Наконец, я могу тебя поцеловать

      Он еле держится, чтоб не свалиться на пол. Голова до сих пор немного кружиться, тело пробивает дрожь, а сознание бьётся в немой истерике. Это точно не то, что он собирался увидеть. Точно не то, что ожидалось от этого сеанса. Стало только более запутанно, непонятно.. Не уж-то, его сознание попыталось убить самого Ло? И как же это всё понять? Сердце в ушах стучит, да настолько громко, что почти не слышно этот мир. Он дышит через раз, пытаясь игнорировать ком в горле, явный признак подступающих слез. Сейчас хотелось просто упасть, исчезнуть на миг, осознать, к чему это всё. Уже давно мироходцу не было настолько страшно.       Кажется, что ещё немного и земля уйдет из под ног. Шатен упирается одной рукой в стену, пытаясь стабилизировать дыхание. Со стороны он выглядел куда лучше чем было на самом деле. Очки скрывали взгляд, полный безумного страха, а тремор рук скрывался за чуть длинными рукавами кофты и куртки. Попытки сосредоточиться на чём-то хорошем, временно забыть о этой ситуации, увенчались полным провалом. Казалось, сейчас уже ничего не поможет и паника поглотит его с головой.       Голубоглазый бы так и продолжил тонуть в страхе перед самим собой, если бы не прикосновение к плечу. Уже думая отмахнуться, сказать что всё нормально и у него просто на секунду закружилась голова, но повернувшись к этому «человеку», потерял дар речи. Лололошка думает, что он умер. Потерял сознание и это всё — его бред, галлюцинация, только не правда. Перед ним не может стоять Дилан, не может ему так тепло улыбаться. Это всё кажется таким недосягаемым.. Он полностью поворачивается к автоматону, делает не большой шаг, чтоб быть ещё ближе к нему. Его мечте. Любви, что так резко покинула. Мироходец льнет к Дилану, обнимает, уткнувшись в такую родную, но при этом чужую шею. Сдержать слезы больше было невозможно. Всё это — слишком. Слишком много, слишком не понятно, слишком больно. Над его состоянием будто поиздеваться решили, надавив почти на все болевые точки. Он беззвучно плачет, зарываясь лицом в чужой ворот кофты, лишь бы хоть немного спрятаться от этого странного мира. Именно брюнет был для него спокойствием, надёжностью. Когда они были вместе, ещё тогда, на острове, могли позволять все слабости, без страха на осуждение. И сейчас, вновь ощущая тепло его тела, хотелось расслабиться, выплеснуть всё то, что накопилось. Чуть отстранившись, вновь заглядывает в безупречно синие глаза, как два самых дорогих сапфира. Но для него — они бесценны, ведь принадлежат любимому. По щекам вновь скатываются слезы, которые нежно вытирают чужие прохладные руки. Голубоглазый уже не знает от чего ему плакать, от страха и непонимания или от вновь приобретённого счастья. Хотелось от всего и сразу. И он мог. Ведь для него, мир сузился до такого размера, что есть только они и никто больше. Всё это — его больная фантазия. Попытка выйти из паники, через образ, с которым он чувствует себя в моральной безопасности. Шатен искрене, счастливо улыбается. Ведь сейчас ему и вправду хорошо. Ему стало легче просто от присутствия того, кого он безгранично любил. Просто от того, что он существовал и понимал его эмоции. Для этого не нужно было разговаривать, они изучили друг друга, через долгие разговоры, через трепетные прикосновения и могли понять, увидеть те эмоции, которые не распознали окружающие. За тот короткий срок, они стали настолько близки друг другу, как никто и никогда ранее. Мироходец кладёт руку на щеку автоматона, ласково поглаживая большим пальцем чуть заалевшую кожу. Он всегда немного стеснялся любого контакта, особенно тактильного. — Я так скучаю, Дилан.. — Шатен опускает взгляд на чужие бледноватые губы, поддаваясь желанию поцеловать их.       Но вместо приятного, долгожданного момента поцелуя, ему практически в лицо ткнули чёрным телефоном, с набранным сообщением. Ло на пару секунд даже завис, пытаясь рассмотреть текст сквозь пелену слез. Что-то это перестаёт быть похожим на галлюцинацию..

«Эй, Ло, мы всё ещё в общественном месте!»

      Потупив взгляд, бывший студент экологии судорожно оглядывается по сторонам, наконец, понимая, что это — всё реально и мир не схлопнулся в тот момент, когда он увидел Дилана. Они всё ещё здесь. На них смотрят. Саймон тоже смотрит. Господи, какой же стыд.. — Ты только взгляни на себя, Дилан, ты нашёл друга! Ох, как мило.       Голос Солуса хоть немного разрядил эту напряжённую обстановку. Лололошка ещё в тот момент, после сообщения, быстро вывернулся из объятий, сильно смутившись произошедшей ситуации. А вот, если бы, Дилан его не остановил? Реакция окружающих, вряд-ли осталась такой же спокойной. Но, зато, способ действенный. От страха не осталось и следа. — Всё, а теперь идë.. — Бывший управляющий успел только заткнуться, как парни уже были за порогом.       Голубоглазый сам удивился, когда его схватили за руку, потащив куда-то. Невольно, это ему напомнило как они сбегали с пар, целуясь в пустых кабинетах без камер. Сейчас были похожие ощущения. Будто вернулись в те первые дни их отношений. Неловкие, но такие нежные и любящие. В кровь ударил адреналин. Пробежав по проезжей части, скрываясь от Солуса за парочкой деревьев с другой стороны. Старое, приятное ощущение быть пойманными управляющим и получить выговор, например, за прогулы. Только теперь, Солус не прерывал влюблённую парочку, а решил терпеливо подождать, пока те успокоят свои бушующие чувства и можно будет спокойно разойтись по домам.       Они заходят за одно из деревьев, продолжая свои незамысловатые объятья. Шатен оборачивается, надеясь, что здесь их будет куда менее заметно. Ощущение от того, что их могут заметить, только разжигает былой огонь интереса. Возможно, их спокойным отношениям было даже нужно подобный перерыв. Но всё же, желательно, без чужих смертей.. Дилан, чуть выглядывает из-за дерева, смотря, не уйдёт ли без него Саймон, пока Лололошка обхватывает руками его шею, притягивая ещё ближе. Брюнет, поворачиваясь на него, снимает чужие очки, полноценно устанавливая зрительный контакт. Они по долгу готовы любоваться друг другом, тонуть в глазах напротив и просто упиваться до пьяна их чувствами. Мироходец делает первый шаг, наклоняя возлюбленного чуть ниже, чтоб он мог дотянуться до его губ. В первый раз целует робко, простое прикосновение. Такое невинное, предупреждающее о реальных намерениях. После, уже полноценный, в которой вложены все их чувства, переживания, счастье.. Это было неторопливое, плавное слияние уст. Казалось бы, такое обычное для отношений действие, но такое долгожданное.. Они столько прошли, чтоб сейчас стоять здесь и занимаясь подобным. — Как же я рад, что наконец могу тебя поцеловать.. — Голубоглазый поправляет чужие пушистые волосы, после чего вновь льнет к губам, продолжая их наслаждение..

И Дилан отвечает ему тем же.

×××

      На улицы оригинального Хэнфорда спустилась тьма, которую разбавлял редкий свет фонарей. До дома бывшего управляющего идти было достаточно долго. И почти весь путь, Саймон вообще ни как не комментировал ситуацию, произошедшую недавно. Даже за побег не отчитал, что удивительно. — Кажется, я поспешил, называя вас друзьями. — Старший автоматон усмехается, явно намекая, что над прикрытием им нужно поработать.       Дилан, с лица которого до сих пор не сошла влюблённая улыбка, вдруг, как-то даже застеснялся, чуть краснея. Хотя, даже после того, что об этом узнали, он точно не жалеет о содеяном. Это хотелось им двоим, было критически необходимо... — Ну что ж ты молчишь? Или.. Сказать нечего?       Брюнету кажется, что он не доживёт до завтра. Его замучает Солус. Своим юмором. Но всё негодования по этому поводу, уходят на второй план.

Ведь, он снова может быть с Ло.