Твоя-ли я школьница?

Я плакала в школьном туалете, Капля за каплей летели на эти Колени, запястья, дрожащие плечи, Ты всхлипы услышал, ты сделал мне легче. Маленькая прозрачная слеза вновь показалась на концах ресниц, и уже через несколько мгновений скатывалась по щеке, вызывая мурашки по всему телу. Но уже через секунду она была вытерта белоснежным платком с бирюзовыми оборками, которыми он был обшит вдоль и поперёк. Кроме бесчисленного количества слёз, от которых платок был уже изрядно мокрым, на нём виднелись коричневато-красные пятна крови, над выстирыванием которых придётся немало попотеть. Рана на коленке неприятно пощипывала, а остатки содравшейся кожи собрались в грязную кучку, от которой щипало только сильнее. Прямо рай для любого мазахиста! Но я таковой не была. Холодный мраморный пол, на котором я сидела, вызывал мурашки, которые бежали стремглав по всему телу. Кровь из носа давно прекратилась, но теперь вся школьная одежда была в крови. Теперь она окончательно испорчена, особенно белая блузка с чёрным бантом посередине. Чёртово артериальное давление добило меня и мою школьную форму окончательно. Да к тому же на уроке химии! Это же будет настоящим позором! Да ещё и при нашем учителе… Я снова всхлипнула и закрыла лицо руками. Как бы сейчас хотелось находиться подальше от этого места! От этих серых стен и презрительных взглядов одноклассников! Подальше от школы, подальше от химии… А лучше всего дома, под тёплым пледом… Рядом с мамой, которая заканчивает готовку прелестных кексов и ставит перед тобой поднос от которого исходит горячий пар. А рядом с тарелочкой стоит стакан с молоком и ложкой мёда, от привкуса которого волей-неволей закрываются глаза и сон наваливается с бешеной силой. Рядом со старшей сестрой — Клео, которая усмехается, что я всё ещё как маленькая, но всё же отрывает толстую книгу всех томов «Гарри Поттера» и тихо, совсем шёпотом начинает читать, хихикая тому, как я внимательно слушаю. Но вместо того, чтобы оказаться дома, я вновь открыла глаза на чередующихся мраморных плитках: Красная, чёрная, красная, чёрная… Сглотнув, я решила, что наверное уже пора возвращаться. Уверенна, прошло уже больше половины урока, так что возможно минут через 5 уже будет звонок с урока. Слегка облокачиваясь на бледные ладошки я начала подниматься, потихоньку, яро желая сейчас не грохнуться на пол и не разбить вторую коленку. Хватаясь за край раковины, я встала на одну ногу, но подскользнувшись на маленькой лужицы воды, которая была разбрызгана по всему женскому туалету, я начала быстро и стремительно падать. Смирившись со своей участью я поняла, что целой и невредимой я сегодня в класс явно не вернусь, представила, как наверное больно ударяться головой о раковину… Интересно, что скажет Николь, когда увидит меня с разбитой головой и увидит-ли она меня вообще… Череду моих странных тревожных мыслей прервал вздох. Я приоткрыла один глаз. Больно не было почти что ни где, кроме коленки.Затем, опасаясь наихудшего, я открыла второй глаз и столкнулась с серьёзным взглядом серых очей, в которых была выражена не агрессия, а беспокойство? — Зои Крестова! — воскликнул он, — А что, если бы я не успел! Ты понимаешь, что могло случиться наихудшее, если бы я не пошёл на твои поиски! — он чуть-ли не срывался на крик, — Ты хоть понимаешь как мы все волновались?! Николь и Феликс чуть не разгромили класс, когда ты крикнула нечто невразумительное и умчалась прочь! Ребята, сказали, что у тебя просто давление, и ты скорее всего побежала к медикам, но когда ты не пришла и через 15 минут, мы все начали беспокоиться. Начался не урок химии, а угадайка, куда могла деться Зои! Ты понимаешь, сколько всего натворила всего лишь выбежав из класса, даже полностью не объяснившись? У меня же есть аптечка, я бы помог тебе! Я же ещё и внеурочку по медицине преподаю, как-никак! — Да, — немного замешкавшись прошептала я, — Я всё понимаю… — Но снова и снова ведёшь себя так, что опять заставляет других волноваться! Знаешь какой нервный был Феликс, хотя говорил, что наверное всё хорошо? — Он беспокоиться абсолютно обо всех… Он же староста., — промычала я. — Кроме того, он твой друг, — хмыкнул Куромаку и взглянул на ободранную коленку, — Так ты ещё и упала? — вздохнул учитель химии и постарался улыбнуться, — Зато сейчас всё хорошо. Перемена идёт 20 минут, так что мы успеем сходить до медпункта и на второй урок химии. Ты можешь идти? Нет, идти я не могла. Ноги меня не слушались от слова совсем. Я не то что идти, я стоять нормально не могла… Но говорить тоже, даже элементарное «нет» не хотело, и видимо не собиралось срываться с моих губ. Я отрицательно помотала головой и сглотнула. Ну и как нам теперь добираться до медпункта? Не полётом же! Учитель снимает с переносицы очки и нервно потирает то место, где находилось приспособление для зрения, а позже вздыхает и смотрит на меня с неким ожиданием. От этого пронизывающего взгляда я вздрагиваю и делаю шаг назад, хотя секунду до этого не могла сделать не единого движения. — Хм-м-м, зашевелилась, — усмехнулся Куромаку, — Но что я могу сделать, если ты даже нормально на ногах не стоишь, а единое движение доставляет дискомфорт? Да простит меня директор. Учитель сделал шаг ко мне, так что теперь казалось, будто он зажимает меня к стене. Только бы никто не заметил, его же так и без работы оставить могут, а он всего лишь хотел помочь! Трагические мысли о конце всех светлых дней ещё не успели закончиться, как я почувствовала то, что уже не стою на ногах, а нахожусь на руках своего учителя химии, который мелко дрожал, но старался показывать свою собранность. — Я не сильно пережимаю? — с некой заботой спросил он, и по моим плечам вновь побежали мурашки. — Н-н-нет… Не капельки…- от тёплых руках, державших меня на весу, было непривычное ощущение. Казалось, что в воздух поднялось не только моё тело, но и моё душевное состояние. Сердце приятно забилось в такт шагам учителя, которые были отнюдь не медленными. — Спасибо… Большое… — чуть слышно пробормотала я, не смея поднимать взгляда гордо шагающего Куромаку со мной на руках. — Да не за что. Это моя работа, — улыбнулся химик спуская меня прямо перед кабинетом медсестры, — Это моя работа! Работа помогать школьницам плачущим в туалете в луже крови? Что ж, я запомню. * * * Горела листва на деревьях багровых, Как щеки мои после каждого слова, Возьми, меня на руки, всё так бессмысленно, Снова я не появляюсь на физике! Закусывая нижнюю губу я снова перевожу свой взгляд на виды за окном. Сейчас шёл очередной урок химии, но для меня неважны были все эти элементы из како-то там таблицы. Каждое слово учителя заставляло вывернуться моему телу наизнанку, удивляясь красоте голоса, его прекрасной жестикуляции, грации, когда он ходил по классу с указкой в руках и иногда постукивал по парте. Снова вздыхая, я начинаю разглядывать каждое деревце под окнами школы, которые целиком и полностью описывали моё состояние сейчас. Яркие эмоции, часто переходящие в некую эйфорию, которые рано или поздно угаснут под порывом снежной зимы, которая укроет абсолютно всё, даже скорее всего и чувства. Но возможно между нами останется некая дружеская связь?.. — Зои Крестова! — строго произнёс голос, вырвавший меня из мыслей о том, что же будет дальше?! Ведь после случая в туалете мои чувства к нему радикально поменялись… Точнее, они были и раньше… Но… — Назови мне 6 элемент таблицы Менделеева! — мои щёки вспыхнул, и я не смогла не то что пошевелиться, я смотреть на него не могла! Со стороны одноклассников послышать тихие смешки и шепотки, что заставило меня на этот раз потеряться окончательно. Николь — девушка с огненно-рыжими волосами стала сверлить меня взглядом, как бы телепатически пытаясь, что-то до меня донести, а потом и вовсе начала шептать по буквам. — У-Г-Л-Е-Р-О-Д… — Тихо! — стукнул указкой по столу учитель химии, и сейчас он ну никак не был похож на парня из мелодрамы, в которого влюбляется скромная главная героиня. Сейчас он был разгневанным классным руководителем. — Простите, — прокашлялся он, когда Николь вытаращила на него глаза как на сумасшедшего, — Зои сегодня задержится после урока для мини-собеседования и решения её проблемного отношения с химией. Возможно, мы сможем присечь проблему на корню. — Х-хорошо, — кое-как владея собственным языком произношу я, чуть-ли не падая на пол. — Присаживайтесь, продолжаем урок. На этот раз прошу не витать в облаках. Как бы вы мне не нравились, как ученица и как достойная женщина конечно же, я всё же не смогу никак помочь со сдачей экзамена в этом полугодии. Его принимаю не я, так что придётся сильно постараться, чтобы нагнать упущенный материал! Посчитав, какой будет следующий урок я поняла, что сегодня пропускаю физику! Нагоняю упущенный материал, как и говорит мой классный руководитель! С любимым учителем… Хотя вариант с подниманием на руках был более заманчивый, всё же я смогу провести время с Куромаку наконец понять эту химию и в конце концов хорошо сдать этот экзамен! Разве не счастье?! * * * Ты мой учитель, а я твоя школьница, Разными слухами школа заполнится, После уроков мы сможем увидеться, Так непослушная стала отличница. После объявленных ускоренных курсов химии с Куромаку, я правда стала замечать как улучшаются мои знания в этой области и как ухудшаются в знании физики, предмета, который я пропускала из-за обстоятельства под названием дополнительные уроки с самым прекрасным Куромаку перед четвертным экзаменом. Кроме проблемы физики на меня свалился нерешаемый вопрос под названием Вару, главного хулигана школы, который бродил за мной со своей компашкой, не отступая и не давая жить своими насмешками о том, как я такая жалкая девчушка, которая считать даже не умею, ещё и клеюсь к учителю. Это началось сразу же после ситуации с медпунктом, когда полшколы видело меня на руках классного руководителя 11 «Б». Он издевался, говоря, что для меня это всего лишь маскарад, что это поведения настоящей ночной бабочки. Игра на один раз, да ещё и с пользой, под названием хорошие отметки. Говорил, что кроме Николь и Феликса у меня больше нет друзей во всей школе, что являлось чистейшей правдой, и что даже они меня со временем бросят. И говорил, говорил, говорил… На многие его колкости, я просто не обращала внимания, на другие закрывала глаза, но многие из его слов попадали мне в душу и на миг я задумывалась, может это правда?.. — Эй, всё нормально? — немного строгим, но всё же обеспокоенным тоном спросил учитель. — Да, всё отлично! — попробовала я улыбнуться, но вышло неубедительно, и он фыркнул, — А разве что-то не так? — Ну, то что ты уже 10 минут просто напросто пялишься в стену ничего не говоря явно что-то значат! Это из-за Вару? Если этот паршивец виноват в твоём плохом самочувствии! Давай я проведу с ним беседу, возможно это… — Нет! — воскликнула я и чуть не перевернула стул, — Всё нормально, я думаю, что не стоит. — Это лишь твоё решение, но наблюдая за твоим ухудшающимся самочувствием я понимаю, что тут явно не всё в порядке. Я беспокоюсь. Эта фраза… И в моей жизни и правда всё стало совсем хорошо. Даже самые обидные слова поблёкли на фоне этого… Куромаку волнуется обо мне… Он наблюдает за мной?! А что если надвигающаяся зима не сметёт моих чувств, а только усилит их снежной пургой?! Первые снежинки, и каждая с особенным узором. Каждая индивидуальна… Как и мои чувства к учителю, которые с каждым днём разгорались больше пожара, чувства, которые как казалось на тот момент, невозможно потушить! Это было как пламя жизни во мне, готовое гореть до конца мира, до конца человечества, хотя бы до конца моей никчёмной жизни… * * * Ты мой учитель, а я твоя школьница, Разными слухами школа заполнится, Голосом строгим о чём-то спроси меня, Всем замолчать, начинается химия. Наступила пауза, затягивающая с ног до головы. Учитель, что-то просматривал в бланках, а потом улыбнулся и победным голосом произнёс: — Зои Крестова, зачёт. 10 из 10 баллов верно! Весь класс заопладировал и закричал, а классный руководитель, несмотря на свою вечную собранность и любовь к тишине, разрешил ребятам поликовать за одноклассницу. Феликс в порыве эмоций выскочил из-за парты и одним прыжком оказался возле меня, с таким довольным видом, будто он сдал на 10 из 10. — Зои! Я знал, что ты справишься! Я верил… Я верил, что каждый урок с таким замечательным учителем как Куро, поможет тебе сдать этот экзамен! Я горжусь тобой, — он отпустил взгляд в пол, а потом не выдержав обнял меня. Я улыбнулась поддаваясь крепким объятиям лучшего друга, а потом совсем шёпотом добавила, заметив на себе взгляд Куромаку: — Наобнимаемся после урока, хорошо? — Тогда готовь завещание! — воскликнул он, — Я заобнимаю тебя до смерти! Я усмехнулась поведению Феликса и стала смотреть на химика, который по окончанию ликований, продолжил диктовку результатов. Всё таки его любые слова намного прекраснее, когда произнесены в тишине, ведь можно тонуть в этих фразах, раз за разом перекручивая их в памяти… Ах, почему тот лист не заполнен полностью результатами Зои Крестовой?! * * * Дождь и горячий кофе с корицей, Смотришь на другую — хочется злится, Вцепиться, царапаю ручкой учебник, Ты — мой наркотик, а школа — посредник. После сдачи четвертных экзаменов Куро, а он разрешил себя так звать, пусть я и до сик пор испытывала неловкость по такому случаю и решил, что на данный момент, моих навыков более чем предостаточно для прохождения оставшихся мини-тестов. Он даже иногда широко улыбаясь, заявлял, что мои знания превосходят даже некоторых одноклассников, что он горд за меня. Но я словно назло проглатывала часть с одноклассниками и воспринимала лишь то, что Куро горд за меня. И каждый раз, думая насчёт этой коротко брошенной фразы, я понимаю, что биение сердца постепенно увеличивается, а щёки краснеют, даже если химика нет поблизости. И вот после сдачи тех самых экзаменов вы больше не пересекались лично. Уроки химии не считались, он даже на них не обращал на меня внимания, не смотрел подолгу как это было раньше. Тихонько взглотнув, я отпила из стакана немного кофе, минуты две стараясь его распробовать, подержала на языке, а уже потом проглотила. До внеурочки по медицине оставалось ещё около 10 минут, но Николь стоило-бы поторопиться, ведь если не она, то место рядом со мной явно займёт кто-то другой! А тем, кому не достались нормальные места, всегда сидят за дополнительной партой в конце класса, за которой абсолютно ничего не видно! Завидев её рыжую шевелюру в коридоре я улыбнулась. Ну наконец-то! Я же волнуюсь всё-таки, а она несмотря на мою тревожность всё равно назло мне, уходит под самый конец перемены, зная, что я не пойду за ней, так как коридоры полные людей вызывали во мне противоречивые чувства. Но вместо того, чтобы зайти в класс, она остановилась в коридоре возле нашего классного руководителя и не с того не с сего начала с ним беседу?! Куромаку же на все её эмоциональные порывы реагировал спокойно, иногда добавляя своё мнение. Может они говорили о предстоящем тесте?.. Я даже не замечая своих действий, провожу ручкой по обложке учебника, и она издаёт характерный звук, чего-то рвавшегося. Как бы странно это не звучало, но этот звук отвлекал от мыслей об этой странной парочке о чём-то воркующей возле класса. Всего лишь на миг, я почувствовала себя психом, который отвлекает своё внимание на что угодно, лишь бы не кинутся на Николь. От такого сравнения я вздрогнула и отодвинула теперь уже пришедший в негодность учебник. Всё же он не виноват в том, что сейчас во мне борются друг Николь и тот, кто одержим мыслью быть с Куромаку. — Спасибо, — вырывает меня из леденящих душу мыслей Ника, — Что заняла мне место! Представляешь что? Мне не нужно ничего отвечать, я лишь вопросительно взглядываю в глаза Рыжеволосой подруги. — Куро пригласил меня в кафешку! Оу, да ты же не знаешь… Вообщем, у нас не совсем ученице-учительские отношения… — она на секунду запинается, — Я понимаю то, что ты считаешь его прекрасным учителем, но и как личность он очень хорош. Я понимаю, наверное ты теперь будешь волноваться за меня, но он правда очень хороший и ничего мне не сделает! Наши родители хорошие друзья, так что нам часто приходилось обедать за одним столом! Будто я не знаю, что он хороший… Внутри царит гнев и разочарование. Она думает, что в таком случае я буду волноваться за неё? По моему тут стоит волноваться за Куромаку… От таких негативных мыслей всё перед глазами словно поплыло. И это я Зои Крестова? Милая застенчивая девочка любящая рисования и стихи? Такое ощущение, что у настолько грязной души даже нет шанса на творчество. Умирая, сразу же прямая дорожка в Ад. Я закусывая нижнюю продолжаю делать вид, что внимательнейшим образом слушаю Николь. — Я так рада за тебя! — чуть срывающимся на крик голосом произношу я. — А как я рада! Спасибо тебе, Зои, что всегда рядом и можешь поддержать, на тебя можно положиться! Слова, которые впились словно множество колких иголочек под кожу. Она будто бы знала по какому месту стоит бить и била не хило. * * * Бегу в белых гольфах за чёрной машиной, Разбила коленки с неистовой силой, Горячие слезы блестят сквозь ресницы - Спешил на свидание с другой ученицей… — П-о-ослушай, Феликс. Мне правда нужно знать место свидания Николь и Куромаку. Я очень сильно волнуюсь за нашу подругу и… Ложь, наичистейшая ложь, и вот я снова лгу, прикрываясь хорошей, хотя на самом деле во мне кишит ненависть, которая ещё с самого своего появления дала понять, что ничего хорошего можно не ожидать. — Я понимаю твои чувства, Зи, — сидя на диване в обнимку с жёлтой подушкой произнёс блондин, — Но Ника предпочла оставить это в тайне. Я не думаю, что это хорошая идея. — Но ты же сам учил меня совершать добрые дела?! Разве мы допустим, если с Николь что-то случится?! — в кой-то мере я сама по немногу начинала верить своим словам, хотя знала, что лгу самой себе. — Только во имя добра! И чтоб Николь не заметила, — замялся Феликс и достал из кармана смятую бумажку с адресом, — Но для начала, ты же не пойдёшь туда?! — Ни за что! — с самым уверенным видом произнесла я и снова солгала… * * * Ну, не то, чтобы прям солгала… Я же пошла не на место их свидания, а к дому Николь к которому вот буквально через 5 минут должна подъехать чёрная машина, увезшая её в роскошную жизнь в обнимку с Куромаку. От этих мыслей стало тошно, и я собрала себя в руки, чтобы не крикнуть Николь под окном, какая же она тварь. Отсчитывая каждую секундочку, я ещё издали заметила нужную машину, да и рыжеволосую даму, которую встретил её ненаглядный принц возле подъезда нашла очень быстро. Видя, как он усаживает её в машину, а она по детски улыбаясь, усмехается, я почувствовала вставший в горле ком, а после него и подступающие капли слёз. Я обещала держать себя в руках, но когда машина стала отъезжать, не выдержала и кинулась за ней, глотая слёзы и подавляя желание кричать. Случайно запнувшись, я упала, как в тот день, когда я в первые поняла, что люблю, но снова солгала самой же себе. Какая же это была любовь?! Держась за голову руками я плакала, прямо навзрыд, как не плакала никогда раньше, думая, что это конец, как моим чувствам так и моей психике. — Ты же заболеешь, — хмыкнул кто-то сзади и накрыл мои плечи курткой, — Конец осени на дворе, а ты в футболке щеголяешь, как не стыдно! — Феликс?.. — Конечно, думаешь, зная тебя более 11 лет, я бы смог не заметить твою ложь? Дурочка, конечно же я всё видел. Да это же вся школа видела! — Какая же я глупая… В погоне за идеалом, пропустила лучшего друга! — наплывающее с бешенной силой чувство совести ударило меня прямо по дых. Сейчас хотелось скрыться от всех, особенно от этого улыбающегося человека, который так нежно прижимал к себе, словно родную… Словно всё ещё ту Зои… — Никого ты не пропустила, я же всё ещё тут! — усмехнулся блондин гладя меня по волосам, — Знаешь, а ты ведь с самого начала не могла встречаться с Куро. Я вопросительно на него взглянула не говоря не слова, словно мы телепаты, мысленно понимающие друг-друга. — Ну, у него с Никой уже как 3 год отношения. Или ты не заметила? Я рассмеялась, так искренне, как только могла. Моя лучшая подруга уже 3 год встречается с моим классным руководителем, а я даже не заметила?! Звучит смешно, но так правдиво насколько можно. — Ну, теперь заметила… Да и сейчас мне можно уже даже не мечтать об отношениях возможно я уже профукала своё счастье, в погоне за недостижимым, — с горечью прошептала я, — Зато рядом со мной остаёшься ты и Николь… Незаменимые… — С чего ты взяла, что никто не захочет с тобой отношений? — фыркнул Феликс, — А я? Или ты этого тоже не заметила?)