Лирика

Ночное небо не позволяло уходить. Не позволяло отводить взгляд. Не позволяло здраво думать. Первая мелькнувшая звезда как главарь целой стаи повела за собой и другие маленькие белые точки, из-за чего на тёмном полотне проявилась светлая дорожка. Волокна дымчатого тумана постепенно растворяются, и ровный, сверкающий круг показывается на небосводе - луна сегодня поднялась поздно. Ветер колышет твои свободные локоны, в груди клокочет довольное нечто от умиротворения - на душе спокойно, в голове пусто и холодно. Отводишь взгляд в сторону, подмечая густые кроны деревьев, одиноко светящий фонарь на пустой улице, квадратные рамы окон соседних домов. Редкие иномарки припаркованы рядом с заборами, мимо бордюра пробегает бродячий кот. Первый луч луны опускается на твою фигуру, когда балкон вместе с интимной обстановкой остаётся за спиной. Скрип двери заглушает природную тишину. В комнате пахнет дымом. Спокойно обходишь пепельницу с тлеющей сигаретой в темноте - свет включать ты не хотела, боясь разбудить спящего Шиничиро. Футон, на котором вы вдвоём спите уже целый месяц, находится в центре маленького помещения, напротив - зеркало в полный рост. Полка парня с его вещами и предметами находится ближе к дверям балкона, и под лунным светом мелькнуло фото в рамке со всеми членам семьи Сано, вплоть до усыновленного Курокавы Изаны. После переезда, к которому вы с Шиничиро готовились несколько месяцев после начала отношений, парень дособирал необходимые документы, и теперь мальчишка с уникальной внешностью находится под его опекой. Ты вспоминаешь, что поступок Шиничиро - одно из его действий, заставивших влюбить в себя ещё больше, и перейти с уровня случайных знакомых до друзей, а дальше - только больше. Медленно садишься на футон, отодвинув одеяло в сторону, разглядываешь в тени умиротворенное лицо юноши. Пару дней назад он плакал, стыдливо прячась у тебя на груди - в какой-то момент не смог выдержать месячной тишины в доме и разревелся от одиночества. Искренность и простота - то, что смогло отбить всякие сомнения, которые слабым потоком пролетали в голове на счёт признания и принятия своих чувств. Стоило сделать верный, уверенный шаг - и вы с Шиничиро практически полгода в крепких и искренних отношениях. Погрузившись в воспоминания и свои мысли, не замечаешь прикосновения к голым плечам. Резкая смена положения с сидячего на лежачее вынудило очнуться и рвано выдохнуть. Затылка коснулось тёплое дыхание, заставившее по коже пройтись тучные мурашки. Сердце загудело, пульс участился - так легко тебя привести в чувства и заставить карты первыми упасть лицом к сопернику. — Чего не спишь? — вяло тянет Шиничиро, оставляя слабый поцелуй в области уха. — Ещё не привыкла к новому месту? — кончик носа касается участка виска, как и холодные сухие губы. Ты прикрываешь глаза, видя перед собой темноту чернее, чем в комнате. Чувствуешь шершавые ладони, что маняще проходят по твоему телу. Пальцы плавно и чертовски медленно опускаются от плеч к локтям, поглаживают локтевые ямки и слегка давят на них. — Просто не спится. — тихо отвечаешь, слегка напрягаясь от перехода ладоней с рук на оголенный живот. — Ты снова курил в комнате? Просила же, кури на балконе. Стоящая магическим образом полоса дыма, словно услышав слова, скрылась от тебя - ты не увидела того, как Шиничиро бегло махнул ладонью несколько раз в воздухе. Он старался слушать тебя и твои желания, в том числе и о курении - ты была не против, но просила ради вашей же безопасности выпускать дым именно там, где он быстрее исчезнет - на балконе, при слабых потоках ветра. — Не удержался, прости. Тебя слишком долго не было. — отвечает на вопрос, пока тонкие пальцы медленно чертят рисунки на твоём животе. — А я так соскучиться успел. Как гадюка, выползающая из укрытия, Шиничиро тянет ладони вверх. Дыхание остановилось, тело напряглось, когда пальцы коснулись грудей под тканью пижамной сорочки. Две округлости - мягкие, такие, что вмещаются в его ладони, - так маняще и подходяще чувствуются, что Шиничиро сглатывает вязкую слюну в горле от смены своего настроя. Ты не видишь, но прекрасно ощущаешь, чего хочет сейчас он, и чего хочешь сейчас ты. Секунда - и от былой сонной атмосферы не осталось и следа. Резкий толчок в бок, прикосновение тела к ткани - и вот, ты лежишь уже под Шиничиро. Глаза в глаза - твои в его тёмные омуты, - две пещеры, два глубоких озера и два леса с непроглядным туманом. Ровный контур носа с едва заметными чёрными точками. Губы, слишком сухие и слишком обветренные, но такие манящие и привлекательные. Жестковатые волосы, которые он каждое утро старательно укладывает, но ты каждый раз портишь его старания, ведь естественность - это красиво. И вся эта красота принадлежит лишь одной тебе - твоему сердцу, твоим ласковым ладоням. Как зверь принадлежит своему единственному хозяину, как луна, которая не может обойтись без своего солнца. Как родственная душа, которая не сможет жить без своей второй половины. — Ты.. такой красивый. — ласково шепчешь ему в самые губы, прикрывая глаза на некоторое время. — Самый-самый красивый. — Эй, вообще-то я должен тебе говорить такое. — слабо отвечает Шиничиро, кончиком носа касаясь твоего. Лёгкие повороты головы, пленящий взор и усмешка. — Что ты у меня самая-самая красивая, самая-самая лучшая, у тебя самые-самые красивые бёдра.. — Ты меня за бёдра только любишь? Ответа Шиничиро не услышит - пылкое прикосновение губ не даёт сделать и вдоха, и грудная клетка отчаянно застыла в одном положении. Ладонь рвано смещается на затылок, притягивая ближе к себе его - целующего со всей страстью и искренней любовью. Пальцы касаются грудей, поддевают бретельку ночной сорочки. Парень игриво кусает тебя за нижнюю губу, заставляя приоткрыть от слабой вспышки боли рот. Чувство чужого во рту заставляет нутро вновь замурчать, как дворовой кот, от удовольствия, и языки охватывают друг друга, как язычки высокого и горящего костра. По подбородку течёт слюна, движется к ключице и проводит дорожку ближе к животу. Он отстраняется первый, тяжело дышащий и с влажной кожей на губах и вокруг. Похотливо, словно дьявол-искуситель, Шиничиро опускается ниже, языком проводя дорожку от подбородка к вздымающимся грудям. Припускает ткань сорочки, изворотливо очерчивает горошину соска, с усмешкой наблюдая за твоим вмиг задрожавшим от желания телом. Пальцы слабо сжимают талию, когда он ласкает другую грудь. — Чёртов засранец.. — тихо завываешь, как подбитая лань, нервно то вдыхая, то выдыхая. — Козлина такая.. — Мне нравится, когда ты так говоришь обо мне. — хитро поглядывает на тебя, отвлекаясь от своего дела. Ладонь опустилась на мягкую кожу, а между пальцем задвигался от движений сосок. — Если я - козлина, то ты - моя коза. Я прав? Специально сжимает горошину, отчего резкий всплеск проходит по всему телу, вплоть до спины. Слегка выгинаешься, как юркая кошка, глядя через полуопущенные веки на дурманящий взгляд. Простыня прячется в твоих кулаках, досадливо опускаешь затылок на подушку и смотришь теперь в пошарпанный потолок. — Ты невыносим, Шиничиро. — проговариваешь, поднимая голову для того, чтобы взглянуть на целующего парня твой низ живота. — И за это ты меня любишь. — хитро улыбается, и приток крови подходит к самому лицу. Неожиданное приближение, хватка на талии и поворот заставляют прикрыть глаза, а после почувствовать смену положения. Через окно пробился лунный свет, что мягкой полосой лёг идеально ровно на лицо Шиничиро и твое обнажённое тело. Ты упустила момент, когда с тебя успела пропасть сорочка. Тепло ладоней на спине и пояснице не дали даже обдумать то, что сейчас происходит, и водоворот чувств поглотил дрожащую тебя от нетерпения в свою хватку. Взгляд постепенно размывался, стоило посмотреть на слегка покрасневшее лицо Шиничиро. Полуприкрытые глаза смотрели на тебя с небывалым желанием, и хватка на талии стала подтверждением намерений в голове парня. Слов не требовалось - ты поняла его по одному лишь взгляду. Плавно отодвинулась назад, ближе к обнажённой его части тела, проходясь ногтями по коже и слабым, еле заметным мышцам живота. Оставила пламенный поцелуй у пупка, заставивший сердце юноши забиться в быстром ритме. Через отражение зеркала Шиничиро видит твою фигуру, что прекрасно очертилась под возникшим лунным светом - прозрачный и тонкий, он осветил твое тело и открытые участки кожи. Плечи, спину, ягодицы и распущенные волосы. Ладони мягко опустились на гладкую кожу, слегка сжали и разжали - из твоей груди вырвалось тихое шипение, а глаза вновь устремились на лицо Шиничиро. Двигаешься слегка вперёд, а затем снова назад, и снова вперёд, и снова назад. Горящая от желания кожа чувствуется ярким пламенем внизу, и внутри тебя тягуче тянется томная паутина. Чувствуешь лёгкие покалывания в боках - Шиничиро быстро и неожиданно опустил ладони с грудей ниже. Слабое движение, заставляющее тебя двинуться назад, стало зелёным светом для вас двоих. Словно единая синергия, ты повинуешься его желаниям и приподнимаешься, касаешься ладонью горящей кожи и плавно опускаешься вниз, впиваясь пальцами в его бёдра. Шиничиро довольно скулит, как бродячая от прикосновений собака, чувствуя окутывающее тепло и прилегающее пламя к его. Замечаешь смену эмоций на лице парня, тяжело дыша от бушующих ощущений внутри. Давление внизу живота спало, мимолетом напомнив о физической близости, и теперь тобой и им правят лишь пылкие чувства - словно красочный фейерверк или стекающая капля воска свечи. Между вами молчание - интимное, не требующее вмешательство кого-то из вас. Ладони юноши опускаются на твои бедра, обхватывая их и сжимая. В ответ на его действия ты плавно приподнимаешься, хныкая, как ребёнок, от настигшего чувства пустоты внутри. Окончательно встать не даёт Шиничиро, резко опустив тебя назад. Вскрик от неожиданного толчка парень прервал следующим - его, в некой степени, костлявый таз слабо касался твоего, стараясь не перегибать черту. Тягуче входит и выходит ощущение пламя внутри, что заставляет тебя журчаще стонать от удовольствия. Повторяющиеся движения заставляют груди плавно вздыматься под лунным светом, и стекающие капли пота возбуждают Шиничиро сильнее. Пальцы сдерживают твои бедра, его же трепетно бьются о твою нежную кожу. Шум резкого ветра качает кроны деревьев на улице, заглушая твой голос для соседей, видящих десятый сон через стену. Еле заметный запах сигарет исчезает под липкими щупальцами аромата слияния тел. Опускаешь голову вперёд, чувствуя ноющие ощущение внизу живота - тугая паутина практически потеряла свои тонкие паутинки. — Ты уже.. — Ш..шиничиро.. — дрожащим голосом перебиваешь, ощущая все более резкие толчки. Бедра звонко бьются друг о друга, грудь вздымается с каждым движением парня. — Я.. сейчас.. Мышцы напрягаются, и желаемая разрядка наступает ярко и пекуче. Перед глазами, в темноте, ты словно различаешь яркие точки и слабые помутнения. Тело содрогается от тепла внутри - такого пылкого и жгучего. Голоса сливаются в единую кокофонию, лирику, что была исполнена под лунным покровом ночи. И только ветер на улице завывал под стать вам. Слабо опускаешься на футон, и голова оказывается на тяжело вздымающейся груди. Шиничиро целует тебя в висок, поглаживая слегка липкий от пота живот. Укрывает одеялом. Свободной ладонью прячет за уши тонкие пряди волос, чтобы они не мешали тебе и твоему дальнейшему сну. — Теперь ты должна уснуть. — слабо отзывается он, оставляя вялый поцелуй на твоём лбу. Как котенок, ты ластишься к нему и двигаешься ближе, закидывая свою ногу на его. — Полежи без меня пока, я выйду покурю. Шиничиро медленно поднимается с футона, оставляя тебя лежать на своей половине. Переворачиваешься на спину, и через приоткрытый глаз смотришь на спину парня, опускаясь ниже. — Трусы надеть не забудь. — вяло тянешь ты, укрываясь одеялом от слабого смеха с его стороны. Лунный свет продолжает освещать вашу комнату. Разбросанные на полу вещи. Полупустую пачку сигарет. Через некоторое время пепельницу с догорающей сигаретой. Укрытые под одеялом спящие тела. Зеркало, в верхнем углу которого написано красной помадой "Лирика".