Поцелуй на прощание

За последние полтора часа, что ребята сидели в кафе и обсуждали абсолютно всё, Джисон зевнул раз пятьдесят, если не больше, пока слушал их. Он толком то и не знал тех людей, о ком говорят новые знакомые, но ему было интересно, он наблюдал за мимикой и жестами говорящих, иногда подкидывал шутки(очень удачные) и зевал.  — Ой, Джисон, перестань зевать, я тоже уже начинаю! – прикрывая ладонью рот, протянула Рюджин, зевая. — Честно, мне кажется, что я скоро коньки отброшу, – проговорил Минхо, потянувшись.  Юсо и Чанбин серьёзно посмотрели на него, и уж было хотели спросить у него «Всё хорошо?», как Черён спасла ситуацию: — Я тоже хочу спать, боюсь, что засну за столом!  На что Минхо утвердительно кивнул, понимая, что сказанная им раннее фраза была понята каждым в правильном ключе, кроме Джисона, который всё прослушал, вновь зевая.  — Кажется, пора по домам, завтра ещё встретимся! – поддержала Кайя и, взяв под руку своего любимого парня, Юсо, послала всем воздушный поцелуй, а младший Ли помахал ладонью на прощание и, приобняв девушку, покинул заведение.  — Может и мы пойдём? – потянувшись следом, спросил Джисон. Минхо посмотрел на него, вопросительно приподняв бровь.  — Пойдём? – спросил он, вставая со своего места. — Ну да, ножками, топ-топ и так дойдём. Как говорят, тихими шагами уверено к дому. – Хан встал следом, сидящие напротив Черён и Рюджин хохотнули.  — Вы идите идите, вечер хороший, мы ещё немного посидим и тоже прогуляемся! – подал голос Чанбин, допивая свой холодный кофе.  — Мы живём почти в конце города, смотри мне, чтоб не пришлось тащить тебя на руках от усталости, а то оставлю где-то в кустах! – хмыкнула Черён. Но этого наши дорогие сожители уже не слышали, они без слов попрощались и покинули кафе, идя на приличном расстоянии друг от друга.  Вечер, как сказал Чанбин, и вправду был хорошим: дул тёплый ветерок, колыхая зелёные листочки на высоких деревьях, небо усыпано яркими звёздами, да и ни одного облачка не видно и поблизости. Сеул, как известно, ночной город, шумный, многолюдный. Вечный гул машин, голоса людей и прочие мелочи делают его живым. Но сегодня, к всеобщему удивлению, было намного тише. Разных марок автомобили спокойно проезжали по полу-пустым улицам, без лишних пробой и сигналов, ведь многие уже давным давно видели сон, наверно, сотый по счёту в своих уютных постелях.  Но эти двое в полной тишине шли пешим домой, в один дом, их общий. На данный момент. Не было неловкости и тому подобное, наоборот, наслаждаясь умиротворённостью и спокойствием, каждый думал о своём. Пока Джисон разглядывал созвездия, через раз смотря себе под ноги, Минхо разглядывал дороги, редко встречающихся прохожих и, конечно, его. Хана.  Казалось, что ночной город обнажил свою душу, сердце и казался таким прекрасным.  — Поберегись!! – вместе с сигнальным звуком и чьим-то криком на тротуар вылетел самокатчик, ехавший прямо на задумавшегося Джисона.  Среагировать толком парень не успел, Ли притянул его к себе за руку, крепко держа и немного сбито дыша. Было понятно, что он, как и сам Хан перепугался от неожиданности. Недолго думая, Хо ослабил хватку, затем и вовсе отпустил руку младшего, вернув прежнюю дистанцию.  — Спасибо, – сказал Джисон и улыбнулся, а затем вновь погрузился в раздумья.  Руки Минхо были холодными, хотя июньский вечер был теплее некуда. Джисон хмыкнул и подумал над тем, что может согреть его. Потому робко и очень осторожно он вновь дотронулся до ладони старшего, но теперь уж не случайно. Слегка сжатые пальцы Хо вздрогнули от неожиданности, но поддались почти невесомому касанию ладони белковидного паренька. Джи сплёл их руки и, не смотря на Ли, посмотрел на звёздное небо и улыбнулся.  — Хэй, Минхо, не замерзай... Давай купим горячего шоколада? – спросил он. — Давай, – вырвалось из губ Минхо едва слышно, хорошо, что Хан не видел его розовых щёк в этой темноте, – я знаю, где продают хороший горячий шоколад! Так, после долгой идиллии, парни чуть-чуть разговорились, дойдя до ларька, оба купили горячий шоколад, и уже дорога домой пошла веселей, они согрелись и вроде как разговорились. — Почему ты раньше не сказал, что ты поп звезда с миллионной толпой фанатов? – поинтересовался Хан и отхлебнул свой горячий напиток, от которого исходил пар.  — Не такая уж и звезда... Просто я... я.. – Минхо запнулся, не окончив предложение. — Возможно, моё предложение покажется тебе абсурдным, но я хочу, чтобы ты работал со мной в дуэте. Стой, не отвечай ничего сейчас! У тебя времени на раздумья до конца следующей недели!  Минхо выглядел взволновано так, что это и развеселило парня рядом.  — Ты такой смешной, Хо! Спасибо за предложение, я обязательно подумаю над ним! – смеясь, ответил он, а потом довольно протянул, – Шоколад и впрямь восхитительный!  — Рад слышать. Мама всегда в детстве готовила Юсо и мне подобный, конечно, различия есть, но этот тоже не плох. — О, смотри! Видишь созвездие в форме английской буквы "W"? – присев на лавочку и запрокинув голову, воскликнул Хан.  — Вроде вижу. Больше букву "M" напоминает, – сев рядом, ответил Хо, всматриваясь в звёздное небо. — Вот уже хорошо! Это созвездие носит название Кассиопея, в народе называют сидящей женщиной.  — Почему?  — В греческой мифологии, Кассиопея – жена эфиопского царя Кефея и мать Андромеды. По одной из легенд, из-за чрезмерного хвастовства и тщеславия она была привязана к креслу, сидя на котором, обречена кружиться вокруг Северного Полюса, переворачиваясь головой вниз. – рисуя пальцем в небе соединение звёзд, рассказывал Джисон.  — Поэтому мы видим разные буквы? – засмеялся Минхо и откинулся на спинку лавочки.  — Верно. Моя знакомая из класса фортепиано рассказала мне об этом, она всегда видит букву "М", а я наоборот.  — Познакомишь? Может у нас будет ещё один талант?  — Может быть.  Они вновь замолчали, не зная, как продолжить.  — Я хочу, чтобы этот вечер никогда не кончался. – подытожил Джисон и посмотрел на Минхо.  — Я тоже, Джи, тоже, – он по-дружески взял его за руку и продолжил смотреть в в его глаза, казалось, звёзды отражались в них, он видел Кассиопею в них.  В такой идиллии парни просидел до тех пор, пока Джисон не зевнул в пятый раз. Они отправились домой, по пути перекидываясь словами, то прерываясь.  Вечер и впрямь чудесен.