Бермудский Литл-Уингинг

Одна из фундаментальных логических дыр в Поттериане, которую авторы фанфиков чаще всего предпочитают просто игнорировать - это город Литл-Уингинг в целом и проживающее в нем семейство Дурслей в частности (в оригинале вообще они Дарсли, но переводчики захотели усилить негативный оттенок). Уже с пролога в ФК Литл-Уингинг заявляется как типичный маленький городок в центральной Англии, но по уровню происходящих там странностей он гораздо больше напоминает Бермудский треугольник. А Дурсли представлены там же как самая обычная консервативная английская семья, и вплоть до последнего предложения пролога они полностью подходят под это описание, а претензии к ним со стороны Макгонагалл выглядят довольно нелепо. Впервые логика пропадает с последней фразой пролога. С той самой, где говорится, что Дадли уже в полтора года, увидев Гарри, первым делом начал толкать и щипать его. Такая агрессия у ребёнка в полтора года сама по себе довольно необычна, но куда больше удивляет, как такое могла допустить Петуния. Ведь она вроде бы очень любит Дадли и точно знает, что Гарри - волшебник, а у волшебников случаются выбросы, и иногда довольно опасные. По логике, Дадли не должны были даже близко подпускать к Гарри, однако к началу основной истории он все ещё играет для Дадли роль боксерской груши, а Петуния смотрит на это сквозь пальцы, хотя за десять лет у ее безумно любимого сыночка была тысяча шансов вылететь в окно методом тети Мардж. И это только начало необъяснимых явлений. Во всем, что касается Гарри, у Дурслей полностью сносит крышу и они совершают действия, идущие во вред прежде всего им самим. В маленьком городке, где практически нет миграции и люди живут по соседству десятками лет, очень трудно что-то скрыть, а Дурсли не какие-нибудь миллиардеры, они обычные зажиточные горожане. Чтобы не выглядеть странно, Петуния должны была бы приглашать соседок на чай, а Вернон - коллег и клиентов на ужин. Дадли обязательно приводил бы друзей (которые у него были) домой, и сам приходил бы к ним. При таких обстоятельствах через десять лет весь Литл-Уингинг должен был знать, что у Петунии родной племянник живёт в чулане под лестницей. Гарри и Дадли пошли в школу с пяти лет, как это принято в Англии, а до того они могли еще с трех лет ходить в садик. Следовательно, с самого детства они оба находились на виду. У меня нет информации о состоянии социальных служб в Англии того периода, но учителя в школе не могли не заметить, что у мальчиков из одной семьи проблемы с весом - у Гарри очевидное недоедание, а Дадли не помещается на стуле. Точно так же им не могли не броситься в глаза сломанные очки Гарри и его одежда на много размеров больше нужного. Гарри и Дадли не были аутистами, а потому в той или иной степени общались с одноклассниками, которые потом пересказывали родителям о том, как Дадли получает на день рождения тридцать четыре подарка, а Гарри не получает их вообще. Да Дадли было бы достаточно хотя бы раз привести друзей к себе домой и показать чулан Гарри, чтобы об этом через неделю узнали все окружающие. И это я даже не вспоминаю о тёте Мардж. Дадли, как нам подробно описали в ФК, был главным хулиганом в Литл-Уингинге. Кроме охоты на Гарри он и его банда годами нападали на других детей, отбирая у них вещи и деньги, а дети, как объяснялось там же, настолько боялись Дадли, что никогда ничего не рассказывали родителям (создаётся впечатление что Роулинг просто не может представить себе нормальные отношения в семье). Даже для детей странно было бы подумать, что взрослые не справятся с младшеклассником Дадли, которому во время его преступной деятельности было максимум десять лет. Поэтому Вернона на момент начала первой главы должна была осаждать толпа возмущенных родителей, а все соседи обсуждали бы как Дурсли стараются воспитать будущего уголовника. Из всего этого можно сделать вывод, что если бы логика в Литл-Уингинге не пропадала, как корабли в Бермудском треугольнике, к одиннадцатилетию Гарри Дурсли имели бы репутацию законченных психов, соседи сочувственно спрашивали бы у Вернона, не разорился ли он на подарках Дадли, и запрещали бы своим детям с ним водиться, а соседки собирали бы для Гарри одежду из церковных пожертвований и тайком подкармливали бы обедами, раз уж Дурсли так обнищали, что им даже на еду для второго ребёнка не хватает. Ну а самого Гарри вряд ли кто-то посчитал бы особо странным. Выбросов у него было немного, ни у кого не было оснований связывать именно с ним покрашенные волосы учительницы, а то, что его нашли на школьной крыше, никто не посчитал бы странным для мальчика его возраста. Скорее, все сочувствовали бы несчастному сироте, которому так не повезло с семьёй. *** В этом и заключается главная трудность описания Дурслей в фиках. Для поддержания хотя бы минимальной реалистичности нужно или описывать масштабную правку памяти, как у Филченкова, хоть как-то упоминать реакцию жителей городка на феноменально странных по меркам среднего англичанина Дурслей, или просто забыть все, что о них писала Роулинг и попытаться создать их с нуля. Такие Дурсли, какими они заявлены изначально - не абстрактно добрые, а патологически боящиеся магии и волнующиеся за репутацию консервативные британцы, могли бы получиться очень даже интересными. А Петуния, с ее сложными чувствами к сестре и ненавистью/любовью к магии, вполне готовая героиня психологической драмы. Понятно, почему Роулинг не могла описать их такими, ведь тогда сцены с письмами и с Хагридом приобрели бы совсем другой, гораздо более мрачный оттенок. *** Обсуждая эту тему, никак нельзя оставить без внимания Дамблдора, поскольку именно он единолично принял решение оставить Гарри у Дурслей в Литл-Уингинге. Прежде всего, трудно объяснить, по какому праву судьбой Гарри распоряжался именно Дамблдор, на тот момент всего лишь директор школы (все свои регалии он получил уже позже) и даже не родственник ему. Вопросы вызывает и сам выбор места для его проживания. Отговорку о загадочной кровной защите не пинал только ленивый, так как, даже если принять на веру предположение, что Гарри угрожала какая-то опасность, он как минимум с пяти лет ходил в школу, и поэтому большую часть дня проводил в месте безо всякой защиты. Следовательно, оставляя Гарри у Дурслей, Дамблдор сознательно подверг его жизнь риску, так как живи Гарри у кого-то из волшебников, он бы находился под защитой круглосуточно, пусть не кровной, но хотя бы какой-нибудь. Даже если предположить, что Дамблдор слишком волшебник, чтобы знать о наличии у маглов младшей школы, рядом с Дурслями много лет жила Фигг, которая постоянно докладывала ему о жизни Гарри и уж точно не могла обойти этот момент. А вот для Дурслей и прочих жителей городка волшебник Гарри представлял заведомую опасность, так как последствия магических выбросов могут быть очень не безобидными. Получается, Дамблдор заведомо подверг риску их жизни, пусть даже с самыми лучшими намерениями.