Боль в словах

Эта боль сжигает меня изнутри. Каждый раз, абсолютно каждый раз я хочу просто пойти и умереть. И так уже второй раз за мою жизнь. Но у меня нет сил на суицид, поэтому я оправдываю себя тем, что мои родители и сестра без меня не смогут, ведь жизнь в деревне с полным двором разной скотины не сладкая. Пока я живу, начинаю всё больше понимать, что я чёртов эгоист. Я бездушная тварь, без чувств к окружающим людям, без любви к человеку, который тебя любит всем сердцем. Я не чувствую любви к маме или папе, к сестре, к собственному парню. Раньше моё мнение было такого, что только сердце и глаза выбирают кого мне любить. Сейчас же, после невзаимной любви я считаю что любовь - это лишь привычка. Привычка к еде, людям, обстановке, климату, цвету. И если эта привычка уходит от тебя, тебе становится очень грустно. У меня даже есть доказательство моей теории: люди привыкают ко всему. Есть люди, которые живут и радуются жизни в трущобах, на тяжёлой работе, а есть те, кому счастье приносит лишь чистота, роскошь и машины, что выполняют за них всю работу. Но если резко поменять привычки обоих людей, то постепенно они начнут привыкать к новым условиям и станут другими. По такому же способу действует и любовь, не так ли? Сейчас у меня идёт сессия, завтра будет экзамен по математике. Я кое как сдал все долги, которые накопились пока я был в больнице. У меня сейчас такое состояние нестояние, что даже с моим парнем отношения не очень. Боги Великие, как же я хочу умереть! И сейчас многие мои одногруппники смеются надо мной, смеются за моей спиной, осуждают. Даже преподаватель по учебной специальности унижает меня перед всей группой, считая что раз уж я староста, то я должен быть лучше всех. А то что все мы люди делаем ошибки её не колышет. Я же робот, я же должен всем и всё. Это ощущение несправедливости и то, что меня во всех позах ебут каждый день, сил не придаёт, наоборот, отнимает их. Впереди ещё пять экзаменов... Сегодня пол ночи собираюсь сидеть и готовиться к математике. Просто захотелось выговориться, потому что здесь об этом почти никто не узнает, ведь мои дерьмовые работы никто не читает.