(Не)удачный завтрак

Раньше Юджи всегда считал любовь между родственниками странной, мол: „как они могут любить друг друга, если они родные?”. Позже он самолично узнал ответ на свой вопрос, когда почувствовал неровное дыхание в сторону своего брата-близнеца. Просто представьте, какие горестные эмоции испытывало наше солнышко. Сердце, безусловно, сыграло с ним отвратительно-жестокую шутку, когда позволило ему влюбиться в своего родного, чёрт возьми, брата. Итадори явно не был рад своим новым вспыхнувшим чувствам, но ничего не мог с собой поделать. Сначало кареглаз до последнего не хотел верить в это. Обычное восхищение своим старшим, ничего такого. Правда ведь? Подумаешь, что хочется сжать его в своих объятьях до хруста костей, уткнуться ему в широкую грудь и никогда не отпускать, пока их не разлучит сама смерть. Подумаешь, что желание расцеловать его растёт с каждым днём, а сдерживать себя становится всё сложнее, особенно когда перед тобой виднеется до жути милое и сонное лицо близнеца. Подумаешь, что лишь из-за одного упоминания Сукуны в сексуальном плане мальца бросает в жар, а внизу живота как на зло затягивается приятный, тянущий вниз узел. Это всё не важно. Они всего лишь братья, и о романтических отношениях между ними не может быть и речи.

…

Больно.

До чёртиков больно.

Хочется забить на всё и просто вцепиться в чужие, вечно манящие пухлые губы, целовать их до потери сознания и умереть в родных руках. Хочется забить на все „правильные” нормы и не стесняться своих чувств. Много чего хочется, но исполнить получается далеко не все свои хотелки.

***

Время близилось к утру. Из-за горизонта только вышло долгожданное и всеми любимое святилище, озарив квартиру двух близнецов мягким и нежным светом, пробиваясь своими лучами сквозь плотные шторы, что закрывали собой окна. За пределами небольшой, но уютной квартиры слышалось пение птиц и редкие выхлопы автомобилей. Если подойти к окнам ближе, то можно было услышать приятно-тихие мелодии из соседних кафе и магазинчиков. На часах показывало четыре утра. Многие в это время ещё нежились в своих мягоньких постелях и досматривали сны, но не наши герои. Юджи вертелся у плиты и пытался сделать идеальный завтрак, а Сукуна пытался хоть чем-то помочь ему, на что получал слабый щелбан и недовольную физиономию младшего. — Да ничего у меня не подгорит, успокойся ты! — выпалил розоволосый с острым взглядом в сторону брата, пока пытался перевернуть очередной блин. Тот же явно начинал покрываться корочкой гари, но никак не хотел поддаваться лопатке и неумелым рукам Итадори. — Ну да, ну да, не подгорит. Вижу я, как у тебя не подгорает. — Рёмен скрестил руки на груди и наигранно закатил глаза, срываясь на тихий смешок. — Лопатку сюда давай, щас братец покажет тебе мастер-класс. — с этими словами татуированный ловким движением руки забрал у Юджи желаемую лопатку, вставая сзади него. Затылок второго уткнулся между шеей и ключицами близнеца, на что послышалось возмущённое фырканье. — Эй! Совсем оборзел? Гадёныш сраный. На слова кареглаза Суна лишь посмеялся, с легкостью перевернув уже подгоревший блин на другую сторону. — Тихо, я провожу операцию по спасению нашего завтрака. — алый убавил огонь плиты и скинул готовый блинчик на тарелку, после подлил в сковороду немного растительного масла, а когда оно немного нагрелось, то за ним пошла и вязкая смесь. — Ну вот и готовь сам, раз я такой неумёха. — младший раздражённо фыркнул и вздёрнул голову вверх, ударившись затылком о шею Сукуны. Тот на это издал очередной невесомый смешок, продолжая заниматься жаркой блинов. — Ты чего, обиделся? Какие мы, оказывается, злые. — Рёмен опустил насмешливый взгляд на нежно-розовую макушку, после склонил на неё своё лицо, упираясь подбородком в мягкие волосы. — Ну и что я должен сделать на этот раз, чтобы моя вредная принцесса перестала обижаться? Снова читать молитвы на коленях? Или сегодня меня пощадят — просто завтрак в постель? Давай, удиви меня. Итадори фыркнул и сжал губы вместе, смотря на тарелку с горячими блинами. В голове металось несколько идей для „наказания” старшего, но одна из них решила вырваться на свет. — Поцелуй меня. — в первые секунды юноша пока не осмысливал свои слова, пока не понял, что произнёс свою мысль вслух. Подросток явно занервничал. Опустив руки вниз, тот с растерянным лицом глянул в сторону не менее удивлённого Сукуны. — Странные хотелки у тебя, сопляк.. — Д-да я пошутил! Ха-ха..! Не надо меня цело.. — договорить ему не дали, по скольку близнец решил перебить кареглаза лёгким и быстрым поцелуем в губы. — Молчи. — помято отрезал татуированный, прежде чем выпрямится и выключить плиту. — Только попробуй что-то вякнуть — язык отрежу. На щеках младшего проявился слабый румянец. Переварив всю сложившуюся ситуацию, Юджи нервно сжал ладони в кулаки и злобно зашипел сквозь сомкнутые зубы. — Пидорас.. — От пидораса слышу.