Безопасное место

      Яркие солнечные лучи пробираются сквозь лёгкий тюль со странным кружевным рисунком. Лежащий на небольшой постели мужчина сонно потягивается, чувствуя, как затекли мышцы от неудобного положения. Он приоткрывает глаза, едва ли в силах сфокусировать взгляд. Прислушивается к тишине в доме, к окружающим звукам, что раздаются снаружи. Веки сами опускаются, тело желает раствориться в этом мгновении.       Нанами прислушивается к плещущемуся морю за окном, к щебету птиц и ощущению тёплого ветра, что прорываются в дом сквозь открытое окно.       Долгожданный отпуск кажется чем-то невероятным, почти что мечтой, которая смогла исполниться. Иметь, наконец, возможность погреть кости на солнышке, перечитать книги, отложенные в долгий ящик, и уделить время недавно купленным с большим энтузиазмом. Теперь есть время на всё.       Мужчина переворачивается на другой бок. Торопиться некуда, никаких миссий, никого Годжо Сатору и других навязчивых людей, что любят разрывать телефон настойчивыми звонками. Лишь он и его безопасное место жительства.       Маг ещё лежит некоторое время на постели, после чего поднимается, натягивая штаны и футболку. Его длинные пальцы зарываются в пшеничные волосы, норовя поправить беспорядок на голове, но, проходя мимо зеркала, он понимает, что бесполезно.       Снаружи хорошо, не так душно, как в домике.       Ветер ласкает, а шум моря касается глубин души, принося умиротворение. Карие глаза находят знакомый силуэт у воды. Небольшая, совсем миниатюрная девушка стоит в воде по щиколотки, смотря в безграничную даль. Её лёгкое платье цвета небесной лазури развевается, так и норовя взлететь, но пальцы придерживают подол. Чёрные длинные волосы собраны в странную прическу небольшой заколкой.       Кенто улыбается уголками губ и спускается с небольшого крыльца. Его босые ступни утопают в песке, что пропитан теплом солнца Куантаны.       Мужчина не торопится, будто боится спугнуть такой хрупкий и ценный момент.       Вода теплая, хоть ныряй прямо сейчас.       Крепкие руки обнимают хрупкие плечи, тут же прижимая к себе. Девушка вздрагивает, но тут же расслабляется в руках, слыша над ухом мягкое, такое нежное и хриплое:       — Доброе утро.       — Уже обед, Кенто, — ровным тоном произносит девушка. — Давно не утро.       «Кенто».       Нанами вздыхает: она неисправима.       Сколько бы времени не прошло, пусть то неделя знакомства, месяц или год, она всегда будет обращаться к нему вот так, не соблюдая никаких формальностей. Просто так привыкла. Просто такая, какая есть.       Мужчина зарывается носом в тёмные волосы на макушке, вдыхая аромат сакуры, морского воздуха и чего-то сладкого, напоминающего сладкую выпечку. Обычно запахи ассоциируются с определёнными местами, людьми или какими-то событиями. Но запах этой девушки у Нанами ассоциируется с домом.       Так ведь пахнет дом?       Дом пахнет как Азуми.       Как самое безопасное место жительства.       Руки его крепче прижимают к себе девушку. Мягкие волны бьют по ногам, превращаясь в пену.       — Ты голоден?       — Если только немного, — шепчет мужчина. — Но я хочу ещё немного постоять так.       Азуми ничего не отвечает. Стоит в крепких объятиях мужчины, что за короткий срок времени стал смыслом жизни. Стал островком безопасности и тихой гаванью в жизни немного странной, грубой и холодной девчонки, что является таким себе магом. Такой себе подругой и таким себе человеком. Но почему-то с Кенто она другая: более тихая, более живая и настоящая. С Кенто в этой жизни всё иначе.       Азуми прикрывает глаза, отдаваясь полностью трепетному моменту единения, запоминая запах, тепло рук и мягкий голос, что напевает какую-то странную мелодию.       Сухие губы оставляют призрачный поцелуй на виске, вынуждая девушку обернуться и взглянуть на мужчину. На полных губах тут же появляется улыбка. Видеть отдохнувшего Нанами сродни восьмому чуда света. Никаких мешков под глазами, бледного цвета кожи и серьёзно поджатых губ. Тонкие пальцы девушки касаются обветренной кожи уст, в голове мелькает глупая мысль о бальзаме, что хранится в небольшой сумочке. Но она даже не успевает произнести вслух свою мысль, сразу краснеет от мелких поцелуев, что, словно крылья бабочки, оставляет Нанами на побитых, едва заживших костяшках.       Завтрак-обед девушка организовывает быстро, приготавливая на скорую руку. Едят они почти что в полной тишине, наслаждаясь компанией друг друга. Небольшой столик, переплетённые ноги под ним и полные надеждой взгляды обращены друг на друга. Убирают посуду вместе, наводят порядок тоже вместе. И, казалось бы, ничего не изменилось? Даже в Токио Нанами и Азуми были всегда вместе. Все миссии, задания. Они сопровождали друг друга. Ведь даже будучи студенткой, она частенько находилась в компании Кенто.       Только сейчас все иначе. Сейчас они не в Токио, а в Куантане. Вокруг никого, и в этом их спокойствие и единение. Сидеть часами на небольшой веранде, перебирая светлые волосы Нанами, пока тот читает книжки. Иногда вслух, иногда про себя. Но всегда делится мыслями, пересказывая сюжет. Голос мага успокаивает, проникает в самые потаённые уголки души, оставляя отпечаток. Иногда Азуми кажется, что Нанами напрочь засел в ней, пустил своё присутствие по венам, сделал её зависимой и моментами слабой. Но вся прелесть в том, что какой бы девушка ни была, для Кенто она по-настоящему прекрасна и любима.       Пусть и вслух он никогда не говорил о таком, но девушка знает об этом наверняка. С чужими людьми не делят жилплощадь в месте мечты, не сидят ночи напролёт. И уж точно не доверяют стричь волосы, но именно сейчас Азуми стоит перед сидящим на стуле мужчиной, вооружившись ножницами. Пальцы её цепляют прядь за прядью, убирая длину.       — Если что-то пойдёт не так…       — Будет лучше, чем сейчас, я уверен, — без тени сомнения произносит маг. — Просто стриги.       — Лучше было бы поехать в город и найти салон.       — Не хочу покидать стены дома сейчас, — откровенно произносит мужчина.       В голосе его она слышит странные, но такие знакомые нотки волнения, что руки слегка потряхивать начинает.       — Так, ну, я думаю, достаточно, — Азуми убирает ножницы на стол и проводит пятерней, убирая влажные волосы со лба. — Ну, не так уж и плохо… Надеюсь.       Карие глаза смотрят с мягким прищуром, едва ли с заинтересованностью, но от взгляда этого мурашки проносятся по телу, точно табуном белоснежных кроликов. Крепкие руки обвивают тонкую талию девушки, притягивая к себе ближе. Девичьи ладони мягко обнимают мужское лицо, подушечки пальцев оглаживают скулы с особой нежность и осторожностью, словно сидящий перед ней маг может рассеяться и испариться, как некое марево.       — Так рад, что ты тут.       — Разве могла оставить тебя одного? — улыбается девушка. — Пусть и пришлось ради тебя бросить курить.       Нанами не любит запах сигарет.       — Нет, я правда рад, — прикрывая глаза, произносит Нанами. — Просыпаться и видеть взгляд твоих серых глаз — настоящее успокоение после всего того, что было в Сибуе.       — Нанами, ты, кажется, стареешь, — Азуми проводит большим пальцем под левым глазом, наблюдая, как Кенто прикрывает глаза. Выглядит точно как нежный, ласковый кот. — Говоришь вещи странные.       — Ты хотела сказать: смущающие тебя? — Нанами хмыкает, притягивая девушку ближе, вжимаясь всем телом, и вдыхает нежный аромат. — Ничего поделать не могу.       — Иди, смой подстриженные волосы с плеч, — мягкие ладони слегка похлопывают по плечам. — Давай, Кенто, иди.       Мужчина скрывается за дверьми небольшой ванной комнаты. Раздаётся звук воды, копошение с одеждой. Азуми убирает с пола волосы и вытирает всё, пряча ножницы на место.       Внимание её привлекает мигающий телефон, лежащий на кофейном столике. Девушка подходит ближе и опускается на колени, проводя по экрану. Встречает её несколько пропущенных от Сатору и пару сообщений от Мегуми. Читать их желания нет, как и отвечать что-то. Азуми блокирует телефон, опуская экраном вниз в самый последний момент. Ведь Нанами, кажется, двигается со скоростью света. Прохладные капли падают на плечи и лазурное платье, что стремительно намокает, приобретая более тёмный и глубокий цвет.       Нанами тянется к девушке и поднимает с колен, обнимая крепко, так, что девушка виснёт на нём, словно маленькая коала. Кенто не составляет труда отнести свою «ношу» на веранду и присесть вместе с ней на небольшое кресло-качели.       Длинные пальцы зарываются в чёрные, как смоль, волосы, распуская незатейливую прическу. Медленно, с лёгким нажимом он массирует затылок и заглядывает в глаза, что так похожи на шторм посреди океана.       Азуми — безопасное место.       Нанами — семь морей и судьба Азуми.       Девушка тянется к нему первая, касаясь своими губами губ Нанами, чувствуя каждую трещину, каждую неровность. Но и также трепет, мягкие касания. Маг охотно отвечает девушке, углубляя поцелуй с каждым движением. С каждым касанием этот танец страсти становится всё откровеннее: руки его везде — на хрупких плечах, тонкой талии, округлых бедрах. В Кенто хочется раствориться без остатка, испариться вместе с ним.       С Нанами Кенто хочется просто существовать.       Глубокой ночью, когда полная луна освещает морскую гладь, пара зайдёт в дом с пляжа, разогреет купленную еду в микроволновой печи. После этого они устроятся на небольшой постели, где Нанами возьмётся за начатую книжку, будет читать вслух, ощущая, как тонкие пальцы будут массировать затылок. И когда совсем невмоготу будет, мужчина уснёт, забыв о закладке и удобстве. Вот только Азуми уже выучила его наизусть. И как только Нанами прикроет глаза, она заберёт книжку, положит обратно закладку в виде их фотографии. Уберёт на небольшой столик, укроет Кенто лёгким покрывалом и выключит свет в их доме.       Позже Азуми просыпается от тяжелого дыхания и копошения с левой стороны.       Нанами снова снятся кошмары…       — Кенто, проснись! — девушка легонько касается его щёк, стирает выступивший пот на лбу. — Нанами, дорогой, проснись же. Всё хорошо.       Едва ли удается привести его в чувство. Мокрый, с потемневшими от тяжелых воспоминаний глазами. От вида его сердце готово разорваться на мелкие кусочки, превратиться в пыль и развеяться над морем.       — Я напугал тебя, — хрипло выдаёт мужчина, пряча лицо своё в ладонях.       — Перестань, перестань думать так, — Азуми возвышается на лежащими Нанами. — Это нормально: чувствовать всё это после Сибуи. К сожалению, мы там не в игры играли. Потеряли многих товарищей и друзей. Но выжили, Нанами, мы тут, мы отдыхаем. Всё кончилось.       — Азуми, ты поистине безопасное место, — шепчет Нанами. — Безопасное место для меня.       Девушка опускается ниже и касается сухими губами его лба. Стирает все печали и страхи, что настигли его в кошмарах. В голове сейчас лишь одна мысль: прижаться крепче, показать, что он не один, что у него есть поддержка и никакие кошмары их не разлучат. Мужчина тянется к губам, целует слишком отчаянно, слишком остервенело, кусая и зализывая. Азуми не успевает осознать происходящее, как оказывается под магом. Горячие губы, обжигающие поцелуи и трепетные прикосновения кружат голову.       Его уста везде: на шее, на выпирающих ключицах, острых плечах. Ночное платье девушки исчезает, а губы продолжают путь. Нанами целует каждую родинку, каждый шрамик, вынуждая Азуми задыхаться от переизбытка чувств. Сердце готово выпрыгнуть из груди прямо в руки Нанами, покрытые шрамами. Его движения уверенные, четкие, прямо как во время задания. И от одной только мысли Азуми улыбается, ловит взгляд его карих глаз своими серыми. Кто смотрит со стороны и видит лишь карие глаза миндалевидной формы, но она видит там целый мир. Спокойную жизнь в Малайзии на берегу моря. С ленивыми днями, наполненными трепетом и любовью. Нанами льнёт ближе, обхватывает бедро, медленно двигаясь и доводя до исступления. Проникая в самое сердце, проникая в душу навсегда. И в самый пик, тот самый момент наслаждения, он ловит глаза цвета шторма и произносит сухими обветренными губами:       — Люблю тебя, Азуми.       — Нанами… — чувствует, как в уголках глаз собираются слёзы, и на выдохе произносит ещё раз: — Нанами.       — Всегда буду рядом, всегда.       Азуми вскакивает, сжимая руками скомканное одеяло. Подкатившая к горлу паника не даёт вдохнуть воздуха: хочется закричать, сорвать голос. За окном бушует море, сильный ветер сносит всё. Кажется, сегодня начнется дождь, и продлится он неделю точно. Босыми ногами девушка добегает до дивана, хватает легкую зипку и выходит наружу, пока тучи не нависли над домом. Она проходит мимо веранды, где стопкой лежат пожелтевшие книги, мимо качелей, на которых валяется плед. Прохладный песок пускает мурашки по телу и чувство беспокойства. Вода ледяная, но Азуми заходит в неё почти по колено. Прячет руки в карманах, находя там пачку сигарет.       Закуривает. Пропускает облако дыма через нос. Волосы снова будут пахнуть табаком.       Телефон в заднем кармане шорт напоминает о себе.       «Мегуми»       Азуми поджимает губы, борясь с желанием отключить телефон, и всё же отвечает на звонок.       — Да?       — Эй… привет, — аккуратно начинает Мегуми. — Ты как?       — Что-то случилось? — у девушки нет настроения обмениваться любезностями.       — Мы тут скучаем, — неловко произносит Фушигуро. — Ты не хочешь…       В голосе Мегуми слышатся нотки неуверенности, возможно, лёгкого страха.       — Нет.       — Азуми… — в разговор вклинивается Итадори. — Я понимаю твои чувства, прости меня. Прости, что не смог спасти его. Но нам нужна ты, учитель Годжо всё ещё у Гето и… Вернись, прошу!       — Я хочу покоя! — сквозь зубы произносит девушка. — Я хочу покоя, как хотел он. Не трогайте меня! Не звоните мне! Если только у вас нет идеи, как вернуть Нанами к жизни! — с рыком произносит девушка. — Катитесь все к черту!       Азуми сбрасывает вызов, пихает телефон в карман, пусть и хочется швырнуть его как можно дальше.       Чтобы больше никто не звонил и не писал.       Девушка прикрывает глаза, чувствуя, как в горле образовывается комок и на глаза наворачиваются слёзы. Не стоило ей кричать на мальчишек, ни в чём они не виноваты, и Итадори в том числе. Он пострадал больше всех…       Но так больно.       Так паршиво на душе.       Так и не попрощалась с ним.       Не смогла последний раз взглянуть в родные глаза и наконец-то признаться вслух о чувствах своих. Почему же за день до этого, находясь в его объятиях, так и не сказала, хотя ощущала, что что-то надвигается. Нужно было сказать, нужно было признаться…       — Я так люблю тебя, Нанами. Так нуждаюсь в тебе! — выкрикивает девушка куда-то в бескрайнее море. — Ты так нужен мне…       Дом Азуми купила сама. Знала, что понравился Кенто. Забрала все книги, купленные магом, его личные вещи. Забрала всё, что связывало её и Нанами. Попыталась обустроить всё так, как могло быть, если бы не… Если бы не Сибуя.       Каждую ночь он снится ей. Произносит те самые слова, что не успела сказать она. От чего больнее вдвойне. Хочется последовать за ним, кануть в ничто. Чтобы никто не знал, где она. И, возможно, в следующей жизни ей удастся воссоединиться с ним.       Существует ли перерождение душ? Созданы ли они друг для друга?       Когда уходит родная душа, начинает сдавать тело.       — Вдруг так тихо сделалось в моём мире без тебя…