Soulmate

Мне говорили страшно умереть молодым, не прознав жизнь, но по мне самое страшное это – понадеяться на что-либо, но в итоге потерять. Лишь одна маленькая искорка надежды, способна разжечь огонь, вселяя веру в завтра, но и губительна для тех, кто судорожно держится за неё, потому что в момент когда она ускользнёт, оставляя за собой лишь прах и пепел, для понадеявшегося всё будет кончено. Но то, что я здесь на корабле, не говорит ли о том, что я такой же- понадеявшийся: до дрожи в пальцах хватаюсь за невидимые нити возможного будущего. Корабль Soulmate Spaceship стартовал девятого августа 3024 года, и бороздит просторы космоса, в поисках нового дома, уже семьдесят два дня. Семьдесят два дня, как мы трусливо покинули Землю, умирающую, погрязшую в грязи, что оставило после себя человечество, одинокую планету, которую мы более не можем назвать домом. Потому что она нас обратно не примет. SS не имеет конкретной заданной цели, сроков или же маршрута, лишь около пяти ста тысяч представителей человеческой расы. Нас назвали лучшими умами, будущим, надеждой для людей, на деле все мы до ужаса боялись кануть в ничто на задыхающейся планете. Одним словом трусы. Таблоид на двери моей каюты сообщает мои данные: «Ким Тэхён. Биолог. Класс А». Классы определяют важность человека для будущего. Осознаю ли я свою важность? Точно нет. Тогда почему я здесь? Потому что, кто-то решил что я важен как специалист, но знает ли этот кто-то что я совершенно потерян как человек? То, что я имел на Земле не сравнится с тем, что я имею здесь на корабле. А быть точнее, чистое спальное место, хоть и маленькое, но своё, которое мне не нужно делить с десятью другими людьми, как было дома. Маленький санузел с душевой кабинкой, сразу при входе, и встроенный в стену шкаф, для хранения вещей, но вещей у меня практически нет, поэтому полки остаются полупустыми. Единственное доказательство, что в каюте кто-то живёт это фотография в деревянной рамке. На ней маленький мальчик обнимающий улыбающуюся женщину за шею. Если бы не это фото, я и забыл, как мама выглядела. Её не стало задолго до того, как я принял решение навсегда покинуть Дом. Пропищал звук будильника. С первых дней пребывания здесь, этот звук вгоняет меня в депрессию не меньше того ощущения, что я застрял навсегда в большом металлическом контейнере, что одиноко дрейфует в бесконечности среди холодных безжизненных планет. Лаборатории, принадлежащие отделу биологических исследований, находятся в левом крыле корабля, и я не спеша спускаюсь в единственное место, что хоть отдаленно, но напоминает Дом. Как и ожидалось, Тэдди уже на рабочем месте, сорокавосьмилетний биолог со стажем и миопией высокой степени, поправляя свои толстенные очки встречает меня со словами: -Третья криокамера барахлит со вчера, я позвал инженера с первого отдела. -Мхм, и тебе доброе утро! Но он уже с головой ушел в свои записи, не обращая на меня никакого внимания. Может быть кого-то такое отношение и задело бы, но я всем доволен: интроверт во мне ликует. Удивительно, что в паре со мной оказался именно он: человек настолько увлеченный своей работой, что будь я одноглазым альбиносом, он бы и не заметил. Зато, разговоры у нас исключительно о пестицидах и новой разновидности картошки. Минут через двадцать пришло оповещение о приходе инженера. Следом показался и сам работник первого отдела. Корпя над образцами за первой стойкой, мне хорошо его видно. Кореец? -Здравствуйте, поступил запрос с вашей лабораторий. Первый кореец на корабле, которого я вижу за два месяца. И кажется, моего возраста, может помладше. Неудивительно, что он тоже уставился на меня. Я было открыл рот, чтобы ответить, но прибежал мой напарник, сходу объясняя ему возникшую проблему. -Покажете где,- парень робко отвел от меня глаза, и пошел за кряхтящим Тэдди. В течение получаса, что он разбирал и собирал обратно камеру, я замечал его взгляды на себе, правда украдкой, словно он боялся быть уличенным за непристойным занятием. У меня были отношения на Земле, опыт за опытом, причем неудачные, научили меня тому что лучше быть одному, особенно мне, особенно сейчас. На корабле было немало мест для совместных времяпровождений согласно карте, но я нигде кроме научных центров и столовой не был, и не планирую. Но зачем тогда я смотрю на него в ответ и краснею как школьница? Мой мозговой штурм прерывает знакомый уже голос: -Я закончил, будут проблемы звоните. Почему то он замялся у прохода: -Я Чон Чонгук,-проговорил парень обернувшись ко мне, и неуверенно приподнял брови ожидая моего ответа. -Эмм…,-я забыл как меня зовут?- Ким Тэхён. -Приятно познакомиться, Тэхён,- он улыбнулся, прежде чем покинуть лабораторию. *** Следующие два дня прошли так же, как и все предыдущие: работая в лаборатории двое суток кряду, я имел возможность следующие два дня отдыхать. Обычно выходные я проводил у себя в каюте читая, или же доделывая отчеты по работе, но в этот раз решил спуститься в нижний отсек, где находились столовые и аллеи для прогулок. Совру если скажу что не искал возможности встретить Чонгука, потому как думал о нём, пожалуй слишком часто для человека который лишь заинтересован в обретении нового знакомого. Хотя я и знал где он работает, всё же не осмелился подняться в первый отдел, и решив оставить всё на волю случая, набрав еды, пошёл в сторону аллеи, в надежде найти свободное место, как вдруг услышал как кто-то зовёт меня по имени. -Тэхён! Сквозь толпу ко мне прорывался Чонгук, наверное со стороны я выглядел глупо с идиотской улыбкой на лице: -Чонгук… -Ты выглядишь иначе в гражданском,-взгляд Чонгука прошелся по мне, и заметив пакет у меня в руках, он добавил,- ты один? -Да, вот решил поесть,- стоит ли мне пригласить его присоединиться ко мне?  -Тогда не против поужинать со мной? Я лишь покачал головой, в знак согласия. Чонгук потянул меня в сторону выхода. -Куда мы? -Сначала за ужином, затем хочу показать тебе одно место. Уверен тебе понравится,- но опережая мой вопрос, он указал на свой бейджик «Чон Чонгук. Инженер. Класс С»,- мне не позволено есть здесь. -Но почему? Я думал у всех инженеров класс А. -Когда мне пришло приглашение, я мотал срок в колонии. Он посмотрел на мою реакцию, но я лишь пожал плечами, зная что творилось на Земле: многие занимались нелегальным бизнесом, и среди моих знакомых находились такие. Тем временем мы спустились на два уровня ниже, где находились столовые для сотрудников класса С и Д. Набрав еды, он повёл меня через запутанные коридоры, в небольшую кабинку, где не было практический ничего, кроме панели, встроенной в стену. -Что это за место? Чонгук забрав мой пакет, положил рядом со своим и приблизившись ко мне проговорил: -Надеюсь у тебя нет боязни высоты,- он широко улыбнулся и нажал на кнопку в панели. В полу образовалась дыра, которая всё расширялась пока не достигла стен, открывая темноту бескрайнего космоса. Я невольно вцепился за куртку Чонгука, только услышав его голос у самого уха, заметил насколько близко мы стоим: -Стекло сверхпрочное, даже если сильно захочешь не сломаешь,-он взяв меня за руки, потянул за собой. Я смог немного расслабиться только когда почувствовал, что сижу на твёрдом полу, но страх провалиться в пустоту не покидал меня. -Всё хорошо? -Да,- у меня во рту пересохло,- откуда ты знаешь про это место? -Здесь должен был быть наблюдательный пункт, но пока его не используют, почему бы нам не попользоваться? Видя, как я никак не могу отпустить его руку, он слегка растянул губы в улыбке: -Прислонись к стене спиной. Да, вот так. Лучше?- Чонгук раскрыв пакеты, достал еду в контейнерах. -Не спросишь за что я сидел? -За что сидел? -Мы с друзьями, разбирали краденые машины и продавали запчасти. Нужно было как-то выживать. В своем деле я был довольно хорош. В последний раз я положился не на того человека, и нас всех повязали, но сел я один. Как то так... -И сколько ты отсидел? -Ммм, месяца два, затем пришли люди в черном и предложили работу,- он криво усмехнулся своим словам,- никогда не думал что выберут меня. -Значит ты талантлив. -Наверное. Кстати, тогда у вас в лаборатории нужно было лишь переключатели поменять местами. -А зачем тогда ты полностью разобрал камеру? -Да было на кого посмотреть просто. Я смеюсь редко, но с ним это было так просто. В своём одиночестве, я придумывал образы людей, что были бы со мной всегда, несмотря на мои ошибки и жалкие попытки подражать великим умам, которые самозабвенно уходили  кто в науку, кто в литературу, но непременно оставались одиноки. Такова их судьба? Или же очередное оправдание в пользу социопатов, что боялись даже собственных теней. Так вот, те люди, которые остались бы со мной, вдруг чётко и ясно обрели лицо и голос. Чонгук. Я вдруг осознал что уже с минуты нашей первой встречи, нанизываю на него свои ожидания и вопреки тому что могу разочароваться или скорее разочаровать, не могу перестать это делать. Вечер, что мы проговорили почти четыре часа кряду, близился к концу, и вот снова я окунаюсь в человека, словно в омут с головой, хотя понимаю, что опасно привязываться, не то что влюбляться. Видимо, я тот еще дурак что не учится на собственных ошибках, но что-то мне подсказывает, Чонгук именно тот, кого я ждал всегда, всеми правдами и неправдами отрицая желание любить кого-то. Ведь все хотят именно этого: любить и чтобы их любили в ответ. -Пришли,- я указываю на таблоид на своей двери,- завтра, у меня тоже выходной, если… Он прислонился к стене, и сложив руки у груди приподнял брови: -Хочешь продолжения? -У меня тут нет знакомых, с кем бы я мог…ну, общаться. Он расхохотался, и подойдя ко мне вплотную чмокнул в губы. Неожиданно. -А я не хочу просто общаться,- Чонгук отойдя на пару шагов, повернулся в сторону лестниц,-зайду за тобой после работы. И когда тебя вот так нагло вырывают из твоего привычного кокона, сотканного из одиночества, ты вмиг теряешься, не найдя опоры под ногами, но затем приходит осознание, что и ты кому-то нужен, и пожалуй это самое ценное в то же время самое опасное чувство, что есть на свете. В тот момент не важны были ни разница в возрасте, ни то что мы одного пола, из разных сфер, ни то что было в прошлом или произойдёт в будущем, ничто не имело значения, лишь то что теперь мне есть что терять. Я должен был понять, что в момент, когда обрёл веру в то что больше не один, я пропал. Боги, если б я тогда знал, что всё скоро исчезнет, позволил бы я себе влюбиться, позволил бы я себе понадеяться, что у нас есть завтра?