В ритме дождя

Страх сковывал подобно цепям. Он не был похож на дикого зверя, нападающего на тебя из темноты густого леса. Нет совсем нет. Этот страх был едва уловимым, покалывающим на кончиках пальцев и мелькающим среди вереницы мыслей. Страх сковывал внутренне, не давая в полной мере насладиться торжеством. Александр стоял посреди большого, нарядно украшенного, зала. Он сливался с дорого одетыми гостями, терялся в мелькании лиц, не сильно выделялся на фоне развлекающейся толпы. Это был один из его первых настоящих балов. Атмосфера завораживала, заставляла остановиться и всматриваться каждую мелкую деталь этого вечера: дорогие подсвечники, изысканных гостей, танцы, что своей красотой туманили разум и музыку, что волновала сердца людей, которым довелось наслаждаться ей. От всего этого великолепия перехватывало дыхание. Александр Романов не чувствовал себя потерянным на этом балу или одиноким, скорее совсем на оборот: каждый считал за честь заговорить со столицей. Многие уважаемые люди не упускали возможности провести минуту-другую в обществе Петровского творения. Гости уделяли Петербургу достаточно много внимания. И всё же Романов чувствовал себя не в своей тарелке. Дело было в том, что Александо совсем плохо танцевал. Он даже стеснялся попросить кого-то обучить его этому. В голове крутился предрассудок, что столица Российской империи априори должна уметь танцевать на балах с самого рождения. То, как дамы танцевали с кавалерами вызывало у Саши Романова невиданный восторг, который он естественно старался не высказывать, сохраняя образ серьёзной и сдержанной столицы. Внезапно Романов среди толпы заметил знакомый силуэт. Внутри словно разлилось тепло и весь страх и стеснение словно исчезли, будто их и вовсе не было. - Я и не думал, что вы, Михаил Юрьевич, окажетесь столь непунктуальны, когда дело будет касаться подобных торжеств. - Силуэт становится всё более чётким по мере того, как Миша приближался с мягкой улыбкой на лице. На фоне всей развлекающейся толпы он особенно выделялся. Саша никогда не смог бы потерять его в мелькании лиц остальных людей, посетивших этот бал. Ведь он был особенной персоной на этом торжестве. Он был человеком, которого Саша хотел бы больше всего увидеть сегодня в этом зале. - Я кажется опоздал совсем на немного, или моё отсутствие так невыносимо для вас, Александр Петрович? - Мягкая улыбка на лице Москвы стала более игривой. Свет свеч отражался в голубых глазах, своим мерцанием подчёркивая их глубину. Саша проигнорировал вопрос, решив выяснить причину опоздания: - Неужели в дороге что-то случилось и поэтому вы были вынуждены задерживаться? - Не думаю, что в этот чудесный вечер вы, Александр Петрович, хотите быть обременены знанием о моих камнях преткновения в дороге. Могу я вместо своего нудного рассказа развлечь столицу танцем? - Миша кажется вовсе не хотел думать о прошедших трудностях в своём путешествии до столицы. Он желал уделить всё своё внимание Саше, тому, как он прекрасен сегодня (впрочем он прекрасен не только сегодня. Абсолютно всегда). Первопрестольная столица протянула руку Александру, приглашая на танец. Романов очень не хотел отказывать, но неумение танцевать сдерживало его на месте. Отсутствие уверенности не позволяло сделать шаг вперёд. Миша словно прочитал в глазах настрой и сомнения Романова, но язвить не стал. Он лишь тихо-тихо произнёс, наклонившись к уху Саши. - Позвольте мне вести, если надо я подскажу. - Александр кивнул протянув руку в ответ. Миша едва слышно подсказывал какой ногой в какую сторону нужно ступить, не позволяя запутаться. Он мягко направлял, корректируя движения в танце. Они словно стали единым целом на несколько мгновений. Вся толпа словно растворилась для Саши, весь шум стих. Осталась только музыка, бальный зал и Миша напротив. Меньше всего сейчас хотелось того, что бы музыка закончилась.

Наши дни

Узкие улочки города наполнились всё усиливающимся и ускоряющимся звуком стука по асфальту. В Петербурге начался дождь. Московский посмотрел на небо, полное серых дождливых туч. После он перевёл взгляд в глаза человека напротив. Они были подобны небу над головой, но, в отличие от неба, взгляд отвести от них было сложно. Непосильно сложно. Они не боялись дождя. Он был привычным явлением для северной столицы. - Знаешь о чём я думаю? - Миша невесомо коснулся поцелуем кончиков пальцев любимого. - Мне попробовать угадать? - В серых, даже немного графитовых глазах промелькнул азарт. Мягкая улыбка сменила задумчивое и немного хмурое выражение лица. - Можешь попробовать. - Глаза снова неотрывно смотрели на Романова. Саша взглянул в голубизну лазури напротив. На миг ему показалось, что во взгляде Миши он разглядел огонёк свечей в бальном зале. Московский не дожидался его ответа, лишь протянул свою руку, приглашая на танец. Саша охотно вложил в его руку свою, позволив любимому вести. Дождь заменял им музыку, ритмом сливаясь с мелодией течения Невы неподалёку. Было не холодно, пускай прохладный ветер и отыгрывал свою партию в этой симфонии. Разве может быть холодно, когда чувствуешь тепло сердца любимого? - Не боишься простудиться? - Нет, пока ты рядом для меня не существует слова страх.