Синий грифон

— Пятый Мор давно закончился. Заброшенное поле завоевали сорняки, они росли вдоль покинутых пашен, забирались повсюду, обвивали остатки рассохшегося забора. Мелкий дождь наполнял утро запахом влажной травы, забивал клочковатым туманом низины. Любой всадник, желающий проехать здесь, должен понимать — стоит ускориться и лошади конец. Здесь полно мелких ямок, овражков, коварных репейников и крепких плющей. Конь, в особенности не боевой, в лучшем случае подвернёт себе ногу, в худшем — сломает её. Вот он, кстати, конь. Тяжело дышит в стороне, лежит на боку, вращает левым глазом, очевидно, гадая, поможет ему кто-нибудь, или нет. Неподалеку от него, с разбитой головой, пытается отползти мужчина в красном богатом кафтане. Он, кажется, сломал руку, пока падал с коня. У входа на поле, рядом с большим воротным столбом, который больше ничего не держит, стояла женщина. Уже средних лет, с небольшими морщинками у глаз и в уголках рта. Короткие волосы намокли от дождика и поэтому их пришлось собрать в маленькую шишку на затылке. Глядя на то, как мужчина пытается быстро уползти от неё, она легко улыбается. Прислонилась к столбу и заложила большие пальцы за кожаный пояс с ножнами. — Пятый Мор давно закончился! — повторил мужчина, пытаясь в грязи и траве увеличить дистанцию между собой и женщиной. — Разве вы все не должны были сдохнуть? Женщина усмехнулась, картинно посмотрела на свои ногти, которых не видно в перчатках. Важна театральность жеста. — Могу сказать тебе тоже самое! Мужчина замер и обернулся. Гнев в его глазах мог бы запалить это поле, будь погода менее влажной. — Я банн Ферелдена! Лейдиг Рафланд! А ты? Шлюха в доспехах. Женщина вытащила меч из ножен. В книгах пишут, что меч издает тихий лязг, но на самом деле, хорошие ножны абсолютно бесшумные. Эта тишина всегда добавляет ужаса, и в случае с людьми, которые называют себя баннами, сменяет гнев в их глазах на страх. Он затрясся и залепетал: — Я всё компенсирую, — они все так говорят, — замурую туда вход, обрушу пещеру, прошу! Женщина встала над ним, уперла острие меча в грудь. Достаточно сильно, чтобы Лейдиг почувствовал, как легко наточенный клинок разрезает одежду. — Ради своей выгоды, — промолвила она низким голосом, — ты распечатал вход на Глубинные тропы. Сделал это на чужой земле, не предупредил об этом никого и дал порождениям тьмы вырезать целый город. Зато ты теперь наследный банн. — Я ошибся. Отвезите меня в Денерим, пусть король Алистер решит мою судьбу. Я имею на это право! — Нет. И меч пронзил его сердце. В этот же момент до слуха женщины долетел стук копыт. По дороге, идущей вдоль поля, кто-то приближался. — Элейна! — Закричал всадник. Он остановил коня и спрыгнул на землю. — Он?.. — Мёртв. — Сказала женщина. — Пытался сбежать. Как у вас там дела? — Мы взяли сына Лейдига в плен. Собираемся возвращаться в Амарантайн. Остальных тоже удалось повязать, по большей части. — Хорошо. Элейна улыбнулась. — А что, — поинтересовался мужчина, по имени Литвин, — делать с конём? Тот уже начал хрипеть, оставив попытки подняться. Элейна перестала улыбаться. Посмотрела на меч в своих руках. Повернула голову на беспомощное животное. — Что ж, это будет последняя жертва банна Лейдига.

***

Услышь песню нашу, о, Ферелден. Не тревожит тебя Орлейский князь, Не жжёт землю твою хасинд. Возвращаемся домой, мы, дети твои.

***

— Заткнитесь! Заткнитесь! Заткнитесь! Поганые предатели! — А он не из тех, кто любит хорошее искусство, верно? Сын Лейдига сидел молча, однако его дружок, кажется бывший прихлебатель отца, разорялся из-за решётки тюремного фургона, будто раненый зверь. Мужчина, по имени, Турдик, подошел к решётке и шмякнул об неё своей булавой, отгоняя крикуна подальше. — Ещё раз услышу как ты вопишь, войду внутрь и вскрою тебе живот. По хорошему, наш приказ был: доставить живыми или мёртвыми. А учитывая что вы устроили… Турдик многозначительно промолчал. Элейна наблюдала за сценой поверх пляшущего пламени лагерного костра. Они остановились передохнуть рядом с древним дубом. Караульные рассредоточились по холмам. Рядом с заключенными остались только наёмные кучеры и Элейна с Турдиком. Ещё бард, которого они подобрали по дороге, но парень почему-то отказывался петь. «Ферелденский плач», единственное, что удалось вытащить из него за два дня. Говорит — слишком напуган после нападения порождений тьмы. Кто не напуган? Турдик присел на корточки рядом с костром и воткнул в землю рядом прутик. На палочку была насажена здоровенная и лоснящаяся кровяная колбаса. Он любил жарить их по чуть-чуть, чтобы внутри она оставалась сырой. — Знаешь, при Остагаре, такая диета убила мне лейтенанта. Кровь лучше хорошо прожаривать, особенно, когда не знаешь чем болело животное. Турдик поднял взгляд от костра. Его глаза, думала Элейна, напоминают ей глаза порождений тьмы. В них не было ничего, кроме инстинкта. А поверх — плёнка безразличия. — Ты меня накачала чем-то похуже, чем свиная кровь. Элейна улыбнулась. — И ты теперь будешь вспоминать мне это до конца жизни? Они встретились глазами, Турдик не веселился. — По твоей милости я стал Серым Стражем. Чего не хотел изначально. — Точно, — протянула Элейна, — ты хотел умереть в агонии. Смотри, кровь порождений уже попала внутрь тебя, поэтому мне нужно было только завершить ритуал. Думала: «а он не такая уж и задница, если приглядется». Оказалось, что наоборот. — Что? — Ты самая большая задница на свете. — Элейна! Турдик поднялся, напугал резким жестом барда. — Честно? Лучше бы я умер там. Я не могу вернуться к семье, не могу встретиться с друзьями. — У-у-у, бедняжка. Турдик повернулся на Элейну, но встретился с её жестким взглядом. — У нас у всех, знаешь ли, есть что-то, что мы оставили позади. Теперь у тебя есть цель. Лучше: призвание. Да, наша работа не похожа на возню в саду с розами, но и ты, извини меня, не похож на садовника. Никто не выбирает стать Стражем, никто не знает — что это такое. И все мы сожалеем, в той или иной степени. А теперь прижми задницу к земле, а то у тебя колбаса подгорает. С громким выдохом Турдик сел. Бард, чтобы развеять тишину, принялся бренчать по струнам лютни, делая вид, что его это не касается. — Знаешь, — сказала Элейна тихо, — я спрошу в Командора, как мы вернемся. Если следующее назначение отправит нас мимо Срединных земель, мы можем заехать в твою деревню. Турдик не ответил, только кивнул, настало время ужина. Элейна для себя отметила, что кивок был исполнен благодарности. У решетки фургона снова появилось лицо, на этот раз сын мёртвого банна решил развлечь себя беседой. — Меня зовут Эйтриг. — сказал он. — Очень приятно, Эйтриг, — Элейна прислонилась спиной к дубу. — Меня зовут Элейна. — Да, я слышал. Она кивнула. — Я бы хотел узнать, куда вы нас везете. — Это не секрет! Вас везут в Амарантайн. Точнее, в местечко рядом с ним. Там вас подберут люди короля и вы отправитесь дальше, в Денерим. — Зачем? — Чтобы король решил вашу судьбу. — Но вы убили моего отца, он был виновен, не я. — Он не оставил мне выбора. Он сбежал, оставив тебя одного, а меня вообще назвал шлюхой. Элейна краем глаза отметила, что Турдик не ест и вообще убрал свою колбасу подальше. Тянет носом по воздуху, что-то пытается учуять. Да, запах здесь стоял неприятный. Неприятный, правда, только для Стражей. — Скажи, Эйтриг, а ты, случаем, не маг? Лицо между прутьями решетки побледнело, парень сделал шаг назад. — Почему вы так решили? Вместо ответа, Элейна повернулась к Турдику. — Парня вы поймали отдельно от эскорта? Серый Страж кивнул, в руках он держал булаву и всматривался в окружающие поля. — Интересная складывается картина. Кажется, ради тебя отец пожертвовал многим. Слишком многим. Его, изначально оторванные друг от друга действия, наконец стали ясны для меня. Эйтриг исчез из поля зрения. — Позови-ка своих друзей к окошку, парень, я хочу с ними поговорить. В ответ тишина, Стражи переглянулись. — Что? — спросил озадаченный Турдик. — Прочитаешь в отчете, — сказала Элейна и выхватила меч. — Кучеры, расседлать коней из фургона, быстро! У вас нет времени! Кучеры, проводившие время за костями, оторвали головы от игры, один из них хотел задать вопрос, но громкий взрыв помешал ему. — Святая Андрасте! — выдохнул Турдик, вставая, его отбросило на добрых пять метров, из рассечения на лбу шла кровь. — Орда! — крикнули справа. Стук копыт, молодой голос, это разведчик Литвин. — Орда! Лицо перекошено от ужаса. Он скачет от своего сторожевого поста, но никто из наемных воинов не следует за ним. Из крупа лошади торчит три стрелы с черным оперением. Она заваливается и падает. Чудом, Литвин успевает выпутать ногу из стремени и спрыгнуть на траву. Далее он бежит, с луком в руках, постоянно оглядываясь. У дуба он замирает. — Что это такое? — успевает он задать вопрос, глядя, как из останков фургона выбирается монстр из плоти. — Познакомься, — Элейна застегивает на себе шлем, — Эйтриг Рафланд, сын Лейдига. По всей видимости, маг крови. Чудовище было кривым, распухшим в неправильных местах, оно еле ворочалось, доламывая останки своей темницы. Шесть пар рук торчало у него из головы и мясистой шеи. Он явно был неопытен в вопросах превращения. Турдик подвел трёх брыкающихся коней, которые не могли вырваться из его хватки. — Пока есть время, предлагаю сваливать. Бард, до этого прятавшийся за деревом, выбежал и вскочил в седло. — Чего вы встали??? Литвин не мог оторвать глаз от монстра: — Разве мы не должны?.. — Мы должны не умереть, Страж, руку! — Элейна села на коня и подтянула к себе за спину бледного разведчика. Они поскакали прочь. За ними следовал ад из разъяренных порождений тьмы и гомункула из плоти. Была одна надежда, что они переубивают друг друга, но надежда была слабой. — Нам надо на тракт! — Кричал Турдик. — Обогнем орду и подберем других караульных. — Они мертвы! — крикнул в ответ Литвин. — Порождения подошли с двух сторон. — Как они вообще взяли вас врасплох! Ты был с ними! Почему ты никого не предупредил. Литвин метнул гневный взгляд на старшего товарища, руками он обхватил Элейну за живот. На секунду он оказался полностью беспомощным. — Я не знаю… — Что?! — Я не знаю! Я не почуял их! Они напали из засады! Турдик кивнул и они поскакали дальше. — Командир? — это уже вклинился бард, его подбрасывало на коне так, будто он в первый раз вообще сел в седло. — Куда мы теперь? — Неподалеку отсюда есть пост королевских войск. — Но там беженцы! — Вот именно, и только мы можем их предупредить, что порождения наконец закончили с городом. Орда движется дальше. — Тогда я не с вами! — бард повернул своего коня и, прежде чем кто-либо успел что-то сказать, скрылся в редком лесу. — Кража лошади это преступление, — сказал Турдик, не сбавляя галопа. — Да-а, он мне сразу не понравился. Литвин оглянулся. — Отстали!

***

Сэм Литвин, Серый Страж, 18 лет. Стаж с момента инициации — 7 месяцев. Разведчик, прикреплен к отряду Элейны Ардовы. Рожден в Ферелдене, за 10 лет до начала Пятого Мора. В результате наступления порождений тьмы остался сиротой. В первый год после Мора жил в приюте моровых сирот в Амарантайне. Позже сбежал, был охотником. Забравшись на болота за бегущим оленем, чуть не стал добычей для бродячего огра. Был найден патрулем из Башни Бдения. Понравился командору Кусланду. По его распоряжению, Литвин вступил в гарнизон младшим стражником. В 17 лет изъявил желание стать Стражем. Успешно прошел ритуал инициации.

***

— Командор? Элейн криво усмехнулась. — Пока нет. Старший Страж, тяжело произносится, поэтому можете звать меня Элейна. Капитан Вилево Гарт, из королевских войск, дежурно улыбнулся в ответ. — Значит, мы не успеваем с эвакуацией, орда уже на пути сюда? — Все верно. — Что вы предлагаете? — Собрать всех, кто способен держать оружие, сформировать арьергард. Мы, с моими Стражами, возглавим конные разъезды, будем наблюдать за перемещениями порождений издалека. Наши чувства позволят избегать прямых столкновений с монстрами. Если они начнут подбираться слишком близко, мы предупредим вас. Остальные должны двигаться дальше. Желательно на север от моровых земель. — Невозможно, — с горечью сказал солдат, — там непроходимые леса, которые король отдал долийским охотникам. Беженцев могут проредить до того, как первый гарлок вцепится нам в лодыжки. Элейна усмехнулась, капитан тоже. — Тогда мы обречены, — легко сказала она. — Моровые земли до сих пор поражены скверной, никто не знает, какие ужасы ждут нас там, особенно рядом с Лотерингом. Эльфийские леса — наша единственная возможность. — Тогда, нам надо выслать кого-то вперёд, посла доброй воли. При этом Стража, потому что эльфы вас уважают. Нужен кто-то, кто располагает к себе с первого взгляда и достаточно безопасен на вид, чтобы усыпить бдительность долийцев. У вас есть такой человек? Элейна посмеялась про себя. — Да, безусловно.

***

Вулф Турдик, Серый Страж, 34 года. Стаж с момента инициации — 5 лет. Воин, прикреплен к отряду Элейны Ардовы. Рожден в деревне Дансхафт, рядом с Морозными горами. Потомок ферелденцев и авварских варваров. Бывший сержант королевской армии. Во времена Пятого Мора служил под началом тейрна Логейна, во время битвы дезертировал и присоединился к силам короля, позже сбежал вместе с группкой лоялистов. Ветеран битвы при Рэдклифе и Денериме. Идеальный послужной список. Через два года после Мора, наткнулся в патруле на гномов из группировки Карта. Перевозили в клетках гарлоков. Хотели выпустить их рядом с портом в Денериме, чтобы в суматохе ограбить местные склады. Турдик был ранен, но был принят в орден Серых Стражей Элейной Ардова. Вместе они расправились с порождениями и преступниками. В прежней жизни осталась жена и трое детей. Проживают в Срединных землях.

***

Удар! Нос хрустит под латным кулаком. Эльф отлетает назад, как сам Турдик еще сегодня утром отлетал от взрывной волны заклинания. Остальные тут же целятся в него из луков. Серый Страж поднимает кулаки к лицу. — Давайте, продырявьте шемлена. Только действуйте наверняка. Если я до вас добегу — разорву на куски! Ясно?! Звучит команда на эльфийском и все опускают оружие. Рядом с эльфом, у которого разбит нос, приземляется на колени юная остроухая магичка. Турдик хмыкает, но кулаки свои опускает тоже. — Какова твоя цель, шемлен? Вперёд выходит эльфийская женщина, блондинка, с ветвистой татуировкой на всё лицо. Чем-то напоминает Турдику жену. — Я представляю Серых Стражей. — Это мы уже поняли. — Порождения тьмы гонят мирных жителей из южного предела, один город уже вырезан под ноль. Выжившие двигаются вдоль моровых земель, но они не успеют добраться до других ферелденских поселений. — Понятно, вы хотите прохода через наши земли? Один эльф вступает в разговор. Он агрессивно жестикулирует и несколько раз указывает на Турдика. Женщина отвечает ему, более спокойно. Однако, судя по тону, она колеблется. Третий эльф, охотник с разбитым носом, бубнит что-то сквозь запекшуюся на губах кровь. Его целительница вторит ему в той же манере, разве что не так бубнит. Блондинка повернулась к Турдику. — Сколько вас? — Меньше, чем вы думаете. Девять или десять сотен мирных жителей, в основном дети и старики. И где-то сотня воинов, не считая Стражей. Начался ещё один раунд протестов и споров, которые блондинка пресекает резким жестом. — Мы должны Ферелдену, и, хотя многие думают, что этот долг был уже уплачен в Денериме, в схватке с Архидемоном… Я даю разрешение на проход. К тому же, я отправлю к вам своих лучших разведчиков. Они проследят, чтобы вы не привели хвост. Турдик немного расслабляется. Оглядывает эльфов перед собой. — А вы не такие уж и плохие ребята. Блондинка улыбнулась: — Передай другим.

***

Элейна Ардова, Старший Серый Страж, 38 лет. Стаж с момента инициации — 7 лет. Полевой командир, прикрепленная к Башне Бдения, Амарантайн. Опытный воин и командир, потомственный солдат. Уроженка Ферелдена. Была при Остагаре в составе королевских войск. Пережила сражение, была ранена, бежала в земли варваров-хасиндов. Через полгода вернулась в Ферелден. Узнав о случившемся в её отсутствие, приняла решение вступить в Серые Стражи. До окончания Пятого Мора сражалась в составе небольшого отряда сопротивления, который ослушался приказов тейрна Логейна. После схватки за Денерим, отправилась в Амарантайн, где прошла инициацию и стала первым Старшим Стражем в возрожденном ордене.

***

— Именем короля! Остановитесь! Толпу беженцев встретил отряд королевских войск. Большой. Такой большой, который сможет остановить орду порождений тьмы, если это потребуется. Однако вёл их никто иной, как сам Логейн Мак-Тир. Серый, мать его, страж. Элейна сплюнула ему под ноги, когда он приблизился. — Страж. — Предатель. Обменялись дежурными приветствиями. Логейн оглядел толпу крестьян и кивнул своим мыслям. — Как только пришли вести о том, что Башня Бдения отправила вас на расследование необычной активности порождений тьмы в Южном Пределе, я тут же отправился к королю Алистеру. Знал, что вам потребуется подкрепление, страж Ардова. — Как мило с вашей стороны, «тейрн». Логейн оставил её ремарку без ответа. — Я внимательно изучу ваш отчёт после, пока что введите меня в курс дела. Подошли Литвин и Турдик. — Страж Турдик, страж Литвин. Логейн кивками поприветствовал каждого. — Вы меня помните, о, лорд Логейн, мой командир, мой капитан? — картинно удивился Турдик. — Прошу, хватит. Турдик и Элейна обменялись улыбками. Литвин ничего не понял, но на всякий случай поклонился Логейну. — Рад, что вы прибыли. — Я тоже рад, что успел вовремя, — с ноткой удивления в голосе сказал Мак-Тир. Видимо, он не привык к хорошему обращению от многих ферелденцев. Особенно от тех, кто был при Остагаре. Пугающее количество выживших в битве стали Стражами, к неудовольствию бывшего тейрна. — Отчёт, — напомнила Элейна, — будет позже, да. Пока что, слушайте: я подозреваю, что имел место быть случай одержимости. Мы знаем наверняка, что сын банна Рафланда был магом, к тому же магом крови. Я подозреваю, что Лейдиг был занят поисками способов, как не отдать сына в Круг. Видимо, это стало его навязчивой идеей. С которой кормились демоны. Не исключаю, что наш мужчина, когда откапывал вход на Глубинные Тропы, ещё не был одержим. А вот его сынок, явно уже лобызался во сне с кем-то очень сильным. Вместе они оприходовали папашу и начали свой путь к власти. Когда с Троп хлынули порождения, Рафланды уже были готовы вступить в свои права банна, вместо погибших дальних родственников. Как я поняла, банн до последнего старался отвлечь внимание от сына. Если бы не мы, Южный предел отошел бы демонам в людском обличье. Логейн нахмурился: — Теперь он отойдет порождениям тьмы. И если мы не закроем проход на Глубинные Тропы, всё может быть ещё хуже. — Я не понимаю, — сказал Литвин, — но Мор ведь давно закончился. Почему их так много? Остальные переглянулись. — Мы не знаем, — честно сказал Турдик, — порождения тьмы живут под землей. Их там много, возможно, больше чем нас всех на поверхности вместе взятых. Даже без Мора, на Тропах они собираются в огромные орды. Вот когда они найдут себе архидемона, тогда они прут на поверхность без остановки. Если верить магам, их всего семеро, архидемонов. Пятерых мы убили. Даст Андрасте, убьем еще двух. — И тогда, — подхватил Логейн, — Серые стражи перестанут существовать. За ненадобностью. Помолчали, оглядели друг друга. Элейна, в свойственной ей манере, улыбнулась. — Было бы чудесно.

***

— Как при Остагаре, а?! Это Турдик кричал во всю полноту своих авварских лёгких, рядом с ним Логейн Мак-Тир отбивался от трёх Гарлоков, принимая на щит удар за ударом. Вокруг кипела битва, звучали команды, раздавались звуковые сигналы. Только что, с помощью горна, на левый фланг призвали отряд щитоносцев из резерва. Литвин, вместе с отрядом лучников на возвышенности, командовал куда отправлять залпы. Кажется, к нему вернулись его чувства и он безошибочно мог сказать, куда направить стрелы. Элейна, с конным отрядом и горсткой долийцев, терзала фланги орды и не давала им сосредоточиться на одном участке боя. Проскакав мимо Турдика и Логейна, она прокричала: — Не вижу эмиссаров! Значит только рубим! И они рубили. Стая мабари выбежала из леса и ворвалась в толпу отходящих порождений. Направляющие их Ферелденцы врубились в толпу следом, сея смерть. Это был хаос, хаос схватки, который, однако, по признанию некоторых воинов — лучше схваток с людьми. Дело не только в экзистенциальных противоположностях противников. А в чётком понимании кто перед тобой — не человек, монстр, тварь, убийца. Он не достоин жалости, не достоин сострадания. Он достоин только клинка, топора, копья, заклинания. Иными словами, всё, чего он достоин — смерть. Поймав себя на этой мысли, Элейна задумалась, не являются ли люди такими же для порождений? Просто чужие пришельцы, которых нужно только убивать. Потом она вспомнила, как порождения размножаются и любые сомнения в ней исчезли. На ходу она срубила двух гарлоков с арбалетами, мешая им прицелиться в толпу соотечественников. Это была славная битва, в которой не обошлось без потерь.

***

Вулф Турдик, Серый страж Ферелдена, лежал в луже скверны и собственной крови. Его странные глаза стали на удивление светлыми. Как знала Элейн, это из-за того, что кровь схлынула от лица. Внезапно страж закашлялся и его руки свело судорогой. Глаза наполнились мыслью, он пришёл в себя и оглядел лица столпившихся над ним Логейна, Литвина и Элейны. — Ну что… Что вы так… На меня… Смотрите? Элейна, такой же солдат как и Вулф, присела рядом с ним, без слов понимая все его невысказанные просьбы. Она погладила его по редеющим волосам, покрытым грязью и кровью. — Я передам твоей семье все, что ты хотел сказать. Вулф с трудом моргнул, подтверждая и говоря «спасибо». — Эй, Логейн… Бывший тейрн присел на колено рядом с умирающим Турдиком. — Слушаю. — Помнишь, как я сказал, что это будто бы снова Остагар… Думаю, зря… Тебя же… Там… Не было… Ха… Ха… Элейна закрыла ему глаза. — Он умер. Литвин вытер слезы с щёк рукавом. — Поверить не могу, что его последние слова были такими. Логейн встал, почему-то широко улыбнулся. — Он был верен себе до конца. Элейна, в этот раз очень устало, улыбнулась тоже. — Пусть Андрасте пригреет его у себя на груди.

***

— Куда теперь, страж Ардова? — Логейн, мы с тобой повязаны битвой и миссией, можешь звать меня Элейна. К тому же, без Вулфа стало очень неинтересно тебя стебать. — Приму к сведению… Элейна. Меня отправляют в Вейсхаупт, в этом году я отвезу отчёт командора Кусланда для камергера крепости. Мой путь пройдет через Срединные земли. Я подумал, возможно вы… ты, захочешь чтобы я передал что-то семье стража Турдика. Элейна улыбнулась. — Я напишу письмо. Очень мило с твоей стороны. Знаешь, ты мог пригласить меня с собой. — Думаю, это невозможно. Мы победили орду, но южному пределу нужна помощь в восстановлении, уверен, что командор и ты будете заняты этим вопросом. Литвин подвёл коней. — О чём говорите? Если это не секрет… — О, нет, Сэм, какие секреты, просто страж Логейн не понимает намёков. — Что?.. Я… — До встречи, Мак-Тир, мы возвращаемся в Амарантайн. Давно пора. До встречи, старая перечница. И спасибо! Считай, что это твоя расплата за Остагар. Когда они удалились на какое-то расстояние от лагеря королевских войск, Сэм подъехал к Элейне поближе и спросил: — Почему вы так строги к Логейну? — Ты не знаешь? — Я знаю, что он увел войска, когда королю нужна была помощь, но, он разве не расплатился за это? Он сражался с архидемоном. — И еще много народу вместе с ними. Сэм, кто победил Архидемона? — Страж Кусланд. — Вот, а Логейн хотел его убить. Не задумывайся об этом слишком сильно. Веришь или нет, я давно знаю этого старика и скажу тебе следующее — его не заботят наши подколы. Он целеустремленный и прагматичный человек. Я рада, что он на нашей стороне, но… Есть вещи, которые не забываются, сколько бы мостов ты не построил. — Что вы имеете в виду? — Вырастешь — поймешь. Погоди-ка… Я что, слышу из ближайшей таверны «Ферелденский плач»? Сэм прислушался, и правда, в постоялом дворе у дороги раздавалась песня, которую, как завороженные, слушали местные и часть беженцев, успевшие добраться сюда своими силами. Бард расположился снаружи и за скромную оплату в виде пива и миски клёцок, исполнял песню. О, Ферелден, мой чудный край Ты мне дороже денег Когда я вспоминаю где я Я таю как подснежник — Я не помню этот куплет! — крикнула Элейна с коня. Бард остановил песню и поднял глаза. — Г-госпожа… — Попрощайся с этими добрыми людьми, бард. Мы едем в Амарантайн и если ты ещё раз украдешь у нас коня, не жди жалости. Литвин спросил полушепотом: — Вы уверены? — Чем больше, тем лучше, а? Поехали! Вернем коней куда следует, они тоже соскучились по дому.