что можно уже наконец-то собираться домой. Всё в основном ждут только Джея. Тот в свою очередь поправляет какие-то важные документы в компьютере. —Ребята, вы можете вызвать такси и поехать домой. Мне ещё долго тут работать.—Резко начинает говорить Джей. В тишине его низкий и хриплый голос раздался эхом по коридору, до той степени там было темно и пусто. —Я без тебя не поеду.—Отвечает Чонвон, так же не сводя глаз с шарика.—Сону, Ники, а вы можете ехать. —Нет-нет, что мы будем делать в доме без хозяев? —Отвечает Сону, у которого уже глаза слепаются от сонливости.—Мы подождëм, всë хорошо... —Да нормально всё. Хотя бы несколько часов одни дома побудьте.— Отвечал на это всё Джей, пока младшие неуверенно переглядывались. —Не знаю... —На выдохе начал Ким. По его выражению лица было понятно, что сейчас он продолжит свою фразу, но что-то пауза затянулась. Будто Сону боится это произнести.—Мы и без того к вам домой как бомжы напросились... —Сону, если бы нам это мешало я бы не заставил Ники забрать тебя и жить у нас.—Ответил спокойнфм тоном Джей. —Да, Сону! —Подключился Ян.— Я наоборот безумно рад, что вы живëте у нас. Только вот вы что-то слишком сдержанные. Так что, хватит нести ересть и идите домой.—Завершает Чонвон, ожидая ответа Кима и Ники. —Ну... Ладно. —Неуверенно отвечает Сону, после чего оба встают изо парты и, попрощавшись, выходят из кабинета. По пути оба молчали. Были неуверенны и тряслись по мелочам. Боялись сжечь квартиру, устроить потоп, а ещё сильнее боялись того, что прийдëт кто-то из соседей и начнëт жаловаться. Из-за своих же переживаний забыли даже про разговор. Вот уже сидя в машинн Ким вспоминает один из своих вопросов к Ники, который волнует его больше всего. Как спросить не знает и не потому, что этот вопрос слишком личный, а потому, что сейчас в этой неловкой атмосфере разговоры одновременно и самая лучшая и самая не лучшая идея. —Ники, а... откуда ты японский знаешь?—Спрашивает не сводя взгляд с коленей Нишимуры. —Ну... Для начала моя мама и мой папа японцы. Мама жила в Корее с трëх лет, а папа приехал учиться. Они познакомились в университете. Ну и закончилось это моим присутствуем и его отсутствием. Вот до того, как папа ушëл из семьи он учил меня японскому. А что? —Просто интересно стало, почему у тебя всё стихи на японском, если ты в Корее жил и родился... —Я их пишу на Японском чтобы никто не читал. Там... Риана не знает японский, мама его забыла.— Закончив свою речь тот откинулся на спинку сиденья,прикрыва глаза,добавил:— Хотя эта женщина велела мне не называть еë мамой. Уже дома Ники и Сону окончательно потеряли самоуверенность. Переодевались так, будто за ними следят, ели медленно, убирали после себя так же не спеша и аккуратно, будто боятся, что посуда от их прикосновений разобьëтся. Уже закончив всё основные дела они разошлись по своим. Сону сёл делать уроки. Разложил на письменном столе в их комнате учебники, тетради и прочую канцелярию. Погрузившись полностью в учёбу тот забыл о всëм происходящем. Как всегда, всë внимание нацеленно на то, чтобы писать в тетради красивым почерком, без помарок и ошибок. Чтобы всë как всегда было идеально. В голове уже прокручиваются представления, как тот стоит у доски и отвечает параграф, выученный ранее. Его внимание прирывается на гудке из телефона. Сону не сводя глаз с тетради лениво тянется рукой к телефону и, не посмотрев кто ему там вообще звонит, взял трубку. Из голоса послышался знакомый женский голос, от которого Ким сразу прозрел. —Сону, алло!— Слышится из трубки голос матери.— Наконец-то я до тебя дозвонилась!— Сону от этих слов застыл. Страх оковал всë тело так, что Сону не мог даже трубку бросить.— Какого вы...! —Госпожа Ким, чего вы хотите от меня?— Вопрос, который всë это время крутился в голове сам выбрался на ружу. Сону сам отреагировал так, будто это не он спросил. Нишимура в той комнате услышал слова старшего. Ярость ему в буквальном смысле ударила в голову. Ники агрессивным шагом, только услышав слова "Госпожа Ким" направился к комнате Кима. Войдя в комнату тот моментально вжал блондина в стол, выхватил из его рук телефон и, сбросив трубку, сразу посмотрел в глаза Кима. Он не просто поймал его взгляд, а прожигал взглядом, заглядывал в самую душу, будто читал ответ на свой вопрос. —Сону, кому ты звонил?— Только после того, как прочитал ответ в глазах Сону задал вопрос. —Ники, я не... —Просто скажи правду!— Перебивает. Тон его злой, лицо такое же. Брови сведены в переносице, от чего глаза кажутся более огненными. —Прости, Ники... Мне звонила мама... Я не посмотрел кто мне звонит и сразу взял, а там мамин голос. Я испугался и не смог сбросить, а потом... —Дальше не продолжал говорить. Сону, будто маленький, провинившийся котëнок вжался носом в грудь Нишимуры, ладошками, будто лапками, сжал футболку на спине Ники. Брюнет, почувствов дыхание старшего в своей груди успокоился. Почувствовал, что ему можно доверять даже в таких, ответственных вещах, и даже после того, как Сону взял трубку по не внимательности.—Прости, я не думал, что ты так отреагируешь...— Ники опускает на него взгляд и начинает поглаживать старшего. Запутывал волосы не его макушке и почëсывал подушечками пальцев. —Сону...,— Тихо завëт младший, после получает от него короткое и глухое "мг?"—Ты... Боишься меня?— Сам же от своего вопроса ахуел. —Нет... Я просто... Не хотел, чтобы бы ты злился и портил себе настроение в момент, когда мы остались на едине. —Аа... Тогда... —Ники сделал шаг назад и поднял голову старшего, придерживая еë за подбородок. Сам же нагнулся до его уровня и потихоньку стал приближаться, хотя со стороны казалось, что они сами притягиваются друг к другу. Губы их слились. Сону будто каменеет от действий Ники. То, как он страстно жто делает всегда выводит Сону на дрожь. Поцелуй именно с Ники даже ощущается по другому. Его язык проходит по нижней губе, а после еë сжимают обе губы Ники. Сону спокойно отвечает на поцелуй искажëнными действиями. Нишимура каждый раз становится мило от того, как Сону пытается тоже вложить хотя бы какие-то усилия в это дело. Их лица отдаляются. С губы Ники до губы Сону протягивается тонкая слюна, которая сужается и обрывается. Ники на одном поцелуе свой прилив тактильности остановливать не хочет. Его руки заползают под футболку, погляжтвая грудную клетку. Киму от этого безумно неловко, потому что Ники просто не сводит глаз его взгляда. Он наблюдал за реакцией старшего и получал именно то, что хотел. Неловкость, неуклюжесть и его удовольствие. Пока Сону плывëт от непрерывного взгляда Ники уже полностью избавился от его верхней одежды и приступал к ремню. Растëгивает аккуратно, не спеша, будто разворачивает подарочную упаковку. Разум туманится, когда Сону остаëтся перед Ники полностью обнажëнным. Ники с него глаз не сводит. Изучает каждый миллиметр его тела и удивляется, как можно быть на столько идеальным. Перед ним, будто, точный механизм. Идеальная талия изгибалась между грудной клеткой и тазом так, словно еë вырезали из картона. Ники не понимал, как можно быть на столько точным, что даже тело выглядят так будто его нарисовали для какого-то комикса. Сону опять теряëтся. Чувствуя, как Ники прорезает, как лезвием, его тело взглядом тот забывает обо всëм. Одновременно с удовольствием от того, как Нишимура пытается сделать приятно обоим, смешивается и стыд. Под кожей на щеках закипает кровь. Тот стоит неподвижно, только подаваясь под действия Ники. Ники, в это время, делает шаг вперëд, тем самым вдавливая Сону в стол. От узости между ними Ким садится на него, чувствуя ягодицами холодную поверхность. Ладонь Нишимуры ложится тому на грудь. Ники будто грел это место, а когда убрал руку, спустив еë чуть ниже, сразу прильнул губами к тому месту, где ранее лежала рука, а оттуда медленно поднимался поцелуями вверх. Остановившись на ключицах тот нежно укусил еë, а после зацеловал место укуса. Сону понятия не имеет, что делать в таких ситуациях. Понимает, что Ники об этом знает, что для обоих это первый раз. Но если это первый раз, то почему Ники так профессионален в этом? Подняв голову тот опять ловит потерянный взгляд Кима. Не сводя с него глаз рукой дотягивается к анальному отверстию. Пальцы входят медленно, двигаясь вперëд в одном направлении. Ники остановился, чувствуя, как между пальцами уже становится влажно. Не знает, как продолжить, чтобы не разбить эту фарфоровую куклу. Сону, чувствуя проникновение двумя пальцами, вздрогнул. Раздался тихий всхлип, после которого Ким вцепился руками в футболку на плечах младшего. Сону вжимается лицом в грудь Ники, из-за чего тот ничего не видет. Ники аккуратно ласкает изнутри. Стенки потихоньку расходятся и уже так сильно не жмут на пальцы. Смазка стекает по пальцам, от чего двигать ими становиться легче. Ники, чувствуя, что пальцы проскальзывают вдоль стенок как по маслу пускает ещё один. Сону ощущает каждое его движение всем телом. Низ живота не приятно сводит. Блондин, ощущая это давление откидывает голову и через прикусанные губы выталкивает протяжный стон. Стоны идут один за другим, но Ники обращает внимание на каждый. Тремя пальцами толкается в простату, будто снимая с неë сгустки белой жидкости. Со стороны они выглядят как похититель и жертва. Изо спины Ники Сону даже не видно. Сону низкий, по сравнению с Нишимурой Сону действительно как котëнок. Ники, мысленно замечая это хмыкает. Рука, которой он недавно растягивал Кима сейчас направляет член в его растянутое колечко мышц. Головка входит полностью, а после Нишимура замирает. —Сону..., —На выдохе произносит тот, перехватывая внимание старшего.— Будет больно—скажи. В ответ Сону кивает и прикрывает глаза. То ли от жары в атмосфере, то ли от чего то ещё, сам не знает, глаза начинают слезиться, и из них скатываются маленькие капельки слëз. Незаметные, но до боли ощутимые. Ники, решив, что того времени, которого он дал Сону для того, чтобы он привык к длине достаточно, поэтому медленно начинает шевелить поясницей, толкая в Сону. Нишимура каждый в толчок добавляет скорости, но никак не грубости, чтобы не ранить эту кроличье существо. Не смотря на всю нежность Сону всë равно никак не может привыкнуть к положению. Контакт их тел для него слишком новый, и пока, для него это что-то не допускаемое. Толчки не ускоряются, но продолжаются. Ники делает всё так, будто Сону действительно расколится. У Нишимуры у самого от этой нежности всё мысли терялись. —Н.. Ники...! —Еле выдавливает старший. —Мг? —Быстрее... —Ники в шоке от просьбы Кима, но бесприкословно выполняет. Толчки становятся быстрее. Грубее. Сону ощущает чуть больше моментов от этого процесса. Изо рта всë так же вылетали тихие стоны. Каждый стон, сдавленный, тихий, но звучащий для Ники как песня, растворялся в воздухе. Когда толчки стали ещё быстрее Ким откинул голову назад и вскрикнул от чувств ниже живота. Головка язвилась между стенками быстрее, сталикавалась с простатой, вбивая туда чуть-чуть спермы. Ники специально ждал до этого момента. Момента, когда уже можно завершать процесс. Толкает быстрее, выжимая из самого себя всё силы. От стонов, которые он слышал ежесекундно дрожат руки, которые всë это время придерживали Кима на месте. Каждый скулëж пробирал до костей, заставляя пробежаться мурашкам. Ники изливается внутрь, пачкая Мону смазкой изнутри, и нежно выходит. С растянутого уздечка стекает белая жидкость. Ники опять глаз оттуда не отрывает. Следит за каждой каплей, тяжело дыша. Сону же наблюдал за его взглядом. Их послевесельный период закончился на звонке в дверь. Ники от этого сматернулся, застегнул брюки, быстро забежал в ванну, помыл руки и пошëл открывать дверь. Сону на секунду усомнился, что это Джей и Чонвон. У них должен был быть свой ключ, так почему же они стучат. Но услышав голос в коридоре тот сразу же стал быстро одеваться. Ники открыл дверь. Тоже посчитал, что это Джей и Чонвон. Но на пороге не было ни одного из них. В подъезде стояла Риана, она смотрела на Ники снизу вверх. —Привет, Ники... —Неловко начала та. Ники глаз с неë не сводил. —Привет... —Ответил тот, а после ушëл с прохода.— Проходи.— Девушка вошла в квартиру, но шаг с коврика так и не сделала. Та смотрела ровно в глаза брата. —Я не на долго... —Сказала та.— Я хотела лишь... Извиниться.— Нишимура был готов услышать всë. Просьбу или что-то другое, но не извинения.— Прости, я не хотела портить жизнь ни тебе, ни Сону...— В этот момент в коридоо выходит Сону. Он становится рядом с Ники, перед этим поздоровавшись.— Прости меня, Сону... Я просто боялась, что если у моей мамы и твоей ничего не получится, то я стану для мамы нелюбимым ребëнком... Я не хотела, чтобы это произведение. Прости. —Риана, ничего страшного... Ты наоборот подталкнула нас на будущее. Но.. —Тот отводит взгляд на Ники, а после обратно на девушку.— Как там твоë будущее? —Ах... Всё хорошо, не переживайте. Ники, прости, что молчала... У меня был номер отца.— В этот момент по рукам, спине и лицу Ники пробежали мурашки.— Сейчас я живу с ним... Я и сейчас тороплюсь к нему... Ники, напиши мне вечером. Хорошо? —Спрашивает та, но Ники на это не реагирует. Он слышит, понимает, но не может отойти от услышенного.—Ники? —Тот вздрогивает, прийдя в себя. —Ах, да... Конечно. Вечером обязательно напишу... —Девушка в ответ на это посмеялась. После прощаний Риана вышла из квартиры, а после скрылась за дверью.— Впервые я за день избавился от двух проблем. —Ники, я тебя люблю. —Я тебя тоже, сладкий.