Сложные чувства

Вот и вторник. До конца учёбы осталось ещё 4 дня, которые будут длиться мучительно медленно. В субботу - уже выпускной. Скорее всего, ещё и вечеринка у кого-то дома, где собираются отмечать выпуск почти вся школа. Кроме Мари, Эммы и ещё парочку неудачников. Их не было смысла звать, только если не поиздеваться над ними. Да и они не хотели быть в душном доме, наполненным ароматами алкоголя и травки на верхних этажах. Так что когда два шутника - девушка уже забыла их имена - школы раздавали пригласительные открытки всем, а на Мари и Эмму лишь посмотрели с долей ненависти, они не особо обиделись. – Хорошо, что вас не будет, – сказал Майкл, вдруг появившись за спинами девушек. Его тёмно-голубые глаза смотрели на них с усмешкой, а скрещенные руки хорошо подчёркивали и выделяли бицепсы. – А если у них будет своя вечеринка нытиков? – сказал Питер, обращаясь к Афтону. Его бровь чуть подрагивала из-за раздражения. – Чё уж там думать: подожгём дом. После этой стычки настроение Мари совсем ухудшилось на весь день. Всегда, когда она видела Майкла, девушка прибывала в омерзительном состоянии. А он её преследовал. То во снах, то в школе, то на улице. Поэтому и работа не ладилась. Хоть она и ненавидела Майкла, но деньги всегда нужны, особенно тогда, когда за все свои годы жизни, её родители не давали и монетку карманных денег. Поэтому единственный вариант - устроиться на работу. И поэтому сейчас она моет полы в главном зале в "Пиццерии Фредди". Для неё эта работа была хоть каплей света в океане тьмы, ведь несмотря на то, что это заведение принадлежит отцу Майкла, но работники тут хорошие, и платят больше, чем в другом кафе в городе. Роза, девушка 23 лет, работающая тут уже 3 года поваром, часто подкармливала Мари чем угодно, лишь бы девочка не голодала после продуктивного дня. Роза была одной из немногих, кто знала об положении Мари в школе и дома, потому она пыталась быть старшей сестрой, хоть чем-то да помогая. Впрочем, Роза была не одной хорошей личностью в пиццерии. Кто бы мог подумать, но сам Уильям Афтон был также снисходителен перед Мари. Он прекрасно знал её отца и её интерес к робототехнике, поэтому разрешал после работы приходить в комнату для сотрудников, где хранятся аниматроники, исследовать их механические тела и смотреть за работой механиков. И, хоть Майкл и был копией отца во внешности, но Афтон старший был более добрее к Мари. Она не знала, сколько время сейчас, но солнце уже сменилось луной. Девушка приняла свой интерес к аниматроникам от отца, и поэтому могла копошиться в них целый день, не осознавая текучесть времени. Чика. Чика была её любимым роботом. Некоторые детали в её внешности как раз добавила Мари, и Уильяму нравилось ответственность к этому делу, поэтому он всегда говорил: "Мой лучший будущий сотрудник". Запчасти были разбросаны по коморке, жёлтый свет лампы жутко напрягал глаза от длительной работы. – Господи, ты опять тут. Скрип двери прервал тишину, а голос, такой жестокий, заставил сердце биться всё чаще. Майкл Афтон. Опять он. В голове девушки всплыли все матерные обзывательства одновременно с молитвами всех религий. – И ты правда не устаёшь от этого всего? – сказал парень и сел на стол. Для Мари главное правило, когда она видела Афтона младшего, было одним: не смотреть в глаза. Смотреть куда угодно: на руки, на ноги, в стену, но точно не в его глаза. Поэтому и сейчас она смотрит в пол, закрывая лицо волосами. – Ау, – протянул Майкл. – Я с тобой разговариваю, так то. – Не устаю. Голос дрожал, поэтому фраза вышла очень неудачной и неуверенной. – Ебать, да ты вся дрожишь. Страшно? Майкл пошарил рукой в кармане, находя пачку сигарет с зажигалкой и закурил. Долго смотрел на девушку, анализируя её внешность и поведения, протянул к ней руку и предложил закурить вместе с ним. Мари не могла отказаться, даже если и не курила. Она взяла сигарету, зажала её во рту, и протянула огниво к концу. – БУ!!! – крикнул вдруг Майкл на ухо девушке, в последствии чего последняя резко встала со стула. Сигарета упала на пол вместе с зажигалкой. Майкл взял её за плечи. Мари чувствовала его горячее дыхание на своём ухе. – Боишься... – шепнул он, почти прикосаясь губами к мочке. – Правильно делаешь. Она чувствовала мерзкую ухмылку на его лице. – Если хочешь, могу сделать так, чтобы тебя позвали на вечеринку. Он говорил медленно и тихо, рукой гладя её плечи и руки. – Не стоит. – отрезала Мари. – Да ладно тебе. Будет весело. Его руки переместились на талию. Он обнял девушку со спины, положив подбородок на плечо девушки. Сейчас он был Чеширским котом, но более жестоким. – Правда, я не хочу. – Чёрт с тобой. Иди развлекайся со своей подругой-жирухой. Может, даже отлижите друг другу, раз вы такие не разлей вода. Он оставил её одну. Опять. Благо не было побоев. Но причём Майкл приплёл сюда Эмму, Мари понять не могла.