Рассвет

Смерть. Знаете ли вы, что это? Наверняка, знаете. Как же иначе? Но боялись ли бы вы её, стоя на самом краю? Тогда, когда иного выхода нет? Это была очередная бессонная ночь после приёма лекарств. - Я болен, Каттян. Мне не хочется мучаться каждый день, корчась в конвульсиях. Уж лучше так, чем терпеть это дальше. - Я понимаю, не надо оправдываться. Нет, Изуку не хотел умирать. Но другого исхода события он не видел. Всё равно бы умер когда-нибудь, в очередном приступе. А так, он сам выберет время своей смерти. Да и таблетки стоили слишком дорого. - Можешь приготовить для меня чего-нибудь сладкого? - Конечно. Кацуки слабо вздыхает, стараясь улыбнуться. Его привязанность к этому парнишке теперь не давала ему просто всё бросить. Пожалуй, прошлый он бы так никогда не поступил и сказал бы что-то по типу: «Вот и хорошо, что Деку сдохнет! Может в следующей жизни ему повезёт и у него будет какая-нибудь идиотская слабая причуда!». Но сейчас так поступить не получилось бы. Они оба выросли. И оба полюбили друг друга. - Чего бы ты хотел? - Дай подумать… - Мидория поднимает взгляд к потолку, будто бы ища там ответы. – Хочу что-то, - и утвердительно кивнул, хихикнув. - Значит и горячий шоколад подойдёт. Стрелки на часах показали четыре, когда в руках у Изуку оказалась кружка с напитком. Бакуго сел, обняв его со спины. Было тепло. - Скоро рассвет. - Я знаю, Деку, знаю. Кружка очень быстро оказывается пустой, точно так же, как и солнце, что начинало выглядывать из-за горизонта. - Хотелось бы умереть красиво, но я тебе точно тут всё облюю. Мидория аккуратно берёт капсулы, закидывая к себе в рот. - Не беспокойся. Я уберу. Лёгкий поцелуй в лоб от Кацуки придаёт уверенности, для того, чтобы всё проглотить. Всё же, умирать страшно. - Запомнишь меня лишь тем, как я испачкал тебе весь диван! – Он старался шутить, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, но ужас от понимания всего заставлял дрожать. - Тише. Не стоит так говорить. У нас с тобой было много хороших моментов. Бакуго обнимает, покачивая парня. Он бы обманул, если бы на вопрос «А страшно ли тебе?», ответил «Нет». Терять Деку… Это потерять часть жизни. Этот беспричудный задрот слишком много для него значил. - Каттян, ты меня любишь? – У Изуку голос дрожит, в его изумрудных глазах скопились слёзы. Такие неприятные в этот момент. - Люблю. Кацуки отсаживается от парня, которого начало потрясывать толи от рвотных позывов, толи от новых конвульсий, но руку держал, стараясь не выдавать того, что и сам готов сейчас разрыдаться. Рассвет. Солнце поднимается над землёй, оповещая о начале нового дня. Если бы можно было, Бакуго бы закинул бы эти чёртовы капсулы в себя. Но он обещал, что будет жить. Будет жить, даже не смотря на ту пустоту, что теперь образовалась в его груди. Это ведь пройдёт со временем.