Водичка чудотворная

Прошло уже довольно много времени, но события, происходившие тогда, до сих пор не дают мне покоя. Перед глазами мелькают картинки или правильнее сказать ─ видеоряд, от которого мурашки идут по коже, от которого, ты будто заново всё переживаешь. Денис в своей расхлябанной и резкой манере садится за руль, Хозяин на пассажирском, а Соня прям сзади Хозяина. Они будто не переживают, девушка со своей обычной блаженной улыбкой на лице. Авто трогается. Раздаются крики и ругательства грубым мужским голосом, а машина летит к обрыву. Она топнет, единственный выживший ─ Соня. Но она уходит пытать удачу с поездом.  Я не знал, что мне делать в тот момент, Топи не отпустят, да и не хотелось пытаться выбраться. На душе остался густой, мерзкий осадок от смерти Дениса. Я ещё не понимал в тот момент ─ почему.  Сейчас уже зима, на улице всё белое. Даже в таком гиблом месте как Топи, есть что-то светлое. Хотя, мне кажется, снег доставит только бОльшие проблемы. Всё время со смерти Дэна, я прожил в основном с Аришей, но чем дольше я находился рядом, тем сильнее меня охватывало странное чувство. Кстати вся та чистота в ней, оказалась притворной. Секс с ней был жёстким, выжимающим все соки и энергию. Вроде и кайф, но что-то настораживало.  После смерти Дениса у меня будто открылись глаза. До этого, он был нашим мозгом и разумом. С утра пораньше я проснулся от криков Арины на мать. Та не хотела есть, ну или пить. Если честно, знать не хотелось. Надоела эта ебатория.  Я встал с кровати и протёр глаза. На подоконнике стояла кружка с заранее приготовленным пивом. Я решил, что эту ебучую “чудотворную” воду пить не буду. Набрал в рот жидкость из посудины и тут же выплюнул, случайно попав на кровать. Это была вода. О нет, я эту дрянь больше пить не буду. Нахуй. Я хочу видеть, что происходит. Хочу наблюдать за реальной картинкой мира. Ну, насколько это возможно. ─ Ариночка. Солнышко моё, что в моей кружке вода делает? ─ Я подошёл к ней и с добродушной улыбкой глянул в глаза. Не нужно, чтобы девушка заметила моё волнение. ─ И тебе доброе утро. ─ Вот она совсем не улыбалась, только с укором смотрела. ─ Не один же спирт хлестать. Если ты не знаешь, он для здоровья вреден. ─ После чего она подошла и поцеловала.  Все мои сомнения растаяли под напором её тёплых губ и языка. Она стянула с себя кофточку на пуговицах, под которой был всё тот же топ. Арина спустила лямки и взяв мои руки, положила к себе на голую грудь. А всё-таки, что может быть прекраснее такого тела.  Я оставил дорожку из поцелуев на её шее, а потом взял в рот один из сосков. Слава богу, её мать была в другой комнате и не могла нам помешать. Взяв мою сладкую на руки, перенёс на диван. Она сама стянула с меня штаны, да и с себя тоже. Арина была гладкой везде. Мне это нравилось с одной стороны, но с другой… Какой нормальной девушке не надоест бриться постоянно, особенно целые полгода.  Секс с ней был как всегда весел, но к сожалению, всё заканчивается. Эффект от ебли с Аришей тоже. Она опять для меня превратилась в непонятного и загадочного человека, про которого я ничего не знаю…а из-за этого и в опасного человека.  Когда она ушла готовить, я собрался и вышел на улицу. Хороший дядя полицейский выделил мне одну из своих курток, за что ему величайший респект.  На улице было холодно и мело не по-детски. Перед глазами пролетали хлопья, но я решил всё же пойти. Находиться рядом с Ариной стало невозможно.  Меня настигли размышления и воспоминания, особенно о Денисе. Я часто думал об этом идиоте, но всё же он погиб как герой, а я скучал. Мысль о том, что я помер, тоже меня настигла, осенью ещё. Я не хотел в это верить. Ну, а кто ж захочет верить в собственную смерть. Интересно, а куда ушла Эля. С Катькой понятно. Она всё              ещё здесь, ходит по своему дому, ну или по деревне, в роли чокнутой бабки. Эх, а когда-то такая красотка была.  Вспомнился мне Козлов, который напился воды и сына своего видеть стал. Мне советовал тоже не переставать, но я тогда решил на зло не пить, но не вышло. Зато вышло сейчас. А вот интересно, если я снег есть буду, то как он влиять на моё восприятие будет. Но лучше рисковать не буду.  Я топал в лес кажется. Всё было чистым и белым, но я понимал, под всей этой свежестью скрывается за долгие годы сгнившая и стухшая земля. Она запутывала, обманывала, а я вёлся. Шёл вперёд и дальше, не замечая ничего, если бы не баба Нюра. Она схватила меня за плечо. ─ Ну здравствуй. Хоть бы здоровался со стариками. ─ Ой, привет баб Нюр, извини, задумался просто. А ты куда это идёшь в такую погоду? ─ Я прикрыл глаза рукой, дабы снег меньше летел. ─ Я на репетицию хора и на служение. Мы всей деревней почти туда ходим. Я думала и ты туда. ─ Да не, я гуляю просто, развеяться решил. ─ А ты чего это про Рождество забыл. Ну ладно, ты приходи ближе к вечеру. ─ Я и не заметил, что у неё была корзинка, которую она сейчас подняла со снега.  Я решил сходить к речке, в которой утонул Дэн. Всю дорогу до туда, мысли о смерти вообще не хотели выходить из моей головы, лишь изредка сменялись на жуткий образ Арины, к которому я больше не хотел возвращаться.  Топи гнилое и гиблое место, из которого не получится выбраться, скорей всего. Ну, а как, если ты уже сдох. Блять! Я запустил руки себе в волосы и присел на корточки. Как-то не задумываясь прошептал: ─ Как же меня заебало это всё.  А потом встал и пошёл дальше.  Вода в реке превратилась в лёд. В тёмный, пугающий лёд. Глубь, топь, страх. Эти три слова били по черепу изнутри, когда смотрел на застывший водоём.  Присел на корточки. ─ Эх, дениска-редиска, знал бы ты, как мне без тебя одиноко, засмеял бы, мудло ты этакое. Хотя, услышал бы я от тебя такое…Да, обсмеял, но обрадовался бы. Арина какая-то слишком подозрительная, не нравится мне она…больше. Если бы это было возможно, поменял бы её на тебя. ─ Я улыбался со своих слов. Никто меня не слышит, ну и хорошо. Мне вспомнились приятные, хоть и не совсем ровные черты лица и глаза…очень глубокие глаза.  Я почувствовал на себе взгляд, но забыл, что в Топях всегда так. Со временем привыкаешь, хотя бывает опять начинаешь замечать этот вездесущий взгляд.  Я вернулся домой. Арина, как только увидела меня на пороге, затянула в страстный поцелуй. ─ А где это ты ходил Макс? ─ Она лукаво сверкнула глазами. По коже побежали мурашки. ─ Да что-то голова разболелась, решил проветриться. ─ Вру. Нет, а что. Я после таких взглядов, хуй ей что расскажу. ─ Ну раз так, то…─ Она начала стаскивать с меня одежду.  Я поддавался ей, вообще не понимая почему. Я чётко решил, что Арина меня больше не привлекает. Да и хули у неё с либидо. Ночью трахнулись, утром и ещё сейчас.  Пальчики у этой девушки и впрямь умелые и шаловливые. Легко стащили с меня и с неё вещи. О да, она красивая и такая сексуальная. Взяла сначала в рот, но потом утащила меня на кровать, оседлав.  Пот застилал глаза, кудри свисали на лоб. Я таял под ней и не думал о чём-либо. ОНА не давала думать. Когда в очередной раз, Арина убрала волосы с моего лица я увидел её мать. Дряхлую, мерзкую, со свисающими кусками кожи. Волос на теле, в отличии от Арины, было очень много…и как я не заметил.  Я вскочил и побежал к выходу. Там подхватил свои вещи и как драпанул. Путь держал к бабе Нюре. Ну нахуй весь этот пиздец с Ариной и её ебанутой матерью. Она не просто странная, она хуева ведьма. Бабка шептунья блять.  Казалось, я обжог пятки об этот холодный снег. Но нигде больше не чувствовал холода. Только подбежав к домику, вспомнил, женщины нет дома. К счастью, оказалось открыто. Видимо, дед остался. Я, как только ввалился в помещение, быстро натянул на себя одежду и запрыгнул под одеяло на диване, в старой нашей комнате.  До меня только сейчас дошло, что возможно, Арина всегда такой была. Что это вода делала её похожей на свою дочь…Тогда получается… Арина и не Арина вовсе. Как же заебало…хочу домой, в Москву.  На секунду появилась мысль сбежать попробовать, но нет. Не хочу без Дениса.  И тут я понял. Он был может и не чистым, и порочным, но он был честным, сильным. Он непорочнее всех, когда я знал.  Я уснул. Сон был пустым. Просто чёрный экран.  Пробуждение моё настало от ебучих часов, которые звенели каждый час, хуй знает, почему раньше не слышал. Было шесть часов вечера. Я прошёл на кухню. На окне стояла водка. Выпил оттуда. Да, это была она, а не ебучая, сука вода!  Мне вспомнились слова баб Нюры, что рождественская служба и можно прийти. Это и сделаю.  Надел куртку с сапогами и пошёл.  Опять метель. Но за то количество времени, прожитое здесь, уже хорошо запомнил дорогу. На улице темно. Кажется, даже деревья просят бежать отсюда подальше, скрипя своими ветками. Но куда я убегу. Никуда естественно. Максимум из одного дома в другой, да и то,если повезёт ещё.  На пороге монастыря, было слышно, как внутри него поют женщины и мужчины. Красиво. Украинский кажется…Точно, это “Щедрик”. Я помню мне его бабушка пела.  Кто-то положил мне руку на плечо. ─ Ну привет. А где твоя жёнушка? ─ Козлов тоже здесь. Отличный шанс про воду и Арину спросить. ─ Слушай, дядя-полицейский, ты ведь с самого начала знал, что она не та, за кого себя выдаёт? ─ Знал Максик, знал. ─ Он виновато покачал головой. ─ Ну а хули молчал тогда? Я полгода блять бабку ебал.  На это мужчина только плечами пожал. Захотелось ударить, да так, чтобы в стену улетел. Но нет, не сегодня.  Я вошёл в Монастырь, а дальше топал на звук. Песня как будто текла по стенам, полу, потолку. Красиво, невероятно красиво. Когда я их нашёл, пели “Щедрик” уже второй раз. Отец Илья стоял впереди и тоже пел. Потом ещё разок её перепели и начали раздавать святую воду.  Мне искренне не хотелось её пить, водичку эту, но в итоге, послал всё нахуй и выпил. Вода как вода, с привкусом серебра правда, но это ничего, даже полезно.  Домой я так и не пошёл. Баба Нюра приютила меня к себе. Постелила нормально, накормила и отправила спать. Но нормально заснуть не получалось. Ебаная бессонница и дневной сон. Ворочался всё время.  Где-то ночью, я услышал за окном шаги. Нет, много здесь странного происходит, но монстров я не видел, да и тем более, если это кто-то опасный. Надо бабу Нюру спасать.  Когда подходил к двери, меня потихоньку съедал страх. В венах бурлила кровь, а сердце било так, как часы недавно. Отперев вход, я вышел на крыльцо.  Передо мной оказался Денис. В этот момент, сердце моё точно куда-то ёбнулось. Чуть не умер во второй раз. Я схватил его в объятия, очень крепкие объятия. Дэн в ответ тоже меня обнял. ─ Что, скучал? А мне казалось, тебе наоборот весело должно быть. ─ Лица его не вижу, но кажется, он улыбается. ─ Да знаю-знаю блять… Как я рад тебя видеть. ─ Мои руки скользили по его шее и голове. Не хотелось отпускать. Одежда у него была нормальная. Просто тёплая куртка. ─ Можешь ржать сколько хочешь, но я скучал. ─ Да я уже понял. Но ты вот эти свои замашки убери и прекрати мою шею лапать. ─ Он ухмыльнулся в своей обворожительной манере. Честно, именно такое его выражение лица меня безумно притягивало. Ладно, кого я обманываю, любое его выражение лица меня привлекало. ─ Пойдём в дом уже. Я взял его за руку в районе предплечья. Внутри нас встретила ахуевшая баба Нюра. Она три раза перекрестилась, но потом выдохнула. ─ Посидите здесь пока, а я ещё Денису постелю. Я не знал, как начать разговор. Хотелось спросить, почему он жив, но я сам уже начинал догадываться.  Когда женщина закончила, мы вошли в спальню, легли на соседние кровати. И всё это молча. Слышу стук часов. ─ Ты такой дебил. ─ Я не выдержал. ─ Думал не увижу больше. ─ А что я-то, это ты придурок уезжать не хотел. Может, ещё был шанс. А сейчас уже всё, только гнить здесь.  Я вскочил с дивана и подойдя к кровати Дениса, навис сверху. Он посмотрел на меня как на идиота, видимо, которым я и являлся. ─ И что ты делаешь? Уёбывай к себе давай.  Я ничего не ответил и залез к нему в постель, всё так же нависая сверху. ─ Блять, да что происходит. Ты совс. ─ Дэн затих, как только я уткнулся ему в шею и оставил на ней мокрый горячий поцелуй. ─ Ещё поговорить не успели, а ты уже пристаёшь. А как же твоя Лолитка? Перестала запросам отвечать? Ааа…увидел её не под “водным” приходом? ─ Заткнись уже. Но видимо, Титов даже не собирался. А я в это время отправился к открытому худощавому торсу, всё той же дорожкой из поцелуев. Остановился на ключице и прикусил её. Всё-таки, он лучше любой бабы. ─ Ты опидореть успел, пока меня не было? Или просто ёбу дал. ─ Он состроил безразличное лицо, но нижняя часть тела, явно ему отказывалась подчиняться, постепенно начиная выпирать. ─ Прекращай играть со мной в такие дурацкие игры. Слезай и иди спать блять. Ебаться с тобой после Арины я не хочу. ─ А, получается если бы не Арина, всё было бы ок? Так запомни, пока есть ты ─ она не нужна. По выражению лица Дениса, он удивился, но свои язвительные речи прекратил. ─ Сука…Ладно! Делай что хочешь. ─ Титов принял более удобную для нас позу ─ встал на локти. Я это оценил, потому прильнул к его груди, а затем к животу, стягивая штаны, похожие на те голубые, в которых он утонул. Отчего-то, Дэн пах очень приятно. Нет, не духами, а вот природный запах такой. Всегда так пах кстати.  Он откинул голову назад и тяжело дышал. ─ Долго ещё возиться будешь в одном месте? Даже трахнуть нормально не можешь. ─ Я? Не могу? Да я тебя щажу просто, тридцать лет всё-таки, мало ли, поясницу тебе сломаю. ─ А ты трепайся меньше. ─ Он подтянул моё лицо к своему, а я наивно подумал, что это для поцелуя, но нет. Точнее не совсем. Титов укусил меня за кончик носа, а потом оставил, я не поверил! Засос! На шее если что, не на носу.  Над моим ухом зашептали. ─ Если уж начал, давай, но я тебя пиздану, если передумаешь. Надо отвечать за свои поступки.  Я раздвинул его небольшие, но упругие ягодицы и прикоснулся к напряжённому колечку мышц. Стоило добавить ласки на шею, стало легче. Кажется, Денис закусил губу. Смазки не было, но был презерватив. Я его достал из кармана брюк, валявшихся где-то рядом. Презики остались у меня ещё с самого приезда. С Ариной использовали её.  Я вскрыл упаковку. Там было немного смазки, чем я и воспользовался. Дэн вздрогнул от прохладной жидкости в чувствительном месте, но больше виду не подал.  Мне нравилось наблюдать как он закидывает голову, ёрзает на месте, закусывает губы и закатывает глаза. Это добавляло ему…сексуальности, что ли. Я не хочу как-то характеризовать его действия, Титов слишком хорош для этого.  Вскоре, в Дэна помещался и свободно двигался один мой палец, а затем и два. Казалось, он уже плавился, хотя я ещё не вставил. Глаза были немного прикрыты, но это не мешало мне разглядеть подступившие слёзы. ─ Эй, ты в порядке? ─ Ну, не считая, что у меня сейчас пальцы в заднице и мне от них подозрительно хорошо, то я в норме. ─ Тогда это хорошо. ─ На моём лице засияла улыбка. Я протолкнулся, и видимо, попал в нужное место, так как Титов слегка прогнулся в спине и промычал что-то невнятное. ─ Немного вверх проведи пальцами. ─ Пролепетал Дэн прямо мне на ухо. ─ Вставляй уже, хватит мучить.  По нему было видно, что тот сгорает от желания. Это хорошо, так как я тоже.  Я приставил к промежности Дениса свой член, к слову, на который надел презерватив и аккуратно его протолкнул. Взяв Титова за талию, вошёл ещё глубже. Он прикрыл лицо рукой. ─ Так, и чего это ты закрылся. Вообще-то твоё лицо нравится мне не меньше чем тело. ─ То есть ты уже в любви признаёшься? И вообще, теперь ты заткнись. ─ А руку всё-таки он убрал.  Войдя на всю длину, подтянул охающего и жмурящегося от попадавших на глаза волос Дениса к себе. Я поцеловал его. Да, грубо, но мне ответили тем же, прокусив слегка губу. Мы сминали немного кровоточащие губы друг друга — как в последний раз. Я гладил его спину, а он мои щёки и щетину. Я взглянул в его несимметричное, но острое лицо. Да, очень красивый. Потом, его рот перебрался к шее, оставив на ней небольшой укус и приятный мокрый след.  От тёплого дыхания на своей шее, кончить получилось быстрее, чем я ожидал, но с этим человеком можно…  Своей рукой я обхватил всё ещё эрегированный член Титова. Помог дойти ему до конца, а потом свалился рядом. Другой рукой залез в тонкие, но очень красивые волосы. ─ Слушай, Дениска-редиска, ты ведь не настоящий? Я вижу тебя из-за этой ебучей козлятной воды?  Кажется, он нахмурился и тяжело выдохнул. ─ Лучше бы, спросил как мне секс. Ты действительно хочешь знать? ─ Да. ─ Тогда отвечать не вижу смысла. Насладись просто моей компанией.  Я обнял его. На мои глаза навернулись слёзы, но он как будто знал и сцеловал их с добродушной улыбкой. Давно таким его не видел.  Давно его не видел…