Миссия по захвату ваших сердец.

      Это, пожалуй, самый неловкий опыт их отношений. Они втроём, в принципе, не то чтобы асы в любовных делах, но минимальные знания всё же имелись.       Модди до конца не был уверен в своей затее, когда впервые принёс своим парням не особо большие букеты, которые трепетно собирал по указаниям Веназара. Он же и помог подобрать цветы, означающие любовь и при этом сделать букеты разными – сам Модди вложил в это мысль о том, что оба его партнёра отличаются друг от друга и за это он их любит.       Жираф почти даже не рассмотрел букет, только подметив, что тот красивый и, наверное, что-то значит. Он моментально налетел на жнеца с объятиями, расцеловывая его лицо в качестве благодарности.       Пугод же, наоборот, замер, разглядывая букет, состоящий из красивых жёлтых и розовых роз, слегка оранжевых гвоздик и парочки стебельков львиного зева. Молча рассматривая букет, шляпник обвел пару цветов пальцами.       — Я поставлю их в воду — всё, что сказал Пакет, взяв оба букета и направился на кухню, в поисках ваз.       — Спасибочки! — крикнул в догонку Жираф, вновь возвращаясь к замученному лицу Чата.       Модди же подобная реакция смутила – неужели не понравилось? В следующий раз, нужно выбрать что-то попроще.

°°°

      — О, это все мне? — завидев в руках брюнета две коробки конфет, усмехнулся гибрид.       — Жираф, имей совесть, — усмехнулся жнец, протягивая конфеты своим парням. — они без ликёра, если что.       — Так не интересно! — возмутился Жираф, открыв коробку и закинул, не глядя, первую попавшуюся конфету в рот.       — Спасибо, Модди. — коротко поблагодарил Пугод, убирая подарок в один из шалкеров.       — М! Вкусненько! — воскликнул светловолосый. — Модди, ты лучший! Люблю тебя!       — И я вас       Неподдельный восторг Жирафа хоть как-то скрашивал эту непонятную напряжённость, которая повисала между Пугодом и Модди.       Какие бы подарки Чат не дарил, как бы сильно не вкладывал в них силы, душу и время, реакция была одна – довольный Жираф, лезущий целоваться, и Пакет со своим «Спасибо, Модди», чуть ли не через силу сказанным.       Жнец не был уверен, делает ли это он что-то не так, или же Пугод правда настолько привередлив к подаркам, что даже алмазы принимал со знакомой фразой и интонацией.

°°°

      — Почему ты через незер не пошёл? — спросил Жираф, вытирая мокрые волосы Чата. — Попёрся в ливень, ты же заболеешь, а нам с Пугодом потом тебя лечить, дурак, блин.       — В этом и был мой коварный план, — хихикает Модди, чуть откидывая голову, наслаждаясь ощущением родных рук на ней и пряным запахом тыкв. — Я не хотел, чтобы твой подарок растаял.       От такого заявления руки на голове замирают вместе с Пугодом в дверном проёме, что держал сменные вещи для любителя прогуляться под дождём.       — Мой? — переспрашивает на всякий случай полукровка, получая в ответ утвердительное мычание. — А в честь чего?       — А я уже просто так не могу тебя порадовать? — Чат нащупывает руку на своей голове и притягивает к губам, оставляя на костяшках лёгкий поцелуй.       Жираф от таких действий млеет, по лицу ползёт тёплая улыбка, а хвост предательски выдаёт радость своего хозяина.       Пугод же молча оставляет вещи на соседнем, с Модди, стуле и идёт на кухню ставить чайник.       Просушив наконец темные волосы, Жираф получает в руки ведёрко мороженого со вкусом виски. Конечно же, это всё лишь красивая и обманывающая этикетка, но светловолосый на неё хихикает, убегая за ложкой на кухню, пока Модди с Пугодом сидят напротив друг друга и пьют чай.       — Ты эм... ты только Жирафу подарок принёс? — как бы невзначай интересуется Пакет, отпивая напиток.       — Ну да, — честно отвечает Чат, делая тоже самое. — Ты же всё равно такое не любишь.       — Но ты всегда нам обоим что-то дарил, — водя пальцем по краю кружки, ответил шляпник. — Букеты разные там... Конфеты тоже...       — Так тебе нравилось?       — Что?       — Ну...ты каждый раз так реагировал, словно тебе не нравятся мои подарки, но ты не хочешь меня обижать. — сказал Модди, смотря в янтарные глаза напротив, желая увидеть в них истинную причину такого странного поведения.       — Боже, Модди-и-и, — обречённо вздыхает хозяин базы, закрывая лицо руками и откидываясь на спинку стула. — Господи, о таком даже говорить стыдно.       — О чём говорить стыдно? Я могу поговорить, — возвращаясь с уже наполовину съеденной упаковкой мороженого, спросил Жираф. Модди забрал у него ведёрко, закрывая со словами «на сегодня хватит».       — Я...грх, чёрт! Ладно, я покажу! — восклицает Пугод, вставая с места и быстро достает с одной из полок какую-то коробку, показывая её содержимое. Там были маленькие подарочки, которые Жираф и Модди переодически ему дарили. Пару засушенных цветов из самого первого букета спокойно лежат меж страниц блокнота с игральной костью на обложке, рядом с ними валяется фантик от тех самых безликёрных конфет, какие-то маленькие фигурки и машинки из киндер сюрприза, которые приносил жираф, со словами: «у меня повторка».       Чат с интересом разглядывает содержимое, подмечая всё больше и больше сохранённых Пугодом подарков.       — О! Ты сохранил Маквина! — заметив маленькую красную машинку, воскликнул полукровка. — Жесть, я думал, что это всё уже на свалке Душеньки перерабатывается. Я ж тебе правда мусор сбагривал.       — Спасибо блин, тут вообще-то должен быть романтичный момент! — возмутился Пакет, прижимая коробку к себе и наровясь убрать её.       — Ну Пугод, прости-прости! Я шучу! Я думал, что тебе такое не нравится...       В лоб светловолосого прилетает щелбан, а шляпник сначала смотрит на Модди, но затем целует Жирафа в ушибленное место.       — Дурак... дураки, вы оба, — выдаёт шляпник, садясь за стол. — Вы меня смущаете, когда подарки дарите, я ещё не привык. А вы всё сразу на свой счёт надумали.       Парни неловко отводят взгляд, пока Пугод пытается прожечь в них дыру. Русоволосый встаёт и обходит стол, дабы обнять своих парней.       — Ох, горе вы моё луковое, — легко чмокнув сначала Жирафа, а следом Модди в щёку, сказал Пакет, прижимая их ближе к себе за плечи и опуская голову, смотря в пол. — Вот угораздило же влюбится в вас.       — Ты же шутишь? — на всякий случай уточняет Жираф. В ответ ему кивают головой, сбивая все опасения. Модди зарывается своей ладонью в подставленную копну русых волос, слегка теребя их. Полукровка, заметив это, двигается ближе, желая получить и свою порцию ласки.

***

      Пугод, весь такой внимательный к различным вещам, сейчас понимает, что на ночёвках у Модди вся его внимательность рассыпается как пепел, потому что Жираф слишком яро и громко что-то говорит, а Модди кидает на своих парней влюбленные взгляды, от которых у шляпника колени подкашиваются как у шестнадцатилетки.       Тем не менее, забрать оставленные в доме жнеца шалкера нужно. Пугод думает, что быстренько забежит, возьмёт своё и уйдет, однако стоит только открыть массивную дверь в избу, как его встречает громкий кашель, что доносится откуда-то из ванны. Шляпник даже пугается слегка, однако всё равно идёт к источнику звука.       Отперев дверь, ему предстаёт весьма странная картина: Модди в одних трусах и майке сидит на бортике ванны. Подмышкой торчит старый добрый ртутный градусник, а второй рукой он прикрывает рот. Нос красный, под глазами мешки, да и сам он бледнее Диамкея.       — Ой, привет... — хрипит Чат, заметив таки Пугода в дверях. — Какими судьбами?       Шляпник грубо игнорирует этот вопрос, про себя радуясь, что надел форму надзирателя. Быстро скидывает с плеч накидку и надевает её на, по всей видимости, плохо сооброжающего Модди, прижимаясь губами ко лбу.       — Да ты горишь! Как давно градусник держишь!?       — Минут пять где-то, — вновь хрипит бывший жнец, пытаясь потянуться за поцелуем, но его чуть отталкивают, вынимая градусник.       — Тридцать семь и девять, Модди! — с ужасом восклицает пепелендовец, откладывая градусник на раковину. — Так, а ну марш одеваться и в кровать!       Брюнет заторможенно моргает, улыбается и от чего-то хихикает.       — А ты красивый, когда злишься       — Я сказал бегом! — смущённо пищит Пугод.

°°°

      Через полчаса в доме уже был Жираф с аптечкой, которую Пугод попросил принести с его базы, потому что «у тебя в твоём подвале тоже нихера нет, один я о вас двоих забочусь, обалдуи».       — Мне жарко, — слишком жалобно произносит Модди, теребя рукава своей кофты.       — Ничего-ничего, зато отогреешься, — отвечает Пугод, садясь на табурет возле кровати.       Напротив него, на самой кровати, сидит Жираф, в наглую пялится то на Чата, то на пепелендовца, но ни слова не говорит. Пугоду – потому что в лечении простуды не смыслит, а Модди – потому что тупо нечего. У него желание плюхнуться под бок хозяина базы и засопеть вместе с ним. Только вот при шляпнике этого не сделаешь, потому что он строго на строго запретил приближаться к больному.       — Модди, садись, — просит Пугод, отставляя тарелку с супом на тумбу. — Жираф, помогай!       Гибрид заторможенно реагирует, но всё-таки тянет бывшего жнеца за руки, помогая принять сидячее положение. А брюнет нос воротит от руки кормящей, не то из вредности, не то потому, что суп горячий.       — Модди, надо поесть, — говорит шляпник, чуть хмурясь. Эта внезапная болезнь все его планы коту под хвост пустила, так ещё и Модди на компромисс не идёт. Но разве оставит Пугод его на попечительство Жирафа? Нет конечно, тогда их двоих лечить придётся.       — Я не голоден. — заявляет Чат, однако его живот предательски урчит, от чего Пугод едва хихикает.       — Уверен? — язвительно отзывается жираф, протягивая руку к ложке. — Давай, ложечку за маму, ложечку за папу, — он тянет столовый прибор к сомкнутым губам, однако Моддичат всё также противится. — Ложечку за Пугода, ложечку за меня, — играет бровями гибрид и Чат таки сдаётся, принимая еду. — Ай умничка, Модди. Давай, ещё за Альцеста.       Пугод перестаёт слушать где-то после «ложечку за первого папу Секби» и отдаёт тарелку Жирафу. Его подобная картина умиляет и он уже даже не особо жалеет, что за сегодня ни одного дела из списков не выполнил.       Шляпник уходит на кухню с пустой тарелкой и Жираф решает воспользоваться этим моментом в своих корыстных целях.       — Ты суп весь съел, хороший мальчик, — шепчет гибрид, подползая на кровати ближе к Модди. — А хороших мальчиков награждают.       — Пугод ругаться будет, — без особого энтузиазма отвечает Чат.       — Мы его к себе затащим, в объятиях зажмём и фиг он что нам сделает. Окей? — Жираф наваливается всем телом на своего возлюбленного, роняя их обоих на кровать и целуя куда-то в загривок.       Бывший жнец, в целом, не то чтобы против, однако частичкой разума понимает, что отвечать на эти поцелуи-провокации – так себе идея.       Когда Пугод возвращается с подносом и чашками на нём, Жираф уже бесстыже дрыхнет, чуть ли не храпя, при этом обнимая Чата.       — Если он заболеет, я его лечить не буду, — чуть раздражённо фыркает Пакет, оставляя поднос на тумбе и собираясь уже уходить, как его за запястье цепляет Модди и заваливает к себе в постель.       Пугод испуганно пищит, пытается вырваться из приятной теплой хватки бывшего жнеца, однако тот лишь целует куда-то в висок и притягивает ближе к своей груди.       — Модди, выпусти меня! — пыхчит пепелендовец, когда с него снимают шляпу и откладывают её куда-то к чашкам.       — Давай просто полежим немного, ладно? — Чат чуть ли не щенячьи глазки строит и смотрит так жалостливо, что у Пакета сердце кровью обливается, и он молча соглашается, всё ещё недовольно что-то бурча и устраиваясь поудобнее.

°°°

      Вечер встречает вознёй на кухне, от которой просыпается сначала Модди, а затем уже тормошит и Пугода.       Когда в сонные головы приходит осознание того, что на кухне Жираф, подскакивают оба, Модди даже игнорирует свою усталость и слабость в теле.       Однако не успевают они даже из комнаты выйти, как на пороге показывается причина шума с тарелками яичницы, на которых кетчупом вырисованно сердечко и что-то похожее на какое-то слово.       — И вам добрый вечер... — он выпучивает глаза на своих парней, не понимая, почему те такие растрёпанно-встревоженные. Модди громко чихает, а затем ещё и кашляет.       — Ложись обратно, сейчас температуру помереем, — слегка хрипя, говорит Пугод.       — Но сначала мы поедим. — твёрдо заявляет жираф, проходя в глубь комнаты.       Пугод не спорит. И даже когда ему вручают градусник со словами «на всякий случай, померей тоже». Только чертыхается, когда градусник показывает тридцать семь и семь.

***

      Жираф очень любвиобильный, а когда напьётся ещё и ласковым становится до жути. Об этом знал чуть ли не каждый на Майншилде – пару раз гибрид лез с лаской к Секби и Нео. Подкаты к последнему у остальных вызывали удивление и только два человека знали, что это лишь некая провокация. Этой парой человек являются Модди и Пугод, что не по наслышке знают о любвиобильности своего парня.       Обычный прохладный день – осень приятно оставила свой след возле мега-базы, окрашивая деревья в приятный рыжий цвет, что лишь дополнял внешний вид строения.       За огромным столом сидят Пугод и Бав, весело о чем-то болтая. Хотя скорее болтал пепелендовец, а владелец цирка лишь поддерживал диалог короткими фразачками или шутейками.       В какой-то момент огромная дверь открывается и выпускает в помещение вместе с осенним холодом Жирафа, что, слегка заплетаясь в ногах, подходит к столу. Пугод сначала его присутствие игнорирует, но, когда его заключают в объятия и зарываются носом в шею, всё же обращает внимание на нежданного гостя.       — Жираф? Ты чего?       — Пуго-о-о-од, — весело тянет гибрид, прижимая шляпника ближе к себе. — Я так тебя люблю, ты не представляешь!       Бав непонимающе пялится на них, одним взглядом спрашивая, стоит ли ему уйти. Пугод мотает головой.       — Ты опять напился что-ли? — любитель настолок фыркает и слегка прикусывает открытый участок шеи. — Жираф!       — Я тебя всего покусать хочу. И поцеловать. И обнять, — перечисляет парень, едва ли не пальцы загибая на руке. — Давай позовём Модди и пойдём все вместе обниматься?       — Какое интересное у вас времяпровождение... — неловко хихикает хозяин цирка, опираясь локтями на стол.       Жираф на него как-то неодобрительно косится, сводит брови к переносице и чуть ли не пыхчит от недовольства.       — Завидуй молча. Это мой Пугод. Мой и Модди. И Модди тоже мой. — словно ребёнок заявляет гибрид, вгоняя своего Пугода в краску пуще прежнего.       — Да ради Бога, — усмехается на чужие слова Бав, поднимаясь из-за стола. — Ладно, я тут явно лишний, если встречу Моддичата, то передам ему о ваших планах. Пугод, спасибо за чай, было очень интересно.       — Бав, прости-и-и! — ноет младший шляпник. — Я правда хотел с тобой посидеть как в старые-добрые!       — Верю-верю, не переживай, — смеётся старший. — Удачи там, в валянии на кровати и обнимашках.       — Шуруй уже от сюда, — шикает Жираф. — Раздражать начинаешь.       — Жираф!

°°°

      — Ну и я ушёл, что дальше было не знаю, — закончил свой рассказ Бав. — Минут десять где-то прошло.       — Понятно, — Чат усмехнулся от услышанного, молча достав фейерверки, махнув напоследок, направился на базу Пугода.       По прибытии его встретила открытая дверь, что уже насторожило. На улице не май месяц, а Пугод отличался своей мерзлячной натурой.       Пройдя в дом и закрыв дверь, он услышал жалобные просьбы прекратить и довольный хохот. Смекнув, кому что принадлежит, Чат помчался в спальню, откуда и раздавались звуки, боясь, чего там уже мог навытворять пьяный Жираф.       — Модди! — хныкнул Пугод, заметив в дверном проёме знакомую фигуру. — Модди, помоги! Пожалуйста!       Перед ним стоит растрёпанный хозяин базы, без своей излюбленной шляпы и пиджака, рубашка помята и расстёгнута на три верхних пуговицы, галстук смещён на бок, а на шее уж больно симпатично расположились следы от укусов и пара засосов.       — Скрывать не буду, это выглядит горячо, — как ни в чём не бывало заявляет бывший жнец, указывая пальцем на шею Пакета.       — Да он меня сожрать пытается! — возмущается пепелендовец, смущённо прикрывая ладонью следы на шее.       — Это знаки того, как сильно я тебя! — люблю! — протестует Жираф, что стоит на коленях и обвивает руками торс своего парня.       — А почему они на самом видном месте должны быть!?       На это жираф не отвечает, хмыкает и смотрит на Модди снизу вверх, строя обиженную мордашку. Чат сдаётся.       — Иди сюда, — бывший жнец специально ослабевает затяжки на рубахе, оголяя часть груди, ключицы и шею, и гибрид, как хищник на добычу, подпрыгивает с места, размашисто проводя языком по открытой шее.       — И чего он так кусаться любит, — риторически спрашивает Пугод.       — Хм... А давай узнаем. — Модди резко отрывает Жирафа от себя, заставляя встать между ним и Пугодом и без зазрения совести кусает в открытую шею. Шляпник почти синхронно кусает тоже.       Жираф несдержанно стонет, когда его так правильно и приятно кусают с двух сторон. Ноги подкашиваются и если бы не опора в виде рук Чата, то гибрид свалился бы на пол.       Пугод на такую реакцию глаза выпучивает и тоже обхватывает под плечами, дабы помочь устоять на своих двоих.       — Кому-то пора спать. — Модди помогает двигаться в сторону кровати.

°°°

      К вечеру пьяная голова всё-таки проходит, и Жирафу даже удаётся встать с кровати. Выходя в зал, он обращается внимание на свою шею в отражении зеркала, где с ужасом обнаруживает два укуса. Кто ему их оставил, полуживой мозг вспоминать отказался.       — Модди, Пугод, скажите, что это ваше! — Жираф со вселенской паникой на лице, влетает на кухню, где за небольшим столиком сидит Пугод, а возле плиты во всю хозяйничает Чат.       Они переглядываются между собой и этим же взглядом сговариваются немного поиздеваться над своим партнёром.       — Нет, мы ничего такого не оставляли, — со всей серьёзностью заявляет Пакет. — Это ты где так гулял?       — Да не помню я! Честно! — ноет гибрид.       — Ты посмотри, даже не помнит, с кем так веселился, — заявляет Модди, доставая кружки.       — Не-е-е-ет! Нет-нет-нет! Какой ужас..       — Не кипишуй, наши это, — бесстыже хохочет Пугод, отпивая кофе из подставленной кружки. — Угадай, где чей.       — Да засранцы вы! У меня чуть душа с телом не разошлась от такого! — возмущается гибрид, присаживаясь на стул и недовоно пыхтя. — Никогда так больше не шутите, это ужасно.       — Не обещаем, — Модди присоединяется к застолью, ставя на стол тарелку с блинами.       В какой-то момент жираф ощупывает левый укус, осторожно пробегаясь по нему подушечками пальцев и подмечая, что след еле ощутим.       — Пугод, — заявляет гибрид, указывая на укус, который ощупывал. — А этот Модди.       — И как ты понял?       — Ну, Пакет побоялся бы сильно кусать, чтобы больно не было, а ты вот не церемонишься особо, — дожевав блин, ответил любитель настолок.       — В следующий раз со всей силы укушу за задницу — ворчит шляпник. Жираф в восторге.       — Есть идея получше: свяжем ему руки и ноги и закусаем с разных сторон. Либо защекочем. Жираф не в восторге.